Их сила в единстве

Из ванной комнаты Эмма вышла только после того, как убедилась, что все разговоры утихли. Практически добежав до своей кровати, Эмма запрыгнула под одеяло с надеждой, что сон придет как можно быстрее. Её надежды не оправдались. До поздней ночи она разглядывала потолок над своей головой, раздумывая о предстоящем дне и прокручивая сегодняшний. Волнение и тревога стискивали её грудь, не давая погрузиться в беспокойный сон. Вместо этого, Эмма открыла пошире окно и ещё долго сидела на подоконнике, рассматривая погруженные в темноту деревья Запретного Леса. Открыв глаза, Эмме показалось, что она спала не дольше пары минут. В комнате все ещё был полумрак, а соседки продолжали спать в своих кроватях. Когда Эмма вышла в гостиную, она обнаружила пустую комнату, которая была полной противоположностью того, что она видела вчера. Мрак и тишина заполонили гостиную, которая ещё вчера была наполнена громкими разговорами студентов. Поттер решила, что она не будет дожидаться Гарри, или Гермиону, поэтому отправилась в Большой зал в одиночку. Холодные стены коридоров были абсолютно не знакомые, а сворачивала Эмма в абсолютно случайных местах, надеясь, что попадет туда, куда хотела. По замку Поттер блуждала не меньше четверти часа, пока не зашла в настолько далекие коридоры, что ни портреты, ни окна уже не встречались. Только после не очень приятной встречи с завхозом, мистером Филчем, Эмма смогла выйти по его направлениях. При этом казалось, что он был крайне огорчён, когда понял, что гриффиндорка всего лишь заблудилась и наказывать её не за что. Так или иначе, он все равно немного поворчал ей в спину. За гриффиндорским столом уже сидело несколько учеников и одной из них была Гермиона. Та обеспокоенно смотрела на Эмму и заволновалась, когда узнала, что Поттер заблудилась в замке. — Хорошо, что ты не попала в подземелья, — сказала Гермиона, наливая себе и Эмме тыквенного сока. — А что в подземельях? — Там находится гостиная Слизерина, — с неким призрением сказала Гермиона, — они не любят гостей и лучше одной туда не соваться. — В моей школе ребята с других факультетов были только рады видеть нас, — Эмма посмотрела на пару ребят, которые уже сидели за столом в другом конце зала. Они и правда не очень дружелюбно смотрели на других учеников. Два парня постарше, громко смеялись с девочек, сидящих за когтевранским столом. — Я знаю, Эмма. Но в Хогвартсе царят другие правила и тебе прийдется смириться с этим, — Поттер поморщилась, но ничего не сказала на заявление Гермионы. Когда зал полностью наполнился учениками, между рядами студентов начали ходить деканы факультетов и раздавать ученикам расписание на неделю. — Худший понедельник в моей жизни, — проворчал Рон, когда перед ним опустился небольшой листок с расписанием. Первым уроком у всех стояла История магии, дальше Зельеварение, Древние руны и Защита от Темных Искусств. У Рона и Гарри вместо Древних Рун стояло Прорицание. Неожиданно по правую руку от Эммы опустился кто-то и повернувшись, она увидела Невилла. — Привет, — произнес он и неловко улыбнулся. — Прости, за то, что случилось вчера. Я правда не хотел сделать тебе неприятно. — Все в порядке, Невилл, — улыбнулась Эмма. — Не в моих правилах держать обиду. Тем более, пора мне привыкнуть к тому, что все знают моего брата. — Но почему ты приехала только сейчас? — запыхавшийся Невилл явно бежал от гостиной. Наверное, он пришел в Большой зал последний. — До этого лета я не знала, что у меня есть брат. Нас разделили, когда мы были совсем детьми, — пожала плечами Поттер. — Оу, прости. — Невилл, ты не обязан все время извиняться, — улыбнулась Эмма и, кажется, после этого Лонгботтом