Тьма тебя поглотит

Последние три недели проходили в чрезвычайном напряжении. Казалось, еще несколько дней, и Люцифер, как и обещал при разговоре с Вики, вернется в Цитадель со своей армией. Первую неделю Сатане удалось уговорить верховного серафима прочесть составленные советом Ада законы. Ребекка тянула с законами целую неделю, некоторые дни даже к ним не притрагиваясь, будто специально. Люцифер молча ждал от Ребекки ответа, ждал хотя бы слова или любого комментария насчет прочитанного. На вторую неделю, дьявол все-таки смог получить желаемое. — Спасибо, что пришли, советники, — строго и сухо проговорила Ребекка, усаживаясь на стул напротив Люцифера за огромный стол из вычурного золота. Вики сидела рядом с матерью, напряженно вперив взгляд в собственные руки, сложенные на столе в замок. — Я прочла предложенные вами законы. Люцифер склонил голову в бок, другие советники напряглись, ощутив настрой своего Владыки. Дьявол сощурился, впиваясь в лицо серафима внимательным, прожигающим взглядом алых глаз. — И каков твой вердикт, Ребекка? — спросил вкрадчиво дьявол, не сводя глаз с женщины. Ребекка вытянулась и вздернула подбородок. Ее лицо было равнодушно холодным, когда она строго проговорила: — Мне нужно создать ангельский совет, — ответила она спокойно, а Люцифер свел брови к переносице, хмурясь. — Это нельзя было сделать раньше? — брюнет едва сдерживал раздражение. — Ты неделю читала законы. — Это мое дело, не твое, — проговорила она, отсекая любую грубость с его стороны. Но Люцифер все равно ответил: — Ты тянешь время, Ребекка. Не пытайся меня обманывать, — дьявол отклонился от нее, продолжая буравить пристальным взглядом. — У меня есть терпение, но оно не бесконечно. Я дам тебе неделю на сбор нового совета и хочу услышать твой комментарий по поводу законов равновесия. Неделя тянулась мучительно медленно. Казалось, что стагнация накрыла своей мертвой волной все миры. Все остановилось словно в ожидании. И все ждали решения Ребекки. Пока Ребекка занималась образованием совета и поиском ангелов, Вики в секрете от матери решила прочесть законы, предложенные Адом, сама. Девушка сразу поняла, в чем проблема, почему Ребекка так увиливает от ответа и тянет время для чего-то непонятного. В законах со стороны Ада все тексты содержали в себе общую, ярко выраженную черту: демоны и ангелы неразрывно взаимосвязаны. Ребекка стремилась сделать уклад общества иным. Женщина не хотела связывать ангелов и демонов столь тесно, и поэтому выжидала время до последнего, чтобы в подходящий момент поставить точку между ангелами и демонами раз и навсегда. Вики предвидела дальнейшие действия матери и не знала, что ей делать. Бежать к Люциферу и рассказывать все последующие действия Ребекки было бы предательством как и матери, так и своей ангельской сущности. Но и сидеть на месте девушка тоже не могла. Поэтому, Вики начала оказывать на мать давление. — Почему ты тянешь время? — спросила Вики, снова нарушая тишину между ей и матерью, которая стала привычной в общем нахождении. Ребекка бегло взглянула на дочь. — Не понимаю, о чем ты, — ответила равнодушно Ребекка, отбирая какие-то списки ангелов для совета. Вики ощутила раздражение. — Не строй из себя дурочку, мама! — поджав губы, проговорила ангел. — Ты прекрасно меня понимаешь! Ты тянешь время, потому что ты против тех законов, что предложил тебе Люцифер! Ребекка мгновенно подняла острый, пронизывающий насквозь взгляд холодных, голубых глаз на Вики, стремительно поменявшись в лице. Женщина злостно, угрожающе низко спросила: — Ты читала законы? — она сощурилась, не сводя глаз с дочери. — Читала, — отчеканила Вики, вытянувшись в спине и выдержав взгляд матери. — Читала, потому что имею на это полное право! И я считаю законы, предложенные Адом, правильными и действенными! Ребекка вскочила из-за стола, сжимая кулаки в напряжении. Вики расправила белоснежные крылья за спиной, не сводя с серафима разъяренного взгляда, готовясь напасть в ответ в любой момент. Ребекка проследила за воинственным движением крыльев дочери за спиной и смягчилась. — Не советую, мама, — проговорила девушка. — Или ты снова заблокируешь мои силы? Ребекка вздрогнула и забегала глазами по лицу дочери, а через время, словно пытаясь выкинуть ее слова из головы, проговорила: — К концу недели совет ангелов будет созван к собранию.

