Аля Санта Барбара

Мое свидание уже во всю шло, напротив сидела приветливая и красивая девушка. Возможно идеальная жена в будущем, что доказывала ее опрятность и вежливость. Но даже не смотря на все что складывается ситуация как нельзя лучше, кое-кто никак не уходит из моих мыслей. Чимин, мальчишка что признался мне всего недели две назад изменился. Раньше он был моей тенью, ходил попятам и я знал о его чувствах, не дурак же. Заметил почти сразу эту искру что сейчас погасла. Младший поменялся на глазах, стал избегать меня, а последнее время не стесняясь флиртует с Хосоком. Хоби же на мой вопрос об их отношениях ответил прямо, что любит Чимина и никому не отдаст. Тогда я сам не понял почему ощутил нелепую боль в груди: отчего все сжалось внутри в тугой ком? отчего перехватило дыхание? Осознавать суть ошибки стал лишь сейчас, смотря на привлекательную девушку, но ничего не чувствуя от этого. Перед внутренним взором против воли предстает смеющийся Чимин во время растяжки или лопающий с удовольствием мои пирожные. Как я сам не заметил своих чувств к нему? Не понимаю и от этого еще горше. Поэтому прощаюсь с дочерью подруги матери с извинениями и возвращаясь в общагу. Сегодня она должна пустовать, однако уже со входа слышу непонятные звуки. Вроде как стоны, первым делом думаю на Намджуна с Чонгуком, они те еще забияки. Вот только то что открывается взору, ранит. Так как на кухонной тумбе сидит полуобнаженный Чимин с хаотичной прической, ногами он обнимает за талию также полуобнаженного до штанов Хосока, но что добивает окончательно так это их жаркий поцелуй и явно набухшая ширинка Хоби. Невольно чувствую головокружение, ревность и злость. Но вслух лишь вежливо кашляю, говоря как можно вежливей: — Я вернулся, извините что помешал. Стоит только моему голосу донестись до этих двоих, как Чимин почти отталкивает репера, смотря на меня с испугом и болью. Тут же соскакивая и уносясь в сторону спальни. Хосок же на это фыркает, говоря как специально погромче: — Джинни, как прошло свидание? Поди надумал женится? Чувствую в тоне донсэна недовольство, сарказм и ни могу не ответить. Хотя не знаю почему тоже повышаю голос намеренно, отчего он звучит наигранно и театрально: — Мы друг другу не понравились. Так что я все также одинок, радуйся! Последнее как будто адресую Чимину. Надеясь на то что он всё что необходимо услышал. Хосок на мой ответ расплывается в улыбке, и тоже уходит с перенапряженными плечами. После стычки на кухне слишком незаметно пролетает недели две. Время течет размеренно в репетициях, чужих отношениях и Чимине. Также как раньше я не замечал его наличие рядом, так вот сейчас погрязаю в пустоте. Отмечая что без болтовни младшего и улыбки живется туго. Так словно весь позитив выкачали. Хожу мрачнее тени отчего нарываюсь на разговор с Юнги и Намджуном, они почти силой затаскивают меня в студию, с одним единственным вопросом: — Что происходит, хен? Не понимаю что же их так взволновало, отчего просто отвечаю банальное: — Да все хорошо, ребята. От моего ответа оба хватаются за голову, рапортуя недовольно: — Мне надоело есть пересоленную еду, Джин! Бурчит лидер. — Последнее время ты похож на панду со своими синяками, да и взгляд как у сталкера, ну признавайся в чем проблема? Добавляет Юнги и я сдаюсь, рассказывая о проблеме прямо, не утаивая ничего. — Месяц назад мне признался Чимин. Я тогда отказал ему в довольно грубой форме. Вот только… Сейчас осознал что люблю его ничуть не меньше чем он меня. Я похоже совсем идиот. Натворил дел и не знаю что делать дальше! После моего повествования повисает молчание. Ну да, не всегда они слышат от меня признания о таком маразме. Но все же похоже парни уже имеющие отношения решают дать мне неопытному совет: — Думаю, ты налажал друг, очень сильно притом. Чимин встречается с Хоби, может ты уже опоздал с ответными чувствами… Говорит Джун, хотя его тут же перебивает Юнги: — Но даже если Чимин тебя разлюбил, тебе стоит рассказать ему правду. Возможно ты сильно ранил этого мальчишку тогда, так ты хотя бы вину загладишь. — Не переживай мы все