Bizarre Adventure: All Roads Lead To Liverpool

Варга разбудил смрад канализации. Как оказывается, концентрированный запах дерьма, протухшей еды и прочих нечистот приводит человека в чувствие не хуже, чем нашатырь. Отрыв глаза, по началу Харкету не было видно вообще ничего, но через минуту лежания на холодном и мокром бетонном полу с открытыми глазами его зрение привыкло к темноте, и теперь норвежец мог разглядеть кирпичные стены с проводами и неработающими лампочками. Варг, уже почувствовавший, что холодный пол начал приносить лопаткам не самые приятные чувства попытался встать или хотя бы сесть на задницу, что бы как следует оглянуться. Но резкая боль в правом плече заставила его лишь перевернуться на бок. Харкет вспомнил, что в его плечо прилетел кортик, который метнул ему в плечо неизвестный станд. Но ножа в плече не было, значит, его вытянули. А единственным, кто мог это сделать – это Марк. Если бы он этого не сделал, значит, с ним что-то должно было случиться. Это вселило в Варге спокойствие. — Марк! — Громко сказал Варг, зовя своего друга. — Рамон, ты тут? Чёрт, моё плечо ноет, нужно его продезинфицировать, а то занесу из-за этой дыры заразу. — Я тут! — Отозвался Марк, подойдя к своему раненому товарищу. — Да, сейчас с этим разберусь, только мне нужно и самому привести себя в порядок. Воняю, как бомжара. — Ты что, в канаву упал? — Спросил Варг, с большими усилиями севший на задницу. — Пришлось немного потопить эту черную гадину в нечистотах, что бы он отстал. — Так что же это получается, мы победили? — Вполне-вполне, — воодушевленно ответил Рамон, гордо встав правой ногой на лежащего без сознания мужика, — так ещё и трофей получили! Вон какой, лежит в отключке! Варг опустил взгляд и вправду увидел лежащее тело на полу, но только разглядеть его не вышло – слишком уж темно здесь. Да и сонька был одет во все черное, так что хер рассмотришь трофей. Наконец встав не без помощи Марка на ноги, Харкет, поправив волосы левой рукой, спросил: — И что мы с ним будем делать? — Его нужно оттянуть подальше отсюда, где есть света побольше и начать допрос этого кретина. Думаю, он соучастник ограбления. — Точно? Почему ты так думаешь? — Тот станд со своей зубочисткой не смог бы проделать такую дыру в стене, так ещё и такую гладенькую внутри. — А если бы и сделал, то ему бы пришлось делать эту дыру столько, сколько Энди Дюфрэйн делал туннель в стене, — продолжил Харкет. — Скорее всего, он был просто на шухере. Да, Марк, ты прав, нужно его допросить, нам же и легче станет. — Я его сам потащу, — сказал Рамон и закинул мужика себе на спину. — Он довольно легкий, так что тебе не придется напрягаться. — А как же мое плечо? — Я слишком грязный, — ответил Марк и дал Варгу себя понюхать. Пахнул он не цветами. — Не хочу тебе супер-СПИД занести в рану. — Значит, обойдусь просто зажатием раны. Она не сильно кровоточит, могу потерпеть. — Можешь забежать к себе на работу? В аптеку, где я спал. — Не-е-е, — протянул Харкет, — Иди я волновать не хочу. Лишние вопросы будут. Давай лучше уже пойдем, а то эта мразь ещё и проснуться может. Так, парни бродили вонючими около пяти минут. Телефоны не работали: при падении телефон Варга почему-то перестал включаться, телефон Марка – обмок и, как телефон Варга – сдох. Включить фонари они не могли, потому те двигались прислонившись к стене, что бы случайно не упасть в нечистоты. Опять искупаться Марку не хотелось. Так они двигались до тех пор, пока не увидели небольшой фонарь, висевший над дверью. Фонарь был необычным, аварийным, светил красным цветом. Такие светили только тогда, когда случалась поломка в электропередачах, и Марк это понял, потому, надежды на нормальный свет у него угасли. — Свет мы не включим. — Марк дал понять это и Варгу. — Можем обойтись таким светом? — На безрыбье и рак рыба, так что обойдемся и аварийкой, — кивнул Харкет и те пошли к двери. — Кстати, что за двери? — Комната для персонала, это точно. Я хоть и учусь на юриста, но это ведь очевидно! Придя к двери и сбросив противника на пол, те начали думать, как же привести странного мужика в сознание. По началу, Варг, не имея возле себя ничего, что бы могло привести его в сознание начал активно давать лещи по его лицу, выбивая из его рта кровь, сочащуюся с беззубых дёсен. Так он его бил минуту, но ничего не выходило: как и был таинственный враг без сознания, так и остался. — Интересно, что я делаю не так? — Спросил самого себя норвежец, достав из кармана пачку сигарет и вставив одну сигу себе в зубы зажёг её, поскольку вонь канализации его уже достала. — Может, ему в ноздри дым пустить? — Не подорви нас, — предостерег Марк, подойдя к речке-вонючке. Вытянув своей рукой немного гадкой, слизеподобной массы, капающей на пол, он подошел к мужику в отключке и раскрыл его рот. — Давай-ка попробуем вот это. Засунув канализационную слизь ему в рот, Марк, немного подвигав челюсть преследователя заставил его все это проглотить. — Ǻ gud! — Со скривленным от отвращения лицом отвернулся Варг. — Какая мерзость! Марк, ты точно думаешь, что он после этого проснется? Я думаю, что он сейчас умрёт. — Ч-ш-ш-ш! — Шикнул Марк, заставив Варга замолчать. — Следи за ним. Тишина заполонила канализацию, и пацаны начали смотреть на то, что случится с их несчастным врагом. По началу ничего не происходило. Вообще. Бедный мужик, до конца жизни оставшийся без передних зубов и здорового желудка все лежал и лежал на земле, оставаясь под пристальным присмотром Варга и Марка. — Не, бро, я думаю, что он умер, — сказал Варг и прислонил пальцы к виску – пульс есть, — ну, в скором времени точно откинет копыта… — Вот! — Перебил Марк, указав на рот несчастного. — Смотри! Варг убрал руки от мужика и тоже начал следить за его ртом: причмокивая губами и облизывая их языком, мужик начал что-то невнятно бубнить. — М-м-м-м-м-м… — послышалось из уст беззубого мужика, который продолжил чуть прихрипшим голосом говорить во сне. — Фскуфсно. — Что? — Варг склонился над неизвестным, что бы расслышать получше. — Марк, ты слушал что он сказал? Я нихера не понял. — По моему, он сказал “вкусно”. Да он гурман! — Теперь у меня аппетит пропал, — скривил лицо норвежец, сделав ещё один затяг, — целую неделю жрать не буду. — Эй, слышь, просыпайся давай! — Опять повторил бельгиец, побив его по щеке. — Ты у нас в плену, а не на отдыхе! И вот, пощёчины с вкуснейшим канализационным угощением начали действовать: причмокивая, желая получить ещё больше вкусностей, он начал приходить в сознание, то приоткрывая глаза, то закрывая их обратно, желая поспать чуть больше. Но после сильного щелбана, великодушного подарка от Марка, он, немного покрутившись и прохрипев, наконец-то полностью открыл свои глаза цвета угля. Увидев незнакомые рожи при свечении красной лампы, он подумал, что попал в комнату 101. Или в ад, хотя между этой комнатой и адом не было почти никакой разницы. Филиал ада на земле. У него перехватило дыхание, из-за чего он не смог даже закричать. Настолько ему было страшно. Что будет происходить дальше он не понимал. Засунут его