Любви нет, - сказал тот, кто влюбился

- Я люблю тебя. - Не делай этого с собой.

***

      Юнги шумно вдыхает сквозь стиснутые зубы и откидывается головой на стену позади так резко, что под веками тут же начинают плясать звезды. От удара это или от того, как хорошо ему сейчас, если честно, он понимает слабо, но все равно протестующе тянет:       - Эй, полегче, - голос хриплый, шепчет едва слышно, и это нормально – они ведь в чертовом туалете клуба, где не так громко играет музыка, как хотелось бы в их положении, и в любой момент сюда может зайти кто угодно.       Но, очевидно, он здесь единственный, кто об этом заботится, потому что Чимин сжимает аккуратными ладонями его бедра и стонет ему в шею так громко и высоко, будто они в ебучей опере.       - Чимин, захлопнись, - просит Юнги сорванным шепотом и подмахивает быстрее, чувствуя приближение разрядки.       Он покинул их с парнями столик, прикрываясь желанием отлить, минут тридцать назад. Даже если Тэхен идиот, занятый только собственной глупой влюбленностью, там как минимум еще остался внимательный Сокджин и догадливый, уже давно знающий обо всем Хосок. Юнги не планировал оставаться в кабинке дольше семи минут. Он поставил будильник на часах, и те брякают уже четвертый раз, но Чимин двигает бедрами как бог, и Юнги смахивает надоедливое напоминание, прекрасно осознавая свое бессилие.       - Я не могу-у, - выскуливает Чимин ему на ухо, его движения чуть-чуть сбиваются, как и дыхание, крепко сжатые на бедрах Юнги пальцы дрожат, но он вбивается потрясающе, попадает куда надо, как надо, и Юнги, в целом, может понять его несдержанность. – Не могу, ты такой… охренительный, Юнги-я-я…       Он тянет последний слог, его голос такой нежный, и у Юнги в животе все сжимается. Еще чуть-чуть, - хочется сказать, - еще чуть-чуть, ты тоже охренительный.       Но он молчит, почти чувствуя, как его настигает оргазм, когда Чимин стонет:       - Юнги, - а потом еще, - я люблю тебя, Юн-ги…       И тот распахивает глаза. Ощущение эйфории уходит мгновенно, он чувствует только, как Чимин кончает в мелкой судороге, прихватив мягкими губами его подбородок, как пальцы скользят к его члену в желании помочь, и это… нет. Юнги отталкивает его ладонь, хотя обычно он любит его руки, очень любит, и Чимин об этом знает.       - Ты… что-то не так? – хрипит он, все еще находясь внутри Юнги. Он такой теплый, расслабленный, как всегда после секса, и обычно Юнги нравится, как он пахнет, но… он моргает, качая головой. – Я сделал тебе больно? Ох, постой, я вытащу…       - Нам пора возвращаться, - ровно произносит он, когда Чимин отстраняется, и тянется за спущенными джинсами. Он даже не вытирается, просто заправляет полувялый член в брифы и щелкает ремнем, пока рядом стоящий Чимин смотрит на него в растерянности.       - Пора возвращаться, - эхом повторяет он и ловит Юнги в последний момент, прежде чем тот вылетает из кабинки. – Эй, постой, разве я не достоин поцелуя на прощание?       Они всегда целуются на прощание, они оба это знают. Будет странно, если в этот раз кто-то из них нарушит традицию. Но так вышло, что один из них уже нарушил кое-что, поэтому Юнги мягко отстраняет от себя чужую руку и выходит, бросив перед этим:       - Секс был отличный.       Он оставляет Чимина позади себя растерянным и грустным и возвращается за столик к парням. Тэхена там нет, вероятно, ускакал танцевать со своим новым парнем, Сокджин с Намджуном о чем-то спорят в углу дивана, а Хосок – разумеется – встречает его довольной ухмылкой.       - Неудачно? – спрашивает он, когда Юнги падает рядом с ним, попутно хватая свой бокал с виски.       - Что? – уточняет тот, отпивая.       - Отлил, говорю, неудачно? – фыркает Хосок и тоже тянется за своим бокалом. Он вечно пьет какую-то бурду неоновых оттенков, от его бокалов всегда воняет чем-то сладким и химическим, но ему это удивительно подходит.       - С чего ты взял?       Юнги откидывается на подушки, делая еще один глоток. Вечер безнадежно испорчен, больше всего хочется вызвать такси и уехать домой в полном одиночестве, чтобы уже там, все еще в одиночестве, позволить своим мыслям себя сожрать. Именно поэтому он продолжает сидеть и пытается вести с Хосоком диалог.       - Как тебе сказать, - тянет тот, глядя куда-то в сторону бара. – Во-первых, ты сам не выглядишь… удовлетворенным. Во-вторых, толчок, к которому ты вечно бегаешь, сегодня не блестит.       Юнги против воли фыркает. А затем устремляет взгляд туда, где Чимин за барной стойкой протирает полотенцем бокалы, печально пялясь в столешницу. Юнги даже не знал, что Чимин так умеет – печально пялиться куда-то в смысле. Обычно он словно вечный двигатель, световая материя, убийственно яркая для интимной атмосферы клуба. Но тут появляется Юнги и все, блять, рушит. Как всегда.       - Он сказал, что любит меня, - признается Юнги, сжимая в пальцах бокал и с усилием отводя взгляд. Он не уверен, что выдержит, если Чимин посмотрит на него в ответ.       - Оу, - Хосок осекается будто где-то за полсекунды до рождения новой идиотской подъебки и смотрит чуть жалостливо. – Как?       - Что как? – глупо переспрашивает Юнги.       - Ну, как это было? – допытывается Хосок. – Он типа что, встал на одно колено, надел на тебя колечко из-под пивной банки и сказал это?       Юнги терпеливо вздыхает и смотрит на Хосока беспристрастным взглядом.       - Он сказал это, пока кончал в мой зад, доволен?       Они несколько секунд смотрят друг на друга молча, а затем Хосок тянет:       - Я был уверен, что ты сверху.       - Заткнись, бога ради, Хосок.       Юнги обводит взглядом танцпол, случайно натыкается им на ярко-голубую макушку Тэхена и растягивает уголки губ. Они с Чонгуком удивительно нелепы в своей влюбленности, но, очевидно, уже глубоко потонули в ней. Юнги вспоминает мягкий смех Чимина, его нежный высокий голос и чертовски отличную задницу. Он не хочет ни в чем тонуть. Он хочет выбраться из воды, пока не поздно.