***

— Приветствую, ангелы. Ребекка стояла перед огромным, длинным столом, оглядывая сидящих за ним существ. Здесь были только ангелы, которых Ребекка приняла в совет. Все они прошли испытания, предоставленные им до этого серафимом, и поклялись хранить все тайны ангельского совета в молчании. — Я собрала вас здесь, чтобы дать особо важное заявление. Вики сидела напротив одного из ангелов. Кажется, это был тот самый Рафаил, которого Вики видела на своем посвящении в ангелы. Светловолосый мужчина бросал неоднозначные взгляды в сторону девушки, что была в своих мыслях, ожидая слов матери. — Как мы знаем, адский совет предоставил нам общие законы на рассмотрение, — продолжала Ребекка, стоя перед столом в напряженной осанке. — Общие законы для всех миров, которые мы должны прочесть, прокомментировать и, как они надеются, согласиться и принять. Вики отняла глаза от стола и подняла их на мать. Ангел напряглась, сжала пальцы на платье, впиваясь в собственные колени ногтями через белоснежную ткань. — Я собрала вас здесь, чтобы сказать вам, — она выдержала паузу, поймала на себе тяжелый взгляд Вики и через время уверенно отчеканила: — Мы напишем свои законы. — И предложим их демонам на рассмотрение взамен? — спросила Вики, вновь ловя взгляд матери и сощурившись. Ангел, сидевший напротив Вики, подал голос: — Не думаю, что демонам нужно знать наши законы, — Вики повернула голову в его сторону механическим движением, оглядев лицо мужчины прожигающим взглядом. — Потому что это наши законы. — Спасибо, Рафаил, — губы Ребекки едва дрогнули в улыбке, а Вики мгновенно взбесилась, наплевав на то, что подумают о дочери серафима остальные ангелы. — Так нельзя! — выпалила резко ангел, поднявшись из-за стола, приковывая к себе множественные взгляды за одну секунду. Ребекка недовольно поджала губы на порыв дочери. — Вы нарушаете равновесие! Снова! Законы должны быть общими для обеих сторон! Демоны должны знать, что делают ангелы и наоборот! — Никто. Ничего. Не должен, — отчеканила Ребекка, удостоив Вики сдерживаемым свою ярость взглядом. — Мы ничего не должны демонам и наоборот! — Да как ты смеешь? — тихо прошипела Вики, и слова эти подействовали на Ребекку мгновенно: за секунду женщина оказалась рядом с дочерью и схватила ее за локоть, встряхнув. — Извините меня, советники, — проговорила угрожающе низко Ребекка, поспешив добавить: — Оставьте нас на некоторое время. Продолжим разговор после. Советники повставали со стульев, стремительно удаляясь из огромного зала, оставляя разъяренных дочь и мать в одиночестве. Стоило последнему советнику выйти, а дверям захлопнуться, Ребекка снова встряхнула дочь одним грубым движением. — Что ты себе позволяешь? — процедила через зубы серафим, въедаясь яростным взглядом в лицо ангела. — Что ты себе позволяешь?! — выпалила Вики в ответ, выдергивая руку из грубой хватки. — Зачем ты лгала мне?! Зачем говорила, что власть должна быть новой, если следуешь старым порядкам?! — Демонов сейчас гораздо больше! — раздраженно выпалила Ребекка в ответ. — Ты не понимаешь, что если