голову в клетку с крысами, что бы грызуны превратили его лицо в фарш? О Господи Боже, только не это. А лица все смотрели и смотрели на него, не отводя глаз. Один курил прямо на его лицо, из-за чего попытки ухватить хоть какое-то количество воздуха ставало нереальным. Это заметил ещё один – от него воняло, словно от общественного туалета, хуже, чем сама канализация. Воняющий рыжий пацан со взлохмаченной бородой со встрявшей в ней нечистотами заметил, что ему, беззубому мужику, было сложно дышать, и тот отобрал у второго мужика, со странной палитрой цвета волос его сигару и потушил её, нет, не об него, а в пол. Он что, отыгрывает роль хорошего копа? Ох… плохие воспоминания… только не снова… А пока черноглазый мужик ухватывал вонючий, но все таки воздух в свои легкие, параллельно посвистывая из-за отсутствия зубов, Варг и Марк смотрели на то, как беззубый на них таращился, словно тот был заключенный, которому судьи сказали, что его ждет смертная казнь через повешенье на струне от рояля. Им казалось, что смотрит не на них, а в пустоту, как будто он все ещё не вышел из спячки. — Э, слушай, — тихо шепнул Варг на ухо бельгийцу, что бы их заложник ничего не услышал (а вдруг он притворяется коматозником!), — я думаю, что после твоего угощения у него что-то с головой случилось не то. Может того, усыпим мужика, чтобы не мучился. — С ума сошел? — резко отшатнулся Марк. — Мы его не убьём, лучше отнести его тому деду и он сам решит, что с ним сделать. А пока нам он ещё нужен, что бы найти деньги. Да и на вид он не умирает, а просто в ступоре.  Рамон вновь побил беззубого по щеке. Та стала уже красной от постоянных пощёчин и немного напухла, но на этот раз мужик успел увернуться. — Наконец-то, сработало! — не испугавшись резкого уклонения противника сказал Марк. — Теперь слушай сюда… И тут беззубый мужик начал кричал, словно того только что опустили в кипяток. До недавнего, он, будучи тише воды, даже намека не давал на то, ЧТО ОН НАЧНЁТ ТАК ОРАТЬ! Да не просто орать, а создавать эхо, которое будет стоять в катакомбах ещё минут так пять, пугая крыс, мышей (в том числе и летучих), бездомных и коммунальных работников, проверяющих состояние труб и кабелей. Кричал громко, да так, что этому могли позавидовать профессиональные оперные певцы. Это был крик изливающий весь его страх, который он накопил за несколько минут лежания на грязном полу и наблюдением за парнями под красном светом. Во время удара в челюсть он потерял не только передние зубы, но и ненадолго потерял слух. Он не понимал, о чем говорят его новые “друзья”, потому и не понял, что его хотят оставить в живых. Он даже себя в это время не слышал, потому даже не знал, как громко он кричал. Мужик вскочил на ноги и растолкал по сторонам парней, которые от его крика сами едва не оглохли. Беззубый мужик оглянулся и собирался призвать свой станд – [Renegade] не вышел, слишком мужик устал. Беззубый быстро оглянулся, при этом ПРОДОЛЖАЯ, СУКА, ОРАТЬ!!! Легкие его просто бездонные как оказалось, как и боязнь попасть в комнату 101. Потому, как только он увидел что стоит около запертой двери, которую он по мнению парней точно узнал, тут же рванул к ней и начал рвать ручку, пытаясь открыть её. — Впуфтите!!! — крикнул к неизвестным за закрытой дверью, пуская слюну с соплями, сочащую из набухших, красных десен. — Лади фсего фятого!!! Иди!!! Дзэфло!!! — Ты чё орёшь, ебанат?! — закрыл свои уши Варг. Уши у него вяли от крика. — Они мэня убьфьют! — продолжать кричать мужик, выбивая дверь (кстати, она довольно прочая, зараза). — Убьфьют, ИДИИИИИИИ!!! — Господи, мы поломали бедолагу, — заткнув пальцы ушами. — А я тебе говорил, гуманнее было его усыпить! — Я никого убивать не буду! — крикнул Марк. — Лучше прекрати нагнетать и помоги оттащить его от двери. Там кто-то есть, а нам ещё не хватало, что бы к нему ещё кто-то на помощь пришел. Рамон подскочил к несчастному мужику и отбросил его от двери. Упав на землю, он пополз к двери, словно там, за ней, должен быть целый отряд космодесантников, способные разнести не только Варга с Марком в пух и прах, но и целый Ливерпуль превратить в руины. — Э не-е, не пройдешь, — сказал Варг и прыгнул на мужика, сев на него. — Ори сколько хочешь, но тогда учти, что я тебе в таком случае сяду на башку. Любишь нюхать пердёж, а, Беззубик? Марк прислонил ухо к двери. Она была железная и немного ржавая, поддалась времени, так сказать, но, удары ногами и руками она выдержала так, словно это была не обычная дешевая дверь оббитая железом, а настоящая бронированная, дорогая, толстющая дверь, которую не постыдились бы поставить в каком-то банке. Но состояние двери Рамона не интересовало. А вот что за ними скрывается – очень даже хотел узнать. Хотел узнать, кого этот беззубый мужик звал на помощь – Иди (он вспомнил того самого Иди, у которого работал Варг, но быстро отбросил данное предположение; мало ямайцев или африканцев в Британии что ли?) и Джетро какие-то. Это они украли деньги того мужика, или просто шестерки на побегушках? Это ему и предстояло узнать. Через пару секунд, он услышал по ту сторону двери шаги. Осторожные, едва ли не крадущиеся. Они точно слышали, как несчастный беззубый мужик к ним врался внутрь, умолял о помощи. Да и они наверняка перепугались от такого, потому за лишнюю осторожность Марк ругать их бы не стал. Шаги становились все громче и громче. Ему мешали Варг с заложником, но прислонив ухо к двери ещё сильнее, едва ли не впираясь ногами в пол, что бы прижать ухо по-максимуму к этой ржавой двери он все более-менее слышал. И вот, настал момент, когда шаги остановились. — Стикс, эт’ ты? — спросил приглушенный голос по ту сторону двери. Беззубый это услышал. — Фпафи мэнья!!! — выдушил из себя несчастный. — Завали ебало! — Варг со всей силы стукнул целой рукой того по голове. — Я выхожу, — сказал голос по ту сторону. Он не услышал просьбы беззубого. — Если ты с собой кого-то привел непонятного – пинай на себя, я предупреждал, что мы в свою берлогу больше никого не пускаем! Послышался звук отмыкания замка. Только сейчас Марк понял, что замка на двери никакого нет и не было в природе. По крайней мере, с его стороны она точно отсутствовала. Повернув ручку, дверь начала открываться и вонючую канализацию начало заливать не только ярким светом, из-за чего у всех троих начали болеть глаза, но и дурно пахнущим дымом, словно внутри курили траву, гашиш и прочую хуйню, которую возможно было поджечь и затянуть от неё дым себе в легкие. Из-за двери, которая открылась внутрь комнаты, показалась темная голова, незнакомая для Марка, но пиздец какая узнаваемая для Варга и Беззубика (Варг гордился тем, что обозвал несчастного мужика именем дракона из того мульта). И когда черный мужик с покрасневшими от дури глазами и норвежец-фармацевт увидали друг-друга - заткнулись, раскрыли свои челюсти от удивления и округлили свои глаза, таращась друг-на-друга дебильным, но стороны следящего довольно смешным взглядом. И когда те оклемались, те, хором, словно дети в храмовом хоре, сказали: — Что за хуйня тут происходит?!

