Чужая волшебница

      Девушка оперлась руками о дверь, но в ту же секунду та с шумом распахнулась, и в проеме показался он. — ТАЙФЕР! — не ожидая с порога столкнуться со студенткой, Северус повышенным тоном выкрикнул её фамилию. Та со сверкающими от слез глазами жалобно смотрела на него, словно бездомный щеночек встретил добродетеля, в котором, наконец-то, увидел свою единственную надежду на счастливую жизнь. Мужчина заметил её прискорбное состояние и, не желая делать его еще прискорбнее, вмиг усмирил свое негодование и спокойно обратился к своей коллеге: — Профессор Трелони, я забираю эту студентку.       Растерявшись от динамики развернувшихся за последние несколько минут событий, женщина не нашла другого выхода, как без боя уступить ученицу: — Да, да… — она отстраненно закивала головой, устремив рассеянный взгляд куда-то сквозь пол.       Ни на секунду более не задерживаясь, зельевар освободил проход, уступая дорогу Софи, дождался, пока та пройдет вперед него, и громко захлопнул за собой дверь.       Оказавшись за стенами класса, Снейп резко схватил слизеринку за руку, развернул к себе и пристально стал вглядываться в ее лицо. Она упиралась, не желая сталкиваться с профессором глазами, но через считанные секунды, тягостно прикрыв веки и глубоко вздохнув, всё же нашла в себе силы и взглянула на него.       Что было в этом взгляде? Вызов? Анализ? Синтез? Или, может, нечто другое? Хотелось бы знать наверняка… Однако после недолговременной стычки Северус задумчиво отпустил руку волшебницы и строго заключил: — В мой кабинет.       Это должно было звучать угрожающе, или, наверное, так и было. Но, почему-то, в тот момент Софи не хотела бы оказаться в любом другом месте, кроме как в обители любимого профессора. Лишь там она почувствует себя хоть ненадолго защищенной и изолированной от слишком быстро стекающихся к её существу проблем, несмотря на то, что сейчас их последствия проявят себя в самой полной мере.       Всю невыносимо длинную дорогу путники провели в гробовой тишине. Без преувеличений, она была очень длинной: только представьте себе расстояние от верхушки Северной башни до подземелий, учитывая, что даже до Большого зала от начальной точки идти минут десять.       Девушка неуверенно шла впереди, местами осторожно озираясь на сурового зельевара. Он намеренно ступал за ней следом, чтобы уменьшить вероятность её очередного побега. Повсюду проводились уроки, в связи с чем в коридорах было пусто, и без труда удалось избежать встреч с любопытными взорами сплетников и сплетниц.       Приблизившись к кабинету, Северус молча открыл дверь и приглашающе придержал ее, пропуская студентку. Та послушно сделала пару шагов и замерла, ожидая дальнейших действий мужчины. Он стремительно обошел ее, затем, не прекращая движения, снял с себя мантию, свернул пополам и, достигнув кресла в конце помещения, закинул её на резную спинку и устроился на сидении, сосредоточенно сложив руки на деревянной поверхности. Слизеринка настороженно подошла к одной из стен, к которой был приставлен низкий табурет, пододвинула его к столу и устроилась напротив. Она уткнула выдающие смущение глаза в свои колени, в то время, как Принц-полукровка неотрывно прожигал дыру на опущенных ресницах девушки.       И в таком положении они просидели около минуты (что на деле ощущалось гораздо длительнее), пока Софи, не выдержав столь мощного давления, не встрепенулась, высказывая свое возмущение: — Да сколько можно?! Говорите уже! — Молчать! — резко оборвал ее декан. — После всех созданных тобой проблем ты должна на коленях передо мной стоять, умоляя, чтобы я не добивался у руководства утверждения вопроса о твоем исключении. — Вы не сделаете этого. — Дай мне повод, — мужчина энергично подался вперед, оперевшись ладонями о дерево.       