Твой одурманивающий запах

      Утро Костьи началось с неприятной ноты. Укутывая собственное тело в теплом одеяле, девушка жалась в постель. Ночью девушка забыла закрыть окно и поэтому к утру она сильно замёрзла. Подушечки пальцев рук и ног онемели, они имели белый оттенок. Холодными пальцами сжимая постельное бельё на кровати, она не могла открыть свои глаза. Мозг отказывалась, разрешать организму Костьи проснуться, открыть веки и подняться с постели.       Рядом с ухом Костьи раздаёт приятная мелодия, благодаря которой её утро начинается всегда хорошо. Тыкая указательным пальцем в телефон, девушка выключает будильник и переворачивается на спину. По телу пробегает дрожь и веки Купер сами раскрываются. Нет по телу не просто пробежала только что дрожь, его будто пробил электрический ток, от чего, кстати, Костья вздрогнула до такой степени, что отодвинула телефон на несколько сантиметров в сторону. — Су-у-к-а-а-а, — простонал Костья и обняла себя за плечи, находясь всё ещё под теплым пледом.       В тот момент, она, конечно же, не считала плед тёплым. Тогда, он скорее играл роль покрывала сверху, лишь бы прикрыть непристойно пошлые части тела. Костья ночью разделась до гола, оставляя на себе лишь одни боксеры. Думая, что температура на улице не опустится ниже нуля, шатенка открыла окно на распашку и укрылась пледом. Первые два часа, летая где-то внутри царства Морфея, Костья сама скидывала с себя плед, ссылаясь в полусонном состоянии, что ей жарко. Сейчас же, она отдала бы всё, лишь бы согреться, но не вылезать из постели.       Ничего хорошего не вышло из решения Купер, постараться вновь уснуть, несмотря на жуткий холод, пронизывающий до дрожи всё тело, как снаружи, так и изнутри. Организм девушки хорошо отдохнул за ночь, поэтому сейчас Купер быстро отходила от состояния, аля «я очень хочу спать».       Шатенка поднялась с кровати и закрыла окно, а затем обратно упала на постель. Теплый воздух, словно рывок, залетел в комнату и начал прогревать её. «— Только не школа, — подумала Костья, как только поняла, что если уж она проснулась по будильнику, то ее тело не в наркотическом опьянении и сегодня не выходные. — Да блять.»       Костья поднялась с кровати и села на край. Тело неприятно заболело, а в особенности грудная клетка. Грудь крепко перемотана бинтами, сжимала грудную клетку настолько сильно, что набрать полностью кислорода в лёгкие, было невозможно. До коснувшись до груди пальцами рук, которые уже согрелись в тепле, она почувствовала тупую боль. Перетягивать грудь было опасно, ведь немного переборщив, может развиться раковая опухоль. Но Купер не любила своё женское тело до такой степени, что отдала бы любые деньги, лишь бы изменить свой пол. Единственное, что её действительно останавливает, так это психологические проверки и то, что ей придётся на протяжении долгого времени пить мужские гормоны, которые могут ей и вовсе не помочь. Шатенка до конца жизни будет девушкой и изменить вердикт уже не сможет.       Однажды, девушка всерьёз задумалась о том, чтобы сменить пол. Почитав все статьи в интернете и ей, даже удалось пообщаться с трансгендером, она поняла, что она не сможет этого сделать. Костья просто морально не сможет принять себя, как парня в новом теле. Если своё женское тело ей отнюдь не нравится, то неизвестно, что она испытает, как только почувствует, что грудь больше не сдавливают чёртовы бинты или топ, а между ног член. Лишь в мечтах татуированной девушки всё было просто и легко.       Костья прошла в ванную комнату, остановившись в дверном проёме, она повернула голову вправо, где стояло зеркало в полный рост. Это было самой странной вещью в квартире девушки. Зеркало в полный рост находилось не в коридоре и даже не в её комнате, а именно в ванной. Подсознательно было понятно, что человек в любой момент может увидеть своё голое тело со стороны в отражении. Она подошла к зеркалу и принялась разматывать грудь, которая начала сильнее болеть. Девушка зашипела, сжимая челюсть и прижимая губы друг к другу. Бинт упал на пол и теперь, было видно, что грудь перематывалась настолько туго и долгое время, что у девушки скоро начнут оставаться шрамы. Грудь без бинтов было чуть меньше, чем второй размер, а как только Купер её перетягивала, то еле дотягивала до первого размера. Её это несомненно радовало.