-----

Стикс Харди, так звали беззубого и побитого мужика, лежал на старом, но все ещё мягком и удобном диване, оббитой дешевой кожей, уже слезающей с подлокотников. Он зажал между дёсен кубик гашиша, в которую впились не только покрасневшие дёсна, но и обломанные зубы. Как оказалось, нижние передние зубы при ударе Марка раскололи верхние, но не выбили их полностью, потому, как только вся компания вместе с самим Стиксом уже успокоились и под пристальным взором Иди Хьюмэнрайтса вошли в его берлогу у него началась ужаснейшая боль во рту. Во благо, у Иди ганджубаса в схроне вместе с травой и гашишем было море, потому отдать кубик гашика было не жалко, особенно, если даёшь ею не обдалбываться, а на оборот – лечить. В этом случае гашик даже немного было стыдно называть наркотиком. Хотя, морфий и кокаин раньше тоже называли лекарствами. Под хорошим светом ламп, имитирующими солнечный, наконец-то можно было разглядеть этого мужика. Как оказалось, на видок, если не учитывать побои, то он был по возрасту схож с Варгом – ему было, как казалось самим парням, около тридцати лет (почти угадали – Харди было тридцать три, всего на три года старше Варга). Одет он был в военную форму Великобритании, только вот та была не зеленоватого цвета или же стилизованной под камуфляж, – она была черная, так же как и военные берцы, только вот те были не военные, а цивильные, с железным носком и розовыми шнурками. Шнурки, по идеи, должны были символизировать пацифистскую натуру Стикса, но в канализация никакого миролюбия не было. На рукавах, ближе к плечам, были нашивки со знаками отличия прапорщика – корона Британской Империи с двумя скрещенными оливковыми ветвями красовались и явно указывали на то, что Харди был или есть солдатом Ёё Величества. — Вот только с поведением как-то не сходится, — тихо пробормотал Варг, который как раз таки разглядывал. — Прям ссыкло какое-то. — Сё пифсданул?! — резко подвелся Харди. Глаза у него были и вправду цвета угля. Они были как шахты поздней ночью – глубокие и темные. Волосы, как оказалось, у него рыжие-рыжие, куда более насыщеннее, чем у Марка, которые отдавали легким красным оттенком. Кожа у него была бледная, кельтская (как любил выражаться Варг), вся в веснушках и в некоторых местах имелись шрамы на руках то ли от пуль, то ли от укусов (рукава были завёрнутые по локоть) и даже одна на лице, близь виска. Волосы на голове были длинные, собранные в пучок, а-ля “рыжий мусорный мешок”, кое-где выпадавшие из пучка по сторонам. Характер у него поменялся в разы с того момента, когда они наконец зашли в светлую, просторную комнату, залитую ярким светом и заваленную где только можно кустами с марихуаной. От факта того, что его начальник, Иди Хьюмэнрайтс, довольно известный фармацевт, меценат, владелец сети аптек в Ливерпуле и просто отличный мужик окажется сраным наркобароном! Это просто-напросто в голове не укладывалось! Особенно в голове Варга, ведь с ним он проработал достаточно долго. Это было шоком. Харкет с утра даже предположить не мог такого исхода ситуации. Это что за странный магнетизм такой? — Так-так-так, парни, давайте без лишних ссор в комнате, где стоит портрет Джа, — поспешил разнять парней Иди, указав пальцем на портрет молодого Хайле Селассие 1 , висящего на одной из стен, украшенный флагами Эфиопии, Ямайки и Британии. — Лучше помиритесь, поскольку Варг со своим другом или любовником и ты, Стикс, являетесь моими друзьями. — Он мне, блять, не любовник! — синхронно крикнули Варг и Марк, окончательно нарушив тишину и разочаровав Джа. — Ладно-ладно, парни, успокойтесь. Но вам с ним все-таки придется помириться, потому что я выбирать между вами не стану – сразу же выгоню всех трех обратно в канализацию. Все резко замолкли. Никто не хотел возвращаться в грязную клоаку, из которой пару минут назад они вышли. Стикс, что бы больше не видеть их, вновь лягнул и повернулся к спинке дивана, напоследок показав парням средний палец. Нацеленный посыл нахуй на Иди не был. — Да вы как дети. — Иди вздохнул и поправил свои слегка поседевшие у корней волосы, постриженные под амасунзу4 (Амасунзу - тщательно продуманная прическа , которую традиционно носят руандийцы мужчины и незамужние женщины, с волосами, уложенными в гребешки, часто описываемые как полумесяцы. Корни Хьюмэнрайтса тянулись из Руанды). Иди посмотрел на Варга и спросил: — Кстати, а что вы здесь делаете? — Секс-тулизм фо канафифасии вефь дофольно экфслемальна, — сказал Харки и заржал. — Что, гнойный чмошник, стал таким смелым, когда вылез из той дыры?! — быканул Варг на него, но его быстро остановил Иди. — Варг, — шепотом сказал он, — просто игнорируй его. Будь снисходительным. У него… проблемы в прошлом были. — Какие ещё проблемы? — Варг также перешел на шепот. — Харди пять лет тому назад он был в Афганистане, служил там. Стикса там и схватили в плен талибы. Он под пытками целый месяц был, он рассказывал сам мне об этом. Держали в темном подвале с крысами… — Лады, не продолжай, — сказал Харкет и кивнул ему. — Очередной солдатик с посттравматическим синдромом и перепадами настроения в зависимости от местопребывания. Тогда буду его просто игнорировать. — Спасибо за понимание, — поблагодарил его Иди и улыбнулся. — Но ты так мне и не ответил, что же ты здесь делал. Варг с Марком рассказали ему всю историю. И от сестре Марка, и об вчерашних неудачных похождениях, и об Фардинанде Докторе, который послал их искать его сокровища, и об кровавых следах, канализации, тушках убитых крыс, битве со Стиксом и, наконец, неожиданной встрече с самим Иди. От истории этой Иди, ранее бывший на позитиве резко изменился. Он был взволновал, разочарован и немного грустным. — Ох, парни, — устало протянул растаман, не скрывая своего состояния души, — не нужно вам было идти к нему. Иди, тяжело сев на ближайший стул откинулся на нем. Взяв со стола уже завернутый под видом обычной сигареты с фильтром косяк он зажег её и сделал затяг. — А что не так? — спросил Марк. — Всё не так! — Иди закатил глаза, выпустив дым через нос. — Вы могли связаться с кем либо, но ради Джа – не с ним! Теперь он не только о вас знает, но и ещё и пошлёт своих головорезов, если этому деспоту что-то не понравится. Иди, сделав ещё одну затяжку, закрыл глаза и, приперев свою голову рукой выпал из мира сего и погрузился в пучину своих мыслей, зарылся в извилинах своего мозга и начал о чем-то рассуждать, то ли сам с собой, то ли с Джа. Дымок от косяка медленно выходил из его рта и ноздрей, обволакивая его лицо запашным дымом. Одет Иди был в рубашку, разукрашенную зелено-желто-красными цветами по вертикали, а воротник украшал техасский галстук с бляшкой в виде большого листа конопли. Поверх рубашки был одет самый обычный медицинский халат, который носил на работе и Варг в том числе. Рубашка была заправлена в брюки бежевого цвета, подпоясанного ремнём с бляшкой в виде овального флага Ямайки. На ступни он надел самые обыкновенные вьетнамки, так как в рабочих туфлях в такой жаркой комнате было ходить просто мучительно и омерзительно, поскольку в туфлях его ноги варились бы в собственном соку, что не странно, поскольку температура в комнате была тридцатиградусная жара. Даже на улице было холоднее. Иди, посидев в трансе около минуты, ловля на себе изумленные взгляды Марка и Варга, наконец-то вышел из этого состояния и, прокашляв, сказал: — С Фердинандом будет сложно, но, думаю, мы как-то сможем решить это дело. Насколько я припоминаю, он сказал вам, что за его деньги и убийство вора он вознаградит вас информацией об этой девушке – Вивьен, — он сделал ещё затяг. — Ребята, а мы можем с вами договорится об одной оборудке? — Так это вы украли деньги