Холодная зима 2007

- Ты все ещё умеешь реагировать? - А что не должна? Они шли по коридору, гулкие шаги раздавались в каждом уголке, обозначая их присутствие, о котором они сами порой забывал. Они ожесточенно вели спор, которому не было конца, а также начала. Скупое одиночество, царящее вокруг, не смущало их, ведь последний урок был окончен и самое время было отправиться домой, чтобы начать делать домашнюю работу, пообедать и заняться прокрастинацией, необходимой для поддержания своей психики, которая была на грани. Экзамены, чертовской давление, проекты и завал домашки. На дворе зима - промозглый, седой январь. Куча снега, лежащего вокруг устрашающими сугробами, небольшие ледяные лужицы и осыпающиеся сверху хлопья снега, тающие мгновенно от жара тела. Две черных шапки, черные куртки и два рюкзака медленно передвигались в сторону дома, в котором оба жили, а точнее существовали. Подобное можно было обозвать только существование. Опять обшарпанные стены, омерзительный запах, ветер, задувающий в каждое из выбитых стекол, полуразбитый кафель, штукатурка, которая обязательно найдет время, чтобы упасть тебе на голову и капель с четвертого этажа дырявой крыши, образовавшая лужи, разъедающие твое отражение в них. Ключи достал он. Молчание стало выводить его из себя. На улицах тишина, скрипучий снег под обувкой, раздражающий и колющий изнутри. - Есть какие-то планы? Я не хочу туда возвращаться... Эти этажи, смрадное одиночество, закрытая пачка сигарет, стопка домашки и конкретная пустота не только в душе. - Не умереть… - она была мрачной, всю жизнь шутила аморально, говорила, что она несчастна и ничтожна, но переубедить её никто не пытался. Она не дала полноценного ответа, выражающего полноту её чувств и эмоций. Её спокойствие убивало не только его, но, кажется, изнутри калечило ещё больше саму. Мир, в котором она жила не был рассчитан на неё. - У тебя есть предложения? - вы стояли перед разодранной дверью, которая словно была отражением ваших душ. Глубокие царапины ножом пьяных жителей этого подъезда, выбитые петли, которые с яростью выдирали, чтобы сдать на металлолом и купить себе алкоголь, облезшая краска, клочьями облегающая, ютящаяся во дворе подъезда, смешавшаяся в грязный оттенок вместе со снегом, поглощающий все, что представится при любом удобном случае. Утопающие в нем ноги, ладони, телефоны, падающие из рук невнимательных владельцев, сдернутые с мерзнущих голов шапки, шины машин, дома и их крыши, тела трупов и капли крови вспоротых вен подростков. - Два горячих шоколада? - И аниме? - Как скажешь, - переминаясь с ноги на ногу никто не решался снова окунуться в мрак и встретиться с глазу на глаз со своим самым страшным кошмаром. Иного выхода не было, точнее на ум не приходило ничего, что могло бы спасти тебя, когда в рамках закона тебе нет 18, и ты просто бездушная горсть дерьма, лежащая у дороги, на которую не обратят внимания. Вернувшись к запутанной реальности, когда тяготящая, приторно сладкая страна, полная грез, которыми ты бредишь по ночам, просыпаясь в холодном поту, закутываясь в шерстяной плед покойной бабушки, ты судорожно глотаешь воздух и вроде счастлив, что не сдох, хотя иной выход был бы объективно лучше. Не существующий мир, которым ты себя успокаиваешь, как доза наркотика. Сравнить себя и свои мысли с реальностью непреодолимо тяжело. Все слишком запутано в таком возрасте, ты запутанный, мир запутанный, ничего не понятно, разобраться не способен никто, даже взрослый. А что всё о возрасте? Если ты уже отчаялся, то со временем лучше не станет, ты просто смиришься, как бы не было тошно. Она медленно шагала в сторону лифта. В подъезде было непривычно тепло, что мурашки по оголенным рукам несмело стали пробегать, а щеки ещё больше покраснели. Теплый пар растворился на пороге дома, а шаги стали звучать отчётливее. Парню стало спокойно, ведь опасность миновала. Веки медленно опускались и медленно поднимались. Она же вцепилась в перила, ожидая его. Её гулкие шаги раздались на втором этаже, когда он вновь открыл глаза и последовал за ней, отходя от размышлений, поглотивших весь его разум. - Почему ты не села в лифт? -Бездумная трата времени, так я сожгу лишние