Невидимка

«Назад дороги нет. И ты чувствуешь это. Ты пытаешься вспомнить, в какой момент всё началось и понимаешь, что началось всё раньше, чем ты думал. Гораздо раньше. И в тот самый момент ты понимаешь, что всё в жизни бывает лишь однажды. И как бы ты не старался, тебе никогда не пережить этого снова». Тот год был самым ужасным в жизни Гарри. В один момент он потерял дом и друзей. Его не видели, не слышали, не замечали. Если Гарри до кого-то дотрагивался ― это ощущали, но списывали всё на ветер, свою неуклюжесть, в крайнем случае, на призраков. Эту ночь он провёл в доме Дурслей, понимая, что податься ему некуда. Уже утром отходил Хогвартс-Экспресс, а где жили Гермиона и Рон Гарри не знал. Утром, ухватив со стола пару бутербродов, Гарри отправился на вокзал Литтл Уингинг. Ситуация не изменилась. Он спокойно вошёл в поезд и сел на свободное место. В десять утра Гарри уже был около разделяющей колонны 9 и 10 платформу. Глубоко вздохнув, Гарри прошёл сквозь колонну и оказался на знакомой платформе. Алый паровоз уже пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников. Гарри нашёл пустое купе и принялся смотреть сквозь стекло в поисках своих друзей. Наконец на платформе появились Уизли и Гермиона. Шумные подростки тут же разбежались кто куда. Гарри решил найти своих друзей и попытаться как-то напомнить им о себе. В конце концов, он ехал в школу волшебства. Друзей Гарри нашёл в купе с каким-то спящим мужчиной. Гермиона бойко ответила, что это их новый профессор и достала одну из своих многочисленных книг. Гарри залез на столик с ногами и принялся дышать на стекло. «Привет, Рон и Гермиона. Это я ― Гарри». ― Гермиона, ты это видишь? ― Рон, не обращай внимания. Это, скорее всего шуточки твоих братьев. ― Да, ты права, пожалуй. Наверняка Фред и Джордж решили меня напугать. Гарри буквально завопил от досады, но никто этого так и не услышал. Дождь усилился, а «Хогвартс-Экспресс» мчал всё дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы. Стучали колеса, по окнам барабанил дождь, завывал ветер. Друзья уже обсудили, куда бы они хотели сходить в деревню Хогсмид, какие предметы выбрали на обучение, поругались из-за домашних питомцев и встретили Малфоя, который испугался спящего учителя и сбежал. Гарри, подпирая коленки подбородком, сидел напротив читающей Гермионы и смотрел, как капли дождя медленно скатываются по стеклу. Поезд вдруг стал замедляться. Гарри, находившийся ближе всех к двери, выглянул в коридор. Из других купе тоже высовывались любопытные. Поезд дёрнулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму. — В чём дело? — раздался позади голос Рона. — Ой! — вскрикнула Гермиона. — Рон, это моя нога! Гарри поспешил добрался до своего сиденья. — Может, авария? — Не знаю... Что-то зашуршало. — Там что-то движется! Дверь открылась, и кто-то встал Гарри на ногу. Он ойкнул и подогнул конечности. В купе ввалился Невилл, затем Джинни. Все переговаривались, шумели. Гарри завопил, когда рыжий кот Гермионы вцепился в него когтями. Наверняка остались глубокие царапины. Проснувшийся преподаватель успокоил испуганных школьников. Но не успел он подойти к двери, как она открылась сама. Дрожащее пламя в руках Люпина осветило упиравшуюся в потолок фигуру, закутанную в плащ. Лицо пришельца было полностью скрыто капюшоном. Глаза Гарри метнулись вниз, к горлу подступила тошнота. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. Рука торчала наружу долю секунды: существо как будто почуяло взгляд Гарри и поспешно спрятало её в складке чёрной материи. То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще все вокруг. Присутствующих обдало стужей. У Гарри перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце. Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Погрузился в холод. В уши хлынул поток воды. Его тащило вниз, вой усиливался. Откуда-то издалека донёсся жуткий, пронзительный вопль мольбы. Гарри хотел помочь, все равно кому, попытался шевельнуть руками, но не смог. Его окутал густой белый туман... Гарри очнулся оттого, что у него очень сильно болела нога, ныли рёбра и, кажется, была расшиблена скула. В купе никого не было. Свет горел, а поезд стоял на вокзале в Хогсмиде. Он упал с сиденья прямо под ноги паникующей толпе. Гарри понял, что отныне он ненавидит толпу. Его не заметили и чуть не затоптали. И вообще, что это такое было? Кто выл? Гарри собрался с силами и выскочил из поезда. Вдалеке слышался шум ― значит кареты ещё не все уехали. Мальчик добрался до них, когда осталась последняя. Он сел рядом с парочкой парней-старшекурсников в слизеринской форме. Поначалу мальчик думал услышать от них какие-нибудь новости о произошедшем. Или подслушать что-нибудь о пакостях их факультета, чтобы потом рассказать друзьям (Гарри непременно верил, что директор Дамблдор во всём разберётся). Но слизеринцы и не думали замышлять козни. Парни почему-то держались за руки и сидели очень близко друг к другу. Гарри ошеломлённо наблюдал, как вскоре они начали целоваться. Щёки гриффиндорца заалели, и он постарался не смотреть туда. Наконец карета остановилась. Стив и Метью поправили мантии, усмехнулись и пошли к воротам. Гарри поплёлся следом, стараясь не обращать внимания на то, как рука одного слизеринца лежит на задней части тела другого. Прокравшись в Большой зал, Гарри сел за самый край гриффиндорского стола. Когда первокурсников распределили, директор представил новых преподавателей ― Хагрида и Люпина и сообщил, что школу будут охранять дементоры от опасного преступника Блэка. Несмотря на голод, еда почему-то не лезла Гарри в рот. Он понял, что никто из его друзей и однокурсников не помнил его. Как будто Гарри Поттера никогда не существовало. Он понял, что даже директор не в силах будет ему помочь. Гарри проплакал всю ночь на диване в гостиной Гриффиндора. Поначалу ему казалось, что жизнь кончилась. Но, наверное, тут как везде. Человек ко всему привыкает.

***

Всемогущий, по мнению Гарри, директор тоже был не в состоянии помочь Поттеру. И не потому что не пытался. Потому что просто не знал, что ему нужна помощь. Гарри скидывал вещи, писал записки, толкался, но всё чего он добился — проклятий в сторону Пивза. Впереди его ждал день, в котором явь, как оказалось, была едва ли лучше ночного кошмара. Ночёвка на диване в гостиной была очень неудобной. Иногда ночью ходили гулять студенты или засиживались допоздна с книгой и Гарри приходилось спать в кресле, что причиняло ему массу неудобств. У него не было одежды и первое время он заимствовал её у Дина Томаса. Гарри мылся, когда другие были на занятиях. Питался вместе с другими учениками в Большом зале. Скромно сидел на занятиях, а выходные проводил в библиотеке. Вскоре, устав от того, что ему нужно было ждать того, кто откроет ему дверь в гостиную, Гарри нашёл пустую комнату неподалёку от преподавательских покоев. Видимо она осталась от прошлого жильца, а может от семьи какого-нибудь педагога. Невидимость не самое худшее, что бывает в жизни, — убеждал себя Поттер, стирая постельное белье и одежду. Чтобы как-то выжить ему пришлось изучить множество бытовых заклинаний. Штопки, глажки, стирки. Не мог же он постоянно красть одежду своих друзей? Когда истерики по поводу того, что его жизнь кончена, прекратились, Гарри пытался найти плюсы в своём нынешнем положении. Филч теперь не мог назначить ему взыскания, а строгого Снейпа было весело передразнивать на уроках. Можно было прогулять тот или иной предмет, а прослушать лекцию с другим факультетом. Гарри устраивал шутки над Малфоем (однако вскоре ему и это надоело), побывал во всех гостиных. Видел, как староста Перси Уизли целовался со старостой Пенелопой Кристалл. Гарри часто навещал друзей. Сидел в их компании и делал вид, что они его видят. Раньше он не ценил их внимание так, как хотел бы сейчас. Поттер был рядом, когда они впервые пошли в деревню. Попробовал сахарные перья, так восхищавшие Рона, навестил Визжащую хижину, когда Гермиона опасалась это сделать (ничего кроме старой сломанной мебели и кучи пыли там не было). Гарри первым узнал, что профессор Люпин оборотень. Увидел, как близнецы пользуются секретной картой школы, чтобы избежать наказания и даже исследовал с ними все тайные ходы. Узнал, кто такие дементоры и почему они так действуют на него. Именно эти охранники помогли ему понять, что то, что с ним приключилось — это не было настоящей невидимостью. Просто в какой-то момент люди привыкли его не видеть. Но если его не видят, существовал ли он на самом деле? Гарри нашёл подшивки газет за 81 год, в которых говорилось, что семья Поттеров погибла