мы поделим власть, то демоны будут тянуть одеяло на себя! — Нет, мама! — через зубы ответила дочь. — Одеяло здесь тянешь только ты на себя! Демоны терпеливо ждут твоего ответа уже вторую неделю! Завтра начнется третья, и сейчас я узнаю, что ты настроена против демонов, против равновесного уклада! — Я не настроена против демонов! — разозлилась серафим. — Я настроена против идей о том, чтобы демоны принимали решения вместе с ангелами! Мы не сможем ужиться! Демоны следуют эмоциям, а мы разуму! С губ Вики вырвалось неосознанно то, что всегда жило в голове и крутилось на языке: — С Мальбонте бы такого не было! Лицо Ребекки поменялось за секунды. Сначала женщина побледнела, услышав это имя, затем холодные, голубые глаза наполнились гневом, который Вики видела крайне и крайне редко, женские губы исказились в отвращении. Вики смогла за минуту увидеть столько эмоций на лице матери, что являлось для нее маленькой победой. Ребекка прошла к Вики ближе и тихо, злостно, угрожающе мрачно проговорила на ухо дочери: — С твоим Мальбонте все было бы куда хуже, — женский голос был переполнен ядом и желчью, который проникал в кровь Вики через слова матери, растворяясь в теле ангела и вызывая отторжение по отношению к сказанному. — Ибо общество не сможет принять полукровку во главе власти, — Ребекка говорила вкрадчиво, тихо и четко, отбивая каждую букву. Но в следующий момент женщина сказала то, что выбило из Вики напрочь все живое: — Общество не смогло бы принять вашего ребенка. Ребекка отклонилась от Вики, заглядывая ей в глаза, встречаясь с ее голубыми, застывшими глазами. Кажется, Вики потеряла счет времени. Она не знала, сколько так простояла, но резко проснулась и обратила внимание на то, как улыбается ей Ребекка. Вики мгновенно схватилась за шею матери, ощутив, как сила Мальбонте, до этого покоящаяся внутри без пользования, взыграла новыми, яростными красками. Ребекка перехватила ее руку, но убрать не смогла. Хватка Вики была мертвой. Ангел приблизилась к лицу матери и процедила ей на ухо так же, как серафим говорила пару минут назад с дочерью: — Я обещаю, что изменю твое мнение, мама, — отчеканила тихо Вики. — И впредь больше не смей напоминать мне о нашем ребенке. Ты лишила меня его, ты убила нашего ребенка. И от того ты не мертва, что я слишком добра ко всем, кого знаю. Но во мне его сила, — отклонившись, проговорила она и встретилась со взглядом матери. — Была и будет. И если ты не будешь считаться не только с мнением демонов, но и с моим, знай, я применю эту силу. Вики отбросила Ребекку от себя резко и грубо, отчего серафим отлетела на несколько шагов назад, но резко замедлилась, ретировавшись. Женщина устремила воинственный взгляд в лицо дочери, и Вики ответила ей тем же. — Часики тикают, мама. Либо ты принимаешь законы демонов, либо я убью тебя. — Или я заточу тебя обратно в башню и снова лишу всех сил и крыльев, — проговорила Ребекка. Вики сжала челюсти. — Доверие, Вики. Оно очень хрупкое. Больше не выдерживая, Вики раскрыла крылья и вылетела из зала, стремглав покидая здание Цитадели.