калории. - Когда ты вылечишься? - Тогда, когда ты бросишь курить. Две зависимости, от которых избавиться по одиночке, не представляется возможным. И чем дальше, тем хуже, тем суровее молчание, тем жёстче осознание сути проблемы. Молчание между обоими снова повисло одинокой лампочкой, мерцающей на мрачной лестничной клетке. Она остановилась на пятом этаже и молча повернулась спиной к нему, отпирая дверь, плотно запертую от посторонних людей. - Я пойду. Заглянешь, если надумаешь - Я приду в шесть, - она растворилась в темноте квартире, быстро захлопнула дверь и снова тайна, скрытая за этой дверь, такая недосягаемая и манящая, осталась неразглашенной. Вы дружите уже пять лет, но все эти годы средней школы она приходила без звонка и весточки к тебе. В какой-то момент вы перестали ссориться по мелочам, наверное, выросли. Вы стали ходить смотреть к тебе фильмы, сериалы и аниме, пили кофе или горячий шоколад, делали уроки и вместе гуляли. В тишине. Она не давала открыть тебе рот, пока сама не пожелала этого сделать, и тебе было хорошо с ней. Вы никогда не говорили о чувствах. Вы говорили обо всем на свете, но никогда не о любви. Ты считал её лучом света, ибо только с тобой она смеялась, училась и, кажется, не на шутку была привязана. Ты не понимал, что чувствуешь к ней, но с каждым днём понимал, что это не дружба. И как бы больно не было, ты чувствовал, что скоро ты потеряешь её. Она была совершенно не такой, как все остальные. Она цеплялась за все и сразу и отсекала все ненужное. У неё не было стереотипов она жила в свое удовольствие. Позволяла одновременно себе всё и ничего. Он стремился к ней, пытался быть похожим, но только вызывал отвращение, о котором она ему говорила. Она была непохожей на остальных. Она не говорила о косметике и мягких игрушках, она думала о космосе, кладбище, правильном уходе из этого мира и изучала теорию вероятности, покупала себе анатомические куклы, училась на них резать. Она хотела быть лучшим хирургом мира, мечтала об этом, правда, глубоко в душе понимала, что никогда им не станет, ведь связи, связи, связи ... В нашей глубинке, словно натянутая струна моей бас-гитары, ловила мобильная. Она была очень талантливой, я верил в неё больше, чем всем законам математики и физики вместе взятых, а она нет. Она делала расчеты, училась на отлично, шла на медаль и каждый день блевала в школьном туалете, пока я ей держал волосы, а после поправлял воротник. До жути бесящая и спокойная, опять делает вид, будто ничего не было. Как можно было влюбиться в неё. Чувствовать аромат кофе изо рта, клубники в шоколаде на её ключицах, хвои в волосах и окунаться с головой в бездонные глаза, как два ядрышка винограда, зияющие в бесконечном пространстве. Скрип старой двери, противно открывающей мир ужасов и доступных страхов. Каждый вошедший мечтал о том, чтобы поскорее оттуда выйти, но только не он, который жил там уже 5 лет, понимая, что лучше было бы в детском доме, хотя бы в тепле. Укутываясь даже в 43 одежки, было неприятно. Мрачно, промозгло и холодно. Зубы предательски стучали, а руки покрывались красными пятнами. На улице, порой, бывало теплее. Отопление отключили пару лет назад, каждая зима была выживанием. Воду тоже отключили, однако, совсем недавно. Приходилось топить снег и нагревать его спичками за пол рубля. Нищета и бедность, летающие в воздухе, заставляли парня просто рухнуть на кровать и, чтобы не задохнуться, перевернуться на спину. Заложенный нос, больное горло и кровь, ежедневно вытекающая вместе со слюной. Было очень страшно. Денег совсем не было, в больнице его явно никто не ждал. В последнее время он даже стал забывать свою фамилию. Только она ассоциировалась с его гнетущим настоящим. Мама и папа давно умерли от блядского алкоголизма, который разрушил психику молодого парня 14 лет. Уже прошло 2 года и хоть избиения прекратились, то вечная нищета с бабушкой, страдающей от маразма, стала более невыносимой. Страдания день изо дня были заглушены порцией общения. Порцией общения с девушкой, которая мучилась от страшных подозрений, но никогда не спешила ему помочь. "Пока ты не попросишь"- уговор без обязательств. Но в помощи он нуждался, пока что, не понимая этого сам.