Усадьба

Часы показывали 11 ночи. Уже было достаточно темно за окном: невозможно разобрать, где начинается небо, а где верхушки деревьев. Алиса сидела в старом кресле. Нога на ногу, нервничает. Хоть Максим и открыл дверь в комнату Ромы, тут было слишком грязно, когда она вошла. Учитывая уровень грязи в комнате Ромы из настоящего, тут был свинарник. Тогда. Сейчас комната была опрятна. В ней можно было бы остаться спать. Но Роману не разрешали оставаться на ночь. Плевать, что ему нельзя ночевать в особняке, спать она не собиралась и ему бы она не позволила. Точно не сегодня. Его всё ещё не было. Прошло сколько? 2 минуты. Терпимо? Нет. Нетерпимо. Неужели он так долго возится с собаками?! Она слышит шаги за дверью. Это он! Поправляет волосы. Девушка могла бы удивить его помадой, но она с ребятами так и не поняла, как Рома и Макс воспринимают вещи из настоящего, поэтому не стоит рисковать. К тому же он всегда говорил, что ей идёт быть просто собой. Рома из настоящего, не этот. Но, наверное, и этот сказал бы также, если бы мог. Дверь приоткрылась. — Прошу прощения за задержку, я должен был проверить собачек ещё раз. — Он вошёл в комнату с извинениями. Алиса встала. Уверенно, будто зная, что она собирается делать дальше. А она знала. Подойдя ближе, взяв его за руку, она заталкивает его в комнату. Единственное, что ему осталось — прикрыть за собой дверь. Он был уже поддатый. Не настолько, чтобы заплетался язык, но настолько, чтобы потерять равновесие от лёгкого движения Алисы. Он успел развернуть их, став подушкой, на которую и свалилась Алиса. — Если так пойдёт дальше, то вы будете прощены… — произнесла Алиса с заговорщической улыбкой. Но её улыбку встретили непонимающим взглядом. Проклятье, слишком рано. Она встала отряхнувшись, ожидая, что встанет и Рома. Но он лишь приподнялся, отвернув голову в сторону. Его левая щека налилась кровью, выдавая румянец. — Прошу прощения. Я немного… пьян. Ему словно отшибло умение общаться не только с девушками, сколько с людьми в принципе. Она прекрасно понимает, что он пьян. Такой же неумелый, как на первом курсе. — Я… должен вскоре уйти. О чём вы хотели со мной поговорить. Его излишняя вежливость и раньше раздражала, но сейчас Алиса готова рвать кожу и метать молнии, если она еще раз услышит что-то в таком духе. — О тебе, — сухим голосом произнесла она. Роман наконец повернулся к ней лицом, но склонил голову в бок. Его голубые глаза смотрели сначала будто сквозь неё, но позже взгляд сконцентрировался на ней, на её глазах и начал скользить ниже и ниже. — Оу… о чём же? Взгляд Романа снова потерял фокус, но остался на уровне её груди. Похотливая псина. — Встань. — приказным тоном сказала Алиса. Он неряшливо приподнимается, снова теряя равновесие. Алиса закатывает глаза. Чтобы не наблюдать за его попытками, она приближается к тумбочке. Девушка действовала осторожно, и дворецкий точно не заметил пропажи пары бутылок: медовухи и наливки из яблок. Или ей так казалось. Она взяла в руку одну бутылку. Стекло было в царапинах, но всё ещё держало жидкость внутри. Это была наливка из яблок, по предположению Алисы с мёдом и лимоном. В закромах особняка было слишком много разного домашнего алкоголя. Не то чтобы она жаловалась на это. Из размышлений её вырвала рука Романа, неуверенно опустившаяся на её левое плечо. Ей нужно удержать его, как можно дольше. Дворецкого отвлекает её подруга, поэтому не стоит волноваться, что им помешают. — Вам не жарко, Роман? Он смотрит на неё. Не понимает. Продолжаем игру. Если вспомнить, как Рома быстро пьянел, то напоить его не составит труда. — Присаживайся… Я хотела бы узнать о тебе побольше. Последняя фраза заставляет Романа нервно поправить рубашку. Чтобы вырвать его из раздумий, она хватает его за руку и ведёт к столику. Дубовые кружки уже были помыты, на закуску она достала поджаренное мясо кроликов, что утром поймал Роман. Рома неосторожно присаживается в кресло. Отводит взгляд в сторону. В окно. Лишь бы не встретиться с Алисой. Поздно. Алиса прекрасно помнит, как провоцировать Рому. На рассказы, на эмоции, на возбуждение. Она приблизилась к его креслу, «случайно» задев своими бедрами его плечо, наливая медовуху в его кружку. — Ох, Роман, простите. Я такая неуклюжая сегодня. — произносит Алиса, с едва заметной долей насмешки. Роман склоняет голову, бубня себе под нос: «Сегодня вы порхаете по особняку... как бабочка.» Сравнения. Он начал использовать сравнения.

