Настоящее

flashback - Мы переписываемся каждый день, постоянно, почти без перерывов, - со счастливой улыбкой произносит Тэхён, сидя на кухне у Чимина, который пытается заварить чай, но трясучка в руках мешает налить кипяток в чашки, не пролив ни капли, - Я уже давно такого не чувствовал. С ним приятно, уютно и очень свободно. Мы не встречаемся ещё, но я уже ощущаю, что он мой, а я только его. - Я рад, - коротко отрезает Чимин сосредотачиваясь на упаковке пакета с чаем, который никак не поддается его пальцам и не хочет быть открытым.       Экран тэхёновского телефона загорается и парень проверяет пришедшее ему сообщение, отвлекаясь от разговора. Улыбка вновь озаряет его лицо, и парень что-то печатает со счастливыми искрами в глазах. Чимин же наконец-то справляется с поставленной задачей в виде «сделать чай себе и лучшему другу» и берёт в две трясущиеся руки чашки, ставя их на стол перед Тэхёном. Ким лишь бросает тихое и не совсем заинтересованное «спасибо», даже не смотря на лучшего друга отдавая всё своё внимание Мин Юнги в телефоне. - Ты выглядишь таким счастливым, - заключает Чимин, обращая внимание друга на себя. Тэхён лишь улыбается его замечанию и смущённо откладывает телефон, закуривая клубничную HQD. - Да, - он выдыхает дым и крутит в руках чашку, думая о чём-то своём пару мгновений, а после, не поднимая взгляд, продолжает, - Он учил меня сегодня играть на пианино. - Что?- Чимин давиться чаем, выплевывая его обратно в чашку и с огромными глазами смотрит на своего друга, - Юнги умеет играть на пиано? - Да, - заключает Тэхён с огромной улыбкой до ушей, - И довольно хорошо! Он оказывается давно занимается музыкой. Ещё со средней школы. Умеет играть на гитаре, пианино и… - не заканчивает перечисление Ким, вновь отвлекаясь на сообщение, - Я так восхищаюсь им. - Это уж точно, - саркастически бросает Чимин, трясущейся рукой пытаясь поднести чашку ко рту, но в итоге решает сам наклонится к ней, потому что так «безопаснее».       Ему не нравится этот разговор. Ему вообще в последнее время не нравится Тэхён. Его слепая влюблённость в «милого бед-боя» Юнги заставляет Чимина чувствовать злость и чувство проигрыша.       Чимин бы понимал эту «мозгоёбку», если бы не всё остальное. С той вечеринки у Хосока прошёл уже месяц и Тэхён весь этот месяц кидал Чимина одного потому что «Юнги позвал, иди без меня». Ким помешался на Юнги. Так сильно, что водит своего друга в “MotoCity” чуть ли не каждый день, потому что в институте редко, когда получается выловить Мина. И Чимина это бесит. Пока Юнги и Тэхён милуются где-то в гостиной у Хосока, не замечая абсолютно никого и ничего, Чимин сидит за баром внизу и зло попивает кофе, делая задания и изворачиваясь от надоедливых девушек и парней.       Знал бы он, что с другой стороны Чонгук сейчас в точно такой же ситуации. Его уже трясёт от разговоров с Юнги. Раньше они разговаривали о предстоящих гонках, а теперь о Тэхёне. Больше всего на свете парня бесит, когда Мин начинает перечислять всё хорошее, что есть в Киме. А ещё его бесит, что он тоже остался один. В институте, на работе, на гонках. Юнги присутствует рядом, но мыслями он всегда возле Тэхёна! Чонгуку сейчас очень сильно нужно присутствие и поддержка друга, которой он внезапно лишился.       Хотя надо отдать этой парочке должное. Несмотря на их заинтересованность в друг друге, у них есть чёткий план под названием "сведём кобеля и асексуала". Ким рассказал Юнги о том, что произошло с Паком в старшей школе. И это прекрасная парочка решила свести Чонгука и Чимина. Теперь они всегда намечают свидание в местах, где этим двоим можно остаться в одном помещении. Но и это не всё. Тэхён помогает Чимину сбежать от своих проблем дома в крепкие объятия Чонгука. А Юнги помогает Чонгуку получать кайф и спокойствие, делая хоть что-то безалкогольное в баре для Чимина. Ну и конечно же, лучше оставаться в компании заучки, чем выслушивать бредни пьяных посетителей. И план новой парочки сработал: Чимин и Чонгук общаются. Пусть не так тесно как хотелось бы, (они ещё не переспали), но уже есть общие темы для разговоров.       