этого старика! — Варг, подняв голос, указал пальцем на своего начальника. — Зачем? Это же ерунда. — Во-первых, его деньги крал не я, — Иди спокойно отложил сигару импровизированную пепельницу, сделанную со срезанного дна жестяной банки пива "Bud", — мой станд может только погружать людей в жуткие галлюцинации, но не разъедать стены и людей. Во-вторых, это было необходимо для того, что бы проспонсировать нашу революцию. — РЕВОЛЮЦИЮ?! — Вскрикнули парни, явно ошарашенные услышанным. — Именно. Иди снова взял в зубы ганджубас и сделал затяг. — Кого ты собрался скидывать? — Не отошедший от шока спросил Варг. — Я знал, что тебе не нравится брексит и Тереза Мэй, но не настолько ведь, что бы пародировать Ви! — Да не её я собираюсь сбрасывать, она и так через год с поста премьера слиняет, — уверенно, словно видел будущее, сказал Хьюмэнрайтс. — Я собираюсь сбрасывать того старика, Фердинанда Доктора. — На-хе-ра?! — Потому что он деспот, ТИРАН, который заправляет нашим сообществом. Сообществом станд-юзеров имею ввиду. Такой человек как он – больше не актуален. Был актуален, в эпоху тиранов и диктаторов, да и то, могли бы наши предки и без этого фрукта обойтись, но не в XXI веке, Варг. Варг и Марк все ещё стояли как вкопанные. Как забетонированные. Особенно ошарашен был Варг, ведь об какой-то там революции говорил не какой-то Че Гевара, который ради построения коммунизма готов был залезть в залупу мира, а обычный владелец сети аптек и чёрт бы его побрал, наркоторговец(!), и то он говорит не об свержении капитализма, а о свержении Фердинанда Доктора – обычного престарелого мужика со своими тараканами в голове, пообещавший им информацию. А ведь все начиналось с поиска пропавшего. Вот же охуенно история закрутилась! А вот Марк, который был так же в шоке от такого закрута, все таки старался сохранить свое привычное спокойствие и хладнокровие, если его способность не выходить из себя даже в самые безумные моменты можно назвать хладнокровием и слушал, что говорил Иди. Внимательно слушал и все переваривал в голове. И чем дольше он его слушал, тем больше ему это не нравилось. — Фердинанд – это мужчина, которому уже сто семьдесят восемь лет, — продолжил Иди, со своей привычной спокойностью говорить серьезно. — И как это часто бывает, у старых людей у власти течет крыша, хоть как бы ты не менял свои органы, кости, мышцы и даже части мозгов. А ведь он заправляет сообществом Британии уже как лет с восемьдесят. Когда там началась бомбардировка Лондона? А, точно вспомнил… он уже заправляет сообществом 77 лет, через полгода будет 78. Встал на пост тогда, когда прошлого владельца убила бомба нацистов. И с тех пор держится за пост, думает, что без него всё развалится, упадёт в анархию, вся Британия испепелится адским огнем, а у Лондона будут кружить ангелы, дудящие в трубы, как у Иерихона. — Иди сделал затяг. — Ох, Варг, Марк, все утомились от него, особенно те, кто не родится в первой половине XX века. Только представь себе, Фердинанд пережил даже тех станд-юзеров, которые родились и умерли во время его правления! Безумие! — Зачем… — Потому что он не только засиделся на своем посте, он ещё и не справляется со своими обязанностями! Вы, может быть, не знаете, но за последние несколько лет в Британии появились несколько картелей и банд. Они торгуют оружием, наркотиками… — Так же, как и ты, — возразил Марк, провёдя яркими, алмазными глазами помещение. Комната была большой, непривычно большой для комнаты для персонала или комнаты с рубильниками или прочей кабельной и канализационной чепухой, хотя, голые кирпичные стены дали в дальнейшем понять, что все стены, которые мешали в обустройке хранилища наркотиков были снесены, а штукатурка (или чем тут стены обделывали) – сбита. На потолке висели множество фитоламп вперемешку с обычными, кабели от которых были небрежно прибиты строительным степлером к потолку. На стенах были кондиционеры, именно они сохраняли внутри нужную температуру и уберегали комнату от лишней влаги, что бы не допустить порчи продукта. Из комнаты вели ещё две двери, не учитывая ту, которая вела в канализацию, обе двери были дешевыми и тонкими – из ДВП покрашены в белый. Большая часть комнаты были забита столами с горшками с коноплёй, непривычного зеленого, слегка желтоватого цвета. По разных углах комнаты были склады с расфасованными по пакетах наркотиками: в правом углу ринга – трава, в левом – гашиш. Все это добро лежало на паллетах. “Наркобарон… — обвел он глазами Иди. — Я вот слушаю его и мне пока не нравится то, что он говорит. Может, мне кажется?” — Конопля – не наркотик, малыш. — Иди выкинул окурок сигареты в обрезанную банку. Лицо его было серьезным, как и тон. — Во-первых, коноплю обозвали наркотиком лишь благодаря заговору владельцев хлопковых плантаций – выращивание конопли на изготовление текстиля было в разы дешевле, потому, чтобы не потерять рынок, они, хлопковые магнаты, под предлогом борьбы с наркотиками добились запрета выращивания конопли. Во вторых, конопля не вызывает столь сильного привыкания как табак или алкоголь, — но вот они – на прилавках магазинов! Я всего лишь добиваюсь справедливости: конопля несет меньше вреда, чем ранее перечисленные “не наркотики”. Да и если его все-таки продолжат таким считать, то это будет в сравнении с ними меньшим злом. “Какой идейный, — подметил Марк. — И ведь все говорит на полном серьёзе. Его бог точно доволен”. — Ладно, мужики, давайте опустим тему, — вмешался в разговор Харкет. — Больше пользы будет от дальнейшего разжевывания темы этой вот революции. — Ну ладно, — без возражений сказал Иди и сперся локтем на стол. — Если это не ты украл деньги старика, и не тот рыжий хер, — Варг зыркнул на Стикса – тот задремал, — то кто? — Стикс стоял на шухере и помогал выносить деньги, а проделыванием дыры занимался Джетро. Он сейчас в душевой. Иди принюхался. Вонь от Марка всё неслась, словно от вонючки для автомобиля в виде ёлки. — И тебе тоже стоит пойти туда, жертва жестокой пропаганды. — Ну спасибо, — поблагодарил Марк. — И мыла с шампунем не жалей, пацан. Правда, не знаю, что ты будешь делать со своей одеждой… — Выкручусь. — А какова мотивация этого рыжего слизня и Джетро? — Варг заклал руки за шею. — Тоже идейные революционеры или же тут ради бабла? — Джетро – идейный товарищ, — ответил Иди, — он со мной выносил эту идею и мы вместе и создаем дальнейшие планы. Со Стиксом та же история, правда, ему нужны поощрительные вознаграждения в виде товара и фунтов стерлингов. — Вас только трое здесь? Ну, в команде. — Да. — Так мало… — Рим не за один день строился, да и смотри какой мы идейный и прибыльный бизнес закрутили. Иди раскинул руки в стороны. — Да и станды у нас довольно мощные. За себя постоим. Иди обернулся в сторону ванны и крикнул: — Дже! Ты там долго ещё будешь? Тут гости у нас, один из них воняет как Темза. — Я уже выхожу. Из комнаты, которая по густому пару можно было посчитать, что там целая баня, вышел молодой парень лет так тридцати с крючком с густыми, непослушными и длинными каштановыми волосами, пустившимися в кудри, дотягивающими к его ключицам. Длинное лицо с хитрыми глазами цвета кофе украшали (по мнению Варга она была кошмарно-нестильной) густые усы, выбритые в карандаш. Одежда у парня также была своеобразна: клетчатый в черно-белый квадрат хлопковый, тонкий халат с закатанными рукавами был одет поверх чёрной жилетки на голое тело. Грудь была вся забита татуировками, которые парни не смогли разглядеть. Руки тоже были забиты, но только до локтей и ладони: от локтя до кисти они были полностью чисты и забинтованы. Из под бинтов на обоих предплечьях была видна кровь, так что у парней откинулись все