***

Медовуха уже в кружках. — Ну же, Роман, выпьем за наше знакомство! Рома неуверенно берёт кружку в руку. Принюхивается. Переводит отрезвевший взгляд от кружки к лицу Алисы и назад. Вздыхает. — За наше знакомство!

***

Лишь пять минут спустя они заметили, что бутылка медовухи уже пуста. Но ночь еще не кончилась, а Романа нужно задержать еще немного. Алиса встает из-за стола, чтобы забрать бутылку с яблочной наливкой. Градус алкоголя наливки раз в 5 больше, чем в медовухе. А значит, язык Ромы развяжется быстрее. Забрав бутыль и наполнив свою кружку, она передвигается к кружке Ромы. Но забывает, что алкоголь действует на неё также, как и на всех людей. Она спотыкается. Пара секунд слепого полета и она снова возвращается в сознание. Бутыль, к её удивлению, после полёта оказалась на столике, целая. Её талию сжимает рука. Рука Романа. Он поймал её. Также как и бутылку. — Прошу прощения, я правда не особо ловкая сегодня. — Молчи… Алиса приподнимается и замечает, почему бутылка не разбилась. По траектории полёта из её руки, бутылка попала на рубашку Романа. Теперь ткань, которая казалась такой плотной, просвечивает. Позволяя Алисе насладиться телом Романа при свете свечей. Она поднимает взгляд от рубашки к его лицу. Оно налито краской. Но он не уходит. Она опускает взгляд ниже и понимает почему. — Давайте просушим вашу рубашку. Ночь сегодня необычайно тёплая, да и в комнате жарко. Он снова отводит голову в сторону. Сомневается. — Поверьте мне, вам не стоит меня стесняться. Я видела много прекрасных тел, а сегодня я увижу ваше… Сломив его неуверенность, она отворачивается, чтобы не нарушать его пространство, позволяя снять рубаху. Когда она услышала, что он застрял, она позволила произнести себе фразу до конца. «Ещё раз.» Девушка немного поворачивает голову, чтобы узнать о готовности Романа. Но он неслышно отошёл, оставляя рубаху на тумбочке. Аккуратно сложив её, он оборачивается и видит лёгкую улыбку на лице Алисы. Тишину, воцарившуюся в комнате, прерывает глубокий вздох Романа. — Что же, у меня есть еще немного времени на ваши вопросы. Произносит он, медленно занося руку за голову, чтобы еле заметно почесать затылок. Как бы то ни было, алкоголь мешал ему определиться, стесняется он или красуется перед ней. Но то, что выпирало под тканью штанов склоняло ко второму варианту. — Вам не кажется, что вас укачивает? — Ох, вы правы, что-то меня немного шатает. Взгляд Алисы скользит от Романа к просторной кровати. Повернувшись, красуясь перед ним высокими бедрами, она осторожно направляется к ней. Изящный пируэт и Алиса вальяжно ложится на одеяле. Походкой охотника к ней приближается Роман. На мгновение остановившись и насладившись видом сверху, он опускается на кровать. Комната наполнилась множеством ароматов. Словно на дворе был май, а усадьба тонула в яблонях. Были явные отголоски мёда, его душистый аромат также легко улавливался. Немного лимона, будто кто-то приготовил терпкий чай с его дольками на всю семью. Алиса приподнялась с покрывала. Роман, наслаждающийся моментом, обернулся на причину возникновения тихого звука. — Что-то случилось? Его голос звучит немного взволнованно. — Я… Она замолкает и смотрит на его до боли желанные губы. Вытягивается чуть вперед, касается его лица руками и нежно целует, чувственно и медленно. Он отвечает взаимностью, не смея ей отказать. К поцелую добавляются крепкие объятия. А из комнаты пропадают запахи медовухи и яблочной наливки. Единственное, что они чувствовали — это друг друга. Алиса с воздухом вдыхала ароматы близлежащего соснового леса, в который Роман уходил предыдущими ночами, и сада, в котором