Пак отвлекается от своих размышлений и вновь возвращает всё своё внимание к Тэхёну, который тянет его за руку. - Что? – выдаёт его слишком загруженный мозг, вместо понимания слов, что лепечет Ким ему уже как минуту. - Ты кукухой точно поехал с этой учебой! – смеётся Ким, а после замечает слишком грустный взгляд друга, который вновь улетает в свои воспоминания, пряча глаза за чёлкой, - Что-то случилось?       Ким уже привык к тому, что Пак часто улетает мыслями куда-то далеко. Но в этот раз он видит, что Чимин думает о том, что причиняет слишком огромную боль. Но настаивать рассказать у Тэхёна нет права.       Такой простой вопрос, на который никогда нет однозначного ответа. Чимин просто кусает губу, чтобы прямо сейчас опять не начать плакать от того, что происходит в его душе. Дело в том, что «случилось». Он так устал держать это в себе, но почему-то не может сказать это даже своему лучшему другу. Что-то внутри вцепилось когтями в сердце, разрывая его на маленькие кусочки каждый раз, когда хочешь произнести эти треклятые слова. Так больно произносить это вслух. Даже поверить в происходящее больно.       А Тэхёну больно смотреть в глаза самого близкого друга, в уголках которого слёзы появились после вопроса. Тэхён садиться на корточки возле Пака и берёт его руки в свои. Он не может помочь или успокоить, Ким просто не знает причины такого странного поведения.       Замок двери щёлкает и в квартиру входит отец Пака, с грустным и усталым видом, будто бы все проблемы мира разом навалились на его сильные плечи. Мужчина даже не замечает своего сына и Тэхёна на кухне, сразу же проходя в комнату и закрываясь там, исчезая в полной тишине. И только сейчас до Кима доходит один важный момент: в доме нет миссис Пак. - Давай, уйдём отсюда? – сквозь накатывающиеся слёзы произносит Пак, видя немой вопрос у друга в глазах.       Они быстро собираются и выходят на улицу. Слишком холодно, из-за поздней осени, которая своим ветром пробивает тёплое пальто и заставляет мёрзнуть и так холодную душу. Чимин идёт, не смотря под ноги слишком уверенным шагом. Тэхён же молча пишет Юнги о том, что им срочно всем вместе надо встретиться и помочь успокоить ураган в душе Чимина.       Друзья добираются до уже закрывшегося бара, который тонет в тишине ночного города. Юнги грустно приветствует Кима и Пака, пока Чонгук молча наливает алкоголь в стаканы. И плевать, что парень отработал две смены на ногах без сна. Хосок, опуская железные ставни, которые раньше всегда были открыты, закрывает главный вход на замок. Потому что никто не должен видеть той боли, которая сейчас тут переполняет всех. И пусть они общаются всего ничего, сейчас это единственные люди во всём мире, с которыми спокойно.       Тэхён, Хосок и Юнги следуют примеру Чимина и садятся на барные стулья, беря в руки стаканы с самым дорогим виски, который только нашёлся в баре. Чонгук облокачиваясь на барную стойку с другой стороны от ребят, поднимает вверх банку с энергетиком. - Чимин, - он говорит тихо, потому что больше и не нужно, обращая внимание всех вокруг на себя. Столько всего хочется сказать, но все слова утешения будут лишь мешать ране в будущем зарастать, - Прости, я сегодня за рулем, но я с тобой, - на последнем слове, парень делает глоток из банки и переводит взгляд со столешницы бара на закрытое железом окно.       