***

Чимин-а ~

03:18 Прости меня 03:19 Черт, я пишу слишком поздно, да? Моя смена только что закончилась 03:21 Юнги-хен, мне очень жаль, если я сделал что-то не так Я не совсем понимаю, что я сделал, но что-то сделал, да? 03:26 Юнги 03:29 ВЗЖВРАПАО ты наверное спишь, извини меня

03:30 спи, поговорим завтра

03:30 Ты думаешь, я смогу теперь уснуть? 03:34 Юнги-хен…

***

      Юнги не избегает его. И уж точно не игнорирует. Он отвечает на сообщения, просто иногда с опозданием в два дня, и даже здоровается с ним в универе, но кто виноват, что у него не хватает времени на то, чтобы подойти и поболтать? Они кивают друг другу в коридоре, и этого должно быть достаточно для приветствия между студентом и аспирантом.       - Кого ты пытаешься обмануть? – скептически хмыкает Хосок как-то на обеде, и Юнги закатывает глаза, возвращая взгляд в свою тарелку.       - Мне не интересно твое мнение, - делится с ним Юнги, и тот смеется, абсолютно неубежденный.       - Сделаем вид, что я этого не слышал, потому что вообще-то это могло бы разрушить нашу дружбу, - Хосок запихивает в широкий рот рисовый комок и продолжает говорить, как ни в чем не бывало: - Прекрати игнорировать мальчика, он выглядит так, будто скоро с крыши скинется. Тебя же уволят.       Юнги морщится, когда он тычет ему в губы таким же комком, но послушно распахивает рот, потому что их приготовила Давон, и почему-то это является достаточным аргументом для того, чтобы отравиться.       - Это не станет моей проблемой, если твоя сестра убьет меня первой, - отвечает Юнги, с усилием пережевывая недоваренный рис с пересоленной капустой внутри. Это вообще блюдо? Чимин умудрялся вкусно приготовить даже бутерброд, а это…       Юнги осекается в своих же мыслях и вновь бросает взгляд в соседний зал, где обедают студенты. Чимин сидит в окружении девушек, весь обласканный и с ног до головы облизанный вниманием, но все равно выглядит одиноким. Эта мысль отдается болью где-то в грудной клетке, и Юнги вздыхает, признавая свое поражение.       Он берет в руки телефон, изо всех сил игнорируя взгляд Хосока, и открывает диалог.

Чимин-а ~

08:49 Ты выглядишь очень горячо сегодня Как и всегда 09:22 Знаешь, по твоему лицу сложно понять, что ты думаешь, когда читаешь мои сообщения Жаль 11:38 Эм, я знаю, мы никогда не делали так раньше, но ты не хотел бы пообедать вместе? 12:12 Я понял, ты обедаешь с Хосок-хеном Снова Вижу, вы сблизились Я рад 12:36 Не хочешь немного поболтать, пока не началась следующая пара?

