Match the great

      — И что это было? — возмущенно спросил Альбус.        По окончании пира он одним из первых покинул Большой Зал и, забрав шляпу, засел в кабинете, ожидая традиционного собрания деканов, которое проходило в первый день учебного года,затем через месяц и перед Рождеством. Старый волшебник раздраженно вышагивал взад-вперед, а голубые глаза разве что не метали молнии.       — А что я могла поделать, Альбус?! — в свою очередь возмущалась шляпа. Её время вышло, и она должна отправиться обратно на полку до следующего года. — Я не могу противиться его магии, и, соответственно его воле.       — Это почему так? — сменил гнев на милость Дамблдор.       «Ох уж этот Поттер… Мало того, что от него ни слуху не духу последние двенадцать лет, так он ещё каким-то образом смог подчинить такой сложный и сильный артефакт, как шляпа! — волшебник бессильно сжал морщинистые пальцы, на которых красовалось несколько довольно дорогих перстней, в кулаки. — И как, скажите мне, я буду присматривать за ним? Невежда! Даже не посмотрел, кто хозяин этой школы! А с Северусом, от которого все первокурсники покрываются гусиной кожей, кто бы мог подумать, играл в гляделки! Даже не вздрогнул! Северус… Не думаю, что он сможет отказать мне. Но… он в последнее время какой-то странный. Не случилось ли чего?..» — эти не красочные размышления были прерваны колыханием магии в районе входа.       Дверца открылась, пропуская внутрь несколько напряженных людей. Первая вошла МакГонагалл, привычно сжимая бледные губы, следом за ней — Северус с каменной маской на лице. Он остановился и почти привычным жестом придержал дверь для пухленькой женщины — Помоны Спраут, которая благодарно кивнула. Процессию завершал запыхавшийся Флитвик, который, как всегда, не успевал за всеми.       — Ну как же, Альбус? — шляпа, в отличие от Дамблдора не обратила внимания на гостей и продолжала распинаться. — Я за всё своё существование видела, точнее чувствовала такую знакомую магию только два раза. Первый раз был в сороковых, а второй вот сейчас…       — Тихо, — гаркнул Альбус, недовольно поджимая губы.       — А что именно было в сороковых? — неожиданно заговорил Снейп, который обычно подавал голос только по делу.       Альбус только покачал головой, как бы говоря, что ничего хорошего. Что мог знать настолько молодой профессор, как Северус? Только основную информацию: Вторая Мировая да появление первого Тёмного Лорда. Ровно столько же, сколько и остальные в это помещении, кроме…       — Альбус, это Он?.. — тихо прошептала пожилая волшебница, теряя последние краски с лица.       — К сожалению, Минерва.        Зачем скрывать это от того, кто учился в одно время с Риддлом? Так ещё и занимал с ним почти одинаковую должность — староста факультета. В то время без вмешательства Дамблдора Диппет поднял бы юного Волдеморта до старосты школы, но… Альбус заметил огонёк понимания в глазах зельевара. «Он всегда был шибко проницательным… Что ж, это отличная ситуация сообщить, что Поттер несёт некую угрозу из-за связи с Томом, но, немного позже» — волшебник прикрыл глаза, соглашаясь сам с собой.       — Давайте прикроем эту тему и пообщаемся позже? Что вы думаете насчёт новоприбывших? — с лёгкостью сменил тему Альбус, добродушно улыбаясь.       — Уизли… — обречённо сказала Миневра, усаживась в одно из кресел рядом с директорским столом. Типичная фраза, когда на факультет гриффиндора прибавлялся ещё один из рыжего семейства. — Но, он какой-то странный. Да, аппетит вполне обыденный, но поведение… Он будто не в этом мире. Взгляд отстранённый и стеклянный. Он не смеялся вместе со всеми и куда-то постоянно смотрел. Или на кого-то. Может, не выспался? — МакГонагалл устало вздохнула, уже представляя вечную головную боль в течение этого года. — Я думала, Поттер тоже попадёт ко мне на факультет. Ну, знаете —родители и всё такое. Мне даже на секунду показалось, что шляпа хотела выкрикнуть Гриффиндор.       — Тебе просто показалось.       Дамблдор пропустил реплики про Поттера, а с шляпой он побеседует позже. Его заинтересовало совсем другое. «Молли перестаралась? Вполне возможно. Нужно побеседовать с ней. Нам не нужно проблем» — недовольно подумал Альбус.       — Северус, — вновь обратился он к молчаливому мужчине, который решил притвориться тенью. — К тебе попал мистер Поттер. Может что-то скажешь?       — Ничего необычного. Обычный оборванец. Ничего и никого не воспринимает всерьез, но если постарается, найдёт себе место на Слизерине.       Ложь. Ложь. Ложь. Снейп не помнил, когда в последний раз позволял себе СТОЛЬКО врать. Просто оставалось надеяться, что Альбус не почувствует ложь. Что очень маловероятно. Северус даже не приукрасил, а откуда-то вытащил свои слова. Поттер не будет искать место на факультете, он его УЖЕ нашел. Он очень сильно выделяется среди серой массы студентов силой и магией, которую не умеет скрывать. Она становится очень ощутима при близком контакте. Северус понял это, когда пришёл в гостиную, сказать традиционную речь и каким-то образом Гарри оказался рядом. Его магия уступала Лорду, но это было дело времени. И его магия не была давящей, тёмной или обжигающей. Приятной и тёплой. «Возможно, это из-за хорошего настроения. Но, в любом случае нужно научить его скрывать эту силу» — поставил себе галочку Снейп, смотря на посеревшее лицо директора.       — Хорошо… Теперь, пожалуй, обсудим…       Следующие четыре часа обсуждались планы на грядущий учебный год, способности учеников и прочее. Собрание закончилось далеко за полночь. Дамблдор удовлетворённо улыбнулся, всё-таки годы практики помогали играть роль директора на ура.

