Усадьба

      В аккуратных тапочках и ночном бельё она стояла у дверей в комнату Максима. Сердце нервно стучало, это никак не похоже на волнение. Чистый страх. Чтобы задержать его в этот раз нужно было что-то гораздо большее.       Понимая, что лишает себя нужного на разговор времён, она выдохнула и постучалась.       В комнате начались шорохи, он поднимался с кровати. С придыханием она ждала открытия, но, что сказать, Вика так и не придумала. Ей не спиться? Холодно и одиноко? Он обманщик, что скрывает её друга? — Что-то случилось? — тихий голос Максима вырвал её из размышлений.       Сейчас он выглядел иначе, чем в вечер вторника. Уставший голос, взъерошенные волосы. Обычная рубаха и штаны, накинутые в спешке. — Я. Да, можно к вам?       Он ничего не ответил, а просто открыл дверь полностью, позволяя ей войти. Сегодня она не боялась темноты, больше её не смущают выключенные светильники. В этой комнате сейчас есть только она и он. — Так что? — он продолжил мягким покладистым голосом. — Я не знаю… Забыла, наверное. Поговорить хочу с тобой. О чём только. — протараторила Вика.       Ясно, что Максим встал раньше желаемого, потому всё ещё несколько сонный и сам не желал включать свет. Однако он и не хотел прогонять её, ожидая объяснений. — Может о походе в зимний сад? — Может. — переступая с ноги на ногу смущённо сказала Вика. — Хотя не хочется мёрзнуть, давай поговорим здесь? Просто я рада тому, что мы можем поговорить. — Знаешь, Вика, а я рад, что вы вернулись. — он сделал маленький, но уверенный шаг в её сторону. — Если бы вы безвозвратно уехали, то мы бы не смогли порадоваться этому общению…       Вика распрямила спину. Шаг навстречу несколько припугнул её, будто её неожиданно выбрали… Такие события редко с ней происходят, потому в них всегда слабо верится. Её редко считали подругой, и уж тем более не считали первой красавицей. Рыжеватые и блёклые волнистые волосы, невыразительные черты лица, что только подчёркивались её неумением пользоваться косметикой в раннем детстве…       Но шаг также заставил её сердце радостно затрепетать. — Мы могли бы ходить на модные выставки… Участвовать в здешних исторических реконструкциях. Не только зимой, но и летом в августе на том самом «путче», осенью и даже весной!       Ещё шаг.       Она хотела ответить, но не смогла. Тихий полусонный и тёплый голос Максима медленно выбивал землю из-под её ног. Вика сглотнула подступивший ком к горлу, затем сразу облизнула губы, во рту пересохло.       Максим сделал неверный вывод и сократил дистанцию, снова не дав Виктории время на размышления.       Несколько склонив голову, он поцеловал её. Контраст их губ был сразу заметен. Его губы были такие тёплые и влажные. Особых навыков поцелуя у Вики не было, но растерянная она не знала, что делать. Продолжала стоять с ним не отстраняясь, что только придало Максиму большей уверенности. Его сильная ладонь аккуратно легла ей на спину, вторая к затылку, не давая шансов избежать контакта.       Это первый раз в её жизни, когда она не жалеет о поцелуе, навязчивое желание отключить рассудок начало преследовать её, но она продолжала стараться всё контролировать, боясь нелепо опозориться отдавшись страсти. Он прижал её к себе, его грудь была так близко, что Вика заметила, что их сердца стучали в унисон. — Не бойся… — еле слышно прошептал Максим, будто не спавший пару минут назад.       Может именно такого Максима она видела изначально, за той притворной маской, потому сейчас она ему доверилась. Его рука повернула её голову, так как нужно ему, непроизвольно рот раскрылся. Максим углубил поцелуй, крепко придерживая Вику.       Страх показаться смешной покинул её, его заменило странно-приятное чувство головокружения.       Новые ощущения наполняли её, сдувая пылинки с кип старых воспоминаний, желание продолжать взяло вверх над осторожностью.       Максим перестал ограничиваться поцелуем, рука уверенно сместилась с затылка на шею. Обратной стороной ладони он проводил по её тонким ключицам, что заставляло её несколько вздрагивать из-за мурашек и лёгкой дрожи в коленях. — Это нам пока не понадобится. — больше утвердил он, нежели спросил разрешения.       Крестик с цепочкой были откинуты также как тот старый пакет с гвоздями.       Они переместились на его кровать, такая же была и у них в комнатах, но эта казалась мягкой и тёплой. Он аккуратно уложил её. Ночные шортики отлетели в неизвестную сторону, плевать куда. Сладкий запах клюквенного чая наполнил комнату, ведь это любимый напиток Максима…       Нежные поцелуи стали настойчивее. Не только губы стали его целью. Лоб, щёки, шея. Приподняв её ночную майку, он целовал её грудь, спускался ниже, теперь живот. Сильными ладонями аккуратно проводил по телу Вики, восхищаясь каждым изгибом.              Звук её несколько спугнул, показалось, будто резко открыли чайный пакетик. — Чшш. Всё хорошо…       Она поняла причину. Майка отлетела в сторону.       Он стал с ней ещё ближе. Несмотря на его нежную аккуратность, она выгнула спину, как кошка, отдаваясь новому ощущению. Он подловил её, подтянул к себе. Тут же Вика обхватила его плечи, запустив свободные руки ему в волосы. Сердца их бились в одном ритме.       Мягко придерживая её, он нашёл её темп. Останавливаясь, не доходя до конца, заставляя Вику приспускаться самой. Играя на её новых чувствах, Максим оттягивал пиковый момент, для того чтобы получить наилучший финал.       На своей последней ноте, он полностью вошёл в неё, позволяя и ей получить наслаждение. Вика чувствовала, как дрожат её ноги, как член Максима пульсирует в ней, как дыхание несколько сбилось. В темноте она не видит его лица, но точно знает, что он доволен результатом, медленно опуская Викторию на кровать. — Вот что значит доводить дела до конца? — восстановив дыхания, сказала она. — Есть такое… — улыбался Максим, завязывая в узел использованный презерватив. Его лицо всё так же расплывалось, но улыбку она точно заметила…       Клюквенный запах теперь не покидал её. Максим бережно принёс раскиданные ранее вещи, все, кроме крестика, который куда-то запропастился. — Знаешь, я хотел сказать… — но сказать ему не дали, лампочки на стене вспыхнули и сразу померкли, кроме одной. Очередная лампада. — Прости, срочные дела! — он сразу же выбежал, включив свет и хлопнув дверью, не дав Вике время на 'подумать'.       Она несколько съёжилась на кровати. Вика захотела заплакать, но не успела.       Свет был выключен всё время. И включение лампочек ещё можно объяснить перепадом электроэнергии, то зажигание свечки уже вряд ли. Вика медленно подошла к всё ещё горящей свече. Смочив пальцы, она потушила её. Обычная свечка. Отступив к выключателю, не сводя глаз с лампады, она выключила свет.       Ничего.       Дотронувшись до выключателя снова, в попытке включить свет, её напугал скрежет за стеной. Лампы заискрились и полностью потухли. В комнате был различим тёмный силуэт, что теперь смотрел на Вику, налитыми кровью глазами. Попытки включить свет не привели к успеху, она рванула в коридор, к свету, к свободе. Врезавшись в стенку, она быстро оправилась и отбежала в центр коридора.       В комнате Максима снова загорелась свечка, об этом говорили блики у его двери. Оттуда никто не входил. А она туда теперь не пойдёт…