***

Куда она летела? Куда несли ее крылья? Она не знала. Ничего не знала. Горло душили слезы и крик, застрявший внутри. Бешено колотящееся сердце болело от частых биений, ударяясь о ребра. Вики летела долго и быстро, словно старалась надежно убежать куда подальше от того ужаса, что продолжал следовать за ней по пятам. Ей не избавиться от самой себя. Мрачные мысли так и лезли в голову… До того момента, пока на горизонте не показался знакомый остров, который одним своим видом заставил сердце светловолосой замереть. Вики задержала дыхание. Она поняла, что долетела до самого лагеря Мальбонте, который некогда был подпольным и секретным. Она опустилась на ноги за считанные секунды. Земля под ногами была сухой, солнце высоко на горизонте слепило глаза. Вики огляделась вокруг: все кажется таким… странным. Ангел помнит ту встречу, ту роковую встречу в жизни, когда все изменилось. Он выкрал ее! Вероятно, демоны лишь выполняли его приказы и даже не знали, что украли важную часть своего предводителя. И тогда она оказалась здесь, сидящей на сухой земле, а когда с нее стянули мешок, Вики смогла увидеть его… Мальбонте присел на корточки, приблизившись к ее лицу, приметив, что Вики нисколько не испугалась его резкого приближения. Наоборот, ее выражение лица приобрело еще большее отвращение по отношению к нему. — Добро пожаловать в мой подпольный лагерь, — проговорил Мальбонте, тихо и спокойно, как данность, как нечто абсолютно обыкновенное, будничное. — Добро пожаловать… — тихо проговорила Вики и двинулась вперед, видя впереди себя некогда бывший, все такой же стоящий шатер. Ангел шагнула на порог и остановилась. Три года прошло… три года прошло, а здесь все еще ощущалась его энергия с запахом сосновых веток и реки. Вики стало дурно, когда глаза нашли пустующий дубовый стол… Шатенка еще больше сжалась внутри, ощущая его мощь, а он взял ее за подбородок, не спрашивая разрешения, демонстрируя свою власть над ней, и приподнял его так, чтобы они встретились глазами. Вики резко дернула головой, вырываясь из плена черных омутов, что утопали ее в себя глубже и глубже. Мальбонте сжал ее подбородок сильнее, не позволяя этого сделать. — Что тебе нужно? — максимально злостно прошипела шатенка, сведя брови к переносице и морщась, не сводя с него взгляда. На миг в его глазах пробежало какое-то подобие сочувствия к ней. — Ты считаешь меня злодеем, мстительным сумасшедшим? — спросил брюнет, все также буравя ее взглядом. Вики едва успокоилась, услышав его спокойный тон. — Так говорят о тебе, — ответила безо всякой неприязни, а на его лице медленно расплылась едкая для нее усмешка. Зловещая. Чем-то болезненная. — Это не так, — улыбаясь, проговорил он. — Это не так… — повторила его слова светловолосая, качнув головой и ощутив слезы в уголках глаз. — Ты только моя, — тихо рычит он ей в затылок. — Никто не смеет тебя касаться. Никто не смеет тебя трогать, кроме меня. Вики ощутила мурашки на коже, когда те слова всплыли в голове. Тогда, в этом шатере, Вики впервые осознала, что влюбилась в него. Влюбилась в его тьму. Светловолосая не заметила, как ноги привели ее в главное здание в бывшем лагере, как она оказалась здесь… — Я так скучала по этой комнате… — прошептала Вики, падая на мягкую кровать спиной. Шепфа, сколько же воспоминаний в одной комнате… — И я рад, что ты пришла ко мне. Рад, что ты выбрала меня. Во всех смыслах. Вики поддалась ему навстречу, приоткрывая губы, но Маль помедлил, остановившись своими губами в нескольких сантиметрах от ее. — Я так давно этого хотел. Насколько давно? Она даже не знала тогда, что он ждал ее целую вечность, что он помнил ее с детства, тогда на обрыве. Он все это время ждал ее. Дождался. И при первой же возможности отдал за нее жизнь, ни на секунду не сомневаясь. — Не смей мне перечить, Вики. Ты