Тьма тебя поглотит

«Не стоит недооценивать привлекательность тьмы. Даже самые чистые сердца тянутся к ней.»

Она помнит каждый истошный крик, каждый разбитый взгляд, полный безысходности, каждое слово, сказанное напоследок, каждую эмоцию… Каждую боль, которую Вики ощущала снова и снова, видя очередную смерть из-за него. Сейчас она сидит перед тем, из-за кого ей пришлось это все испытать, да не только ей, а каждому. Вики глядит на него не моргая, пока он, сидя в кресле и положив руки на подлокотники, раскрывается перед ней. Целая история длинною в жизнь. С самого детства Мальбонте был одинок. С самого детства его никто не понимал. Его боялись, его пытались уничтожить как заразу. Как яд, Вики точно ощущала, который проникает тебе под кожу и отравляет тебя, меняя твое сознание до такой степени, что ты начинаешь не узнавать себя. Он сидит перед ней, и каждая его эмоция показывает, как ему трудно дается повествование. А она слушает его и смотрит, мысленно сочувствуя ему. Потерял родителей, Шепфа запретил за него молиться, хотели убить еще ребенком… «Он стал жестоким из-за жестокости к нему, — рассуждает Вики, все еще наблюдая за ним, пока он продолжал рассказ. — Жестокость порождает жестокость.» Она прониклась, конечно, она прониклась его рассказом о его жизни, о его судьбе. Мальбонте раскрылся перед ней абсолютно другим существом, — теперь он для нее не чудовище, а разбитая душа, брошенная на произвол судьбы. «Он жаждал мести с детства, — продолжает раздумывать Вики, прикусывая подрагивающую нижнюю губу. — Но ведь… Дино говорил, жажда мести может убить изнутри даже бессмертного.» Она снова взглянула на него, пока он вдруг замолчал, призадумавшись. Мальбонте поднялся и медленно подошел к камину, что тут же осветил его черты лица, и читалось в них что-то болезненное, что-то едва уловимое… Едва заметная слабость в виде рассказа о прошлом. Он не мог найти себе места, рассказав ей обо всем. Вики осматривала его профиль и не могла ему не сочувствовать. «Он был всегда одинок. Все его боялись, презирали, называли монстром… Даже в трактате о Мальбонте он описан как чудовище с огромными рогами, копытами и маленькими ангельскими крыльями. Но он не такой, совсем не такой, — она снова оглядела его, видя его безмолвную силу и величавость. Крепкие мышцы напряжены на плечах, также как и напряжен его взгляд. — С самого рождения его хотели убить за то, кто он есть… Разве это справедливо?» Все еще не отрывая взгляда от камина, он произнес: — Уже поздно, — сказал твердо, даже как-то по-отцовски заботливо. — Можешь остаться здесь, если хочешь. Его предложение заставило щеки Непризнанной вспыхнуть, а все внутри охнуть вниз. Затем он с насмешливой улыбкой, все еще глядя в сердце огня, добавил: — В других комнатах не так тепло. Вики чуть подумала, прежде чем принять его предложение. Ей хотелось побыть с ним подольше, заставить его почувствовать себя не таким одиноким… Сердце ее сжалось, и она сказала: — Я хотела бы остаться здесь. Мальбонте обернулся на нее, словно в самом деле не ожидал такого согласия с ее стороны. На его лице расположилось удивление, длившееся пару секунд. Он взглянул на нее как-то не веря, не доверяя, и все же произнес: — Я рад, что ты мне доверяешь, — уголок его губ пополз вверх в улыбке. Вики чуть помедлила, прежде чем спросить: — Ты тоже будешь здесь ночевать? Мальбонте смотрел на нее нескрываемой усмешкой, из-за которой ей хотелось испариться и превратиться в призрак. Не столь сильно усмехались его губы, как усмехались его черные, как смоль глаза, глядя на нее прямо и властно. — Конечно, — произнес он насмешливо, снова пройдясь по ней взглядом. — Это мои покои. Вики стало неудобно, неловко от мысли, что все это время она лежала в его постели. Девушка чуть приподнялась в кровати, подоткнула одеяло таким образом, словно создавая вокруг себя кокон, который