в конце октября. Имени Гарри там не было. Как это ни удивительно, во всём мире время шло своим чередом. Во всём мире, который не ждал, что будет дальше. Гарри стал свидетелем того, что Гермиона использовала маховик времени, чтобы посещать все занятия. Он видел, как Гермиона и Рон спасли Сириуса Блэка, оказавшегося не предателем Поттеров, а их лучшим другом, ложно обвинённым. Группка студентов во главе с Гермионой напросилась к Люпину на уроки патронуса. И Гарри присоединился к ним. Но как бы он ни пытался, счастливых воспоминаний было недостаточно. Он выучил всю теорию, но добился лишь небольшого света — что, впрочем, уже было достижением для мальчика его возраста. В тот вечер, когда Поттер поймал сбегающую крысу, а Гермиона успешно отразила чарами Патронус стаю дементоров, спасая Блэка, Гарри осознал, что в отличие от всех остальных эти тёмные твари ощущали его душу и были не прочь ей перекусить. Позже, придя в себя благодаря колдовству Грейнджер, мальчик навестил мужчину в Больничном крыле. Он был свидетелем, как министр магии сел в лужу, увидев «мёртвого» мага и выслушал его признания. К сожалению, профессора Люпина, который использовал хижину для превращений, уволили и Гарри скучал по нему — он оказался самым адекватным преподавателем. На то лето Гарри остался в Хогвартсе, решив, что без магии просто не выживет. Ему не исполнилось и четырнадцати. Он был просто беспомощен в огромном мире. Когда в школе не осталось никого кроме домовых эльфов, Гарри изо всех сил старался выучить то, что раньше считал таким неважным. В одной из книг он наткнулся на статьи об аппарации и уйдя гулять тайным ходом в Хогсмид, принялся учиться перемещаться. У него вышло спустя месяц к середине августа. Гарри учил рецепты зелий, которых раньше не мог терпеть, но толпу он перестал любить ещё больше, и понял необходимость умения лечить себя самому. 20 августа Гарри попробовал по своим воспоминаниям переместиться в дом Рона, и у него это получилось. Он погостил в дружной семье друга несколько дней, прежде чем отправиться с ними на чемпионат по квиддичу. Это было завораживающее зрелище, правда закончилось все тем, что Пожиратели Смерти устроили балаган в лагере: крушили палатки, дебоширили и выпустили чёрную метку в небо. 30 августа оправдали Сириуса Блэка. Он вернулся в свой отчий дом с радостной улыбкой. Гарри был рад помочь мужчине, хотя он и не знал о нём ничего. 31 числа Гарри вернулся в школу, чтобы обустроиться в своей старой спальне.

***

Четвёртый курс обучения начался с того, что профессор Дамблдор представил очередного преподавателя Зоти — искалеченного старика и бывшего Аврора и объявил о прохождении в Хогвартсе Турнира Трёх Волшебников. Гарри почти ничем не отличался от своих однокурсников, сидя за столом с краю и усердно хлопая в ладоши... за исключением того, что на нём до сих пор не было школьной формы и он был чуть умнее своих однокурсников. И это была вынужденная мера — когда тебе просто необходимо выжить, сядешь и не за такие учебники. В целом, Гарри уже неплохо разбирался в рунах, кое-что узнал на нумерологии за прошедший год, посмеялся с того, как маги видят магглов, даже посетил несколько уроков прорицания (и тут же бросил их, опередив даже Гермиону, продержавшуюся до апреля). Зелья сам Гарри не варил (ещё силен был иррациональный страх перед Снейпом, хотя мальчик убедился, что тот тоже его не видит), но стоял рядом со столом либо Гермионы, либо Малфоя — тот действительно знал, что делал. Гарри стало немного стыдно, что он обвинял Снейпа в любимчиках. Тот даже своих студентов оценивал за умения. Гарри уже вполне неплохо освоился в древнем замке, постепенно раскрывая все его секреты. Так, однажды он подслушал разговор профессора Дамблдора с директором Дурмстранга о некой комнате в которой появляется желаемое по требованию. И довольно скоро отыскал такую на восьмом этаже. Теперь у него была всегда тёплая постель, книги на любой вкус, душ (не нужно было ждать пока ванна старост опустеет: хотя порой эта таинственная ванная скрывала куда более интересные тайны, чем сама Тайная Комната), а также... одежда. Больше всего Поттер радовался новой одежде. Нет, не совсем новой, но очевидно лучшей чем его маггловские тряпки. Он скучал по мантиям с нашивками (и ничего, что каждый раз они были