только моя. И Вики была действительно только его. Она была предназначена ему судьбой. Он всегда это знал, и поэтому не сомневался. Никогда не сомневался, что она принадлежит только ему. — Почему ты плачешь? — спрашивает тихо, словно боится напугать. Вики снова отводит глаза, пытаясь выбраться из плена его рук, но он не позволяет. — Я не плачу, — отвечает, отрицая собственные эмоции. Его губ касается слабая улыбка. — Что случилось? — все еще тихо и спокойно произносит вопрос Мальбонте. — Обещай… — тихо, хрипло произносит Вики, смотря ему в лицо. — Обещай, что не оставишь меня. Вики помнит, как он не скрыл своего сильного изумления в тот момент. Мальбонте словно не поверил в ее слова, в ее просьбу. Он сам не верил, что она так сильно проникнется к нему в дальнейшем, а в последующем полюбит еще сильнее и никогда, никуда не уйдет. В последующем она станет для него единственным родным человеком. Его душой. — Обещаю, — тихо срывается с его губ, и он целует ее уже более нежным, успокаивающим поцелуем. Внутри нее все трепещет от нахлынувшего спокойствия после его слов. Счесть все обещания друг другу казалось невозможным. — Ты обещал, что не оставишь меня… — тихо проговорила Вики дрожащим голосом. Слезинка скатилась по ее щеке. Она вспомнила момент на войне, где она в истерике билась над его погибающим телом и кричала в его равнодушное, побледневшее лицо, что он обещал ее не оставлять. Но сейчас… Вики знает, он выполнил свое обещание. — Ты не оставил. И я обещаю, что не оставлю тебя. Как только наступит время переговоров Люцифера и Ребекки, Вики отправится в Зал Шепфа. — Обещаю, скоро мы будем вместе… Чувствуя запах сосновых веток и реки, Вики терялась в пучине сонливости и спокойствия. Словно он был рядом, и его родной запах щекотал ее нос, дурманя разум. Девушка перебралась к подушкам и спрятала в них лицо. Она даже не заметила, как забылась за долгое время спокойным, крепким сном, продолжая вдыхать его запах и вспоминая его улыбку и голос. «Я так тебя люблю,» — Мальбонте видел, как она уснула на их кровати, и не сдержал счастливой улыбки. — «Мой свет…» — ровно пять секунд, и тьма поглотила полукровку в свои объятия снова.

***

— Демоны придут через час. Ангелы сидели с одной стороны стола совета. Ребекка стояла во главе ангелов, оглядывая всех сидящих. Ее взгляд остановился на дочери, зацепившись за ее болезненный вид на секунды. Вики сидела прямо, так же прямо смотрела пустыми глазами перед собой. Под глазами красовались синяки, щеки впали, выдавая ее утомленность. Ребекка стиснула зубы. — Вики, — громко проговорила серафим, привлекая внимание дочери. — Можно тебя на секунду? Вики кивнула и отодвинула стул, вставая из-за стола, но ноги подкосились и девушка начала терять равновесие. От падения ее спас Рафаил, ежесекундно подскочивший со стула и поймавший светловолосую за талию. Ребекка оказалась рядом с Вики и перехватила дочь, обеспокоенно оглядывая девушку. — Спасибо, Рафаил, — бегло поблагодарила Ребекка и поспешила выйти с Вики из зала совета поскорее. Оказавшись за дверями, Ребекка строго спросила: — Ты вообще ешь? — голос матери неприятной головной болью ворвался в сознание ангела. Вики кивнула, поморщившись. — Что с тобой происходит? Хороший вопрос. Как это правильнее назвать? Потеря смысла жизни? Депрессия? Состояние, когда внутри тебя мертвенная пустота, а вместо сердца зияет дыра? — Все в порядке, — ответила вынужденно Вики, облизнув пересохшие губы. Ребекка одарила дочь обеспокоенным и раздраженным взглядом. — Ты должна поесть, — резко сказала мать. — Пока есть час, отправляйся в столовую и поешь. Ты меня поняла? Вики равнодушно кивнула. — Через час жду тебя здесь. Ребекка развернулась и вернулась обратно в зал совета, а Вики хотелось осесть на пол и разреветься прямо на нем.