12:41 жду тебя в лаборантской через 5 минут

      Юнги откладывает телефон, стараясь дышать ровно и сохранять спокойное выражение лица, хотя сердце колотится почти болезненно быстро и отдается ударами в спину. Чимин несколько секунд пялится в экран, а затем расплывается в улыбке и вылетает со своего места так же неожиданно и неотвратимо, как вылетает из растрясенного шампанского пробка.       - Ты ему жопу пообещал? – интересуется Хосок, наблюдая за этой картиной, и Юнги кидает в него свои палочки.

***

      Когда он добирается до лаборантской, Чимин уже там. Стоит возле двери, нервно сжимая ремень сумки на плече. Он одет очень просто, в белую легкую рубашку, кардиган и светлые джинсы, на нем почти нет макияжа, если не считать легкую тень под линией нижних ресниц, но он все равно выглядит потрясающе, и это та причина, по которой Юнги так долго отказывался оставаться с ним наедине.       - Заходи, - приглашает Юнги, когда вытаскивает из скважины ключ и распахивает дверь.       Чимин ныряет в лаборантскую, неуверенно оглядывается и замирает прямо посреди помещения, глядя на Юнги в ожидании.       - Кажется, ты хотел поболтать, - хмыкает тот спустя долгие молчаливые секунды. За это время он успевает закрыть за собой дверь, пройти за свой стол и сесть в кресло.       - Да, - кивает Чимин. – Я… прости.       Юнги вскидывает брови, глядя на него снизу вверх.       - За что?       - За то самое, - вздыхает Чимин как-то безнадежно и опускает голову, разрывая зрительный контакт. – Я надеялся, что мы сможем замять это.       Юнги удивленно усмехается.       - Замять…?       Чимин стонет и прячет лицо в ладонях. Его голос оттуда звучит приглушенно, когда он говорит:       - Я не планировал говорить тебе, ясно? Это вышло случайно, под накалом чувств, я был очень… чувствителен в тот момент, оно просто вырвалось.       Юнги вспоминает его высокие стоны, лихорадочное движение бедер и горячие поцелуи в шею – и нервно сглатывает, ощущая трепет в животе. Да, Чимин был… чувствителен.       - Все нормально…       - Нет! – эмоционально перебивает Чимин и наконец смотрит Юнги в глаза. – Теперь ты избегаешь меня, я виноват в этом, я все испортил и не знаю, как исправить… Я… Я бы очень хотел все исправить, хен, мне так хреново от мысли, что мы больше никогда не поцелуемся…       Юнги тоже хреново. Чимин выглядит сейчас так, будто вот-вот разрыдается или упадет ему в ноги и начнет умолять, и это хреново, потому что Юнги никогда не хотел быть таким человеком – заставляющим других людей плакать или унижаться. Он распахивает руки, прежде чем успевает подумать об уместности своих жестов.       - Иди сюда, - просит он, когда Чимин не двигается с места, и подгоняет его движениями ладоней. – Иди, Чимин.       Тот неуверенно мнется на месте, а потом сбрасывает с плеча сумку и подходит к нему, огибая стол. От него уютно пахнет знакомым кондиционером и духами, и Юнги позволяет себе вдохнуть запах его шеи, когда они наконец обнимаются. Чимин немного подрагивает, но успокаивается, стоит Юнги вплести пальцы ему в волосы.       - Я правда все испортил? – спрашивает Чимин спустя какое-то время тишины.       Юнги вздыхает, накручивая его каштановый локон на пространство между ладонью и кольцом. «Я люблю тебя, Юн-ги», - всплывает в памяти и отдается болезненным отголоском страха в грудной клетке.       - Нет, конечно, нет, - шепчет он в итоге. Если из них двоих кто-то что и испортил, то навряд ли Чимин с его нежной заботой и привычкой делать день Юнги чуточку лучше.       - Но ты меня избегал, - не слишком уверенно, но все же давит Чимин. Он почти сидит на Юнги, и тот спускается ладонями с плеч на узкую талию и крепкие бедра.       - Да, - признается он, поглаживая теплую кожу под чужой рубашкой. – Мне нужно было подумать.       Чимин шумно выдыхает ему в ухо, начиная елозить на его коленях, и Юнги целует его в острый абрис челюсти.       - Подумал?       - Все еще думаю, - шепчет Юнги, продолжая целовать сладко пахнущую кожу, и Чимин, хоть и ластится к нему со всей готовностью, как и всегда, поникает, опуская расстроенный взгляд в пространство между их телами. – Эй, ну что ты?       - Не могу избавиться от ощущения, будто это наш последний раз, - признается он тихо, и Юнги уверенно качает головой, обхватывая чужое лицо ладонями. Если он о чем-то и успел подумать, так это о том, что он не намерен прекращать встречи с Чимином, пока тот сам этого не захочет.       - Я не говорю тебе «нет», Чимин-а, - Юнги старательно вкладывает в эти слова всю ту нежность, которая в нем возможно существует, потому что – будем честны – Чимин сейчас единственная причина для ее существования, и чуть улыбается. – Дай мне еще немного времени, ладно?       Чимин втягивает в рот нижнюю губу и молчит очень долгие секунды, а затем кивает и опускает подбородок Юнги на грудь. Его тронутая смущением щека совсем близко к губам Юнги, и тот сокращает это расстояние, даже не думая, прикасается беззвучно к горячей коже. Как забавно получается. Он всю жизнь избегал отношений, чтобы уберечь себя от чувств, способных вызвать в нем слабость, - а в итоге он оказался гораздо слабее, отрицающий свои чувства, чем Чимин, признавший их.       - Ты сообщишь мне любое свое решение? – спрашивает тот, водя пальцами Юнги по горлу.       - Да, - обещает Юнги, и он почти уверен, что готов сообщить уже сейчас, под эйфорией витающей вокруг них нежности. Да, бесконечное да, - но он не хочет обманывать Чимина и не хочет случайно сделать ему больно, поэтому он кусает изнутри щеку и обещает себе подумать еще немного.       - И ты не будешь меня игнорировать? – уточняет Чимин, поднимаясь пальцами к его губам. Юнги с призрачной улыбкой поддается, когда его палец поддевает нижнюю, и делает вид, что пытается укусить.       - Не буду, - вновь обещает Юнги и наконец тянет Чимина к себе за подбородок. Они целуются медленно, лениво шевеля губами и сталкиваясь языками, только когда кто-то из них делает это специально, одна рука Юнги стягивает кардиган с чужих плеч, другая – гладит прикрытые веки и виски, а руки Чимина – единственное, что держит их в сидячем положении.       - Я так люблю твой рот, - шепчет он Юнги прямо в губы, и тот посмеивается, наконец скидывая его кардиган куда-то под стол. – За последние дни я думал о нем слишком часто.       - Вот как, - любопытно тянет Юнги и делает длинное медленное движение языком по губам Чимина, заставляя того замереть на выдохе. – Только о нем?       - Ты знаешь, что нет, - голос Чимина звучит странно, будто он смущен, но возбужден настолько, что второе побеждает первое, и Юнги вновь втягивает в рот его мягкие губы. В поцелуе чувствуется улыбка, вкус солнечный, с оттенком будущих встреч и еще большей нежности, и Юнги не хочется прекращать это, но в этот раз решают не они.       - Ух ты! Ого! Я не хотел быть этому свидетелем, но вам повезло, что это всего лишь я, - тараторит Хосок, захлопнув за собой дверь, и Чимин смущенно сползает с колен Юнги, прикрывая вздыбившуюся ширинку длинной рубашкой. Юнги не собирается ничего прикрывать, он закатывает глаза и отмахивается от сетований Хосока, хотя и сам не понимает, почему не повернул на двери замок.       - Простите, Хосок-хен, - скромно улыбается Чимин и подхватывает с пола свою сумку, очевидно, собираясь уходить. Юнги ловит его за руку, сжимает маленькие пальцы и улыбается на прощание.       - Я напишу.       Чимин тоже расплывается в улыбке и кивает.       - Если ты не напишешь, я не буду ждать и завалю тебя сообщениями первым, ты же знаешь.       Хосок в открытую ржет с отупевшего выражения лица Юнги и прослеживает взглядом уходящего Чимина.       - Симпатичная ширинка, теперь я понимаю, почему ты снизу, - говорит он спустя какое-то время и хохочет, когда Юнги оттопыривает в его сторону средний палец.       - Мы меняемся, - бурчит он просто из принципа, потому что его заебало слушать шутки Хосока на тему его задницы, и только после этого замечает под столом чужой кардиган.