***

      Девушка дёрнула дверь на себя и зашла в учебное заведение. Она прошла в гардероб и повесила куртку. На улице было достаточно холодно, чтобы разгуливать в одной толстовке. — Костья? — спросила Бэлла, когда увидела свою возлюбленную у стены. Она тоже зашла сюда, чтобы снять верхнюю одежду. — Привет, — губы расплылись в тёплое улыбке, и она расставила руки в сторону. Кузнецова не теряла ни секунду и тут же прильнула к горячему телу, они стояли и обнимались, пока остальные люди в гардеробной раздевались.       Никто не обращал на них особого внимания, лишь пару раз кидали косые взгляды, и то не на долгое время. Зная характер Бэллы, которая может выйти из себя за считанную секунду, никто не решался никогда подшутить над ней и сейчас тоже не решился. Не вооружённым взглядом было видно и понятно, что это не дружеские объятия, да и белокурая девушка никогда никого не обнимает, так крепко и страстно, как Костью. Те, кто хорошо знали Каспер, то могли знать, что она вообще не любила, когда её трогали. Откидывать от себя людей ей ещё не приходилось, но и позволять, чтобы кто-то так приближался к её телу, трогая в любом месте, она тоже не собиралась. Сейчас все выглядело наоборот: Каспер сама разрешила Бэлле притянуть её ближе к себе за талию, которой почти что и не было. — Я ничего не слышала об Артёме, даже в беседе классной ничего не писали. Мне кажется это странно и кто-то знает о том, что вчера произошло, — тихо и на ухо Костье, сказала Кузнецова. — Может он уже пришёл в себя и все хорошо, или может, твоим одноклассникам просто похуй? — они вместе поднимались на второй этаж. Сегодня у обеих девушек уроки были в соседних кабинетах.       Изабелла до сих пор не верит, что раньше она не видела Костью в школе, вообще не замечала, а с внешность Купер — это очень проблематично. Кузнецова знает, практически всю школу, не считая, конечно же новые пятые и шестые классы, подростков оттуда было трудно запомнить. Все низкого роста и словно на одно лицо, но самый бойких и дерзких, а такие тоже были, она, естественно, запоминала. Не заметить Костью, которая учится в данной школе уже десять лет, было просто невозможно, но тем не менее, Изабелла точно помнит, что никогда не видела и не общалась с ней. Это удивляло её не меньше, чем, например, то, что при своём заработке на наркотиках, Купер не может платить за квартиру самостоятельно и просит делать это нелюбимую бабушку. Здесь, будто терялась какая-то ниточка, которая должна раскрыть эту тайну, но пока что, Бэлль не может отыскать ту самую нить. — Ну, не-е-ет, мои одноклассники не из тех, кому плевать. Мои одноклассники это: те, кто хотят поглазеть на шоу, кровавое месиво или даже небольшую драку, они из тех, кто любит наблюдать за ссорами, из тех, кто любит обсуждать, кто, когда поел и сколько выпил на вечеринке в тысяча девятьсот пятьдесят третьего года. Они сплетники и стадо баранов, блять, — девушки стояли у окна, близь друг другу и казалось, вот, они сейчас возьмутся за руки, развернутся к друг другу лицом к лицу и поцелуются, но этого не произошло. Им не позволял школьный устав, запрещающий показывать свободно отношения, а особенно и нетрадиционные. — Кучка уебанов, хочешь сказать? — но Купер так и не дождалась ответа. Ей, как и Бэлле пришлось удалиться в класс со звонком, который прозвенел в то же время, когда Купер задала свой вопрос. Костья точно знала, что Артём жив, и что он уже пришёл в себя. Доказательство тому был ночной звонок.       