Я тону в Ваших глазах.

Два месяца. Два мучительных месяца провела Маша совсем одна. Она пыталась забыться, пыталась перевести свое внимание на что-то другое. Но всё время она возвращалась к одной и той же мысли о той самой женщине, которая растоптала ее сердце. Той самой, которая бросила ее. Она так и не выходила на связь: ни одного сообщения, ни одного звонка. Третьякова почти каждый день плакала, иногда могла позволить себе выпить непозволительную для леди дозу алкоголя. Могло доходить до того, что девушка выпивала целую бутылку вина за один раз. Блондинка перестала выходить в свет, приходить на различные мероприятия, посещать театры и музеи. Друзья беспокоились за нее, но Маша уверяла, что всё с ней хорошо, просто она очень устала от жизни знаменитости. Она могла целыми днями ничего не делать, просто лежать на диване и смотреть в потолок. Она была сломана. Раздавлена. Даже не отпраздновала собственный День Рождения. К тому же, Олег сообщил ей, что не сможет приехать на новогодние каникулы из-за долгов по учебе. Лишь несколько раз она пыталась дозвониться до Лауры, но в ту же секунду сбрасывала вызов и усмехалась своему положению. Постепенно боль становилась всё меньше, но легче от этого не становилось. В один день Мария возвращалась с радиоэфира, на который просто уговорила ее уважаемая подруга. Там она пыталась вести себя спокойно и собранно, но отстраненный образ жизни оставил небольшой след. Она несколько раз запнулась и оговорилась, чего никогда не происходило раньше. «Нужно взять себя в руки» Раз забыть о ней не получалось, нужно было просто принять свое поражение и продолжить идти дальше. Ради себя. К большому удивлению многих, Мария стала появляться на ужинах, где старалась быть в центре внимания. Решила попробовать себя в качестве актрисы и приняла участие в одной постановке, где многие оценили ее игру. Снова вернулась в клуб поэзии и даже подумывала о возвращении в университет в качестве преподавателя. Жизнь стала налаживаться. Она чувствовала себя гораздо лучше и намного сильнее. Однако у нее все равно не складывались отношения. Третьякова встречалась с несколькими мужчинами, но это все заканчивалось расставанием по инициативе девушки. Всё же до идеала им было далеко. За несколько недель до Нового года ей позвонила Татьяна Полякова и пригласила к себе в гости. Мария посчитала неприличным отказать этой прекрасной даме, но задерживаться там она не хотела. — Мария, как приятно Вас видеть! — Полякова открыла рот в изумлении, — Как Вы похорошели! Прям вся светитесь. — Благодарю, — смущенно улыбнулась Третьякова и проследовала за ней на кухню. Там уже сидели несколько дам и мужчин, которые сразу же перевели взгляды на белокурую красавицу. — Господа, это Мария Третьякова. Невероятно красивая и умная девушка, а также моя коллега. Как только Мария села на одно из двух свободных мест, она сразу была окружена вниманием. Всем была интересна милая незнакомка, поэтому люди задавали ей совершенно разнообразные вопросы. Неожиданно прозвенел звонок, и Татьяна пошла встречать последнего гостя сегодняшнего ужина. Гостью, если быть точнее. — Ничего страшного, дорогая. Мы еще даже не начали. Женщина вернулась, за ней следом шла та, при виде которой Третьякова поперхнулась шампанским. Лаура, мать твою, Лукина. Как всегда дьявольски красива. Черное облегающее платье сидело на ней идеально. Брюнетка не сразу заметила обомлевшую девушку, но, когда все-таки встретилась с ней глазами, полностью остолбенела и побледнела. Тот барьер, который она так тщательно выстраивала, разрушился. Все те воспоминания, которые она пыталась стереть, вновь стали прокручиваться в голове. Руки затряслись, а по спине прошел холодок. Судорожно вздохнув, она попыталась успокоить себя и отвести взгляд, но Лукина стояла и даже не пыталась скрыть свои эмоции. Её отвлекла какая-то леди, которая попыталась завязать с ней разговор, но та ответила что-то невнятное и прошла к своему месту. Напротив Маши. «Хотя бы Полякова рядом» — Лаура, дорогая, как твои дела? — спросила какая-то женщина, сидевшая рядом с ней, — слышала, ты выиграла второе слушанье у своего бывшего. Мария прикусила щеку и отвела взгляд, пытаясь привлечь внимание какого-то привлекательного молодого человека. Но все равно впитывала в себя каждое слово Лукиной. — Да, — Лаура тоже пыталась не обращать внимания на блондинку, но у нее это получалось не так хорошо. — Те обвинения в твой адрес…это же просто смешно. Не знаю, чего он пытался этим добиться. Хорошо, что суд расставил все по местам. Маша резко встала и, спросив у Татьяны, где находится туалет, побрела в ту сторону. Терпеть этот цирк она не хотела. Нужно было просто переждать некоторое время здесь и, сославшись на плохое самочувствие, уйти отсюда. Девушка облокотилась о стену и, открыв в телефоне инстаграм, стала ждать. В дверь постучали, но она не откликнулась. Постучали еще раз. — Я сейчас выйду. Только носик припудрю, — но в ответ последовал более настойчивый стук в дверь. «Сейчас этот нетерпеливый идиот получит от меня» Не успела она открыть дверь и сказать хоть слово, ее затолкали внутрь и закрыли дверь на щеколду. — Какого черта, Лаура? — выплюнула Мария, прожигая глазами женщину напротив. — Маша… — Я не хочу ничего