***

      Юнги не игнорирует его в этот раз. Действительно не игнорирует. Тем же вечером, после разговора с Чимином, он бродит по периметру своей квартиры, словно тигр в клетке. Посреди его логова вместо куска мяса лежит телефон, отяжеленный весом новых сообщений, и вязаный кардиган, от которого пахнет кондиционером на всю гостиную.       Юнги кружит возле стола, в нерешительности заламывая пальцы, а потом сдается и падает лицом прямо в ткань. Он прикрывает глаза, представляя на месте бездушной кофты теплого Чимина, и обвивает неаккуратно сложенный комок руками.       - Мне не то чтобы сильно интересно, - раздается голос Чонгука со стороны коридора. – Но у тебя там все нормально, хен?       Юнги вздыхает, поворачивает лицо в его сторону, ложась на кардиган щекой, и утвердительно мычит.       - Нормально.       Чонгук смотрит на него еще несколько секунд, а затем пожимает плечами, сбрасывает куртку на тумбочку, и проходит в кухню без каких-либо комментариев. Юнги не может назвать много причин, почему он любит Чонгука – ведь он мелкий заносчивый засранец, с которым они знакомы не так уж давно, - но эта одна из них. В отличие от того же Тэхена, Чонгук не из тех людей, кто станет лезть в чужие дела.       - Тэхена здесь нет, - зачем-то говорит Юнги. Он стоит на коленях среди мягкого ворса ковра, упирается лицом в стол и обнимает чужую кофту, гипнотизируя взглядом собственный телефон. Вероятно, если Тэхен зайдет, объясниться будет трудно. Юнги мысленно кивает сам себе и не двигается с места.       - Я в курсе, - прилетает ему в ответ жующим голосом. – Он сказал, что я могу подождать его здесь.       Юнги дергает бровью. Ему, в общем-то, по боку.       Он лежит еще пару минут, глубоко вдыхая запах, а затем берет в руки телефон.