разными, в конце концов, Гарри оказался вольным слушателем всех факультетов). С появлением в его жизни выручай-комнаты, жизнь Гарри обрела новый смысл. Юноша с восторгом встречал гостей школы, стоя в стороне ото всех — толпа определённо была не тем местом, где ему будет комфортно. Парни из Дурмстранга прибыли на корабле, вынырнувшем из озера. А девушки из Шармбатона прилетели в карете, запряжённой гигантскими пегасами. На самом деле в обеих школах были не только мальчики или не только девочки. Гарри с удивлением узнал, что среди шармбатонцев есть парень Эммануэль — очень похожий на девушку. А среди хмурых северных соседей затесались две девочки. Позже Гарри посетил и корабль с каретой, узнав, что в каждой из школ достаточно учеников обоих полов, только на турнир попали самые талантливые. Кубок Огня выбрал: Виктора Крама, Флёр Делакур и Седрика Диггори. Первым этапом шли драконы. Участники должны были хитростью или силой забрать из кладки самое золотое яйцо. Победил Виктор Крам. Второе место занял Седрик и третье — француженка. Позже Гарри так и не понял зачем давать баллы за каждое испытание если победителем всё равно был тот, кто первым найдёт кубок. Разве что только из-за форы во времени. Второй этап был после рождественского бала, на котором чемпионы танцевали с партнёрами. Гарри хоть и был весьма замкнут и нелюдим, в тот момент отчаянно пожелал о такой возможности — прикоснуться к кому-то, обнять кого-то, поговорить с кем-то. Быть невидимым совсем не так здорово, как представляется поначалу. И даже скорее бессмысленно. Когда ты невидим, возможно тебя и не видят, но ты всё равно видишь других людей. Развлечениями Гарри стало наблюдение за эмоциями людей. Первая влюблённость, гнев, зависть, злость, радость. Лица людей такие разные и такие необыкновенные. Поттер научился понимать многих людей, даже ненавистного Снейпа и Малфоя. Он научился сочувствовать им. Второй этап проходил в озере. И первым приплыл Седрик Диггори, спасая свою девушку Чжоу. Седрик был очень красивым парнем. Неудивительно, что Чжоу — тоже одна из самых симпатичных девчонок школы, стала с ним встречаться. Гарри часто не мог забыть так поразивший его поцелуй слизеринцев в прошлом году. Оттого он часто искал и натыкался на подобные пары. Старый Поттер бы смущался, едва какая-нибудь девушка взяла бы его за руку. Новый же Поттер жаждал ощутить те же чувства, что и окружающие его люди. Гарри часто навещал своих друзей. Так же, как и в прошлом году они ругались, мирились, влипали в приключения. Не обошлось и без новой драмы в этом году. Только вот Рон в этот раз остался за бортом. Гермиона начала встречаться с Виктором Крамом. Рон обижался, ревновал, скучал по своей подруге. Возможно, Рон был на самом деле влюблён в бесстрашную и умную Гермиону. На балу они окончательно рассорились, и Виктор нежно утешал свою девушку в тёмной нише. Гарри извинялся, что нарушил их интимный момент, столкнув вазу за их спинами на пол. Он просто считал, что Гермионе ещё рано делать то... что она могла бы сделать так необдуманно. Гермиона и впрямь тут же поспешила к себе в башню. Но уже на следующий день ходила с Виктором под руку. Третий этап был назначен на конец июня. Организаторы вырастили огромный лабиринт на квиддичном поле. Первое место делили Виктор и Седрик. Они зашли одновременно. Затем Флер. Гарри, как и всякий ученик своей школы, болел именно за Седрика. Зрители ничего не видели. Они сидели и пялились на тёмные стены зарослей, слушая комментарии Людо Бэгмена о том, какие опасные твари поджидают участников внутри. Спустя полчаса сдалась Флёр Делакур. Её поймали в тиски растения. Ещё минут через двадцать палочку в воздух поднял Виктор Крам. Он не нашёл кубок. Гарри видел, как напряглись судьи, но уже спустя пять минут на поле появился Седрик. Он был слегка дезориентирован, ранен, как и все прочие, но улыбался и сжимал в руках свой заветный кубок. Победил Хогвартс! В каждой гостиной в ту ночь была пьянка. Особенно сильно шумели хаффлпаффцы. Преподаватели тактично закрывали на всё глаза. Через день состоялось награждение. И тогда же уехали гости. Гермиона обняла Виктора на прощание, и они договорились писать друг другу. Рон и Гермиона всё же помирились, но Уизли так до конца и не принял первую влюблённость своей подруги.