Тайфер не хватило словарного запаса для достойного ответа, поэтому она лишь сердито сжала губы, подавляя накипающее недовольство. И Северус, не встретив сопротивления, слегка расслабился и откинулся на спинку строго выточенного кресла. — Начнем по порядку… — он задумчиво постучал по столу пальцами обеих рук. — Во-первых, какого дементора ты пошла на прорицание? — Я… — Во-вторых, — игнорируя никчемные попытки слизеринки оправдаться, продолжал тот, — почему ты оттуда пыталась сбежать? — Ну я… — И, в третьих… — профессор выдержал довольно длительную паузу, внимательно изучая лицо девушки. — Почему ты бежала зареванная? — Просто я… — Это третий вопрос, — твердо остановил он ее, — окажи честь начать с первого. — Да хватит меня перебивать! — откинув голову назад, вдруг выкрикнула оскорбленная волшебница.       Тут зельевар вполне оправданно мог бы воспользоваться своим статусом и рассерженно подскочить, начав не маломерные причитания о грубости и полнейшем отсутствии уважения к своему декану у нахальной ученицы. Но он этого не сделал, а лишь саркастически подметил: — А ты научись молчать, — та раздраженно закатила глаза. — Говори. — Что? — Снейп сурово взглянул на неё. — Я не помню, какой был первый вопрос. — Мерлин… — он устало вытер рукой свое лицо и громко вздохнул. — Как тебе хватило наглости ослушаться меня и не вернуться в больничное крыло сразу после лекции по защите от темных искусств? — Ну смотрите… — Тайфер устроилась поудобнее. — Вы дали мне болтливое зелье, так? — Очевидно. — Мне нужно было его отдать Гарри, так? — Допустим, — при упоминании Поттера тот нервно, но почти незаметно протянул воздух сквозь зубы. — Но пока мы провозились тут, — слизеринка обвела руками кабинет, — успел начаться урок, а если б я вернулась к Амбридж… — Профессору Амбридж, — грозно поправил её Северус. — К Амбридж, — не взирая на замечание, продолжила она, от чего тот безнадежно закатил глаза, — то я бы заработала на свою бедную голову только больше проблем. — Так это не предел? — иронично уточнил мужчина. — Так вот… Ну и я решила дождаться прорицания, чтобы на нем напоить Гарри зельем. — Правдоподобно… — задумчиво проговорил тот. — Но чушь. — Но это правда! — возмутилась студентка. — Дальше, — прервал её протест Снейп. — Почему ты пыталась сбежать с урока?       Глаза девушки помрачнели. В одно мгновение вся её бойкость улетучилась в бездну, оставив за собой лишь тонкий и постепенно растворяющийся в пустоте шлейф. Молчание затянулось, и зельевар уже было приоткрыл рот, чтобы задать вопрос повторно, но его опередили: — Профессор Трелони озвучила пророчество… — зельевар напрягся и вопросительно сощурил глаза. — Оно было про меня.       Тот некоторое время молча давил на слизеринку тяжелым анализирующим взглядом, словно пытаясь разобраться: не врет ли девчонка? Придя к определенному выводу, он со спокойной серьезностью поинтересовался: — Свидетели были? — Весь класс, — разочарованно заключила новенькая. — Учитывая то, с какой громкостью и напором она его произносила, было трудно пропустить это мимо ушей. — Текст помнишь? — Смутно, — призналась волшебница и тихо добавила, — я была напугана. — Ничего, — успокоил её профессор, и та, не ожидая подобной снисходительности, на секунду подняла на собеседника удивленные глаза. — Что ж, разберемся немного позже и несамостоятельно… — он задумался. — И, очевидно, именно по этой причине ты была в слезах?       Слизеринка обеспокоенно сглотнула и слегка отвернула голову, не желая обсуждать свою слабость. Северус сразу заметил это и не стал развивать диалог в этом болезненном русле.       Он вдруг нагнулся, выискивая что-то под столом, от чего его, к слову, не такие уж и сальные волосы целиком заслонили лицо. Поднимаясь, он неосознанно изящно дернул головой так, что пряди сползли с его глаз, и устремил многозначительный взор на ученицу. Та непонимающе свела брови и с интересом заерзала на сидении. Профессор стал с немым укором раскладывать прямо перед девушкой раннее оставленные ею в его кабинете вещи.       «Твою мышь… Мне конец. Видимо, пора просыпаться» — переживала та. И правильно делала. Как мужчина может быть уверен в безобидности намерений Чужой волшебницы при несанкционированном вторжении в его обитель? Ей, вероятно, нужно было выставить себя максимально растерянной и нерасторопной, чтобы избежать негативных подозрений, даже если они не напрасны. — Ах, так вот они где! — с придыханием восклицала она, «радостно» ощупывая руками совершенно «неожиданные» находки. Мужчина, разумеется, понимал всю театрализованность происходящего, но никак не комментировал это. А Софи не останавливалась. — Как они здесь снова оказались? А я-то всё думаю: куда делись? Только что же в руках были… — Не утруждайтесь, мисс Тайфер, — всё-таки не выдержав такого потока неискусного вранья, выдал зельевар. — Я не собираюсь расспрашивать у Вас, чем именно Вы занимались в моем кабинете, — он с особенной значимостью протянул слизеринке ее волшебную палочку, последний предмет, забытый ею, — однако если я замечу, что с моих полок пропала хоть одна пылинка, Ваша нога никогда больше не посмеет переступить его порог, а вести воспитательные беседы мы отныне будем исключительно на стульчиках перед Амбридж.       Девушка усмехнулась. — Вам опять смешно? — Разве не Вы пару минут назад сами поправляли меня, когда я упоминала Амбридж только по фамилии?       Снейп немного смутился, приподнял верхнюю губу, желая что-то возразить, но в итоге оставил без внимания замечание студентки и решил перевести стрелки. — К слову, — он элегантно сложил пальцы в замок, — я был весьма удивлен, посетив лазарет, когда на меня налетели медсестры с жалобами, что мадам Помфри вдруг непостижимым человеческому уму образом забыла, что является работником Хогвартса, — он с подозрением сощурился. — Следует также отметить, что вместе с этим у нее напрочь… — профессор вдруг иронично округлил глаза и выдержал паузу. — Вылетел из головы образ такой студентки как… Мисс Тайфер.       Сердце бедной девушки забилось чаще. Под пристальным и столь проницательным взглядом декана казалось совершенно невозможным сохранить упрямое спокойствие и не выдать свое волнение. Даже ей, Изниоткудапоявившейся, которой удалось успешно (по крайней мере, по ее мнению) обвести вокруг магловского пальца самого директора школы, великого и ужасного Альбуса Дамблдора.       Она суетливо отвела свои глуповато выпученные глазенки и погрузилась в скоротечные рассуждения.       «Твою мышь… А почему она забыла-то, кем работает? Неужели Гермиона стерла лишнее? ГЕРМИОНА? ЛИШНЕЕ? Не поверю… Черт возьми, как так вышло? Если б искоренились ТОЛЬКО воспоминания обо мне, то никто бы, скорее всего, ничего и не узнал… А из-за ошибки Грейнджер мое моральное и физическое здоровье теперь под большой угрозой, учитывая серьезность содеянного… Мерлин, почему я не прописала кодовое слово в скрипте…» — одна за другой мысли беспощадно пронзали бестолковую голову Софи от полушария до полушария. Паника нарастала, логика пропадала и та уже совсем забылась в своей лжи: — Вы… — с трудом выговаривая слова, будто не контролируя их произношение, предполагала новенькая. — Вы подозреваете, что кто-то применил на ней заклятие забвения? — Ах, Вам о нем известно? — мужчина саркастически выгнул бровь. — В который раз поражаюсь осведомленности простой девчонки, что пробыла в магическом мире не более трех дней, — он слегка подался вперед и членораздельно произнес. — Мое почтение. — Я… читала о нем. — Читали? — с наигранным удивлением уточнил Снейп. — Не знал, что Вы умеете, судя по Вашим отношениям с учебником зельеварения, — он беспощадно и безостановочно пронзал, словно мечом, слизеринку своим до дрожи прямым взглядом. — Какое удивительное… совпадение… Допускаю, что это оно и есть. Вероятно, кто-то из медсестр желал подпортить карьеру своей наставнице, стерев ей отрывки воспоминаний или подменив их, а неугомонная мисс Тайфер попала в них… — он снова использовал свой прием драматичной паузы. — Совершенно случайно. — Звучит… — волшебница с нелепо натянутой улыбкой подбирала слова, но так и не подобрала. — Но ведь удаленные воспоминания можно вернуть, верно? — зельевар порицательно прищурился, приняв сказанное за чистосердечное признание. Ученица непринужденно вскинула руки. — Научный интерес. — Нельзя, — сурово заверил профессор. — Во всяком случае, безопасно. — ЧТО?! — Софи неосознанно вскочила с табурета, но тут же опустилась обратно.       «Он, безусловно, блефует, но… Даже если это хоть наполовину правда, то почему Гермиона вообще согласилась на это? Ради меня? Ради той, кого она встретила в тот день впервые, но зато которая успела неплохо поладить с ее друзьями? Это слишком сказочно. Правильная гриффиндорка бы не поступила так и уж тем более не оплошала бы. Я с ней поболтаю немного…»       Тем временем для Северуса причастность Изниоткудапоявившейся к вышеописанному стала очевидной. Он лишь, не отрывая своего анализирующего взгляда, озадаченно сжимал губы, прикидывая, сколько пакости ему как декану придется разгребать за этой проблемной девчонкой. — А я ведь надеялся на Вашу серьезность… — укоризненно качая головой, начал тот. — Но Вы так и остались назойливым ребенком с кучей неприятностей в багаже, — он резко встал из-за стола и медленно стал обходить его, приближаясь к новенькой. — Поэтому я не нахожу другого выхода, как великодушно принять Вас под свою опеку, иначе вы станете лицом позора не только всего факультета, но и Хогвартса в целом. — Опеку? — непонимающе переспросила Тайфер. — Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю, — мужчина подошел почти вплотную к табурету, на котором та беспокойно поеживалась, и строгим выточенным тоном продолжал диктовать свои заключения, свысока наблюдая за реакцией слизеринки. — Профессор Дамблдор уже поднимал этот вопрос в разговоре с Вами прошлым вечером. — И что от этого изменится? — девушка вопросительно взглянула на зельевара. — Во-первых, Ваша успеваемость, — он выдержал очередную нагнетающую паузу. — Поскольку за неё отныне буду всецело ответственен я, а я не допущу провальных результатов, Вам придется нешуточно пахать. — Чего? — Пахать, мисс Тайфер, — Северус неожиданно схватил студентку за рукав и силой заставил подняться на ноги.       Не выпуская ткань из рук, он холодно всматривался в ее глаза, будто ища в них ответы на спрятанные на самых задворках его сознания вопросы. Та неотрывно бегала меж зрачками мужчины, и вдруг её пробрала такая жгучая дрожь от одного осознания, кто сейчас перед ней. Когда она успела настолько привыкнуть к этой реальности, что лишь сейчас заметила, насколько близко сейчас то, что в ее мире казалось невообразимо далеким? Это сон, но почему он порою кажется реальнее яви? Почему она ощущает жар его рук? Почему её нос подергивается от едва уловимого запаха его одеколона? Почему её сердце так предательски дрожит? Почему она всё чувствует?       Одно движение. И его хватило, чтобы вывести Софи из омута гложущих размышлений. Снейп выпустил из своей хватки кофту девушки и сделал плавный шаг назад. Вдруг он потерянно опустил свой обычно сосредоточенный взгляд на неприветливый кафельный пол. Впервые за дни шифтинга волшебница увидела его таким. Не на экране телевизора, в который раз транслирующего серию фильмов. Не на страницах скетчбука с лиричными артами. А здесь. Сейчас. Перед собой. Такого удрученного, но живого. Северуса Снейпа. — Профессор? — тихо проговорила ученица, пытаясь заглянуть в лицо мужчины. — Свободна. — Что? — Иди к директору в кабинет. — Почему? — Слишком много вопросов, мисс Тайфер, — он встрепенулся и грубыми движениями стал толкать слизеринку к выходу. — За что?! — та непокорно упиралась ногами, но её сил было недостаточно, для того чтобы одержать победу в этой скромной схватке с Принцем-полукровкой, так что спустя считанные секунды она оказалась выставленной в подземелье. Дверь перед носом непослушной Тайфер шумно захлопнулась.