Чимин-а ~

18:08 АЗЖЫТОМОАОТ прости я абсолютно не умею быть терпеливым Вообще-то я хотел спросить, не оставлял ли я у тебя свою кофту? Нигде не могу ее найти :( 18:22 Я знаю, ты обещал, что не будешь меня игнорировать, и я тебе верю Но я волнуюсь 18:34 Хен, все точно в порядке? 18:56 Напиши мне пожалуйста прежде чем я начну обзванивать больницы

19:01 все хорошо, прости, я уснул ладно, нет я вру я не знал, что написать твоя кофта у меня я принес ее домой

19:02 Отлично! Я имею в виду, что кофта у тебя Но совсем не отлично, что тебе приходится думать, что мне сказать

19:04 ?

19:04 Грустно, что ты испытываешь неловкость со мной

19:05 я не испытываю неловкость я просто не знал, с чего начать разговор

19:06 Ох, ладно, тогда Чем занимаешься сейчас? 19:11 Эм, Юнги?

19:14 я боюсь, что если скажу тебе, ты подумаешь, что я извращенец

19:15 Ты заинтриговал меня Но брось, хен, мы ведь буквально спим, ты можешь довериться мне 19:17 Ты там что, дрочишь? 19:22 Господи, хен, я брал твой член в рот на прошлой неделе, ты не можешь меня смущаться

19:22 я не смущаюсь и я не дрочу

19:23 А что делаешь?

19:24 лежу на твоей кофте

19:24 Ох И как? Тебе Нравится?       Юнги блокирует экран телефона и прячет покрасневшее лицо в кардигане. Он и так позволил себе многое, ответив на вопросы, которые в любом другом случае он бы просто проигнорировал, но это Чимин, так что… Юнги бьется лбом о стол сквозь вязаную ткань.       - Если ты уберешь кофту, эффект будет лучше, - гаденько ухмыляясь, советует Чонгук.       - Если ты закроешь рот, я не выгоню тебя из своей квартиры, - в тон ему отвечает Юнги и тоже ухмыляется, когда Чонгук обиженно закатывает глаза.