Телефон девушки поначалу разрывался от сообщений, вместе с которыми на мобильник приходила вибрация, а затем начал разрываться от звонков. На первый звонок Костья и вовсе не ответила. Она положила телефон под подушку, думая, что это заглушит громкую мелодию, но всё было тщетно. Девушка ответила на звонок, как только в сонном состояние и слипшимися глазами, разобрала, чьё ия написано дисплее. — Какого хуя, Вершинов? — выпалила Костья и перевернулась на спину. Она закрыла глаза, а правой рукой прислоняла телефон к уху, чтобы он не скатился куда-нибудь ниже на постель. Она даже и не сразу сообразила, что ей звонит Артём, которого ещё днём вчерашнего дня забрали на скорой в больницу. —У меня нет времени. Зайди в личку, быстро! — после чего звонок со стороны Артёма был сброшен.       Девушка убрала телефон от уха и пересела в сидячее положение. Глаза слипались и никак не могли сфокусироваться на экране телефона. Она с трудом зашла в личную переписку с Артёмом и уже там увидела не просто краткое сообщение, а настоящую поэму от Вершинова. Артём Вершинов 3:39 «— Слушай сюда, Кость. Это всё слишком затянулось и вообще, Бэлла перегнула нахуй палку. Лежать на больничной койке такое себе ощущение, так ещё и сигареты никто не притащит. Ты уже сделала фото, и сука, если нет, то сделай наконец-то, скинь их мне и я распространю их по всей школе, да что уж там, по всему, сука, городу! Кузнецова теперь просто так не отделается.» Костья Купер 3:43 «— Я уже не особо хочу выполнять условия плана, прости, Артём. » Артём Вершинов 3:43. «— Ты ебанулась?» Костья Купер 3:44 «— Не хочу я позорить Бэллу, блять. Она серьёзно не заслуживает этого и всё, что ты мне рассказал тогда, лишь отчасти правда. Я уже жалею, что согласилась на этот тупой план.» Артём Вершинов 3:46 «— Нет же, ты влюбилась в эту отмороженную быдлянку. Я прав?» Костья Купер 3:47 «— Ты мало получил?» Артём Вершинов 3:50 «— Ладно, если не хочешь делать эти фото сама, значит поройся в её телефоне, найди что-то подобное. ТЫ помнишь наш уговор: Ты мне фото, а я тебе остальную часть денег за наркоту. Не будет фото, не получишь деньги.» Костья Купер 3:52 «— Как же ты меня уже заебал. Ладно.»       Костья откинула телефон в сторону и легла обратно. В голове вырисовывалась картина, как девушка ищет в телефоне Бэллы хоть какие-нибудь фотографии, похожие на интимный жанр, чтобы затем перекинуть их Артёму. Кузнецова случайно замечает это, и они ссорятся, так да такой степени, что расстаются. Именно этого боялась Костья. Она влюбилась в эту белокурую девчушку. «Влюбилась в отмороженную быдлянку», как сказал Артём.       Костья все уроки думала, как же лучше будет сделать: просто нагло выхватить телефон, аргументировать это тем, что она подозревает, что Бэлль ей изменяет или сделать всё скрытно. Второй вариант больше нравился Костье, но всё было сложнее. Изабелла всегда была рядом и скрытно сделать этого у неё не получится, если только та куда-нибудь не отлучится. Это бывает редко, да и мобильник всегда с ней.