сомнения насчёт того, что эту дырень сделал Джетро. Из штанов на Джетро были джоггеры сшитые с бело-черной шотландки. Обувь также своеобразна: черные байкерские сапоги, внутрь которых были заправлены джоггеры. Короче, хипарь. Так ещё и стрёмный и выглядит как чей-то батя, сын которого старается не тусоваться вместе с ним в одном месте, а то одноклассники могут увидеть и заржать. — Целых два гостя до нас сегодня зашло, — сказал своим тенор-альтино Джетро, закрыв дверь душевой. — Рекорд. Сев на тот же диван, где дрыхнул Харди, Талл, закинув ногу за ногу закинул волосы за спину спросил, не вызывая своим лицом ни грана дискомфорта: — Кто у нас завонял комнату? — Уёба ф лыфэй болодой, — из просонницы ответил Стикс. — Списибо, уёба без рыжей бороды. — Джетро обратился к Марку: — Кыш в ванну и не жалей ни шампуня, ни мыла. Не обеднеем. — Где-то я это уже слышал, — сказал Марк и быстро запрыгнул в комнату. В ней он проведёт больше десяти минут. — И одежду смени! — Крикнул вдогонку хипарь с усами. — Можешь взять халат на вешалке или полотенцем обмотайся, а лахи постирай с мылом и поставь сушиться около кондиционера! Через нескольку секунд из ванны послышался звук пищащего бойлера – Марк начал процесс смывания запаха нечистот. Там, в баньке, он провел полчаса, а в то время Джетро, без грамма навязчивости, начал расспрашивать о Варге всякое. — Что за странный выбор палитры на твоих волосах? — Спросил Талл с легкой улыбкой, рассматривая одежду норвежца. — У любителей дарка в моде стал популярным алый, белый и бирюзовый цвет? — Это натуральные цвета. Талл засмеялся. Но смеялся он до того момента, когда не увидел серьёзное лицо Иди, который который кивал ему, говоря своим телом “это не шутка, бро, я сам в первый раз не поверил”. — Это что, правда? — Глаза Талла округлились. — Нихера себе. У тебя сбой с генами? Харкет развёл плечами. “Ты не первый, кто меня об это спрашивал, мужик в батиной одежде”. Но к вопросу Варг отнёсся спокойно: парень просто привык. — Что не день, то новые открытия, — засмеялся Талл и откинулся на диване. — Не то слово, — добавил Варг и снова оглянул комнату с ганджубасом. Всё ещё это не вложилось в голове. Это же заметил и Джетро. — Вижу, ты в явном ахере от того, что мы с Иди тут намутили, а? Растаман тебе уже рассказал, что мы здесь мутим воду одному хуесосу викторианской эпохи? — А не проще просто уговорить этого Фердинанда уйти с должности на почётную пенсию? — Спросил Харкет. — Ну, или превратить его в очередную Елизавету Вторую: типа правит она, но так, чисто по приколу. — Такие парни как Фердинанд не уйдут со своего поста добровольно – только если баба с косой уебёт ею ему по голове. — И то не факт, — добавил Иди, закусив между зубов очередную сигарету с шмалью. — Его так сложно убить? — Мы пока не проверяли, — спокойно ответил Талл. — Как говорится, не знаешь пруда – так нехуй туда лезть, идиотина. Но точно знаю то, что станд у него опасный – может перестроить человека по щелчку пальца или забрать какой-то орган, и при этом оставив человека в живых. Варг присвистнул. — Но это так, скомканные описания. Станд у него куда интереснее. — Для начала довольно впечатляюще. — Варг подтянул к себе ближайшую алюминиевую табуретку и сел на неё. — Значится, у вас тоже есть станды. Что они умеют? — Иди? — Джетро посмотрел на Хьюмэнрайтса, который уже закурил очередную сигаретку со шмалью. Тот в ответ сделал одобрительный кивок. — Если вкратце, то мой станд может создавать газ, схожий за свойствами за кислотой. Чем больше я наношу себе урона или мне наносят урон – тем больше испускается пара, и едкость её увеличивается. Мою способность, кажется, ты давно понял, как и способность Харди. Станд Иди… — Я сам, — перебил его ямаец и отложил самокрутку. — Вместо долгих разжевываний я скажу тебе только то, что бы ты никогда, НИКОГДА не дышал в присутствии [Bad Brains], если у тебя нет на лице противогаза. В другом случае – беги далеко-далеко. — Вы тоже балуетесь газами? — Подколол Варг. Стикс засмеялся. — Шутки в сторону, — серьёзно и строго сказал Иди. Такой голос он делал только тогда, когда должен был сделать по-настоящему важное объявление или делал выговор, — увидишь зеленого летающего мужика в листьях – либо надевай противогаз, либо беги куда глаза глядят. — Ладно, как скажете. — Харкет уловил серьёзный настрой своего начальника и больше не стал сверкать своими шутками. — Если он так опасен – лучше вас послушаться, чем пожалеть в дальнейшем. — Вот тут верно! — Вернулся в расслабленное состояние Иди и вернул в зубы ганджу. — И если что, ну, если все таки вдохнёшь эту херню – берегись всего, что на твой взгляд покажется подозрительным и опасным. — Так точно, сэр! — Отшучиваясь отдал честь Варг. — Давай лучше вернёмся к теме сестры твоего друга, Вивьен, — начал Талл и раздвинув ноги, наклонился вперед. — Пока Марка нет – эта тема не поднимается, — сказал Варг. — Это не моя сестра, а его, так что будет правильнее, если эту тему будете обсуждать только с ним. Джетро, не став протестовать или переубеждать его одобрительно кивнул. — Как скажешь, викинг, — сказал Джетро, посмотрев на маленькие заколки в виде рун на штанах Варга. — Если что, обсуждение Вивьен было бы без хуйни. — Я все же подожду. Кстати, где у вас можно подзарядить телефон? Он у меня наебнулся и не включается, думаю, что подзарядка поможет. — Что у тебя за телефон? — "Самсунг". Талл достал из кармана халата зарядку и бросил его в сторону Варга, а тот его поймал. — Розетка около горы с гашишем, — сказал Джетро и указал в добавок пальцем в сторону дури. — Спасибо. Через несколько минут телефон заработал, словно никакого падения и не было. “Ноут 10” заработал и даже уловил бесплатный вай-фай, который сюда провёл Иди. Рука у него ещё болела, потому после вопроса к Иди о том, если ли у него хорошее болеутоляющее тот кинул ему один из своих косяков. Ну а что, хорошее ведь средство против боли, так ещё и под антураж подходит. Запалив сигу с особой начинкой и сделав глубокий затяг Варг сел за задницу – вот это трава! Выкурив закрутку полностью и забычковав окурок об пол, он перестал чувствовать не только боль, но и раненую руку вообще. В голове начало приятно шуметь. Варга поплавило. — Господи Исусе, Иди, вот это у тебя трава! — Воскликнул Харкет, подложив себе под голову целую руку. — Чилаут ебейший! Я давно не курил траву, последний раз я это делал в Норвегии после выступлений. Отвык. — Спать не хочешь? — Чуть-чуть, но я это, сдерживаюсь. Руку я не чувствую вообще. — Если ты не против, я бы тебе зашил рану, — подвелся Иди. — Всё что нужно – есть. Варг одобрительно кивнул и уже через минуту Иди уже сидел перед ним на коленях вместе с большой сумкой разукрашенной в зелено-желто-красные цвета. Это была аптечка из которой он достал спирт и подняв рукав футболки обработал рану, а после – достал нитку с иглой начал накладывать на рану шов. Хьюмєнрайтс хоть и был под дурью, но из-за большой интенсивности его употребления он мог даже ходить на руках под травой или заниматься шитьём бисером, так что шов выходил ровным. После маленькой операции он наложил на шов большой пластырь. Саму процедуру Варг не почувствовал. Трава дала своё, и во время небольшой операции Варг плыл в облаках своего воображения. Он едва не задремал, но из цепких рук Орфея его выдернул сам Иди, сказав ему: — Я тебя залатал, дружище. Хочешь ещё сигаретку с прибамбасом? — Не откажусь… — Только смотри мне, рукой не дёргай, — дал напутствие Иди и ложа все свои вещи обратно в сумку (иглу он выкинул) всунул Варгу в зубы ещё один джойнт. — Отдыхай. Варг так и сделает: прикурив очередную самокрутку он заснул, понемногу пыхтя ею во сне.

