За тобой по пятам...

— Черт… Они попали в клетку. Два человека и два архангела. Два высших существа и два их сосуда. Герой — Архангел Михаил и его новый сосуд — Адам Миллиган, самый младший среди трёх сыновей Джона Винчестера. И вторая парочка. Дьявол — Архангел Люцифер и его истинный сосуд, парадный костюмчик — Сэм Винчестер, средний из сыновей Джона. Оба человека дали своё согласие архангелам-братьям, но лишь Сэм смог пересилить высшую силу внутри и отправить всех их в ад. Однако, кое-что пошло не по плану, тело Сэма. Оно сразу выбралось из ада, а душе оставалось лишь сидеть с архангелом в клетке и терпеть его изощренные пытки из-за сорванного апокалипсиса. — Сэмми, хороший мой, пора платить за то, что помешал нам с братом. Какую пытку выберешь? Я сегодня добрый. — Архангел подошел к душе Винчестера с полной готовностью пытать. Ему нравилось, когда с этих тонких охотничьих губ слетали крики и стоны боли, мольбы, чтобы это прекратилось, но вид его крови добавлял этой картине приятный оттенок. Вы спросите, как у души может течь кровь? Я вам с радостью отвечу тремя словами. Это Ад, детка. Хитрая ухмылка была на лице Дьявола почти постоянно, особенно во время пыток Сэма. Сколько же раз падший архангел уже проткнул душу парня, сколько раз обжег или поджарил. Он перепробовал почти все пытки на Винчестере и каждая была лучше и больнее предыдущей. Пришел черёд испытать то, как Сэм будет вести себя, если заденут его честь. — Сэмми, сколько раз я тебя уже пытал? А ведь на земле прошло лишь пару дней, от силы. Время в аду течёт иначе, брат тебе рассказывал. Ты искал его четыре месяца, а он провел тут сорок лет, так что эти три-четыре года были лишь разминкой. — Люцифер медленно подходил к привязанному к стене клетки Сэму с оскалом хитрого лиса. Михаил и Адам давно уже не вмешивались, они не хотели этого, да и пытки эти выглядели похожими на отношения садиста и его жертвы, как и было между этими двоими. — Что тебе нужно и зачем мне эта информация? — Презрению во взгляде и голосе человека едва-ли не хватило бы на всю планету. За эти несколько лет бесконечных пыток и восстановлений Сэм возненавидел своего мучителя и было больно осознавать, что отчасти понимал его, в отношениях с отцом. — Ну что же ты, мы же, ведь, почти братья. Ты средний сын и я тоже, у тебя с отцом размолвки и у меня тоже, у тебя папаша тот ещё подарочек и у меня тоже. Видишь сколько у нас общего, а ты говоришь, что вообще ничего. Ты был рожден только чтобы я смог в тебя вселиться. Ты с рождения принадлежишь мне, понимаешь, и ты тут ничего не решаешь. — Эти слова сопровождались воодушевленной жестикуляцией архангела. — Так ты подразнить пришёл? Могу огорчить, я не завожусь с полоборота. — Винчестер знал, что Люциферу просто хочется убивать из-за скуки, а он был идеальной жертвой, ещё и мотив есть. — Возможно, но, ведь… Сэмми, а ты девственник? — В голову архангела как-то спонтанно ударил этот вопрос. «А ведь и правда, был ли у этого святоши кто-нибудь из парней, или хотябы кто-то кроме его погибшей девушки. Как же её звали? Дейзи? А, нет, точно, Джессика!» — пронеслось в мыслях падшего, хотя, с чего бы это ему запоминать имя той, которую было необходимо убить для того, чтобы выманить Сэмюэля на охоту. Правильно, незачем, но архангелу не хотелось, чтобы его вессель вспоминал о ней. Какое-то непонятное чувство охватывало его с ног до головы, будто он горел в огне заживо, но Сэм не упоминал эту девушку. — Не твоего ума дело. — Винчестер выплюнул эти слова, взглядом сверля пол клетки. На такое к себе обращение, естественно, последовала крайне бурная реакция Дьявола. Бессмертный дёрнул охотника за копну волос на затылке и приблизился к лицу своего сосуда, чтобы последний смотрел в глаза. — Ответ неверный, Сэмми. Ты же не хочешь бесконечных пыток? Точно, ты же не знаешь одного факта о своей любимой Джесс. Того, что за 10 лет до своей смерти видела тебя и пожелала, чтобы ты в неё по уши втюрился с первого взгляда на неё. Она заключила сделку с демоном и её условие было, чтобы ты любил ее всю твою жизнь. Нравится? — Архангелу нравилось бесить этого человека, нравилось наблюдать за тем, как его лицо напрягается, в глазах появляется ярость и ненависть, грудь его поднималась от глубокого