стал смелее. По крайней мере, Эмма хотела в это верить. Джинни рассказывала Эмме, что профессор Бинс самый скучный учитель во всей школе. И уже после первого урока Поттер была готова подтвердить это звание. Не тратя времени зря, Эмма достала из своего рюкзака потрёпанный блокнот и начала писать в нем сообщение друзьям. Такой способ общения они придумали в прошлом году, когда выбрали разные предметы и хотели быть на связи даже тогда, когда находились в отдалённых кабинетах. Это очень помогло летом и когда Эмма переехала в Лондон. Суть заключалась в том, что все, что было написано в блокноте, проектировалось в идентичные блокноты, которых они создали три. Поттер и не ожидала, что друзья ответят ей, ведь в Америке сейчас было ранее утро и друзья, наверняка ещё спали. Входя в темный класс Зельеварения, Эмма надеялась, что хотя бы тут её не будет ждать разочарование. Хотя ребята и упоминали про строгого профессора Снейпа. В Ильверморни Зелья не были любимым предметом у Поттер. Возможно она и преуспевала на экзаменах, однако помогут ли ей эти знания в Хогвартсе, оставалось загадкой. — Успокаиваемся, — прозвучал холодный голос. Всем своим видом он говорил, что требует полной тишины и никто в классе не осмелился ни звука издать, пока говорил профессор Снейп. Медленно надежды Эммы рушились у неё на глазах. От такого преподавателя можно и не ждать похвалы. — Прежде чем начать сегодняшний урок, — он стал у своего стола и оглядел класс. — Я бы счел уместным напомнить, что в июне вы будете сдавать серьезный экзамен, который покажет, насколько вы усвоили науку изготовления и использования волшебных зелий. Хотя изрядную часть из вас, несомненно, составляют кретины, я все же надеюсь, что вы худо-бедно заработаете за СОВ хотя бы «удовлетворительно». Иначе вам придется столкнуться с моим… неудовольствием. По окончании пятого курса многие из вас, разумеется, перестанут у меня учиться. По программе, нацеленной на подготовку к выпускным экзаменам, в моем классе зельеварения будут заниматься только лучшие из лучших, остальным же придется со мной распрощаться. Но до приятной минуты расставания как-никак еще год и потому, будете вы впоследствии претендовать на высшую аттестацию или нет, я советую всем собраться с силами и постараться получить те приличные баллы за СОВ, на какие я привык рассчитывать у своих учеников. Сегодня мы будем готовить зелье, которое часто входит в экзаменационные задания для пятикурсников. Это — Умиротворяющий бальзам, он помогает бороться с тревогой и снимать беспокойство. Но осторожно: если переусердствовать с ингредиентами, пациент может погрузиться в глубочайший, а то и необратимый сон, поэтому пристально следите за тем, что делаете. Ингредиенты и способ приготовления, — он взмахнул волшебной палочкой, — написаны на доске. (Они тотчас там появились.) Все, что вам необходимо, — он опять взмахнул палочкой, — находится в шкафу. (Дверца шкафа распахнулась.) В вашем распоряжении полтора часа… Приступайте. Зелье, которое выбрал профессор точно не принадлежало к разряду «элементарные». Как и говорил профессор Снейп в начале, от учеников требовалось максимального терпения и сосредоточенности. То есть те черты характера, которые у Поттер отсутствовали. Каждый ингредиент следовал за другим и перепутать их было нельзя, иначе зелье бы просто не вышло. Так же как и напутать с количеством. Мешать так же надо было строго определённое количество раз не больше, и ни меньше. Стараясь унять тревожность внутри, Эмма сосредоточенно считала количество помешанней, когда заметила пристальный взгляд профессора на себе. Она подняла взгляд и встретилась с чёрными глазами Снейпа. На мгновение