Пак с болью смотрит на Чонгука, а после дрожащей рукой и со слезами на глазах выпивает залпом весь стакан со звоном ставя его на стойку. - Если ещё хоть кто-то скажет «прости» сегодня, я тут же накинусь на него с кулаками, - он говорит сквозь слёзы, - Я уже столько раз слышал это за сегодня, но думаете, это слово лечит? – Чимин старается не переходить на крик, но у него это исключительно плохо выходит, - Нет! Только делает ещё больнее! – Пак вытирает предательскую слезу со щеки, - Она даже не сказала «почему»?! Почему она ушла, оставив меня и отца! Почему она просто собрала вещи и свалила! Она бросила нас с папой. Написала ебучую смс и выключила телефон! Она извинилась в ней! А разве мне это нужно? Мне нужна моя семья! Я хочу, чтобы мама вновь была рядом! – у Чимина истерика, слёзы нескончаемым потоком льются по его щекам. Пальцы сжимают стакан в руках, что костяшки белеют, - Почему?! ПОЧЕМУ ОНА ОСТАВИЛА МЕНЯ?! – парень с силой швыряет стакан в стену, острые осколки разлетаются по грязному бару, но Чоны даже ухом не повели, - Восемнадцать лет она перечеркнула! Я не был примерным сыном, но разве это плата за «неуды» в школе или за алкоголь?! Разве отец заслуживает этого?! Разве он…       Парень не договаривает, вытирая предательские слёзы, плачет навзрыд некоторое время и наконец-то приходит в себя. Он оборачивается вокруг и видит лишь тень неудержимой боли, которая читается на лицах самых близких для него друзей. Он видит жалость, которая бесит его сильнее всего. Потом он поворачивает голову к Чонгуку, который так и пялиться в закрытое окно, будто бы застряв в своем времени. И он его сейчас ненавидит. Так сильно ненавидит, что хочется врезать по его похуистической и красивой роже. Потому что именно от Чонгука парень ждал поддержки. - Почему ты отвернулся? - тихо спрашивает Чимин, ещё сильнее злясь и смотря на барную стойку, - Тебе похуй, верно?! Я прав?! Я ПРАВ! – Чонгук не шевелиться, чем ещё сильнее раздражает младшего. - Чимин, поверь мне, ему не похуй, - пытается образумить блондина Хосок, на что получает гневный взгляд от первокурсника. Что ж, Хосоку в принципе плевать на состояние Чимина после потасовки с Чонгуком, которая такими темпами скоро будет, поэтому он просто делает глоток.       Хосок прекрасно знает, историю Чонгука и реакцию последнего на любые фразы связанные с его семьей. А тут, Чимин прямым текстом кажется сейчас скажет то самое. - Да? – саркастически спрашивает блондин, после чего начинает смеяться, - А выглядит так, будто бы он срать хотел на то, что я тут сейчас говорю. Скажи, твоя мать не научила тебя сопереживать?! - Пак вновь поворачивается к Чонгуку, хватая его за грудки футболки, силой поворачивает на себя и застывает.       Чонгук плачет… Тихо и беззвучно. Слёзы мокрой дорожкой стекают по его щекам, падая на кулаки Чимина. Лицо Чона спокойное, глаза стеклянные от влаги, а губы сильно прикушены, так что Пак сам почувствовал эту боль и привкус крови на языке. Блондин ослабляет хватку, отпуская Чонгука, который даже не в силах пошевелиться, просто тупо смотрит куда-то вниз опираясь правой рукой на столешницу барной стойки. - Поверь мне, Чимин, - дрожащим голосом произносит Юнги, обнимая за плечи плачущего Тэхёна, - Гук понимает тебя лучше, чем кто-либо из нас. Понимаешь, у него… - Мин не договаривает. Громкий удар по столешнице заставляет всех вздрогнуть. Чонгук зло смотрит на своего друга, заставляя того замолчать. А после дружелюбно улыбается сквозь слёзы, наливая Чимину в новый стакан виски. - Не нужно ворошить моё прошлое. Оно на то и прошлое, чтоб его забыть, - парень уходит в подсобку доставая веник и принимается подметать осколки от брошенного Паком стакана.       Хосок наконец-то видит, что Чонгук не в порядке и ему нужна помощь. Он мысленно откладывает в своей голове премию младшему за заслуги перед баром (потому что тот не стал убивать Пака) и хватая бутылку, уходит в свою квартиру.       Чимин понимает, что не один. У Чонгука внутри тоже обида на мать. Такая же сильная. Вот только, Чон прекрасно понимает, почему она ушла… - Мы все понимаем тебя, Чимин, - произносит Хосок у себя в квартире, доставая телефон и набирая уже давно не используемый номер в своем телефоне.       Потому что, слишком часто ребенка воспитывает только один любящий человек.

