Гретта и Астроф

***

《Моя девочка. Пишу эти строки под сильным влиянием моей тоски и моих сердечных мук, которые я разделяю с твоей матерью. Не знаю, зачем я это делаю… Скорее, хочу облегчить свою душу хотя бы на некоторое время и вновь поверить в то, что ты впорядке. По-другому не может быть, ведь так? Хех… Я помню, как однажды сидел возле камина в большом кресле с книгой в руках, а ты лежала звёздочкой на ковре, будучи маленьким ребёнком. Сколько тебе было… лет шесть? По-моему, так. Я читал не спеша, с глубоким пониманием текущей истории, чтобы тебе было интереснее слушать и воспринимать информацию. Но вдруг, моя дорогая, ты прервала меня, подскочив и дёрнув за рукав моего пиджака. Ты всегда вела себя очень активно, когда тебя что-то интересовало… И тогда ты спросила: «Папа, что значит «пархать»?». Я сначала потупил взгляд. Затем перечитал строки, которые мы уже прошли. Тогда-то на мои глаза попалась та самая, заветная, и я прочёл её в слух: «Он так шёл… словно пархал!». Ответ не заставил тебя долго ждать, и я ответил, приведя ассоциацию с бабочкой. Мальчик в сказке настолько был счастлив, что его движения не казались твёрдыми, утомлёнными, а наоборот напоминали полёт бабочки. Всё это я рассказывал с большим интузиазмом. Когда-то рассказывал, когда-то… Сейчас, увы, я не смогу так же сесть возле камина, открыть книгу и почитать её хотя бы для себя, чтобы вспомнить те былые времена. Я просто не смогу этого сделать, прости меня, моя хорошая. Спасибо тебе за наше счастье, и ещё раз прости, что не уследили и отпустили невольно в этот мир… О, мы с самого рождения оберегали тебя, не давали в обиду, ведь мы любили тебя. Просто в один момент ты бесследно исчезла той судьбоносной ночью. Мы долго искали, не могли понять, где ты и единственным нашим желанием было отыскать тебя, вернуть в отчий дом!.. Но так и не нашли. Сейчас же я оставляю свои мысли на бумаге. Сижу возле того же камина. Он не горит. Включил я лампу для лучшей видимости того, что пишу. После приятных воспоминаний меня только-только посетила мысль… Она каждый раз появляется в качестве успокоения, когда я остаюсь наедине с самим собой - с тобой всё хорошо, моя дорогая. Просто ты почувствовала, что тебе пора уходить. Пора бежать, куда глаза глядят, не задумываясь, что тебя будет ждать. К сожалению, со стороны я сейчас похож на наивного ребёнка. Возможно, я сохраню это письмо, возможно, оно пропадёт в пламени и превратится в пепел. Не знаю, не знаю… С каждым днём мне трудно идти дальше, но я стараюсь не поддаваться чувству отчаяния. Прошу тебя, я буду молиться... ради нас, ради твоей семьи, сообщи хоть как, что ты цела. Гретта, мы любим тебя.

p.s. Твои мама и папа》.