Эмме показалось, что он с ноткой грусти смотрел в её зелёные глаза. Поттер не отводила взгляда, стараясь найти ответы на свои вопросы, когда сбилась со счета и ей пришлось отвлечься, переводя взгляд обратно на котел. Зелье в котле зашипело и начало с пеной выходить из него, а она судорожными движениями тряпкой, пыталась вытереть ярко-голубую жидкость с пола и стола. Снейп с разочарованием смотрел на попытки девченки утихомирить бурлящее зелье. На мгновение ему показалось, что она похожа на Лили намного больше, чем её брат. Однако теперь волшебная иллюзия разбилась в дребезги, когда из её рук раз за разом выпадали ингредиенты, а зелье абсолютно ей не давалось. На что он мог надеяться? Ему давно пора принять факт того, что Лили умерла, а её дети похожи на Джеймса Поттера больше, чем на неё саму. Когда до конца урока оставалось десять минут Эмма с разочарованием заглянула в свой котел и поняла, что зелье у неё не получилось. Место серебристого пара из котла валил серый дым, сквозь который было невозможно разглядеть хоть что-то. Зато из котла Гермионы и правда исходил серебристый пар, тот самый, о котором говорил профессор Снейп. Поттер даже вздохнула с облегчением, когда обнаружила, что у Гарри и Рона зелье тоже не вышло. У последнего котел вообще искрился и издавал шипящие звуки. Снейп лишь коротко заглянул в котел Эммы и, как ей показалось, усмехнулся, записывая что-то на куске пергамента. Он избавился от зелья Гарри и под его злой взгляд, пошел дальше к слизеринцам. — Тех из вас, кто справился с чтением инструкции, прошу наполнить вашим зельем колбу, снабдить ее наклейкой с разборчиво написанными именем и фамилией и поставить на мой стол для проверки, — сказал профессор. — Домашнее задание на четверг: двенадцать дюймов пергамента о свойствах лунного камня и его использовании в зельеварении. Тяжело вздохнув, Поттер поняла, что её ожидания не оправдались. Неоправданная неприязнь профессора к ней и другим ученикам гриффиндора, серьезно подпортила ей настроение перед следующим уроком. Пожалуй, профессор Бабблинг была самым милым учителем, которого Эмме довелось встретить в Хогвартсе до сих пор. Она единственная, кто заметил появление новой ученицы в классе и узнала у неё что именно они проходили в Ильверморни. Поттер не было на что жаловаться, профессор Франсис, которая учила в старой школе, была ужасной занудой. После Древних рун настроение улучшилось и возможно тому повлияли успехи Эммы в этой науке. Когда Эмма и Гермиона встретили Гарри и Рона на пороге кабинета по Защите от Темных Искусств, оба были крайне угрюмые. — Только первый день, а уже столько назадавали! — воскликнул Рон, стоило ему завидеть гриффиндорок. — Бинс — письменную работу в полтора фута длиной о войнах с великанами, Снейп — фут об использовании лунного камня, а теперь ещё Трелони — месячный дневник сновидений! Значит, правду сказали Фред и Джордж про год перед СОВ. Если еще теперь эта Амбридж что-нибудь задаст… В кабинет ребята входили под недовольное ворчание Рона, которое сильно позабавило Эмму и она искренне улыбалась. Пожалуй, впервые с самого приезда в Лондон. Профессор Амбридж уже сидела за учительским столом. Все в той же нелепой, розовой одежде, которая совсем не сочеталась в сознание Эммы со строгостью. Урок оказался не самым лучшим и явно не тем, чего ожидали студенты и Эмма вместе с ними. Самым большим удивлением для Поттер стала уверенность, с которой Гарри спорил с профессором. Он верил в каждое произнесенное слово и ни капли не жалел спора, который затеял. Ни на секунду он не поколебался и не поставил своих действий под сомнение. Когда Эмма обернулась, она встретилась с огоньками, которые