***

      Хосок спускается уже тогда, когда Чон-младший провожает Юнги и Тэхёна домой. Чимин сидит за одним из столиков, грустно смотря в свой стакан с водкой пьяными глазами и что-то очень активно обсуждает сам с собой, а его «бармен» протирает столы и поднимает стулья. Иногда парень обращается с каким-то тупым вопросом к уже моющему пол Чонгуку, который отвечает односложно. Пак на такие ответы реагирует весьма интересно: он либо одобряюще кивает с доброй улыбкой, либо на зло проливает липкий от газировки алкогольный напиток, из-за чего Чонгук так и не убирает швабру на место, а лишь стоит рядом с пьяным парнем и периодически протирает пол под ногами блондина.       Хосок понимает, что будь это прежний Чонгук, то он уже давно вставил Паку по первое число и вышвырнул на улицу топать домой, пока сам матерясь и вымещая свою злость через скорость - уехал к себе. Но сейчас с Чонгуком твориться то, что заставляет его глаза смотреть на этот мир с абсолютным безразличием, а сердце болеть.       Чон-старший подходит к занятной парочке, которая, он готов поспорить, в будущем доставит ему немало проблем своим союзом. Хватая Чонгука за руку, он смотрит на него отчитывающим взглядом, как на накосячевшего слишком серьёзно младшего брата. И Чонгук понимает – он знает. - Надо поговорить, - сухо заключает Хосок и отводит его в сторону от Чимина, который ещё никогда не видел таких злого старшего и растерянного младшего Чонов.       Швабра падает на пол в полной тишине, перед глазами Чимина, чей пьяный мозг внезапно понимает, что происходит что-то напрямую связанное с Чонгуком, который готовится защищаться от своего давнего друга. Пак внезапно постепенно трезвеет, хищным взглядом следя за Хосоком, что отводит Чонгука к чёрному входу за лестницей, ведущей наверх и скрывается во внутреннем дворе, за дверью. Чимин не может пойти следом, слишком палевно, поэтому решает подождать прежде чем внезапно ворваться, и останавливается прямо за дверью. Вот только, Чонгук мечтает, чтобы кто-нибудь ворвался сейчас в их «серьёзный разговор» и нарушил все планы его хёна.       Чонгук уже не в первый раз видит такого злого Хосока и он прекрасно понимает, почему тот так зол. И он действительно готов защищать свою задницу, ведь железный аргумент, скрывающийся за пеленой похуизма и внешнего оптимизма, готов выстрелить в любой момент. - И как давно? – судорожно спрашивает Хосок, закуривая сигарету. - Уже неделю, - спокойно отвечает Гук, пожимая плечами и сдувая дым от сигареты в сторону.       Чон-старший молчит, ходит из стороны в сторону, периодически посматривая на спокойное лицо человека, который вновь нарушил данное ему обещание. Боль предательства раскатывается по хосовской душе отравляя мысли и выжигая всё доброе отношение к Чонгуку. Но он не может не помочь парню выпутаться из этого болота, который постоянно затягивает в себя своей простотой и доступностью. - Сколько ты взял на себя? – спрашивает серьёзно, пытаясь понять на сколько всё плохо. - Пятьдесят таблеток, - сухо отвечает не тая правду Чонгук, что только сильнее раздражает старшего. - Ты долбаёб? – материться срываясь на крик, - Ты обещал мне больше не связываться с ним! Ты клялся мне, что завяжешь! – обида и страх выступают на первый план и Хосок больше не может сдерживаться, выливая всё на парня, - Если тебе нужны были деньги, ты мог сказать мне! - И что ты бы сделал?! – парирует Чонгук, - Мне нужна слишком крупная сумма, которой у тебя просто нет! – парень не выдерживает, активно жестикулируя и злясь на своего друга, который просто не понимает всей ситуации. - Мы бы придумали что-то, - легкая пуза, пока Хосок затягивается, - Хоть что-нибудь! – вновь кричит Хосок, выкидывая недокуренную сигарету, - Ты же знаешь, что рискуешь! Ты единственное, что осталось у твоей бабушки, подумай о ней! - Я и думаю о ней! – Кричит Чонгук так громко, что даже Чимин слышит, который моментально примыкает к двери, приоткрывая её, - Она больна! Серьёзно больна! Ей нужна операция! У нас нет таких денег! Я вынужден идти на это, чтобы спасти единственное, что у меня осталось от моей ебанутой семейки! – Хосок смотрит на Чона глазами полными страха, ведь у того вновь слёзы наворачиваются, - Кто поможет ей кроме меня?! Мой отец, который бросил меня или моя мать, которая уже давно мертва?! - Ты не один, Чонгук, - тихо говорит Хосок, сжимая руки в кулаки.       