-----

Когда Варг оклемался после второй порции травы, а это было через час после выкуривая, из ванны только-только выходил Марк. Мужское достоинство прикрывало полотенце, большое такое, дотягивалось к ступням бельгийца. В руках он держал свою одежду, постиранную вручную. От них больше не несло канализацией, Марк постарался на славу. От него тоже не несло, он пахнул персиками. — Он спит, если что, — посмотрел на Марка Иди, отвлёкшись от своих посиделок в телефоне и указав пальцем на почти проснувшегося Варга. — Кстати, пахнешь уже лучше. — Благодарю за душ, — кивнул Марк и направился к ближайшему кондиционеру сушить вещи. Заняло это минуту: подтащив к кондиционеру алюминиевую вешалку, на которой висел желтый дождевик, он начал расставлять на каждый крюк свои лахи. У кондика было жарко и сухо, волосы Марка даже немного подсохли под ним. Жрал он электричества просто немеренно при такой интенсивности работы, но торговля наркоторой отбивала такие расходы с лихвой. Окончив работу с вещами, он направился к Джетро, который держал гребень. Марку не помешало бы зачесать свои волосы и привести в норму бороду. Но Марк понял, что обычным гребешком дело не обойдется. Они хотели с ним поговорить. Ну как все, Стикс тоже дрыхнул, посасывая кубик гашиша. — Вы хотите со мной поговорить. Я это на ваших лицах читаю. Марк начал причесываться, сделав кивок благодарности в сторону Талла. Он тоже ответил кивком. В это же время Варг окончательно проснулся и начал подсушивать разговор, притворяясь спавшим. — Да, о твоей сестре. — Иди встал с кресла. Ноги затекли. — Знаю, обсуждать своих родственников и в каком-то смысле торговать их интересами – вещь сомнительная и неприятная, но я считаю, что это необходимо, ведь вы связались с очень опасным человеком, который навешал вам лапшу на уши. — Ага, только давай без этой пасты о злодейском злодее, я уже об этом слышал. Что ты… что вы мне предлагаете? — Мы поможем вам с поиском твоей сестры, Марк, — продолжил Талл, — но только с одним условием. — Мне уже надоели эти условия… — Присоединитесь к нашему сопротивлению, — Иди положил Марку руку на плечо, но тот её убрал. Иди не протестовал. — Знаю, странно это слышать от человека, которого час тому назад впервые на свои глаза увидел, но это очень важно для нас. — Но на присоединении это не окончится, я ведь правильно понимаю. — Да, так оно и есть. Нам нужно, что бы после нашего разговора вы вернулись наверх и нацепили ему на одежду вот это. Иди достал с кармана своего халата маленькую черную коробочку, размером с фалангу мизинца. Это жучок, и Марк это тоже понял. — Прикрепите ему это под дно или одно из крыл машины. Его машина это MG5 черного цвета, номерные знаки – AY113KRL. —Ладно, допустим, я согласился, — Марк посмотрел на коробочку и увидел, что на одной из сторон приклеен магнитик, — но с чем мы вернемся к Фердинанду? Он явно будет не доволен тем, что мы вернулись к нему буквально с ничем. — Мы об этом тоже подумали, — продолжил Джетро и достал из-за дивана сумку-мешок в которых обычно носят кроссовки. — Тут триста тысяч фунтов стерлингов. Скажете, что вор, когда от вас убегал, уронил одну из сумок. Вора вы не смогли поймать, но это хотя бы отведёт от вас тень сомнения. Марк взял сумку в руки. Увесистая. Открыв сумку он увидел, что та до верху забита банкнотами с изображением Елизаветы Второй. — А с какой стати я вам должен верить? Вдруг вы нас кинете? — Не кинут, — отозвался Варг, который после хорошего храпа и подслушивания разговора сел на жопу. — Кто-кто, а Иди – не кидала. А если Иди водится с этим патлачом в батином халате и рыжим мусорным мешком то и им можно доверится. Марк задумался. Идея и само предложение довольно хороши, но сам он сомневался не только в том, что их не кинут с обещанием, но и в самой это революционной ячейке растаманов. Ну что поделать, ну не верит Рамон хоть и идейным, но наркоманам, которые ещё и дурью этой торгуют, даже несмотря на то, что Варг, который явно знал Иди дольше, чем он, ему доверяет на все сто. Но и сам Фердинанд не лучше их – послушав их, можно было подумать, что это не просто человек, а дитя Пол Пота и Гитлера. Но и те и те предлагали помощь в обмен на поручение, которое им ой как горело. Выполнишь его – будет тебе информация о сестре. И каждый обещал информацию о ней, и не факт, что та окажется фуфлом. Но искать одного единственного человека, который не даёт о себе знать вообще ничего в городе с населением в 800 000 человек это сравнимо с поиском иглы в сене. Но вот сено можно было сжечь и найти в пепле ту самую иглу, а с городом такого нельзя было сделать, так что даже самая малополезная информация была необходимой. Марк взял с рук ямайца жучок и оценив его лёгкость обратился к Варгу: — Что ты об этом думаешь? — Я? — Подвёлся Варг. — Бро, это твоя сестра, тебе решать. Значит, стоит брать. — Как только мои вещи высохнут – направимся к Фердинанду. — Тогда выйдите через наш главный вход, нечего по канализации шастать. — Джетро указал на дверь, соседствующую с ванной. — Я помогу вам выйти, у нас просто вход в берлогу довольно хитровыебаный, сами не откроете. Так прошел ещё два часа. На дворе уже был полпервого, и к этому моменту все вещи Марка уже успели высохнуть, кроме джинсов. Дизайнерские штаны которые ранее были обычными голубыми джинсами от Levis были разрисованы баллончиком у местного говнаря-татуировщика в желтый цвет, а на левой голени был вышит толстыми нитями черный лев – символ Фландрии, родины Рамона все ещё не высохли у пояса. Но сидеть ещё час парни не хотели, потому Марк быстро одел трусы, штаны, клетчатую красную с принтом орла держащим в одной из лап биту рубашку и спортивные горные кроссовки. Эти два часа парни не стояли в Т-позе а активно разговаривали с Джетро – он, на их мнению являлся самым загадочным из команды “революционеров”, но проговорив с ним два часа он оказался довольно интересным парнем. Джетро Талл, как оказалось – пэйви родом из Севреной Ирландии, семья которого оседла (что довольно редкое явление для его этноса была редкость по словам самого Джетро) в городе когда ему было одиннадцать, но уже в 16 лет он убежал с дома и на краденом у соседа мотоцикле переплыл Ирландское море, а уже в Англии прибился к местной банде байкеров – “Free Bird”, так она называлась. Ну что поделать, оседлая жизнь юному Джетро не нравилась, а в подростковом возрасте шило в жопе не дало парню сидеть ровно на жопе в Белфасте. Вместе с бандой “птиц” те объехали всю бывшую метрополию, но через два года пацан решил уйти с компании по причине того, что [Locomotive Breath] начал проявляться и чтобы случайно никого не прихлопнуть кислотой он принял такое сложное решение, которое в дальнейшем ещё сильно аукнется в хорошем смысле. После ухода с банды, Джетро решил, что получить хоть какое-то образование было бы неплохо, да