Усадьба

      Макс прошёлся по всем открытым комнатам. Он не имел понятия о том, как выглядят мотели в двадцать первом веке, но, по памяти потерянных людей, они практически ничем не отличались от Московских ночлежек.       — Практически всё готово, — самодовольно произнёс Макс.       Комнаты чисты и опрятны. Лучшие ткани для занавесок в комнаты и штор в залы. Богатый фарфор, который раньше доставали к приезду гостей, сейчас наполнил все кухонные шкафы.       Макс, довольный собой и своим планом, вернулся в основной зал, в котором его уже ждал Роман.       Рома не был заинтересован в капитальном ремонте. Его план был слишком простым: дождаться людей, вырубить их, ожидать полного восстановления сил. К его сожалению, силы Макса не были способны восстановиться без людей, поэтому пришлось создавать такую большую ловушку.       Стоило Максу приблизиться, как Рома что-то спрятал в руке. Макс, конечно, мог скосить под дурачка, но он прекрасно знал, что от него скрывали.       — Ты хотя бы пожарил эту белку?       — Не-а, — произнёс с набитым ртом Рома.       — Не вздумай такое учудить, когда к нам приедут.       Поняв, что скрывать нечего, Роман достал практически опустошённую тушку белки и продолжил смаковать кусочки мяса.       — Ты в чужом теле, у каждого твоего действия будут последствия, не забывай об этом, — напомнил ему Макс, скрывая подступающую к горлу рвоту. Почти всё лицо Ромы было покрыто ошмётками беличьей шерсти и разводами крови. Может, он не контролировал тело Макса полностью, поэтому оно так среагировало, однако это не первый раз, когда он видит своего напарника таким голодным.       — Ты ничего не забыл? — обратился к нему Рома, после небольшой отрыжки.       Макс лишь смотрел на него с непониманием в глазах.       — Свет, идиот.       Теперь до него дошло, лишь для них отпала нужда в источниках света, но обычным людям он ещё требовался.       Макс начал рыться в воспоминаниях, стараясь найти всё, что связано с электрическими сетями. От школьных уроков по физике до оплаты электричества съёмной квартиры. Единственная мысль пульсировала у него в голове — это энергосбережение.       Создать проводку с улицы? Но линия будет обрываться на границе. Мираж странной коробки рядом со зданием? Но как его использовать дальше? Щитки, странные маленькие щитки со знаком опасности. Должно сработать. Достаточно распространено и не вызовет лишних вопросов.       Макс покинул зал, формулируя свою идею так, чтобы её могли реализовать.       Дверь захлопнулась.       Рома скучающе стал рассматривать пойманную белку, точнее то, что от неё осталось. В это время года их мясо не настолько вкусное, но не то чтобы он имел право жаловаться. Всё, что было на этой земле до того дня, на ней и осталось. Всё, что появилось после, должно остаться тут.       Аккуратно взяв тушку за шею, он начал вальяжно вращать её, любуясь добычей.       Кровь уже не шла, её он уже давно выпил.       Большую часть костей он уже или прожевал, или выплюнул. В привычной форме он с радостью заглотил бы тело жертвы целиком, однако, пока он в теле Ромы, не стоит расходовать силы на восстановление после каждого кусочка косточки, застрявшего в горле.       Красивая шёрстка теперь навсегда останется таковой.       И эти глаза, глаза, в которых застыл животный ужас. Он мог бы любоваться часами, но это не первый взгляд в его жизни. Потому он быстро ему наскучил.       — Баю-баюшки-баю, — с тщеславной улыбкой произнёс Рома, сворачивая шею и без того уже мёртвому существу, и затем, отделяя голову от тела. Голова белки отправилась в небольшую мусорку у дверей.       Смакуя оставшиеся кусочки тельца белки, Рома также вышел из зала.       В закрытой комнате наконец-то появились источники света. Сначала ночные лампы, но их тут же словно стёрли. Дальше обычные лампочки на стенах, озаряя помещение жёлтым свечением. Однако и от них, похоже, отказались. И вот, наконец, появились люстры, белый свет которых мог ослепить любого вошедшего в комнату. Это был, похоже, окончательный вариант. После небольшого мерцания свет погас...