Твой личный ФСБшник

***

Следующую неделю после дня пьянки Юнги чувствовал себя полным дебилом, но, надо признать, счастливым дебилом. Даже парни подмечали значительные изменения в поведении старшего. Он практически не отлипал от телефона, когда была такая возможность, а если её не было, то просто кидал в сторону кармана, где лежало устройство, нервные взгляды. Мин каждый вечер записывал что-то простое для Соён на своём пианино, а она потом в ответ присылала что-то вроде отчёта. Получалось коряво, а на фоне был тихий мат девушки на свои ошибки, но Юнги всё равно пересматривал эти короткие видео раз по 10, сначала объяснял, как надо, первые два, остальные оставляя просто на попялиться. Пальцы у Соён совсем не такие, как у него, они короткие и очень миленькие, а в комплекте с огромными рукавами свитера, из-за которых почти ничего не видно, это вообще просто удар по нервной системе Юнги. Из-за Соён с лица вечно хмурого и недовольного Мина не сходит глупая улыбка. Он думает о девушке каждый день, даже не представляя, что в это же время... Из-за неизвестного парня с инстраграма Соён чувствует себя живой впервые за долгие годы. Она понимает, что находится в заточении, но внутри всё трепещет и кричит: "Я могу летать". Теперь она не ощущает вселенскую грусть, смотря на ночной Сеул. Соён под присмотром заботливого интернет-друга ложится рано и встаёт с рассветом, представляя, как она парит в небе свободной птицей. Мечтать не вредно. И всё же, Соён становится интересно, потянет ли Юнги на принца?

Чат с Соён

Слушай Мне тут интересно стало

Ммм?

Как ты выглядишь?

С чего вдруг?

Ну, просто как-то не по себе, что я видела только твои руки, а лицо нет

Что ты сейчас делаешь?

Ничего особо А что?

Только не ори

Что? Толком не успевая подумать, Юнги нажимает пальцем на кнопку видео звонка. И офигевает с самого себя, когда пугается удивлённого лица Соён на экране. Какое-то время они просто молчат, так как осознание ситуации доходит долго. — П-привет, — девушка закрывает смущённое лицо руками, но так, чтобы были открыты глаза. Рассмотреть Юнги ведь чем-то надо. — Охренеть. Он едва сдерживается от смеха и просто улыбается. — Что именно? Я вот думаю, как это можно с таким милым лицом ругаться матом, как сапожник? Юнги шутит, но внутри у него истерика. Самая настоящая паника. Потому что вот она, Соён, двигается, чёрт побери! Живая и такая настоящая, что можно, кажется, потрогать. — Ой, да иди ты! Я просто недавно прочитала словарь нецензурной лексики. Теперь вот думаю, как перестать материться. "Если бы я был рядом, я мог бы её шлёпать за каждый мат. Так, слегка," — думает про себя Юнги. Они долго болтают, как обычно, обо всём и ни о чём одновременно. Мин рассказывает о себе, Соён слушает. Хотя обычно из парня столько слов за раз не вытянешь, а девушка не любитель усваивать информацию от других людей, если это не что-то полезное. Весь мир их двоих становится с ног на голову. Намджун охреневает тоже, когда понимает, что из комнаты хёна уже часа звучит его голос и смех, Ким тихонько приоткрывает дверь, замечая, что старший сидит лицом к стене и с кем-то разговаривает. Естественно, Джуну не видно телефона и одинокого наушника, и он здраво (нет) заключает, что Мин поехал кукухой. — Шуга-хён, может, я Чимину позвоню? Юнги оборачивается, открывая Намджуну вид на сотовый, а Соён — на Намджуна. Девушка машет новому знакомому и что-то говорит, но её не слышно. — На кой Чимину? "У него дядя работает в больнице. Помог бы тебя в дурку пристроить," — про себя отвечает Ким, но вслух говорит: — Так ты с Соён болтаешь? — Ага, не видно, что ли? — Бля, окей. Я свалил. Соён "привет", — парень быстро вышел, оставив парочку недоумевать. Юнги вернулся на место, и диалог продолжился, но один вопрос всё никак не давал девушке покоя. — Как он тебя назвал? — Как? — "Шуга... хён"? — неуверенно припомнила Соён, а Юнги кивнул. — Ну да. А что? — Что значит "Шуга"? И почему "хён"? Ты старше того здорового парня? Мин рассмеялся. Ну да, не поспоришь. На фоне всех своих младших, кроме Чимина, он выглядит слишком мелким. Хосок даже говорит, что Юнги у них моется кровью девственниц, чтоб так выглядеть. — Шуга — это мой творческий псевдоним. И да, я старше Намджуна. — И что значит твой псевдоним? "Сахар"? "Сладкий"? Вдох-выдох. Дыши, Юнги. Это предположение, это не тебя сейчас только что назвали сладким. — Это сокращение от одного баскетбольного термина, — поясняет Мин, прикрывая глаза. Ибо Соён выглядит настолько в-рот-не-ебаться-мило, что невозможно спокойно смотреть. — Раньше играл. Но ты можешь и так трактовать, если хочешь. — Дашь послушать свои песни? — Хорошо. — Сейчас? — А хочешь сейчас? — Угу. Угу-угу-угу. Соён кивает, словно китайский болванчик, на лице у неё предвкушение чего-то крутого, потому что она знает: Юнги иначе не умеет. Одна его игра на пианино чего стоит. Следующий час проходит спокойно, девушка только иногда протягивает офигевшее "Оооо" на каких-то моментах, а потом высказывает своё мнение. Она даже говорит, что из неё писать хуёвее, чем из Юнги репер, из-за чего разгорается спор, слышный даже за стенкой. Намджун долбит кулаком по смежной поверхности и орёт: "Я очень рад, что вы нашли друг друга, но заебали, дайте поспать!". Парочка смеётся, и Соён на секунду задумывается: — И правда, я всё хотела спросить. Как ты меня нашёл? — Всё просто. Я твой личный ФСБшник. Знала о таких? — Это те, что типа за нами следят? — Ага. — Ну-ну, верю, — с сарказмом отвечает Соён и пока решает не допытываться. Но начинает верить, только когда они прощаются, девушка бросается гуглить информацию о ФСБшниках, а Юнги видит это у в истории поиска и пишет ей: "О нас нет правдивой инфы в гугле Х))". В голове Соён образуется каша и какая-то тревога, что за ней реально следят, но если это Мин, то в принципе можно. Перед сном Юнги проверяет инстаграм девушки и видит новый пост. Губы сразу же растягиваются в довольной улыбке. Кажется, это первое фото, на котором Соён улыбается. А затем глаза сами натыкаются на подпись. Парень жмёт первым на сердечко лайка, пока его собственное сердце замирает на пару секунд.

нужно больше сахара в моей жизни...

"Значит, сладенького захотелось?"