бы спрятал ее смущение. Мальбонте тихо рассмеялся, заметив ее скованные движения из-за нахлынувшего стеснения. — Не переживай на этот счет, — ответил с легкостью и снова сел в кресло, а Вики снова взглянула на него, наблюдая. Мальбонте больше не смотрел на нее, полностью растворившись в собственных раздумьях и вперив взгляд в разгорающийся огонь. О чем он думал? О новом плане захвата школы или Цитадели? О новых пленных? Или о их разговоре? О том, как открылся ей? В конце концов, может он думал о ней? Вики неотрывно наблюдала за его спокойным профилем. Мальбонте сидел прямо, также положив руки на подлокотники. Лицо его освещалось пылающими языками, в черных омутах сверкали искры от камина. Свет выделял его острые черты лица, скулы и подбородок. Он задумчиво смотрел в центр камина, пока Вики смотрела на него. Его широкая грудь медленно поднималась, внимая его спокойному, размеренному дыханию. Но от Вики все равно не ускользнуло его напряжение, подчеркнутое каждой мышцей его сильного тела. Она смотрела на него и вспоминала его рассказ, и сердце ее сжималось вновь и вновь. Словно почувствовав ее взгляд на себе, Мальбонте медленно, проникновенно взглянул на нее, встречаясь с ней глазами. Все внутри Вики сжалось от его взгляда: долгого, пронизывающего насквозь, читающего между строк. Он знал все ее мысли. Он ощущал ее трепет. Ее энергию, идентичную ему. Мальбонте смотрел и не мог оторвать взгляд: было бы глупо отрицать с его стороны, что даже если волей судьбы, но она его заинтересовала. Переняла часть его силы себе, помогала Бонту, участвовала в ритуале… Для него она не последняя фигура в его жизни, даже, он бы смело сказал, достаточно значимая на его пути. Достаточно, чтобы рассказать ей всю правду и открыться ей. Похоже, заметив ее смущение от его долгого взгляда, длившегося всего пару, но таких мучительных секунд, Мальбонте спокойно, тихо произнес: — Тебе лучше поспать. Вики тут же проснулась от темного наваждения его пронизывающих глаз и смущения, еще раз залившись краской. За ней было приятно наблюдать: местами смелая и отчаянная до невозможности, готовая на все ради справедливости, и в то же время такая робкая, обманчиво беззащитная… Нет, Вики не из тех, кто не может за себя постоять, и Мальбонте уже смог сам лично в этом убедиться. И это вызывало в нем восторг. Она была особенной. В частности для него. Среди ночи Вики часто просыпалась от сильных, многочисленных видений и лихорадок. Что-то пугало ее, она сильно проникалась своими видениями, эмоционируя. Было видно, ей хотелось кричать, злиться, рыдать, но она лишь металась по кровати, ощущая жар похлеще чем в Аду и дрожь, пробирающую до самых костей. Пот на ее лице смешался со слезами. Она плакала, тихо плакала, не произнося ни звука, ни хлипанья. Слезы текли ручьем из ее глубоких голубых глаз, которые то распахивались, то зажмуривались от боли в лихорадке. Мальбонте также часто просыпался от ее беспокойства, видел ее измученное лицо и словно испытывал это на себе, наблюдая за девушкой. Собственноручно окунал в таз с водой тряпку, затем бережно, аккуратно протирал ее лицо, руками ощущая жар ее кожи. Коснулся рукой ее лица, невесомо и мягко, наклонился ближе к ней, обдавая ее ухо прохладным дыханием. — Не пугайся, — успокаивающе шепчет он, и на Вики действуют его слова. Через полусон она ощутила едва уловимый импульс спокойствия, что передался ей через бархатный, тихий тембр его голоса. — Ты привыкаешь к моему присутствию. От этого сила и видения усиливаются, — словно мираж Вики ощутила прикосновение его горячих пальцев к ее губам и замерла, задержав дыхание. Лихорадка чуть спала, позволяя ей свободнее дышать, а сердце забилось быстрее. Мальбонте чуть отклонился и напоследок снова прошептал: — Это нужно перетерпеть, — его дыхание обожгло ее кожу и одновременно успокоило, возвращая в реальность.

