Красота. Сексуальность. Страх. Страсть.

Теоретически он должен был рад, таким образом размышлял Се Лянь следуя за своими стражами в свою комнату, что таким образом закончился этот спектакль. Но неожиданно заглянув поглубже в себя он понял, что абсолютно спокоен: не было ни жалости, ни возбуждения при мыслях о прекрасных девушках, так страстно ласкающих друг друга. Ему данная картина не дарила возбуждение потому, что он был в отношениях с самым прекрасным Богом в облике мужчины. Тот, кто слишком долго воздерживался или же владеет большим количеством творческой энергии, вынужден будет полюбить себе подобного. Так ли это? Похоже, на девушках это сработало, но, вероятнее всего, они никогда не смогут вернуться к любви к мужчинам. Учитывая, какое количество мужчин они уже погубили за несколько веков, возможно, так даже лучше. Весьма уверенный в своей безопасности, по-крайней мере на некоторое время, Се Лянь с облегчением плюхнулся на огромную кровать и даже цепь, ведущая к стене, не мешала ему насладиться мягкой и в то же время пружинистой кроватью. Он подумал, что стоит исследовать, как устроена кровать, ведь прежде ему действительно не удавалось встречать таких приятных лож, что подстраивались и реагировали на каждое движение, усиливая его. Только он прикрыл глаза как услышал, как кто-то отворил дверь, а затем такой теперь знакомый звон украшений на щиколотках девушек жриц. Знакомый прозрачный наряд и черная маска жрицы на все лицо уже не могли удивить принца, так что он смотрел на них, ожидая действий. Девушка же похоже не торопилась и, грациозно двигаясь, также замерла у кровати, разглядывая Се Ляня. В момент, когда Се Лянь решил прекратить игры в замирание и открыть глаза, она возобновила движения. Движения были плавными, и эти знаки бесконечности, рисующиеся бедрами, были уже принцу знакомы, только в этот раз он заметил неконтролируемое возбуждение, охватившее его, словно пожар, охватывающий сухой лес. Первым желанием было закрыть глаза и закрыться вовсе, только вот любопытство было сильнее и Се Лянь присмотрелся повнимательнее. Как этой девушке удается пробить его защиту и наполнить до краев сексуальной энергией? Это явно необычная девушка. Это должно быть... Даже сквозь маску он узнал эти глаза, излучавшие доброту. Поймав один взгляд, уже невозможно было оторваться. Хотелось раскрыть ее загадку, ведь как такое возможно, что эти глаза излучают свет даже под темной маской. Что заставляет их так сверкать? Эта девушка танцевала, словно это было самое важное действие в ее жизни, словно перед ней был самый важный человек, словно не существовало никаких целей и ролей, словно не было прошлого, полного боли и потерь. Только одно создание владеет этим искусством в совершенстве. Именно отсутствие прошлого заставляет глаза по-детски загораться, и делает его непомерно сексуальным. Хуа Чэн. Моменты осознания и переполнения желанием слились воедино, и у Се Ляня снесло крышу. На этих волнах, в порыве страсти, он поймал девушку за руку и притянул, заваливая на кровать. Только вот в такой спешке, будучи ослеплённым страстью, он никак не мог справиться с одеждой девушки. Хуа Чэн точно начал бы уже смеяться или перенял инициативу в свои руки. Девушка же молчала. А может это не Хуа Чэн? А если это он, может он этого не хочет? А вдруг я плохо справляюсь с поставленной задачей? Стоп! Откуда этот страх? Се Лянь остановился и, несмотря на болезненное возбуждение, взглянул ещё раз на девушку, лежащую на кровати рядом с ним. Отслеживая свои мысли и чувства, шаг за шагом назад, до него дошло, что страх возник из сомнений, а сомнения - от спешки. Спешка - причина страха. Поэтому, не спеша, он поднёс руки к маске и снял ее. Оказывается, с внутренней стороны была пуговка для рта, и девушка должна была держать ее во рту, теперь стало понятным, почему девушки в храме не могли разговаривать, а лишь издавать нечленораздельные звуки. Девушка благодарно улыбнулась и тихо счастливо хохотнула, видно довольная его действиями. С осознанным промедлением кончики пальцев нежно прошлись по скулам, как крылья бабочки по губам и скользнули дальше по шее. Все движения были аккуратными, легкими и очень медленными. Се Лянь, отодвинув сильное желание на задний план, руками продолжал также медленно ласкать, а девушка отвечала. Удивительно, как эти же руки теперь сами находили потайные завязки ритуального балахона. Только в какой-то момент девушка переняла инициативу заставляя и Се Ляня невольно про себя умилиться, как же долго Хуа Чэн воздерживался. Уже без толики сомнения и с тонной восхищения принц наблюдал, как девушка одним движением потянув за правильную бечевку, распустила все платье. Без капельки смущения, совершенно обнаженная, она продолжила свой волшебный танец бесконечности на его бедрах... Когда они, весьма уставшие и вспотевшие от любовных игр лежали в обнимку, девушка спиной прижималась к его груди, а его руки и ноги обвивали ее, создавая кокон на огромной кровати. Это было так по особенному прекрасно, что принц фантомно чувствовал, как девушке должно быть приятно, но и сам он, будучи сейчас в мужском теле ценил такие моменты больше всего. Когда было просто хорошо и спокойно. Периодически в голове возникал все еще один вопрос: какова цель их путешествия сюда. Ощущая чужое настроение подобно своему собственному, Хуа Чэн, развернувшись к нему лицом спросила с хитрым прищуром: - Ты готов отправляться дальше? Но заметив удивленный взгляд, девушка, довольно хмыкнув, добавила: - Эти жрицы больше не представляют опасности для мужского населения материка. Гэгэ их обезвредил. Однако заметив проблески то ли сомнения, то ли сожаления, прежде, чем принц успел озвучить добавила: -Те же, кто увидел в тебе Бога, вскоре покинут племя и организуют по всему свету храмы Богини Матери, задача которых будет передавать техники женщинам, которые смогут делать своих мужчин сильнее.