***

Ангел стояла, окруженная высокими зелеными деревьями и выстриженными кустарниками белоснежных роз. Голубые глаза глядели в голубое небо, идентичное по цвету. Женская грудь изредка вздымалась в спокойствии, чтобы захватить новую частичку свежего, теплого воздуха. Райские птицы заливались песнями, солнце золотом накрывало листву и зеленую траву. Все вокруг так живо, красиво, светло… Все так не под стать мыслям девушки, мертвым, темным, мрачным… Если бы кто-нибудь заглянул в ее голову, он бы ужаснулся от увиденного. Только Вики было все равно. Прямо здесь, стоя в райском саду в Цитадели, ангел по имени Вики прощалась с жизнью в своей голове… Она пыталась запомнить каждый миг этой жизни. В прошлый раз не получилось этого сделать: старик Фенцио даже не предупредил, что подрежет ее на дороге. Поэтому последний день на земле был особо не запоминающимся. Теперь же хотелось чтобы последний день в высшем мире запомнился куда лучше и ярче. Но что было запоминать? То, как она осталась в этом мире одна, лишившись всего? То, как ее предали все? То, как она потеряла своего любимого и после потеряла себя? Вероятность пятьдесят на пятьдесят. Было ли ей страшно? Возможно, где-то в сознании был страх умереть — защитная реакция любого человека или существа. Смерти боятся все, кажется, кроме Мальбонте… Он самозабвенно пошел на смерть, ни на секунду не подумав сделать иначе. Иначе бы, он не спас ее. Это было огромным стимулом для Вики. Он же спас ее, пожертвовав собой? Она сделает также, и плевать, если не получится. Девушка твердо решила, что эта жизнь ей не нужна, если в ней нет его. Она не хочет видеть, как продолжает гнить этот мир в шаге от новой войны. Вики не хочет видеть, как все усилия Мальбонте были напрасны. Впереди, Вики видит, откуда-то с неба в ее сторону движется маленькое существо. Хрупкое создание, по сравнению с этим миром такое ничтожное, медленно вздымало крылья, подлетая к девушке ближе. Вблизи Вики разглядела бабочку получше и задышала чаще, когда увидела ее несвойственный раю окрас. Черный. Это знак. Бабочка кружит перед ее лицом, пока Вики завороженно наблюдает за ее полетом. Все мысли улетучились за секунды, уступая место действиям. Вики поймала бабочку руками, решив насладиться этим мигом до конца. Она всегда любила бабочек. Рисовала их и успокаивалась. Красивые, свободные, такие хрупкие. В детстве верила, что если тронуть крыло бабочки, то оно рассыплется, превратившись в пепел. — Ты свободна… — прошептала Вики и выпустила черную бабочку из пространства закрытых ладоней. Маленькое насекомое поднялось вверх, улетая от девушки все дальше и дальше. «Пора.» Вики сдвинулась с места, вздыхая полной грудью. В сердце забушевали чувства. «Нет! Твои усилия были не напрасны! Они все узнают, что ты жив! Ты придешь и прекратишь этот кошмар!» Шаги становились увереннее. Вики шла быстро: она и так потеряла слишком много времени, прощаясь с жизнью, а теперь время буквально утекало у нее из-под рук. Совсем скоро Ребекка хватится за нее, если Вики не вернется в зал совета. А она не вернется. Идет по Цитадели широкими, быстрыми шагами, сжимая длинную юбку белоснежного платья от нервов. Охранники, стоявшие в коридорах Цитадели, ничего не говорили ей, пока она проходила мимо них. Казалось, сердце не поспевало за ее ритмом. Девушка не просто шла, она бежала. Убегала, словно боялась одуматься в последний момент, боялась испугаться или передумать. Нет. Она не передумает. Она уже все решила. Стена, скрывающая за собой лестницу вверх, снова была запечатана. Оглядевшись вокруг, Вики направила ладони в стену и одним импульсом заставила кирпичи осыпаться пеплом на пол. Еще раз убедившись, что ее никто не видел, девушка быстро