шалели в глазах брата. Он яростно доказывал свою правоту и ему было абсолютно все равно, когда профессор дала ему наказание, после чего отправила к декану. Выходя из кабинета, настроение у всех было ужасное, что ещё и омрачалось кучей домашних заданий. Сразу после ужина Эмма села за стол в гостиной и не поднимала головы от пергаментов до позднего вечера. Стоило ей отвлечься от письменной работы для Снейпа, она встретилась взглядом с Гермионой, которая сидела напротив все это время. — Гарри ещё не вернулся от Амбридж, — обеспокоено сказала она, оглядывая полупустую гостиную. Даже Рон не стал дожидаться друга и пошел в спальню. — Что они могут делать так долго? — Эмма совсем не знала, как наказывают в Хогвартсе. — Мы проверяли работы вместе с профессорами, или помогали в больничном крыле. Обычно это не занимало столько времени, максимум три часа. — Прошло уже шесть, — констатировала Гермиона. — Обычно мы делаем что-то похожее, или ходим с Хагридом в Запретный лес. — Но, — Эмма нахмурилась и Грейнджер перевела на нее взгляд, — вход в Запретный Лес, запрещен. Он ведь поэтому запретный? — Да, но с Хагридом и во время наказания — можно. Посидев ещё некоторое время, Эмма сложила книги в рюкзак, забросила его на плечо и повернулась к Гермионе. Грейнджер не собиралась уходить, упрямо дожидаясь друга. — Я пойду спать, сегодня выдался трудный день. Казалось, Гермиона была погружена в свои мысли, когда смотрела на след от портрета Полной Дамы. Она только кивнула в ответ, но Поттер была уверенна, что та даже не поняла смысл её слов. Махнув рукой, Эмма поднялась по лестнице и как можно быстрее, оказалась в спальне. Гермиона легла на свое место, когда Поттер была уже на крайне сна и реальности. Толком не осознавая происходящее, она узнала, что Гермиона так и не стала ожидать друга. Вся неделя прошла в подобном темпе. Поттер ходила на уроки, делала домашние задания и старалась избегать взглядов остальных учеников. Оказалось, это было не так просто. Каждый раз, когда Эмма проходила мимо ребят с других факультетов, она замечала взгляды на себе и перешёптывания некоторых студентов. Слизеринцы не сдерживали себя. Иногда они громко высказывали свое недовольство тем, что в школе появился ещё один Поттер. Когтевранцы лишь тихо шептались, а Пуффендуйцы, оказались самыми милыми ребятами. Иногда, студенты с желтыми галстуками помогали ей найти дорогу. А терялась Эмма ещё не раз и в самых разных частях замка. Ей казалось, что неосознанно и не специально, она посетила уже все уголки огромной школы. Даже в Гриффиндорской гостиной она замечала на себе взгляды, пока делала домашнее задание. Поттер совсем не нравилось быть в центре внимания и чаще всего она просто собирала свои вещи и уходила в спальню, где продолжала заниматься своими делами, но уже на кровати, или на подоконнике. Под конец недели, когда поздним вечером в гостиной осталось совсем немного людей и Эмма могла хорошо слышать то, что говорили две девушки сидящие по другую сторону гостиной. — Она точно такая же странная, как и её брат, — сказала блондинка шатенке. — А ты пробывала с ней говорить? — Нет, но по ней видно, — она кивнула в сторону Эммы и поймала лишь злой взгляд Поттер. — Посмотри на неё. Они так похожи! Эмма отбросила перо в сторону и под негромкие убеждения Гермионы (она не любила конфликты и просила Эмму не обращать внимания на разговоры) направилась прямо к девушкам. Обе замолкли, стоило Поттер подняться. Эмма видела как они вжались в мягкие кресла и попытались прикрыться книгами, которые держали в руках. — Не желаете заткнуться? — грубо начала Поттер. Она стала прямо перед ними и заметила, что некоторые ученики, которые ещё