Притворившийся котёнком Дикий Зверь

Не люблю секс при свете. Даже при условии, что единственный его источник — прикроватная лампа с возможностью регуляции интенсивности освещения. В ходе данного процесса мне предпочтительнее рисовать в своём воображении лицо женщины, удовольствие которой я приношу, обхватывать руками её тело, не зная их точного положения на нём. Конечно, когда эта женщина — твоя супруга, с которой вы в браке уже три года, ты уже на уровне тактильных ощущений примерно знаешь расстояния от её плеч до груди, от груди до живота, от живота до бёдер. Тем не менее, её стоны, даже по прошествии такого относительно немалого количества времени, твоему слуху до сих пор приятны. Но что если стонущая от удовольствия женщина в постели, обхватившая твои плечи в данный момент, — это не твоя жена?

***

— Что у тебя на уме в этот раз? — Жанна, последний раз выпустив сигаретный дым изо рта и потушив сигарету о пепельницу за столиком, в ожидании посмотрела на меня. Несмотря на довольно протяжную интонацию, я понял, что в условиях окружающей обстановки, она спрашивала о месте нашей очередной неформальной встречи, а не о моих мыслях, где я её прижму и когда в неё войду. — Отель «Пента» на Новом Арбате, — непринуждённо бросил я ей в ответ, наблюдая за толпой людей на улице и высматривая её на предмет знакомых личностей. Моя супруга сказала, что, скорее всего, словит такси, ввиду того, что я оставил за собой машину. — Извини, я сегодня не в настроении ехать куда-то дальше. Я на московских пробках собаку съел, но возвращаться домой в девять вечера и объясняться перед Олей переработкой в очередной раз я не собираюсь. С другой стороны, как раз благодаря моей супруге сложилась такая ситуация. Тот факт, что она за моей спиной сформировала близкие отношения с моим другом и, что более важно, начальником, позволил мне без особых зазрений совести разнообразить свою сексуальную жизнь. Цинично, но тоже факт. — Не извиняйся, я понимаю, — усмехнулась Жанна и, наклонившись, ободряюще похлопала меня по руке. Прядь рыжих кудрявых волос упала ей на плечо. — Альберту тоже не по душе, что я третий раз за две недели «встречаюсь с подругами в баре» вместо того, чтобы помочь ему приготовить ужин. В чём моему шефу не откажешь, так это в уважении к своей супруге. Вместо того, чтобы спихивать все домашние дела на Жанну, он делил их поровну. Что же до нас с Олей, то порядок в доме и наличие еды в нём зависел от того, кто из нас меньше морально устал за день или кто кого был готов пинать на парное распределение обязанностей. У нас с ней не сильная разница в возрасте с «начальствующей парой» — всего-то десять лет, но в избавлении от этого инфантильного принципа из рода «я устал и не хочу ничего больше делать сегодня» они преуспели больше. — Всё еще не можешь принять её измену? — Подперев рукой подбородок, Жанна с интересом смотрела, как я неспешно, с задумчивым взглядом, допивал свой американо, ни разу за сегодня не удостоив её персону должного внимания. — Не то чтобы я совсем исключал вероятность такого поступка с её стороны. — Закончив наконец с кофе, я из уважения к жене своего начальника (и в какой-то степени благодарности за раскрытие информации о тайных отношениях наших партнёров) всё же остановил свой взгляд на ней. — Просто то, как вы мне его раскрыли... Будто ледяной водой окатили, честное слово. В современных реалиях измены и другие секреты людей обнаруживаются в их переписках, будь то социальные сети или мессенджеры. Секрет моей супруги раскрылся благодаря её чату с Альбертом в «Телеграме»: Жанне удалось пройти элементарнейшую двухфакторную аутентификацию её мужа, разблокировав его смартфон по фотографии с его лицом и введя дату его рождения, пока тот принимал душ с утра. Она зашла в мессенджер и сделала скриншоты их переписки, которые после выслала мне. Читать вирт моей жены и моего шефа, где текст чередовался с интимными фото и голосовыми сообщениями, состоящими из учащенного дыхания и стонов обоих, оказалось пренеприятнейшим занятием. Вирт, собственно, был единственным безопасным способом их коммуникации в период московской самоизоляции. — Всё когда-то бывает в первый раз, Олежик, — снова подбодрила меня Жанна, натягивая маску и вставая из-за стола. Её фамильярность по отношению ко мне с самого начала нашей интрижки, с одной стороны, раздражала, с другой — немного заводила. — Удивительно, как ты умудрился столкнуться с неверностью своей женщины только в свои тридцать. По прищуру и ямочкам на щеках я заметил за её маской саркастичную ухмылку. — За свою жизнь я уже повстречал девушек, которым и изменил, и которые изменили мне. Отличие их от Оли лишь в том, что моя жена заставила меня поверить, что в наших отношениях потенциально изменить смогу лишь я.