устроим для вашего разговора. Говорят парни напоследок и я соглашаюсь, хоть и со скрипом. Надеясь что шанс для этого предоставится не так быстро. Но как оказывается уже на следующее утро, вся компашка кроме меня и Мини сваливает на запись, я же напоследок получаю хитрую улыбку от лидера и тихое удачи от Юнги. Послушно принимаю волю небес, берясь за завтрак и надеясь что Чимин к нему выйдет. Так и выходит, полусонный в растянутом свитшоте Чимини выбредает из спальни примерно к десяти утра. У него запутанные светлые волосы, припухшие глаза и сочные искусанные губы. Красивый, сонный котенок, сам не знаю отчего чувствую ревность. При виде меня младший теряется, все же усаживаясь за стол и еле слышно желая мне доброго утра, бормоча следом: — Мы что завтракаем сегодня только вдвоем, хен? — Все ушли на запись… Отвечаю растерянно, тут же переспрашивая: — Будешь панкейки? Твои любимые с арахисовой пастой. — Буду. Очень тихо говорит он, принимая из моих рук тарелку. В миг соприкосновения наших пальцев до безумия хочу запустить руку в его волосы и взъерошить их сильнее. Вместо этого сажусь напротив, наливая в оба стакана кофе и принимаясь за еду. Закрываясь от младшего газетой, но не сводя с его лица свой зоркий взор. Любуясь сочными губами, его опущенными от смущения ресницами. Осознаю и принимаю тот факт что покорен им и уже давно, я просто слишком долго отрицал сам факт этих чувств. Слишком уж традиционная моя семья, ее устои повлияли и на мои предпочтения. Точнее мне всегда казалось что это так. Ухожу в мысли глубоко, плохо контролируя себя. Разум включается уже в тот момент когда стираю с уголка пухлых губ арахисовую пасту, отправляя ее в свой рот, слизывая сладость и видя как медленно с ног до макушки краснеет Чимин. Спустя секунду соскакивая и пытаясь сбежать. Почему-то решаю что терять мне уже нечего, отчего легко блокирую его собой у стола, прося настойчиво: — Выслушай меня, Мини. Он по началу пытается вырваться, но все же сдается когда дую ему на челку. Мое сердце колотится отчаянно в миг этих объятий. Кожу обжигает близость, дыхание опаляющее грудь. Крепче прижимаю Чимина к столу заставляя сесть его на столешницу и смело говорю следом, все для себя решив: — Прости меня Чимин. Прости я был не прав. Младший от моих слов ежится, поднимает на меня свои медовые глаза и спрашивает с явной опаской: — За что именно ты просишь прощения, хён? Сам не знаю зачем следом легко целую его в лоб, слыша как быстро колотится сердце мальчишки, ощущая как его рука сжимает мою футболку сзади. Голос становится хриплым, когда нужные слова все же слетают с языка: — Тогда когда ты признался мне, я ошибся. Думал, что ничего не испытываю к тебе, думал что мне будет всё равно если ты будешь с другим. Но это не так. Ни одна девушка не покорит мое сердце, в нем есть лишь ты. Я хочу быть с тобой, хоть и понимаю что это невозможно. Я правда совсем недавно осознал как сильно люблю те… Теряюсь и замолкаю когда Чимин обвивает мою шею руками, тут же затыкая рот поцелуем. Страстным, на грани истерики, всхлипывая и прижимаясь ближе. Послушно следую его рвению, подхватывая его за ягодицы и отвечая на поцелуй со всем рвением. Поцелуй со вкусом арахиса, со вкусом слез и улыбки. Голова от него идет кругом, наши сердца сливаясь бьются в унисон и это дурманит. Атмосфера накаляется, когда мягкие пальчики Мини цепляются за мою футболку. Он тянет ее верх, а чувствуя мое сомнение в замирании просит чуть ли не хныкая: — Ты не можешь пойти на попятную. Докажи что не обманываешь, Джин. Хмыкаю на это наверное слишком довольно, соглашаясь на эту игру. Как назло взор застилает сценка с кухни с Хосоком. Поэтому подхватываю Чимина на руки утаскивая к себе в спальню. Нежно опуская малыша на кровать и начиная игру из поцелуев. Медленно и нежно изучая каждый уголок жемчужного тела. Любуясь рубиновыми сосочками и красивым очерченным прессом, никогда не думал что однажды стану фетишистом. Но похоже стал. Чувствуя как облегчение вперемешку с возбуждением растекается по венам. Ошибка исправлена, он теперь мой и я его никому не отдам.