остались в гостиной, повернули головы в их сторону. Близнецы и Джинни тоже. — Что? — удивленно смотрели на неё гриффиндорки, не ожидавшие подобной грубости со стороны новенькой ученицы. Все это время Эмма не обращала внимание, тем самым позволяя слухам дальше распространяться. — Вы обе и другие обсуждаете меня при каждой удобной возможности. И то ли вы тупые курицы, то ли делаете это специально, потому что я все прекрасно вижу и слышу. Если бы вы могли заметить что-то больше, кроме моей фамилии, то было бы неплохо. Но если для этого у вас слишком мало мозговых клеток, то просто скажите об этом громко и всем. Тогда я не буду ничего от вас ожидать. Гриффиндорки удивленно смотрели на Эмму. Их рты то открывались, то закрывались, будто звуки из них так и не выходят. Теперь уже вся гостиная смотрела на Поттер удивленно. Пожалуй, она не хотела замечать этих взглядов, но раз уже начала, то стоило держать до конца. — Я так и думала, — сказала она, после чего развернулась и забрав свои вещи со стола, поднялась по лестнице наверх. В субботу на завтраке впервые с начала недели царила спокойная, размеренная атмосфера, потому что никто никуда не спешил. В первый свой выходной в Хогвартсе Эмма чуствывала себя на самом деле уставшей. В течение недели она все время переписывалась с Диланом и Вероной с помощью блокнота. Ребята искренне переживали за подругу, старались давать советы и много рассказывали о делах в Ильверморни. Моменты, когда она вместе с блокнотом подолгу засиживалась по ночам, были самые счастливые в течении всей недели. На фоне красочных рассказов друзей о знакомых, дела в Хогвартсе обстояли очень серо и скучно. Неожиданно, когда в Большой зал, сквозь множество окон влетали и вылетали совы, одна из них опустилась перед Эммой. Серая сипуха держала в клюве небольшой конверт и Эмма быстро забрала его у совы. Та тут же взмахнула крыльями и унеслась обратно. Конверт был подписан с одной стороны От Ремуса Люпина Эмма нахмурилась, но быстро распечатала конверт и принялась читать небольшое письмо, написанное мелким, аккуратным почерком Ремуса. Здравствуй, Эмма, На правах крестного отца, я подумал, что стоило бы написать тебе после твоей первой недели в Хогвартсе. Как тебе в школе? Как профессора? Как ученики? Надеюсь ребята немного помогли тебе освоиться. Как в общем впечатления? Я хотел сказать, что ты всегда можешь написать мне, если у тебя будут вопросы, проблемы и так далее. Так же у вас прекрасный декан, к которому ты всегда сможешь обратиться за помощью. С наилучшими пожеланиями, Ремус Люпин. Эмма вздохнула и убрала пергамент в карман рюкзака. Мысль о том, что Ремус волновался за неё, приятно грела душу, однако обрадовать его новостями Поттер не могла. Чувства насчет школы были сомнительные, особенно после вчерашней стычки с гриффиндорками. С того времени некоторые ребята, которые видели происходящее своими глазами, или им рассказали об этом друзья, обходили Эмму, или бросали короткие взгляды. Каждый раз, когда ей доводилось заметить такое поведение окружающих, Поттер закатывала глаза и старалась побыстрее скрыться. — Нам кажется, или ты чем-то обеспокоена? — с двух сторон от Эммы опустились два близнеца. — Можно поинтересоваться, чем? — спросил Джордж, смотря на оставшийся пустой конверт. — Ничего важного, на самом деле, — пожала плечами Эмма, пряча конверт подальше от зорких взглядов близнецов. — Ну и ладно, — быстро сдался Фред, — мы вообще не за этим пришли. — Может затем, что бы поесть? — поинтересовалась Поттер, улыбаясь и передовая обоим по тосту. Она надеялась, что хотя бы на пару секунд услышать в их обществе тишину. Но план не удался, пока один брат жевал — второй