***

После достижения оргазма мы с Жанной ещё полминуты лежали, прижавшись друг к другу потными телами и тяжело дыша. То, как быстро мы адаптировались друг к другу в сексе, потрясало. Для сравнения: довести Олю до оргазма стоило мне трёх преждевременных эякуляций. Да, на то, чтобы найти подход к каждой женщине, нужно время и несколько неудачных попыток. Однако для того, чтобы заставить кончить Жанну, мне потребовался с ней лишь один раз на лестничном пролете в обеденное время. Опыт с не самой легко возбуждаемой супругой прошёл не зря? — Долго ещё будешь держать у меня своего дружка? — Шёпот Жанны приглушали остатки звона в ушах. Он, тем не менее, позволил мне быстрее вернуться в реальность. — Не дольше того времени, которое потребуется, чтобы ты стала спрашивать с меня алименты за внезапного ребёнка, — убрав с языка попавшиеся на постели кудри Жанны, саркастично ответил я и достал из неё спавший от напряжения пенис. Оставлять член в использованном презервативе внутри партнёрши не входило в мою привычку. Мною, скорее, двигал интерес ощущения спадания эрекции в момент его нахождения между стенок влагалища. С другой стороны, опасность нежелательной беременности должна была меня отрезвить. — В худшем случае оплатишь мне аборт, — всё на той же радостной волне парировала Жанна и, перевернувшись на живот, протянула руку к сумке, откуда после недолгих поисков достала пластинку с таблетками. Могу догадаться, с какими. Я совру, если скажу, что не чувствую себя плохим человеком по причине своей хоть и ответной, но измены, жене. Применяя её же метод в качестве орудия мести, я не возвышаю себя над ней, а лишь становлюсь на один с ней моральный уровень. Выбросив презерватив в урну под умывальником в ванной комнате номера, я зашёл в душевую кабину. — Сколько времени? — крикнул я Жанне, уже включив напор прохладной воды. — Двадцать пять минут восьмого. — Выходит, даже в лучшем случае с пробками и без особой спешки я доберусь до дома не раньше половины девятого. Сэкономил всего-то около полчаса. В таком случае, торопиться не имеет смысла. — Что, дорогой, не получится вернуться «с работы» домой пораньше? — Читаете мысли, Жанна Алексеевна! К слову, не советую вам долго засиживаться с подругами в караоке-баре, иначе ужин от Альберта остынет! Поддразнивания в любовных отношениях должны быть взаимными, даже если они между тобой и женой твоего шефа, которого ты знаешь со времён обучения в университете на факультете рекламного менеджмента. Но, стоит отметить, даже в таких шутках нужно соблюдать границы дозволенного. И, как мне на момент показалось, я их вполне мог переступить, не принимая во внимание, что даже после продолжительных отношений на стороне у Жанны могла остаться искренняя любовь к своему мужу. Что же до нас с Олей, то слово «притворство» будет вполне точной и лаконичной характеристикой моего отношения к ней с момента раскрытия карт. Смыв пот и остатки спермы, я досуха вытерся полотенцем и облачился в махровый халат, попутно проводив Жанну к душевой кабине взглядом. — Интересно наблюдать, как ты всеми силами стараешься не вкладывать в свои слова желчь и злобу при упоминании моей супруги. Всем своим видом стараешься показать, что факт измены Альберта тебя никак не задел. Выдержав недолгую паузу, она включила поток воды погорячее и запустила пальцы в свои пышные рыжие кудри. — Те же самые слова могу адресовать тебе, Олежик. На первый взгляд ты такой чёрствый сухарь, но покажи я тебе снова скриншоты переписки моего Альберта и твоей Олечки и, бьюсь об заклад, — ты бы как минимум изменился в лице. И как максимум выхватил бы смартфон Жанны из её рук и сквозь зубы процедил бы парочку угрожающих фраз, о сути которых я забыл бы уже через час. Видимо, с её точки зрения я довольно предсказуем. Либо как личность, либо как мужчина. О ней же я не мог сказать то же самое. Как и о любой женщине в своей жизни. — Можешь меня не ждать, милый, я тут ещё полчасика побуду, — сообщила мне Жанна, будто бы наблюдая за моей неспешной ходьбой по номеру. — Не заставляй жену беспокоиться о своих якобы переработках, иначе у неё появятся претензии к Альберту, который, возможно, не сориентируется и отмазать не сможет. Судя по всему, ей было не особо знакомо такое понятие, как «мужская солидарность». Альберт, если не в первые секунды разговора, то довольно быстро сообразит, что я, говоря жене о переработке, подобным образом скрываю от неё проведённое с кем-то на стороне время. Ирония в том, что прикрывать меня в данном случае он будет от встреч с его супругой, подруги которой наверняка будут прикрывать её от него, пока она со мной. И как же нас, таких прирожденных актеров, могла связать старушка-судьба? — К тому же, пусть мы меньше будем красоваться вдвоём на публике, а то мало ли. — Из открытой ванной уже буквально валил пар. Я не знал, в чем были прикрасы горячего душа после горячего секса, и не хотел выяснять. При всей своей мужественности моя кожа была довольно восприимчива к температурам, явно превышающим стандартные 36,6 по Цельсию. — Твоя правда, — не стал возражать ей я. За то время, пока она устраивала в душевой парилку, я успел высушиться, надеть чистое нижнее бельё, рабочие брюки и рубашку. Температура в комнате уже успела достичь той отметки, при которой я откровенно начинал потеть. Смею предположить, что при всей своей любви к высоким температурам, Жанна не стала просить закрывать ей дверь в ванную не ввиду своей забывчивости. — До завтра, Жанна Алексеевна! — снимая с вешалки плащ с шарфом, прощался я с ней. — Ваш муж пообещал завтра нагрузить меня заказами. Если он не шутил, убедите его отсечь хотя бы половину от них, если вас не затруднит. — Ничего, Олег: не сахарный — не растаешь, — донеслось до меня, пока я закрывал за собой дверь. Ну, серьёзного ответа от неё я особо и не ждал. Это ведь был несерьёзный ответ?..