и частого дыхания, ноздри расширялись при вдохе, но это лишь вызывало на лице божьего сына довольную, хитрую улыбку. — Не смей так говорить о ней! Ты её никогда не знал! Я люблю её! До сих пор! — Ярость мужчины не знала предела. Какой-то архангел, который никогда не знал его Джесси, смел порочить её память своими заявлениями о её сделке с демоном перекрёстка. И на что? На его любовь! Это немыслимо. Сэм не верил и не хотел верить Люциферу. — Лги сколько угодно, я тебе ни за что не поверю. Ты не тот, кому стоит верить. — Сэм был почти уверен, что Джессика не могла стать его любовью через сделку, ведь… это неправильно? Она не могла сделать такой ошибки. — Хочешь сам у неё узнать? — Дьявол хитро тихо засмеялся, глядя пронзительными голубыми глазами Ника, того сосуда, в котором представал перед Сэмом по собственному решению. — Только мы заключим сделку, не на душу, не волнуйся. Ты, впрочем, и так моя собственность. Так что давай так, если я окажусь прав, то ты… переспишь со мной. — Последние слова Люцифер долго формулировал, ибо это условие хотелось выполнить, но Дьявол знал, что он прав, поэтому лишь самодовольно ухмыльнулся. — Ни за что я с тобой не пересплю. Мечтай об этом. — Осадок от слов сказанных падшим архангелом был всё больше, однако Сэма так просто не сломить. Джессика была для него чем-то священным и неприкосновенным, сокровенным, а сейчас её пытаются уронить в его глазах, но у Сэма тоже мозги на месте. — А давай сделаем так, ты возвращаешь Джесс к жизни, а её сделка, как ты говоришь, аннулируется. Нравится такое? И если ты окажешься неправ по поводу сделки, то залечиваешь душу и закидываешь в моё тело, договорились? — Ты смелый человек, раз споришь с самим Дьяволом. По рукам, только вот последствия сделки проходят не слишком быстро, поэтому я тебя пока помучаю, пока ты будешь терять чувство, что любишь эту девушку. — Архангел тихо посмеялся и начал аккуратно разрезать кожу на спине человека, под крики боли и тихий, едва уловимый, звук капающей на пол крови. Архангел щёлкнул пальцами прямо перед носом Винчестера и последний понял, что Джессика вернулась. Он Старался достать из памяти все приятные моменты связанные с ней, но красота этих моментов, как и их ценность увядала для Сэма. Ужас уже окончательно сковал разум охотника, будто в цепи. — Нравится, Сэмми? — Люцифер прошептал прямо на ухо шатену. — Нравится ощущать себя проигравшим в споре? Чувствуешь, как чувства, которые придавали тебе сил жить, уходят и превращаются в пустоту внутри тебя? Ты весь пуст, что тело ходящее без души по земле, что изрезанная и испытанная мною душа, запертая в аду. Ты мой. Моя собственность. Моё домашнее животное. — Скальпель прошёлся по скулам до подбородка Винчестера, от чего последний снова издал крик. — Я покажу тебе твою Джессику и докажу, что она живее всех живых, а ты станешь моей подстилкой на некоторое время. Надо же, великий Сэм Винчестер проспорил себя падшему архангелу Люциферу, самому Дьяволу. Хотя, чему я удивляюсь? — Тихий, довольный, с легкой хрипотцой смех зазвучал над ухом охотника. Люцифер возлагал большие надежды на Винчестера, в сексуальном плане, ибо он был высоким, привлекательным, спортивным парнем. Хоть Люцифер и не был геем, но Сэм ему пришелся по душе. — Пошёл к чёрту, придурок… — Кожа горела под холодным металлом скальпеля и говорить было сложно. От нескольких лет беспрерывных пыток охотник слабее ощущал боль, но горло саднило от криков каждый грёбаный день. Конечно, шатен знал, что просто так его архангел не отпустит и поэтому готовился к худшему, например лишению рук, ног, головы и воскрешению, ибо без игрушки Люциферу будет скучно в аду, но на то, что его нагнёт сам Дьявол, он никак не рассчитывал. — Сначала докажи, что Джесс жива и это не твоя иллюзия. — Я смотрю, ты знаешь как дела делаются. Хорошо, мы с тобой временно будем видеть то же, что и твоё тело, хочешь так поступим? — Архангелу нравилось, что человек ничего не говорит по поводу того, что он поиграл. — Черт… давай. — Сэм не верил, что сейчас снова будет видеть всё своими глазами вместе с падшим. Последнее, что он увидел в аду, была щёлкнувшая пальцами рука Люцифера, а потом, единственное, что он мог сказать на увиденное было лишь одно слово. — Черт…