***

      Купер стоит в гардеробе, медленно переобувается, вспомнить, когда это было в последний раз очень трудно. Мысли в голове мешались, а в глубине души бился маленький огонёк страха, который душераздирающе кричал «тебе не нужны эти деньги, не смей предавать Бэллу!», но Купер, будто его игнорировала и прокручивала в голове план, как будет искать фото. Она даже не задумывалась о том, вдруг у Изабеллы нет таких фотографий, ведь всё-таки она не любит своё тело. Делать оголённый фотография, пока ты не принял себя, не любишь своё тело и уродуешь его — очень странно. — Ты ждала меня? — среди монотонных голосов подростков послышался один единственный, который Костья узнает моментально. Это была Бэлла, которая вбежала в раздевалку и даже не посмотрев на Купер, захватила с крючка свою куртку и накинула тут же сверху. — Да, именно, да, ждала, — шатенка немного потерялась, поэтому хлопая ресницами, облизнула нижнюю губу. Бэлль развернулась к ней лицом и улыбнулась, подошла ближе. — У тебя разве не семь уроков? — Думаю, меня скоро отчислят, так что плевать, сколько там у меня уроков, — Костья только сейчас поняла, что охранники на входе в гардероб, даже ничего не спросили. Если сейчас она тихо выйдет с Бэллой через главный вход, который также служил и выходом, то охранники ничего не узнают даже. — А дальше, как ты будешь учиться? — Кузнецова вышла из гардероба, приложил свою карту к автомату и проход открылся. Купер проскользнула вперёд, охранники даже не заметили. — Зачем мне учёба, если у меня есть уже работа? — На этом ты долго не протянешь, Кость, — вздохнула Бэлль и вышла из школы, а за ней и Костья. Иногда уйти из школы было нереально, а вот в такие моменты — легче лёгкого. — Ты никогда у меня не была. Не хочешь зайти? — А твоя бабушка как же? — Её нет дома, — они прошли ещё пару метров вместе, а затем Кузнецова резко остановилась. — Почему именно бабушка? — Ну, у ты же не общаешься с матерью, а отца у тебя нет, — Костья изогнула бровь и чуть приподняла вверх. — Да, но откуда ты это знаешь? — Ну-у-у, — теперь и Купер впала в ступор. Она не знала, как лучше: сказать правду или соврать. — Ко-о-сть, — интонация голоса Бэллы сменилась, она чувствовала, что здесь что-то нечисто, — Откуда ты это знаешь? — Мы ж с Артёмом общались, вот он и рассказал, — на ходу придумала Купер. Она сделала шаг вперёд, предлагая продолжить путь, но Изабелла продолжила стоять. — Артём не знает, что я не общаюсь с матерью. Он думает, что она умерла. Кость, так откуда ты это знаешь? — Кузнецова сделала шаг вперёд, но всё ещё оставалась на безопасном расстоянии от старшей девушки. —Блять, Бэл, давай хотя бы дойдём до твоего дома и там я всё расскажу. — Я не впущу тебя к себе, пока ты не дашь мне ответ, — зрачки блондинки стали, как пятирублёвая монета. Тело покрылось мурашками. — Артём знает больше, чем ты думаешь, — врала Каспер вновь. Она буквально не знала, как выкрутиться из данной ситуации.       Сказать правду было слишком рискованно. Остаться без денег и девушки не тот выход, который хочет сейчас найти татуированная девушка. Да и как сейчас Костья, скажет своей возлюбленной, что непросто знает всю её биографию наизусть, но ещё и самых дальних родственников. Быть дилером не так уж и плохо, как считала Изабелла. Мало того, что ты получаешь лёгкие деньги, почти что за то, что прогуливаешься вечерком или ранним утром по городу, так ещё и справки было легко навести. Попросив Фёдора узнать, как можно больше о Кузнецовой, она согласилась работать больше, чем он от неё требовал. Небольшие усилия и несколько дней затишья, и на номер Костьи приходит сообщение со всей известной информацией о Бэлле. — Окей, расскажешь дома, — Бэлла схватила шатенку за руку и потянула за собой.