и в математику он неплохо так умел, потому выбор универа для него был очевиден – Бирмингемский университет на факультет инженерии и физики. Деньги он взял в долгосрочный кредит, который он так и не отдал, поскольку взял его на чужое имя. Уже на втором курсе учёбы Джетро узнал, что все “птицы” сели на нары из-за их главаря, который решил, что барыжить наркотой от сомалийцев не такая уж и плохая идея для заработка. Теперь вся банда отсиживала по 15 лет и они по сей день сидят и клепают номера для машин как говорит сам Талл. Встретил Иди он случайно. После окончания учёбы он получил диплом бакалавра он пошел работать бригадиром на судоремонтном доке в Ливерпуле и вновь увлекся мотоциклами, даже купил себе новый байк – Yamaha Harley. На ней он ехал на работу и разъезжал по Северо-Западной Англии по выходных. В один из дней Джетро и встретил Иди, когда им было по 26 и 38 года, то есть – шесть лет назад. В тот день Иди не успевал на работу – он организовывал корпоратив в честь очередной годовщины его аптекарской сети, но машина по дороге заглохла и пришлось топать пешком в самый центр города из дальней окраины. Во благо, по его улице и проезжал пэйви, в свой выходной прочёсывая улицы Ливерпуля. Талл отозвался первым на помощь, поскольку видел, что машина у бедного ямайца сдохла прямо на дороге. — Машинка померла, а? — Спросил Талл, остановившись у открытого окошка “бьюика вайлдкэт”. — Тачка, наверное, уже поношенная. “Вайлдкэт”? Такие ещё выпускают? — От отца достался, да пусть Джа его защитит на том свете, — с горчинкой в голосе ответил Иди и вышел из тачки. — Надеюсь, ничего серьезного не произошло. Но серьёзное произошло: как только Иди поднял капот из под него пошел бело-синий дым – повредились поршни. Больше эта машина никогда не заводилась и в скорее была сдана на металлолом. Но даже по такой причина Иди и не думал опаздывать на свой же корпоратив и попросил Джетро подвезти его в нужное место, если ему не сложно. Тот не отказался, ведь в понедельник ему дали небольшой отпуск поскольку на доке сегодня работы не было, а повозиться он любил. А сотрудничать они стали чисто из-за случайности: разговорившись по дороге с Иди о лечебных свойствах травы и почему корпорации так на неё взъелись те не заметили, как прямо на них мчалась машина. Водителем был пьяный турист из Франции, который на своей арендованной тачке забыл, что в Англии движение левостороннее и на полной скорости мчал на мотоцикл Талла. И разбились бы они в к херам, но Талл вовремя среагировал и активировал [Locomotive Breath]: станд выступил перед “ямахой” и принял удар машины на себя. Талл дал по тормозам и те избежали удара с авто, а вот неудачливый француз при ударе об станд пейви разбил не только машину, но и свою голову об руль. — Сдуреть! — Джетро быстро ото звал станд обратно и отъехал назад. — У тебя станд?! — С раскрытым ртом сказал Иди. — Притяжение все же есть! — Валим отсюда, а то фараоны приедут! Через секунду на месте ДТП мотоцикла не было, единственное упоминание о нем осталось только на дороге в виде следов от торможения. Талл с попутчиком помчались через жилые кварталы, сделали крюк, обминая все людные места и уже через полчаса те приехали на место назначения. С опозданием. Перед уходом Иди попросил уДжетро телефон – нужно было созвониться. Очень нужно. Когда байкер спросил зачем ему это нужно ямаец сказал, что бы он ни о чем не волновался и что о сегодняшнем ЧП он ничего и никому не скажет и добавил, что он владеет той же силой, что и он. В ответ пейви сказал, что завтра сам в нему приедет на работу и Иди согласился. Знакомым всего лишь полчаса людям он не доверял настолько, что бы давать свой номер, но его весьма заинтересовало поведение Иди. Он явно знал и хотел рассказать что-то интересно. — Ну а дальше… — А дальше будет потом, — перебил Иди, — уже прошло достаточно много времени. Варг, ну что, отошел? — Да, уже всё пучком. —Харкет подёргал плечом. — Почти не болит, кстати. Выдвигаемся. — Отлично, продолжим как-то в другой раз, — сказал Талл и встал с дивана. — Пошли, выведу вас наружу. Компания пошла за Таллом. Хьюмэнрайтс и Харди остались в логове, у них и своих дел полно, например, поездка к стоматологу. Уже выйдя через дверь парни оказались в тесном, темном коридорчике, на полу которого было настолько много пыли, что при свете фонаря на телефоне Талла можно было увидеть отпечатки подошв. Дышать было сложно: поднятая ввысь пыль и духота коридорчика делала такое ощущение, будто вместо здоровых легких их вставили легкие заядлого курильщика. Через минуту ходьбы те наткнулись на ступеньки, кирпичные и побитые старостью. Сколько же лет этой лазейке? И почему ни единая, блядь душа здесь не убирала?! — Сейчас выйдем, потерпите ещё немного. — Так как вы начали сотрудничать? — Спросил Варг. — Ну же, мужик в пледе, хотя бы кратко. —Всё из-за встречи с Фердинандом, не увидел бы я его – дальше бы пахал на ремонтном доке. — А тебя не смущает то, что ты работаешь фактично с наркоторговцем, — спросил Марк, перекрыв ладоней рот, что бы туда не залетела пыль. — Ну… — Джетро остановился и задумался. — Я не одобряю то, что делает Иди, я даже дурь не долблю, но по крайней мере Иди это делает чисто по идейным соображениям. — У Фердинанда также могут быть идейные соображения, по которым он это делает. Талл ничего не ответил и вновь направился на верх. Марку это не понравилось. Теперь он относился к этой задумке ещё скептичнее. — Ладно, пацанва, на выход, — сказал Талл и открыл дверь. Дверь оказалась самая обыкновенная, деревянная, которую можно увидеть в каждом доме обычного среднего класса на Британских островах. Из темного коридора парни вышли в здание какого-то заброшенного завода, закиданного мусором и металлоломом, который понемногу растаскивали бездомные. Все окна в нем были разбиты. — Это бывший мебельный завод, тут делали стулья, двери и шкафы. Выйти можно через одно из разбитых окон, просто идите прямо, там даже осколков стекла нет, мы с пацанами убрали там все. Что бы вернуться на улицу, где живет наш местный диктатор вам нужно повернуть влево и пройтись где-то с минут пятнадцать. — Благодарю, мужик, мы разберемся. — Харкет поднял палец вверх. — Ну что, Марк, выдвигаемся? — Да, давай побыстрее. Марк повернул голову в сторону Талла и доброжелательно ему кивнул. Но только эта доброжелательность не отображала его реального отношения к этой банде наркоторговцев-революционеров. “Я не верю ни единому вашему слову, вы такие же мутные, как и Фердинанд, но пока я имею надежду на то, что это поможет в поиске моей сестры – я пока буду с вами союзничать. С обеими фракциями. Роялисты и парламентаристы, ну это пиздец как смешно.” — Счастливого пути! — Джетро на прощание помахал им рукой и пошел вниз, закрыв дверь за собой. Марку казалось, что Джетро знал, о чем он подумал.