слышать. Выпусти меня отсюда, — Лукина загородила проход, не давая выйти, — Черт возьми, дай мне… — она стала кричать, из-за чего Лауре пришлось заткнуть ей рот. — Хватит орать! — девушка отмахнулась от нее и отошла назад, — дай мне сказать, прошу. Третьякова закатила глаза и скрестила руки на груди, но все-таки решила выслушать. — Всё оказалось легче, чем я думала. Он потерпел полное фиаско и уже точно не выиграет это дело. — Я очень рада за тебя. Правда, — спокойно ответила Мария, — Но что тебе нужно от меня? — Мне нужна ты. — Не надо. Прошу тебя, — Блондинка отвернулась, чтобы сдержать слезы, которые заполнили ее карие глаза. — Я струсила. Сдалась. Я признаю, что поступила подло по отношению к тебе…к нам. Я испугалась, что моего сына могут забрать. Мои дети — это самое дорогое сокровище в моей жизни. Я не могу жить без них. Но я и не могу жить без тебя. Эти два месяца были самыми ужасными в моей жизни. Я не знала, куда себя деть. Не могла сосредоточиться на работе. Всё время думала о тебе. Ты не представляешь, как я хотела всё бросить и приехать. Обнять тебя и больше никогда не отпускать. Третьякова наконец осознала всю боль, через которую пришлось пройти этой женщине. Она чуть не лишилась сына. Пожертвовала многим, в том числе и их отношениями, ради него. Оторвала часть от себя. Маша бы сделала так же. Непременно бы сделала. Но простила бы ее Лукина за такой поступок? — Как я могу тебе довериться? Как я могу быть с тобой, если ты в любой момент можешь поступить так же, как поступила тогда? Ты уничтожила меня! Как же у Третьяковой всё кипело внутри. Как ей хотелось выплеснуть все, что накопилось за это время, но она сдерживала себя из последних сил, стараясь вести себя достойно. — А ты думаешь, мне было приятно смотреть на тебя в обнимку с какими-то мужиками? Думаешь, мне не было больно? — Так я свободная женщина, которая жаждет тепла. Я тебе ничего не должна. Я вообще больше тебя не люблю! — выпалила Мария и испуганно посмотрела на Лауру. — Не любишь? — с улыбкой на лице спросила она, — Я тебе не верю. — В любом случае, я не могу… Я не переживу, если ты сделаешь так еще раз. Я научилась жить без тебя. Лукина медленно кивнула и вздохнула. Она окинула взглядом Машу с ног до головы, прикусывая нижнюю губу, отчего Третьякова всегда сходила с ума. И сейчас девушка не смогла удержаться и повторила этот жест. — Да, я вижу. Ты очень изменилась. Стала сильнее и красивее. Ты уже не та наивная девочка, которая боялась мне перечить, а самодостаточная женщина, сводящая с ума многих. В дверь тихо постучали. — Мария, с Вами всё хорошо? — голос Поляковой заставил женщин усмехнуться и покачать головой. — Марии не очень хорошо. Я отвезу ее домой. — Что? Но… Лаура приложила указательный палец к губам и подмигнула. Маше оставалось подчиниться этой невозможной даме. — Скорая не требуется? — обеспокоенно спросила Татьяна. — Нет, ничего страшного, — Лукина подошла ближе и прошептала, — Подыграй мне. Я тоже не хочу здесь оставаться. Блондинка кивнула. Лаура открыла дверь и, взяв Машу за руку, повела за собой. Почувствовав знакомое тепло, Мария Третьякова, недавно заявившая, что научилась жить без нее, хотела, чтобы это никогда не прекращалось. Как она хотела простить ее, но чувство собственного достоинства не давало этого сделать. И тут ее действительно накрыло. Сжав руку Лукиной, она попыталась глубоко подышать, чтобы привести себя в чувства. Сев в машину, девушка откинулась на мягкое сиденье и закрыла глаза. Всю дорогу она продремала, лишь изредка поглядывая в окно. Мягкое прикосновение разбудило ее. — Неужели так вжилась в свою роль, — усмехнулась Лаура и вышла из машины, чтобы открыть ей дверь. — Не знала, что ты джентльмен. — Мужчинам нужно у меня поучиться хорошим манерам, не так ли? — она подала ей руку и проводила до подъезда, — Что ж. Встретимся тогда на съемках? Не услышав ответа, женщина грустно улыбнулась и пошла к обратно к автомобилю. Сердце Марии билось с удвоенной силой. Она металась меж двух огней. Пыталась сделать правильный выбор. — Маша, солнце мое, не плачь. Это всего лишь фильм… — Так, Мария Владимировна, я просто обязана Вас поцеловать… — Прочитай мне еще какой-нибудь стих, Машунь… — Я люблю тебя, ты же знаешь… — Лаура! Подожди, — Лукина обернулась и увидела бегущую со всех ног Марию Третьякову, которая в любой момент могла поскользнуться и упасть. Девушка прыгнула в объятия директрисы, прижимая ту к машине. — Возможно, сейчас я совершаю главную ошибку в своей жизни. Или делаю правильный выбор. Я не знаю. Но я уверена в одном: я безумно Вас люблю, Лаура Альбертовна, и готова поверить Вам. Остальные слова были излишни. Поэтому Мария вовлекла ее в нежный поцелуй, слегка прикусив нижнюю губу женщины. Они принадлежали друг другу. Они были связаны. Сейчас и навсегда. — «Она, никем не заменимая, Она, никем не превзойденная, Так неразлюбчиво-любимая, Так неразлюбчиво влюбленная». — Северянин! Боже, как я тебя люблю, — Маша снова нежно поцеловала ее. Они не знали, что их ждет в дальнейшем. Не знали, как воспримут их близкие. Но знали одно: они есть друг у друга, и вместе они преодолеют все преграды на своем пути. — И всё же какие у Вас красивые глаза, Лаура Альбертовна. Я в них тону. — Займитесь делом, Мария…