Железный песок

      Середина лета. Время, когда мать природа щедра на подарки. Идут первые сборы урожаев, где-то все еще идет цветенье. Леса полны энергией и дичью, в селениях людей милосердны сердца и щедро благоразумное правительство.       Мне ведь за это не платят, да?       Продуктов с полей и добыча дичи, еле покрыло бы задолженности главы, даже если в два раза увеличить. Теперь к налогам прибавился и общий деревенский штраф, на уплату долга главы. А еды и на семью никому не хватает.       Двум странствующим детям при этом хватило наглости просить провиант на дальний путь, дорогу!       Не получив ни крошки от ворчливых горожан, двое братьев дошли до дома старшого деревни. Надеясь хоть тут получить еду и товары продать, они вошли туда, внутрь.       Он как раз вкусно ужинал, с братом родным своим, младшеньким. Старейшине где-то около сорока было. Братишке всего двадцатку дашь, и то моложе, вроде. В том угле, что слева и вдаль от главного горничная сидела, да с жиру на муху в варенье дула. Как гостей увидала, так насекомое с десерта кинула, да на пол. Пожалела видать.       — Чего нужно? — спросил глава, на что старший путник ответил:       — Мы хотели обменять шкуры животных на заготовленные продукты.       — Хорошо, — сказал глава деревни, — но шкур мало будет. — в этот момент его юный кузен обменялся с ним взглядом, после чего кратко кивнул.       — У нас не только шкуры! Сбруя для лошади из города севернее и шелковые ткани оттуда же…       — Нет, не это мне нужно, — тут глава сначала задумался, потом пристально посмотрел на младшего, — далек ли ваш с братом дом от этих краев?       — А, как вы поняли, что это мой брат?       — Так вы на одно лицо. Как тут было не понять?       — Далеко — ответил младший звонким голосом, — на севере Рейха.       — Ого! Вы проделали такой долгий путь. Дайте угадаю… вы идете в Касахар из-за слухов о Всецелителе? Верно?       — Вам не кажется некультурным расспрашивать гостей, не пригласив если не за стол, то хотя бы за порог? - оскорбился младший брат.       — А, да! Конечно, вы должно быть устали с дороги. Если голодны, то прошу за стол!       — Не откажусь, — шустро ответил старший и присел возле кузена главы.       Служанка сразу же подскочила и побежала на кухню за сервисом.       — А я бы не отказался переночевать если можно, будьте добры.       — Хорошо, Тобиес, будь добр подготовь ночлег в гостевой комнате, — кузен старейшины встал из-за стола и жестом указал путнику: «прошу за мной», проводив его к лестнице вниз.       Когда они удалились, старший брат принялся разжевывать куриную грудку:       — Меня Якоб кстати зовут... хрум хрум… рад знакомству!       — Взаимно, я хотел бы…       — Чавк…       — …поговорить о вашей цели в пути,       — Да, вы угадали, мы действительно ищем Всецелителя.       — Ох, знаете, я слышал, что Всецелитель берет много денег за свои услуги. Очень, много денег.       — На что это вы намекаете? — сказал Якоб, все еще разжевывая курочку.       — Зачем конкретно вы стремитесь к нему? — после этого вопроса Якоб отвлекся от еды. Помявшись минуту - другую, он снял с себя рубашку. Правая сторона груди юноши была безобразно деформирована, словно вывернута внутрь.       — Ужас! — искренне воскликнул глава, — Я… я вынужден извиниться…       — Нет, что вы? Я вовсе не стесняюсь.       — Как же вы живете с такой… такой… я даже не знаю, что с вами произошло?       — Долгая история. И, возможно, я скоро умру.       — Но с другой стороны… значит ли это, что в Касахар необходимо только вам?       — Что простите?        — Ну… это же значит… — глава сделал продолжительную паузу, словно не решался продолжить, - значит ли это, что вашему брату идти необязательно?       — А! Понял, вы так ненавязчиво хотите, чтобы я продал своего семьянина? И думаете, что я готов пойти на такое дабы исцелится от ближайшей смерти?       — Ааа… я не совсем это имел ввиду, но вы меня поняли…       — Чавк! — Якоб снова принялся за курочку, громко чавкая. И больше не говоря, он молчаливо продолжал откусывать от птицы куски мяса и смачно пережевывать. За всю беседу он ни разу не использовал столовые приборы и не трогал гарнир с соусом. Странное молчание Якоба продлилось еще с добрых минут семь или восемь.       — Ааа… эм… думаю за 500 корон вы согласитесь. Если мало, то я доплачу.       — 500 корон!? — путник от шока подавился, — это откуда у вас то столько?!       — У всех свои секреты… И как я уже и сказал, я готов прибавить. — в этот момент снизу что-то громко зашумело, а глава закусил язык, словно справляясь с гневом или еще чем-то. — будьте добры думать быстрее!       Но вместо ответа, Якоб вытер руки, взял вилку в руки, смешал гарнир с соусом и, глотнув компота с чашки, принялся таскать пищу за обе щеки. Глава старался дождаться ответа, но надоедливое громкое чавканье Якоба и молчание начали сильно раздражать. А внизу шум продолжался.       — Может вы уже скаже… — не успел договорить хозяин дома, как его внезапно перебили:       — Ты что серьезно ждешь ответа?! — крикнул Якоб куда-то вниз, — этот старпер уже сказал, что ему есть чем платить!       Звуки внизу прекратились.       — Или тебе интересно, готов ли я продать тебя за такую сумму?       — …       — Ладно... — затянул Якоб и полез в карман, достав оттуда трубку и спички, — я отвечу.       Не спеша ответить, Якоб поплотнее запихал в трубку брикет из сухих листьев, потом поджег, стараясь не вдыхать дыма.       — Это разумная цена!       Внизу что-то разбилось. Глава в недоумении смотрел на своего гостя, схватившись за ручки стула, пытаясь приподняться и проверить что внизу. Но желание отпало, когда он услышал как что-то медленно поднимается. Якоб безразлично смотрел на тлеющие в трубке листья. Служанка, предчувствуя неладное, отошла ближе к выходу.