Чонгук тяжело дышит, смотрит себе под ноги бегающим взглядом. Он слишком ненавидит то, что ему приходится вновь ворошить всю эту тему и вновь разочаровывать своего друга. - Нет, - Чон поднимает глаза полные слёз и ненависти к самому себе, - Я уже давно совершенно один, - произносит так чётко и так зло, что Хосок не понимает, как у Чонгука получалось так долго скрывать все эти злые эмоции совмещая учёбу с работой на износ и невероятным стрессом от продажи наркотиков.       У Чонгука чувства как тугая пружина натянуты, организм не выдерживает такой нагрузки, психика плывет радостно помахав ручкой напоследок. Он устал тянуть всё на себе. Хосок вдруг вспоминает, что действительно, Чонгук тянет всё самостоятельно. Его бабушка пусть и получает деньги, но основной доход его маленькой семьи лежит полностью на нём. На плечах 20-летнего парня, которому пришлось совмещать работу и учебу с 14 лет. И он ещё никогда не жаловался и не просил отгулов. Никогда не говорил, что не будет убирать бар после закрытия. Нотка жалости проскальзывает в его взгляде и зрачки у Чонгука сужаются, намекая на сильную ярость. Чонгук ненавидит когда его начинают жалеть. Парень ударяет стену кулаком, маленькие гвоздики неприятно впиваются в кожу его ладони и Чимин вздрагивает, отползая назад от двери и тихо закрыв её. - Разговор закончен, - отрезает Чонгук. Хосок вдруг чувствует, что это точка не только в сегодняшнем разговоре. Старший уже хотел было схватить друга за грудки и притянуть к себе в объятия, чтоб дать оплачиваемый отгулы, но тот отталкивает друга. Чон-младший резко открывая дверь и натыкается бешенными, полными ярости глазами на Чимина, что смотрит испуганно. Чонгук смеётся, убирая ладонью челку с лица и с безумной улыбкой спрашивает, - Ты все слышал, да, заучка? – агрессия вновь заставляет Пака вернуться в школьные годы, и он спиной отползает назад, - Какой же ты любопытный, что бесит посильнее этих самоуверенных мудил с гонок, - его голос тихий, глаза горят безумством, а страшная улыбка не сходит с некогда прекрасного лица. Чонгук садиться на корточки рядом с Паком, который спиной вжался в дверь ведущей в главный зал и хватает его лицо в пальцы, больно сжимая челюсть рукой, заставляя поднять голову и посмотреть на него, - Если ты хоть кому-нибудь скажешь, о том, что слышал здесь сегодня - я заставлю тебя молить о пощаде, - Пак плачет от страха, сжимаясь сильнее в стену. - Я не скажу, не скажу, - бормочет, закрывая глаза и с облегчением выдыхает, когда чувствует, как Чонгук отпускает его, шепча тихое и полное боли «прости». Парень уходит оставляя лишь слабый шлейф своего одеколона. Чимин вновь застывает, не слыша вокруг абсолютно ничего кроме своего сердцебиения и эхом отдающееся «прости» низким голосом.       Хосок моментально подлетает к Чимину поднимая его с пола, и говорит что-то типа: «Не следовало тебе слушать этот разговор. Не бойся его, он лишь лает, но никогда не кусается. Он не со зла», но Чимин его не слушает. Пак осматривается по сторонам, не веря в происходящее. Он ищет глазами Чонгука в кафе, а когда понимает, что того нигде нет, на ватных ногах выбегает через дверь черного входа на холодную улицу. Пар вылетает из его рта, пока все его тело трясёт и покрывает холодный пот. Он хочет убедиться, что опасность миновала и спросить, не показался ли ему шёпот. Он прокручивается на месте, пока ноги держат, ища глазами знакомую сильную спину, но после падает на колени от страха и осознания самой огромной ошибки. Он недооценил его. Потерял бдительность. Внезапно стал слишком расслабленным рядом с ним.       Все что он до этого напридумывал себе о Чонгуке - ложь. Он его совершенно не знает. Но парень опасен и его нужно уничтожить. В одном Чимин уверен теперь точно – Чон Чонгук полный псих!