зашла в секретное пространство Цитадели. Оторвалась от пола и стремительно поднялась вверх, минуя длинную винтовую лестницу. Ее глаза слезились то ли от ветра из-за бешеной скорости, с которой Вики летела вверх, то ли от беспощадных чувств и осознания: она летит на собственную смерть. «Я не умру. Я не умру. Я выживу. Я соединю свет и тьму. Я попаду к нему.» Она повторяла себе одни и те же слова и верила в них. Искренне верила, что не умрет, что прощание с жизнью было просто страхом перед неизвестностью. И чем ближе она была к сокровенному залу, тем отчаянней она становилась. Ноги коснулись пола, рука, не медля, потянулась к двери перед собой. Свет просочился через женскую ладонь, и двери отворились, открывая путь ангелу дальше. Стоило ей пройти в светлый, секретный зал Создателя, она услышала голос: «Твои намерения я ощутил сквозь огромную пелену тьмы. Это слишком рискованно. Не смей этого делать.» Вики уверенно шла вперед, ощущая, как сердце предательски заныло, желая послушаться требовательному, родному голосу. Мальбонте услышал ее мысли и смог прорваться сквозь тьму, чтобы связаться с ней. «Ты меня не остановишь,» — отчаянно ответила ему ангел. Голос Мальбонте приобрел еще большее беспокойство: «Вики, одумайся. Если ты умрешь, я буду обречен на куда большие муки, лишившись последней возможности повидаться с тобой.» Из ее глаз хлынули слезы. Девушка стремительно подошла к стене и, закусив губу, оглядела ее. «Я больше не могу жить без тебя,» — ответила светловолосая надломленным голосом. Вики поднялась над полом и подлетела к тем самым кирпичам, за которыми должен быть спрятан кинжал. Пока кирпичи менялись между собой, Вики добавила: — «Этот мир продолжает гнить. Тебя нет здесь и я не вижу смысла в своем существовании.» Шкатулка выдвинулась из стены, и через стекло Вики увидела тот самый кинжал… Страх пробрал ее внутренности холодным прикосновением. Этот кинжал убил ее ребенка, прошел через нее, избавив от тьмы, и чуть не убил ее, если бы не Мальбонте… «Ты умер за меня…» — проговорила Вики, завороженно открывая шкатулку и пальцами касаясь кинжала возмездия. «Вики!» — голос Мальбонте был крайне тревожным. Вики вынудила кинжал из шкатулки. — «Вики, не трогай его! Не смей этого делать!» Но она не выполнила его просьбу, чувствуя на сердце груз и вину. Она знает, что делает ему больно, заставляет его тревожно наблюдать за происходящим. Сделать что-либо полукровка не успевает, когда голос Вики снова говорит ему, напоследок, словно прощаясь, если что-то пойдет не так: «Если я умру, знай, я обрету покой, и обещай, что будешь счастлив за меня.» «Не смей! Вики!» Но было в этом кинжале помимо негативных воспоминаний единственное счастливое. Единственное правильное решение в ее жизни, когда они соединяли свои души кинжалом возмездия. «Не делай этого! Нет!!!» «Я люблю тебя, Мальбонте.» Мгновенное движение руки вверх, резкое движение на себя. Прямо в сердце. Разрезая плоть, касаясь ее души, кинжал вошел в нее. Вики глухо выдохнула, пустыми глазами вперив взгляд в стену перед собой. Она даже не ощутила никакой боли. Только воздух катастрофически быстро покидает ее тело. Глухие удары собственного сердца слышатся в ушах. Веки тяжелеют, тело не удерживает равновесия и валится на пол. Но следом, Вики понимает, что она проваливается вовсе не вниз… Она проваливается во тьму. И следом ощущает, как рука, все еще держащая кинжал, сжимается под каким-то давлением. Ее кожи касается тепло. Сердце ощущает знакомую энергию, а в нос ударяет тот самый еловый запах. Вики распахивает глаза и видит широкую ладонь, сжимающую ее, держащую кинжал, тем самым не позволяя девушке совершить рокового движения. — Я не позволю тебе этого сделать.