говорил, и на оборот. — Это было вторым пунктом в нашем плане, — сказал Джордж, пока Фред запивал тост тыквенным соком. — А вообще, мы хотели сказать тебе… — Что ты круто разобралась вчера с этими девчонками… — Это было смело и очень по-гриффиндорски. — Ну, если хамить другим, это признак настоящего гриффиндорца, то… — начала Эмма, но близнецы её перебили. — Нет же! Ты не побоялась им противостоять! — Это уже заслуживает похвалы, — подмигнул Фред. — Её я уже услышала от вас, — Эмма встала на ноги и повесила себе на плечо рюкзак. — Если это все, что вы хотели мне сообщить, то пожалуй я удалюсь. — Погоди, — близнецы очень скоро догнали её, не успела Эмма дойти до выхода из зала. — Что ты думаешь насчёт небольшой шутки? — зашептал Фред. — Я слышала уже о некоторых ваших шутках! — Эмма остановилась посреди коридора. — Без членовредительства, — улыбнулся Джордж и незаметно достал из кармана фиолетовый мешочек с пересыпающимся песком. — Что это? — спросила Эмма заинтересовавшись. — Пойдем, покажем, — Фред взял её за локоть и потянул к первой попавшейся двери. За ней оказался маленький кабинет, покрытый пледом пыли. Джордж осторожно передал небольшой мешочек Эмме, пока Фред незаметно закрывал двери. Содержимое было очень легким и пересыпалось внутри словно песок. Развязав желтый шнурок, Эмма заглянула внутрь, но увидела лишь небесно-голубой порошок, мелко размельчённый. — Что это? — слегка разочаровано спросила Поттер, высыпая пару крупиц себе в ладонь. — Всего пара капель воды и настоящий фонтан тебе обеспечен, — довольно улыбнулся Джордж. — А мы хотели высыпать немного в озеро. — Вы уверенны, что этого хватит, что бы с озером произошло хоть что-то? — улыбнулась Поттер, вспоминая размеры огромного Чёрного озера. — Когда мы дома растворили пару крупинок в капле воды, нам пол комнаты затопило! — Вот мама ругалась, — протянул Фред. — Зато полы помыли, — беспечно улыбнулся Джордж. — Ну ладно, — прищурилась Эмма ожидая подвоха от Уизли, — а я вам зачем? — Ну как, тебе наверняка одиноко… — Вот мы и предлагаем свою дружбу! — А дружить с нами — очень выгодно! Поттер ещё какое-то время рассматривала лица близнецов, после чего, не веря своим ушам, согласилась. Никогда раньше она не могла и подумать о том, что будет вовлечена в шутку подобного масштаба. Они с Вероной и Диланом были достаточно спокойными учениками, которых чаще можно было встретить в библиотеке. Сейчас же Эмма, вместе с близнецами Уизли, пробиралась между невысокими кустами, растущих вдоль озера. У каждого было по небольшому мешочку порошка и метла, с которой они должны были рассыпать его в разных точках озера. Главное — улететь достаточно быстро и не задерживаться на месте, иначе накроет мощной волной. Фред отсчитал до трех и они одновременно взлетели вверх. Эмма с радостью заметила, что на берегу сидели не только Гриффиндорцы, но и ребята с других факультетов. Погода была благоприятная, а это значит, что все у кого была возможность, вылезли из замка во двор. Во время вспомня про содержимое порошка, Поттер рассыпала его так, как полагалось и ещё быстрее полетела к противоположному берегу. Они с Джорджем и Фредом приземлились одновременно и вовремя, что бы оттуда наблюдать за тем, как вода медленно начал бурлить. С каждой секундой сила фонтана увеличивалась, пока ребята на берегу не начали замечать движения и оборачиваться на Чёрное озеро. Девочки, которые по колено стояли в воде, начали быстро выпрыгивать из неё и убегать подальше от берега. Уже через секунду вода словно взорвалась, а с самого дна выстрелил столб воды. Сила была настолько велика, а вода разлеталась настолько далеко, что даже их с близнецами окатило