***

Вики проснулась в его кровати, медленно разомкнув веки. Все тело ныло словно после длительного марафона, голова раскалывалась на части. Оглядев комнату, осознание ударило ее по голове — она спала в одной комнате с Мальбонте. На его кровати. Эта мысль едва бросила ее в жар снова, но в тот же момент вспомнилась его исповедь, его слова в ее сторону и… его руки, бережно стирающие пот с ее лица ночью. Медленно, аккуратно, даже нежно, — его прошлые действия не вязались с его образом, властным, могущественным, устрашающим. Вики медленно поднесла к лицу дрожащую ладонь и кончиками пальцев коснулась нижней губы, — то призрачное ощущение его пальцев на губах — было ли оно призрачным? Ее взгляд упал на зеркало рядом с кроватью. Его множественные осколки лежали на полу, отражая белый потолок. Она задумчиво оглядела зеркало. «Разбил зеркало в злости или не мог на себя смотреть?» — размышляла непризнанная, ощущая внутреннее беспокойство. Ей казалось, нет, она была уверена, что за напускной злостью, за этой маской безразличия и жестокости кроется ранимая душа, которая раскрылась ей вчера… Много ли существ видело его настоящим, без этой маски? Вики точно знала, что он не пытается обмануть ее — он с ней честен. Она ощущала это по его энергии, которая в момент разговора была скорее светлой, нежели темной. Ей удалось словно почувствовать именно Бонта, пусть Бонт и Мальбонте был одним и тем же существом… Сейчас в нем были две чаши весов, которые постоянно склонялись в каждые две стороны поочередно: то в Бонта, то в Маля. Она спустилась вниз на негнущихся ногах, когда один из проходящих демонов передал ей, что он ее ждет. Почему-то снова появился этот немой страх перед ним: подсознательно Вики знала, что Мальбонте уже вернул себе маску, что он не тот, каким был ночью с ней. Откровение закончилось, наступило жестокое утро. Вики зашла внутрь и увидела его сидящим за столом, склоненным над картой. Он тут же поднял на нее глаза, встречаясь взглядом, и откинулся на спинку стула, не сводя с нее глубоких черных глаз. Теперь его внимание переняла на себя Вики. — Ты подумала? Мальбонте смотрел выжидающе, с большим терпением. Его вопрос давил на нее, отражаясь ощутимой тяжестью на плечах. Она выпрямилась в спине, расправляя руки, не моргая и демонстрируя полную непоколебимость его вопросом. — Подумала о чем? Глупый вопрос. Она пыталась тянуть время, а его это только заставило усмехнуться и не сводить с нее взгляда черных омутов, позволяя себе видеть ее насквозь. — Ты знаешь о чем, — острая усмешка на его губах. Вики поежилась. — О моем предложении. Вики смутилась и проглотила язык. Сомнения и вопросы терзали ее. Как можно с уверенностью ответить на то, чего даже не знаешь? — Я… Ее спас нетерпеливый Фенцио, постучавшийся и тут же ворвавшийся к ним. Весь его вид был такой радостный и удовлетворенный. Мальбонте сжал челюсти от злости, его скулы выделились, делая лицо еще более жестоким и темным. — Фортуна на нашей стороне. Думаю, тебе стоит взглянуть на это. Мальбонте поднялся из-за стола, медленно взял Вики за локоть, требуя идти за ним, как бы говоря: «Наш разговор не окончен». Непризнанная ощутила покалывание в позвоночнике от его прикосновения: похоже, ее тело, вернее, ее энергия реагирует таким образом на него. Яркий свет солнца ослепил их на мгновенье. Мальбонте двигался быстро, широкими шагами, и Вики едва за ним поспевала. А когда девушка ощутила вдалеке знакомые ей энергии, ноги ее обмякли, голова закружилась. Ей не хотелось верить. Она увидела их, сидящих на коленях на земле. Сердце бешено заколотилось о ребра, ее бросило в жар. Вики снова была готова биться в лихорадке от ужаса. Люцифер, Дино, Мими сидели на земле. — Что вы…? — Вики неосознанно двинулась им навстречу, словно во сне. Жесткая, сильная рука преградила ей путь одним коротким, непоколебимым жестом. Лицо Мальбонте исказилось в ярости, какую Вики еще не видела. — В тюрьму их!