он тренировал гончих. А ноздри Романа будто впитывали запахи тёплого дома, еле уловимый остаток аромата восковых свеч, эхо зарослей крапивы, в которые угодила Алиса этим днём. Почувствовав, что ему дали свободу, Роман повёл своими руками вверх под лёгкой тканью футболки Алисы. Если бы ему вернулась память, то, быть может, он признал свою собственную вещь, которую он «разрешил» Алисе «в тайне» от него самого «позаимствовать». Алиса поддавшись ему, позволяет снять футболку. А так как этот вечер она уже спланировала заранее, то футболка была единственной преградой на пути Романа. Кожа к коже, они ощущают теперь не только тепло, но и быстро бьющиеся сердца друг друга. Роман подаётся выше, преследуя собственную цель. Его задачей было оказаться ещё чуть выше Алисы, ровно настолько, чтобы его слова были произнесены на уровне её ушей. — Ты не представляешь, как долго я этого ждал… Слова отдались эхом в голове Алисы. Но Роман желает куда большего. Он прикусывает её ухо, чем вызывает тихий стон. Роман из прошлого действовал безрассудно, но Роман из настоящего прекрасно знал про чувствительные места Алисы — из этого последовали точное попадание в нужное место и нужная сила укуса, ведь настоящий Роман всегда боялся переусердствовать. Поцелуй в шею, поцелуй в ключицу. Следующие шаги стали медленнее. Будто он хотел исследовать каждый миллиметр её тела. Она же нежно водила рукой по его бархатистым волосам, чем только увеличивала его азарт. Он остановился чуть ниже пупка. Поднимает голову и немного склоняет её, словно верный пес. — Поможете?.. Роман дышал быстро и прерывисто. Немного недовольно. Словно штаны были неприступной стеной. По мановению руки, штаны улетели в сторону, как ненужный аксессуар для главной жемчужины коллекции. Поцелуй. Ещё один. Он играет с ней, зная, чего она желает, но не позволяет ей этого получить. Роман чуть поднимает голову, в его нежном-нежном взгляде пробежала азартная искорка. Траектория его поцелуев изменилась. Теперь он немного отдаляется. Его поцелуи чередуются меж её ног. Но расстояние увеличилось. Алиса хотела было возмутиться, но не успела. Роман схватил её за ноги и пододвинул к себе. С ней к нему приехало и бархатное одеяло, которое тоже было не готово к такому повороту событий. Она, из-за резкости действия Романа или из-за медовухи, а может, от всех этих факторов сразу, потеряла координацию и будто провалилась в тёплое одеяло. Роман вглядывался в неё, его переполняли противоречивые эмоции. Он был возбуждён и сделал так, как посчитал нужным, но теперь и волновался за Алису, не готовую к такой силе. Но Алиса была не против… Для неё это был новый опыт с тем же Романом, но более уверенным в своих силах. Не увидев и капли разочарования на её лице, он опустился, оставляя последний поцелуй. Он лишь сделал глубокий вдох, когда она бесстыдно закинула ногу к нему на плечо и грубо вцепилась ему в волосы, прижимая его голову глубже, направляя его, водя его лицом вдоль, одной ей ведомых, линий и точек. Парню не оставалось ничего другого, кроме как работать языком, не привыкшем к подобному использованию.

***

Это был словно вальс, в котором они с лёгкостью отдавали роль ведущего танцора друг другу. Их тела дрожали. Единственное, что звучало в этой комнате — это их вздохи и быстро бьющиеся сердца. Лёгкий зимний холодок и тёплый бархат. Свеча и полутень, что скрывала их. Аккуратное убранство комнаты, в которой лишь недавно навели порядок, и разбросанные на полу вещи. Тело к телу, кожа к коже, губы к губам. Они были близки так, словно это был их последний шанс.

***

Дверь распахнулась. В комнату бесцеремонно ворвался Макс…