прохладной волной. Мокрая до нитки Эмма с радостью наблюдала на реакцию других студентов. При чистом небе и безоблачной погоде, следующие двадцать минут с неба падал дождь. Дело было в том, что столб воды ни на секунду не ослабевал, он продолжал разбрызгивать воду вокруг. Эмма, Фред и Джордж тихо пробрались к самому берегу, но почему-то, Поттер была уверенна, что Гермиона заметила их тихие разговоры и внезапное появление. Несмотря на то, что Грейнджер старалась быть максимально серьезной, даже ей понравился фокус. Они вместе с Гарри и Роном веселились не меньше, чем младшекурсники. — Вслушайся, Эмма, — неожиданно произнес у её уха Фред. — Смех, который раздается из каждого уголка двора… — Это то, почему мы занимаемся этим… — Дарить людям причины для радости — очень полезная работа… — А плата, счастливые улыбки на лицах детей. В доказательство их слов, прямо перед ребятами пробежали ребята с Пуффендуя, которые звонко смеялись, когда одного из них снова окатило волной воды. Даже старшекурсники были рады фокусу и веселились не меньше младших друзей. Эмма была уверенна, что учителя видят все, что происходит у озера, но никто не прервал веселья у студентов, а некоторые только с радостными улыбками наблюдали из своих окон за счастьем своих учеников. Никому не хотелось верить, что эти улыбки скоро превратятся в гримасы боли и страха. Вечером в гостиной Гриффиндора все разговаривали только о происшествии у озера. Некоторые девочки все ещё ходили с мокрыми волосами, а младшекурсники даже не пробовали высушить свою одежду. Некоторым помогали старшие братья, или сестры, а некоторые только отказывались от помощи. Поттер с улыбкой наблюдала за происходящим. Теперь она понимает мотивы Фреда и Джорджа. Смех этих ребят и правда был лучшей платой. Конечно, Гермиона иногда бросала на неё укоризненные взгляды, на которые Эмма отвечала счастливой улыбкой. Теперь она точно могла написать письмо Ремусу и рассказать о том, что в школе все в порядке. Если близнецы и правда будут брать её в свои приключения, то возможно, она даже не обратит внимание на скучные уроки и горы домашней работы. В самый разгар веселья, когда Фред и Джордж забавлялись со своими волшебными фокусами, портрет открылся и внутрь вошла профессор МакГонагалл. Разговоры тут же стихли и все в изумлении обернулись на декана. Эмма не могла не заметить укоризненного взгляда Грейнджер, который та ей послала. Поттер не обратила на неё внимание, а лишь посмотрела на близнецов. Фред и Джордж одновременно прислонили пальцы к губам, говоря, что бы Эмма сидела тихо и не выдавала себя. Даже если они и собирались взять всю вину на себя, Поттер не допустила бы этого. Тем временем, МакГонагалл начала говорить: — Мистер и Мисс Поттер, пройдите, пожалуйста, за мной. Эмма и Гарри одновременно поднялись на ноги. Гарри оглянулся на Рона с Гермионой, а Эмме лишь и оставалось перекидываться с братом удивлённым взглядом. Они оба не понимали зачем их вызывает профессор. Когда за их спинами закрылся проход, МакГонагалл обернулась. — Я тут, только для того, что бы передать вам сообщение от профессора Дамблдора. Он ждет вас обоих завтра в шесть часов вечера. — Директор хочет видеть нас? — изумленно спросил Гарри, уставившись на профессора. — Так и есть, Поттер, — кивнула МакГонагалл. — Не опаздывайте. Она дала понять, что на этом все. Гарри попрощался с деканом и уже был в гостиной, когда профессор окликнула Эмму: — Это было прекрасное волшебство, — сказала она достаточно тихо, что бы только они вдвоем это слышали. — Передайте мое восхищение Мистерам Уизли. Пять баллов каждому, Поттер. — Спасибо, профессор, — счастливо улыбнулась Эмма. — Обязательно передам.