***

      В следующий раз, когда он видит Чимина не в коридоре универа и не во время лекции, он пялится на его идеальное тело в белой барменской рубашке через весь танцпол. Чимин прекрасен, он силен и тонок одновременно, как клинок – оба с одинаковой вероятностью залетят в твое сердце прежде чем ты успеешь моргнуть. Юнги - мастер игр в гляделки, но тут даже он проебался.       Возможно, он пялится слишком долго или слишком пристально, а может и то, и другое сразу, потому что это замечает даже Тэхен, который, в отличие от тактичного Намджуна, не молчит о своих наблюдениях.       - Куда это ты пялишься, хен? – весело тянет он, играясь с серьгой в ухе Чонгука.       За те полтора часа, что они провели в клубе, эти двое едва не трахнули друг друга прямо за столом. Юнги мог бы быть в ужасе, если бы не осознавал одну простую вещь: сиди здесь Чимин на тех же правах, что Чонгук для Тэхена, Юнги вряд ли смог бы держать руки при себе.       - Туда, куда тебе не стоит, - фыркает Юнги в ответ и вливает в себя остатки третьего – третьего ли? – бокала с виски. Хосок свистит, стуча кулаком по столу, а Сокджин смеется, пихая Тэхена в плечо.       - Зай, это было чисто, - кивает он одобрительно, на что Юнги в ответ дергает уголком губ.       - Юнги-хен от нас что-то скрывает, - щурится Тэхен, отмахиваясь от Сокджина.       - Скрываю? – хмыкает Юнги и с грустью смотрит на опустевшие бокалы. Из алкогольного на столе остался только коктейль Хосока, но он светится в темноте, и Юнги не хочет рисковать. – Тебе стоит иногда вынимать голову из задницы Чонгука.       - Ауч, - морщится Намджун, и за столом воцаряется тишина. Тэхен пьян, вряд ли обижен, скорее всего, просто думает, чем бы ответить, но Юнги пьян тоже, и ему не интересно. Виски закончился во всех трех бокалах, наступила его очередь идти к бару, а Чимин и его белая рубашка тянут к себе, словно магнит.       - Я возьму все то же самое, - предупреждает Юнги, поднимаясь из-за стола, не слушая ворчание Чонгука. Его слегка качает, но он старается вернуть походке ровность, когда приближается к барной стойке. Чимин замечает его сразу же и расплывается в улыбке, которая выглядит как визуальное подтверждение того, какой Юнги козел.       - Привет, - с намеком на вопрос говорит Чимин. Его руки на автомате продолжают тереть столешницу, хотя та уже блестит от полировочного средства, и Юнги слегка зависает, завороженный движением.       - Привет, - кивает он в ответ заторможено, и Чимин фыркает, наконец, останавливаясь.       - Сколько ты уже выпил?       - Немного, - говорит Юнги и морщится со смешком. – Или много, я не помню. На столе стояло только три моих бокала.       - Ты ведь с Хосок-хеном? – уточняет Чимин, и Юнги не понимает, для чего. Хочет убедиться, что есть кому довезти его до дома? Или…?       - Да.       - Окей, - улыбается Чимин, опуская взгляд. – Что будешь заказывать?       - Эм, - тянет Юнги и с трудом перечисляет все то, что пили его друзья. Он запинается на коктейле для Хосока, и Чимин поднимает на него взгляд.       - Какой коктейль?       - Я не знаю, - морщится Юнги. У него уже жутко болит голова. Вероятно, он заказал себе еще один бокал зря. – Какая-то дрянь, которую пьет Хосок. Воняет как энергетик, выглядит как светодиодная лампа.       - Какого цвета? – улыбается Чимин, поглядывая на него со странной нежностью.       - Сегодня зеленый, - говорит Юнги.       - Зеленая фея, - кивает сам себе Чимин и чиркает в блокнотик. – Ты не любишь коктейли, да?       - Мне не нравится их запах, - Юнги жмет плечами и слегка опирается на стойку, потому что ровно стоять уже не получается.       - Ты пьешь только виски, - говорит Чимин очевидное, пока оформляет в красивом бокале макколли для Чонгука. Вероятно, он не хочет, чтобы Юнги чувствовал себя неловко. А может быть, не хочет того же для себя.       - Мне не нравятся коктейли или пиво, а соджу уже заебал.       Чимин хихикает, не поднимая головы. Он выглядит великолепно с резкими черными тенями в уголках глаз и с длинными серьгами. Юнги ловит себя на мысли, что хочет укусить его за мочку уха.       - Что тебе вообще нравится? – спрашивает Чимин, улыбаясь вовсе не ему, а стаканам перед собой, и Юнги неожиданно для себя произносит:       - Ты.       Проходит, наверное, секунд пять, прежде чем Чимин поднимает на него распахнутые глаза. У Юнги бешено стучит сердце в груди, но он продолжает опираться на стойку и просто смотреть.       - Я? – моргает Чимин. – Нравлюсь?       - Прости, что не могу пока сказать то же самое, что и ты, - Юнги поджимает губы. Он краем глаза замечает, как на него пялятся все пятеро с их столика, но старательно не смотрит в ту сторону.       - Нет, - Чимин качает головой и снова улыбается. – Я… все отлично, это… это отлично, хен. Спасибо?       Юнги приподнимает брови.       - Ты благодаришь меня за мои чувства?       Чимин раскрывает глаза еще шире и резко вдыхает носом.       - Ох, твои чувства, - повторяет он недоверчиво. – Прости, я веду себя как идиот. Я просто…       Юнги не выдерживает, перегибается через стойку и хватает его за руку, сжимая в своей ладони его аккуратные пальцы.       - Ты мне нравишься, - повторяет он доходчиво, глядя Чимину в глаза. – Мне потребовалось время, чтобы это осознать. Время и некоторые толчки. Прости, что причинил тебе боль.       Чимин смотрит на него внимательно, следит за движением губ, будто пытается там прочитать что-то, будто не понимает, что говорит ему Юнги.       - Все хорошо, Юнги, - кивает он в итоге и зажмуривается. – Я просто… блять, я просто так тебя люблю, что не могу поверить…       Юнги улыбается, наблюдая за его краснеющими щеками, и проводит ладонью по своей груди.       «Я просто так тебя люблю…»       Он не чувствует боли. Страха. Наконец-то, он не чувствует ничего из этого!       Он чувствует что-то сродни нежности, в груди тепло, и Юнги улыбается, потому что Чимин вызывает в нем эту улыбку.       - Мы спали несколько месяцев, а ты не можешь поверить в то, что нравишься мне?       - Знаешь ли, ты дал мне достаточный повод поволноваться, - ворчит Чимин, и Юнги хмыкает побежденно.       - Справедливо.       - Так…       - Выпьешь со мной завтра кофе? – предлагает Юнги.       - Как свидание? – уточняет Чимин, в нерешительности закусив губу.       - Как свидание, - кивает Юнги.       - Кажется, мне придется захватить аспирин, - вздыхает Чимин и улыбается, когда Юнги закатывает глаза.       - Ты еще не налил мне виски?       - Еще не успел.       - Убери из заказа, будь добр.       Когда Юнги возвращается за столик, держа в руках поднос с кучей бокалов для ребят, те смотрят куда угодно, но только не на Юнги. И это чертовски смешно, ведь он чувствовал на себе их взгляды все это время.       - Ну давайте, - вздыхает он, устраиваясь на своем прежнем месте рядом с Хосоком. – Я вижу по вашим рожам, что у вас накопилась куча вопросов.       - Ты спишь с этим милашкой? – тут же любопытно тянет Сокджин.       - Да, - кивает Юнги, силком запихивая в себя орешки.       - Только спишь? – весело спрашивает Хосок. Юнги смотрит ему в глаза долгим взглядом и щелкает языком.       - Нет, - говорит он. – Не только сплю.       - Слава богу, ты выглядел так жалко, обнимаясь с той кофтой, - замечает Чонгук, присосавшись к бокалу с макколли, а затем осекается, натыкаясь на взгляд Юнги. – То есть не жалко. Но влюбленно.       - Какой кофтой? – не понимает Тэхен. Юнги устало откидывает голову на диванные подушки, прикрывает глаза и улыбается.