-----

— Да не-е-е, мужик, я не думаю, что они способны на такое, — протянул Варг отвечая Марку на вопрос о том, способна ли банда марихуановых революционеров предать их. Идя обратно к Фердинанду, который в то время сидел дома и смотрел новости, потягивая пиво, Марк рассказал о своем недоверии к этой оппозиции: они выглядят мутными и свержение Доктора не единственная их цель, и о них они не собираются рассказывать обычным “шестеркам”, таким как Марк и Варг. — Пока они, а я имею в виду Фердинанда и Иди, могут дать мне хоть какую-то наводку на мою сестру – я готов исполнять их хотелки. Но я не буду присоединяться ни к единой фракции. Нейтралитет – наше всё, Варг, и надеюсь, ты это тоже понимаешь. — Ясное дело, мужик! Я и не говорил тебе о том, что нам нужно обязательно к кому-то присоединяться, я просто имел в виду, что вряд ли Иди и Ко нам нож в спину ебанёт, во. — Предлагаю быть осторожными с ними, ну, на всякий случай. Не сомневаюсь в том, что ты с этим ямайцем уже долго в дружбанах и наверняка пиво вместе пили, но я бы отговорился от политических игр и боёв собак под столом. — А если бы пришлось присоединиться? Просто из интереса. Марк задумался. — Да откуда мне-то знать? — Подумав, ответил Рамон. — Я ни того, ни другого не знаю, лол. И мотивацию их в том числе. Если один предложит мне выебать кота, а второй – собаку, я лучше займусь дрочкой на Сашу Грей. Варг засмеялся. — Самая адекватная мысль, Марк. — Марк закашлялся от смеха. — Но, если бы я выбирал, я бы все же встал на сторону Иди и его банды – ну не могу я предать его. — Даже если мотивация Иди будет гадкой и рвотовызывающей? Варг затих. И задумался. — Я уже был в тусовке, которая занималась не самыми хорошими делами, да и я сам делал хуёвые вещи, когда ещё в Норвегии жил. Конечно, я остался тем ещё быдлом, но всякой сомнительной хуйни с меня хватит. Так что нет, я бы тоже отказался от сторон, если и те, и другие делали б совершенно ублюдские деяния. Но если цель Иди несет в себе хоть долю добра – то пусть будет так, не против сделать что-то доброе в этом году. — Хорошие намерения, как и добро – штуки субъективные. Ты никогда не найдешь одного единого мнения о том, что такое добро. Для Иди или Фердинанда их действия могут казаться добром, а вот других… — Я понял, к чему ты клонишь. Немного банально, но по делу, и я тут с тобой соглашусь – единого добра нет. Ладно, давай лучше ускорим темп, не будем заставлять столетнего деда ждать нас.

-----

— Только триста тысяч? А куда делись остальные деньги? Фердинанд был недоволен. Сидя на своем кресле в гостиной перед выключенным широким телевизором он казался спокойным как удав, как будто его не очень то и разозлило потеря нескольких миллионов фунтов стерлингов. По крайней мере его тело не выдавало никаких намеков на то, что он был в ярости. Да и говорил он спокойно и вдумчиво, не срываясь, словно он был священном, выслушивающим исповедь. Парни же стояли перед ним на коврике. Они имели такое чувство, что они школьные хулиганы, а Фердинанд – директор какой-то госшколы. Марк держал в руках мешок с деньгами, а Варг, который вел себя словно ничего только что не произошло разглядывал комнату. Во благо, жучок на тачилу доктора они уже прикрепили. Минус одна морока. Гостиная была выполнена в самом обыкновенном английском стиле: на салатово-желтых обоях, которые не вырывали глаза своей яркостью поскольку те потемнели за много лет висения на стенах висел гобелен с изображением картины Дэвида Морье “Битва при Каллодене” (Варг понял это, поскольку на гобелене был вышиты инициалы и название картины). Перед Фердинандом в полутора метрах от него была дровешница и каменный камин, поверх которого, на изоляционном коробе висел телевизор. Возле кресла Доктора расположился журнальный столик, подставка под ноги и большой диван для гостей. На журнальном столике была бутылка из-под пива “Bud”, несколько книг и журналов научной направленности и хрустальная пепельница, пустая и припорошенная слоем пыли (Варг предположил, что старый медик бросил курить уже давно, если с пепельницей так небрежно повелись. На полу, под столиком, красовался красный ковёр ручной работы – старый, поскольку на нём виднелись катышки. Также в комнате был комод с различными штуками-прибаюдками по типу сувениров и давно прочитанных книг. На окне висели толстые синие шторы, раздвинутые по бокам, что бы пустить дневной свет. Короче говоря, было достаточно уютно. Типичная гостиная типичного английского аристократа с тёмной стороной. — Остальные мы не смогли найти, поскольку вор успел уже где-то спрятать остальные миллионы, — начал оправдываться Марк. — Мы наткнулись на похитителя, мы его ранили, глубоко довольно, но он сумел сбежать, — продолжил Варг. — Но я не думаю, что он сможет прожить ещё с такими ранами. — Значит, большая часть моих денег хер знает где, а похититель не факт, что умер? — Фердинанд вздохнул. — Ну что за день. Мало того, что ко мне вломились и похитили почти все фотографии с Елизаветой, уничтожили мою стенку, так ещё это всё упало мне на голову в выходной, в который я должен буду ещё и поехать на работу, поскольку какой-то пациент насилует всем мозги на проходной. Дай мне сюда сумку. Марк дал ему спортивную сумку. Фердинанд взвесил её в руках и проверил содержимое – действительно, деньги. — Ну спасибо хоть на этом, на первые несколько недель меня выручили. — Как насчёт нашего договора? — Со рвением спросил Марк. — Я знаю, что договор мы не совсем выполнили, но… — Я обещал, что если вы найдёте мою казну и угандошите вора – информация о нахождении твоей сестры будет ваша, но это одна восьмая от того договора, пацан. — Фердинанд хлебнул пива и закинул ноги на подставку. — Так что я дам вам и свою одну восьмую от нашего договора. Она на юге Ливерпуля. Больше я ни слова о ней не скажу. — Большое спасибо! — Едва ли не крикнул Рамон. — Если вы захотите ещё со мной поработать, вдруг нужно больше информации о ней – идите ко мне, я могу найти для вас работу. Конечно же, нелегальную. — Думаю, мы обойдёмся, мистер, — как можно вежливее ответил Варг. — Дальше мы сами. — Как сами хотите, пацанва, я вас за уши к себе не тяну. Ладно, идите давайте, мне нужно на работу заехать, как только допью. Парни вежливо кивнули и без лишних слов направились на юг. Но им ещё придется встретиться с ним. А пока Фердинанд пил пиво и решал, как заделать свою стену, что бы не схлопотать от архитектурного бюро, тот решил ещё раз взять в руки мешок с деньгами. Ему что-то в ней не нравилось, как например, выраженный запах марихуаны. — Где же они шлялись?