***

      - Спасибо за кофе, - произносит Чимин. – И за кино.       Все до безумия банально, они под вечерним темным небом, стоят у подъезда Чимина. Тот кутается в синее пальто с пуговицами, сжимает плечи, словно от смущения, и не может перестать улыбаться. Юнги чертовски сильно хочет поцеловать его, но он ждет разрешения, потому что сегодня все должно быть банально, как в фильмах. Не как всегда у них.       - Спасибо за аспирин, - фыркает Юнги в ответ, и они смеются беззвучно в собственные воротники.       - Хочешь зайти? – спрашивает Чимин.       - На кофе? – не удерживается Юнги, но Чимин не ведется на провокацию.       - Нет, - говорит он прямо и смотрит смело. – Не на кофе.       - Тогда хочу, - Юнги прикусывает губу. Если честно, он хотел «зайти» с самого утра, как увидел Чимина, бодрого, безумно красивого, как и всегда, яркого, как солнце.       Тот кокетливо дергает бровью, и они оказываются на этаже Чимина, а потом и в его квартире практически незаметным для Юнги образом.       - Знаешь, если ты все-таки хочешь кофе…       - Я не хочу чертов кофе, - выдыхает Юнги и тянется первым, обхватывает ладонями чужое лицо, гладит ушные раковины и целует, прикрывая глаза. Чимин коротко простанывает что-то ему в рот, скорее мяукает, чем говорит, а потом с готовностью отвечает. Их губы шевелятся быстро, быстрее, чем они обычно привыкли. Они не торопятся, но у Юнги стоит уже долгое время, а Чимин горяч, как адское пламя.       - Юнги-я, - шепчет Чимин, когда тот целует его в шею. Он сжимает Юнги плечи, стягивает куртку, рубашку, добирается проворными пальцами до ширинки и замирает, потому что Юнги оказывается проворнее.       - Хорошо? – хрипло спрашивает он, двигая ладонью в трусах Чимина. Тот часто дышит ему в ухо и мычит, и это, вероятно, хороший знак.       - Очень хорошо, - тянет Чимин. У него слегка осипший, но по-прежнему высокий красивый голос, Юнги готов слушать эти стоны бесконечно, пить их, ловить губами и пальцами.       - Может, уже разденемся? – предлагает Юнги, едва не плача. Член упирается прямо в ширинку, в футболке жарко, потому что кожа горит от поцелуев и прикосновений, словно от огня.       - Да, да, я не против, - кивает Чимин и помогает стянуть с них обоих одежду.       Они путаются в штанинах, пока падают на диван, цепляются коленями за журнальный столик, опрокидывают ключницу на тумбе, когда Чимин слишком сильно отбрасывает футболку. Они хохочут друг другу в губы и продолжают целоваться. Юнги иногда забывает закрыть глаза, и это, вероятно, выглядит жутко, но он ничего не может с собой поделать – ему слишком нравится вид.       - Тебя нужно растянуть, - шепчет Чимин, нависая над Юнги сверху, и тот с наслаждением ведет ладонями по его сильным рукам.       - Не нужно, - отмахивается Юнги.       - Юнги, мы не были вместе пару недель, - хмурится Чимин и лезет своими прекрасными тонкими пальцами ему между ягодиц. Впрочем, он тут же замирает, чувствуя, что там влажно и открыто. – Ох.       - Ох, - подтверждает Юнги. Чимин поглаживает колечко мышц пальцами, и Юнги плавится, потому что он просто ужасно, неебически любит эти руки. – Ты правда думаешь, что я пошел с тобой на свидание неподготовленным?       - Вот какого ты обо мне мнения? – театрально ахает Чимин. – Ты думал, я пересплю с тобой на первом свидании?       Юнги стонет, когда Чимин из вредности пропихивает в него сразу два пальца. Те входят вполне спокойно, с легким давлением, и у Чимина сбивается дыхание.       - Прости, но так и вышло, - фыркает Юнги, дергая задом навстречу пальцам. – Блять, Чимин-а, пожалуйста, я хочу, чтобы ты меня трахнул в конце концов.       - Ох, еще, - стонет Чимин ему в ухо жалобно и ускоряет движение рукой. – Скажи еще раз, прошу.       - Трахни меня, Пак Чимин, - рычит Юнги, и Чимин, слава богам, слушается. Он вытаскивает пальцы, смачно целует Юнги в губы и начинает вводить в него член.       - Боже, - выдыхает он, когда полностью оказывается внутри Юнги. – Я так скучал по тебе, малыш, господи…       - Малыш? – надломлено отзывается Юнги и стонет протяжно, когда Чимин на пробу двигает бедрами.       - Тебе не нравится? Прости, - начинает тот, оставляя легкие поцелуи у Юнги на плечах.       - Все нормально. Мне нравится, если тебе нравится.       Юнги с удовольствием прикрывает глаза, отдаваясь каждому движению, каждому прикосновению, ласке, шепоту, поцелую и вдоху. Чимин идеален, он внимателен, нежен, его руки напряжены от того, что он опирается на диван по обеим сторонам от лица Юнги, а бедра творят какие-то чудеса.       Они двигаются еще какое-то время, практически вместе, хотя толку от Юнги немного, когда Чимин вдалбливается так сильно, так правильно и так хорошо. Честно говоря, Юнги может только принимать и не забывать дышать, что у него тоже получается очень сомнительно. Юнги гладит Чимина по волосам, по плечам, поджимает пальцы на ногах и скулит.       Как же. Блять. Хорошо.       Чимин стонет ему в подбородок, переносит вес своего тела на одну руку и второй поглаживает Юнги по бедру, контролируя свои толчки.       - Ох, малыш, - срывается он на шепот и снова стонет. – Юнги, Юнги… Я люблю тебя, я так тебя люблю, прости, если я…       - Да, - выдыхает Юнги, чувствуя, как удовольствие щекочет внизу живота. – Да, Чимини, продолжай…       - Блять, - Чимин сбивается, движение начинают быть хаотичными, почти бесконтрольными, он хватается пальцами за его бедро, распахивает глаза, глядя на Юнги с такой любовью, что того пробивает внезапно обрушившимся на него оргазмом. Юнги втягивает в себя воздух со стоном, сотрясаясь в судорогах – и все это для него в новинку. Обычно он кончает с закрытыми глазами, чтобы было не так неловко, но сейчас он смотрит Чимину в глаза, и это потрясающе. – Юнги… Ты такой прекрасный.       - Ты тоже, - выдыхает Юнги и скулит, когда Чимин вытаскивает из него член, чтобы закончить в пару движений ему на живот. По тонким пальцам вниз стекают бусинки перламутровой спермы. Юнги чувствует смутное желание их слизать. – Потрясающий.       - Ох, прости, - шепчет Чимин и стыдливо прикрывает глаза, трясясь над ним в остатках испытываемого удовольствия. – Ты теперь грязный.       - Да, я грязный мальчишка, ничего не попишешь, - сообщает Юнги менторским тоном, и Чимин смеется, целуя его в губы.       - В душ?       - В душ.

***

Чимин-а ~

22:19 Попробуй только начать меня игнорировать 22:24 Юнги… Я так и знал, что тебя нельзя было отпускать

22:26 успокойся, паникер, я вышел от тебя 10 минут назад дай мне хотя бы спуститься в метро

22:27 Почему ты просто не мог остаться спать со мной?

22:29 потому что у меня завтра лекция я не могу прийти в одежде для свидания

22:30 Ты прав Извини Я немного волнуюсь

22:31 о чем?

22:31 О том, что ты передумаешь

22:34 я не передумаю я думаю я немного влюблен в тебя живи с этой информацией все, в метро нет связи 😘

22:34 Живи??? Живи с этой информацией??? Юнги! Юнги-хен!!! Черт Я люблю тебя