***

      Поттер проснулся из-за колебания сигнальных чар. Быстро наколдованный темпус показал, что только семь утра. Рано. И холодно. Гарри потянулся, чувствуя, как становятся на место позвонки и скручивает живот. «Расслабиться, да Драко?» — недовольно подумал он, вспоминая, как вчера попытался отбросить принципы. Получилось. Особенно во время десерта. А потом пришлось волочить ноги до гостиной, чувствуя приятную тяжесть в желудке, о которой наутро не осталось и воспоминания.       Гарри отодвинул тяжелый полог, попутно сбрасывая несколько защитных чар. Не то, чтобы он не доверял соседям, но осторожность никогда не повредит, правда? Пальцы ног коснулись каменного пола. Холодный, как и всё в этом месте. Поттер дал слабину, считая тепло во время сна самим по себе разумеющимся, совсем не учтя то, что придётся ночевать в подземельях. И кто только это придумал? Бред.       Поттер окинул взглядом всё ещё спящую спальню. Кто бы это мог быть? Ответ пришёл сразу, точнее вышел из душа. Забини. Мальчик, повязав полотенце на бедрах, вышел из душевых, босыми ногами идя по ледяному полу и не испытывая никакого дискомфорта. Он удивленно посмотрел на Поттера, промакивая кудрявые черные волосы ещё одним полотенцем.       — Я тебя разбудил? Прости, пожалуйста, — без особого раскаяния произнёс Блейз. — Ах, да. Доброе утро.       — Доброе. — ответил Поттер, ставя ступни полностью на пол и ёжась от холода, охватившего конечности.       Быстро приняв душ и переодевшись, мальчик пришел в гостиную, в которую неспешно спускались сонные студенты. Гарри принюхался. В воздухе летал еле ощутимый запах алкоголя. Ничего удивительного, что никто не выспался. Сам Поттер не решил, как относиться к алкоголю. Он его толком и не пробовал и редко видел, как выпивал Регулус.       Сокурсников ждать долго не пришлось. Они резко выделялись на общем унылом фоне своей энергичностью и какой-то свежестью. Скоро вышел относительно бодрый староста, устроил перекличку и приказал следовать за ним, попутно запоминая дорогу.       Гарри в пол уха слушая очередной рассказ Малфоя, рассматривал широкие коридоры. Вчера в сумерках он почти ничего не смог разглядеть и сейчас пытался наверстать упущенное: множественные картины, украшающие унылые каменные стены, незажжённые факелы, массивные колонны. Вдруг из одной стены появилась голова. «Призрак» — догадался Поттер. Вчера они подлетали ко всем первокурсникам, пугая их. Кроме него. Мальчик запомнил те странные взгляды, что бросали на него призрачные люди: настороженные и боязливые. Ничего. Сейчас он всё спросит.       Привидением оказался Почти Безголовый Ник — привидение гриффиндора. Он спокойно проплыл рядом, не обращая внимания на первокурсников, но вдруг резко остановился. Он всем телом повернулся, широко раскрытыми глазами глядя на Поттера. Он наклонился в поясном поклоне, одну руку заведя за спину, а другой придерживая голову.       — Милорд! Прошу простить меня за вчерашнее! Всё было слишком неожиданно!       Поттер не сразу понял, что Ник обращается к нему, и что на них направлены несколько пар глаз. Гарри почувствовал странный удар сердца о рёбра. Как будто оно что-то признавало. Максимально странное ощущение.       — Спасибо, милорд. Не буду дальше надоедать.       Он выпрямился и поплыл дальше по коридору, выглядя при этом намного счастливее, чем раньше.       — И что это было? — раздался логичный вопрос со стороны Драко.       — Самому интересно, — искренне ответил Гарри.       Староста промолчал. Это совсем не его проблемы, но декану точно будет интересно узнать об этом.       Как бы Гарри не хотелось тишины, она была нарушена нелепыми гипотезами со стороны Малфоя: от обычного розыгрыша, заканчивая тем, что Поттер потомок одного из основателей. Последний только закатывал глаза, бросив попытки найти этому происшествию логическое объяснение.       Большой Зал встретил их тишиной и, по сравнению со вчерашним пышным убранством, какой-то будничной серостью. Поттер с грустью подумал о традиционном английском завтраке, который неизменно готовила эльфийка и задумался о том, что появится здесь. Кольцо из заднего кармана брюк перекочевало на безымянный палец. Мало ли что. Гарри дотронулся до письма, которое лежало там же. Блэк запретил брать с собой ворона, говоря, что он будет прилетать во время завтрака принося с собой письмо и забирая послание Поттера.       Последнего немного удивляло, что Блэк не хотел говорить название места, в котором сам Гарри прожил около года. А насчёт экстренных писем говорил, что скоро у него появится «связной». Поттер подошёл к столу, садясь между Драко и Забини. Какого же было его удивление, когда на тарелке появился такой же завтрак, как дома. Даже вместо ненавистного апельсинового сока, в кружке появился горячий кофе.       Малфой издал какой-то разочарованный звук, рассматривая в своей тарелке не особо аппетитного вида кашу и горячий чай. Поттер только хмыкнул, приступая к трапезе. К счастью, для поедания яиц с беконом вилки и ножа было достаточно.       — Гарри, я тоже так хочу! — не выдержал Драко, обессиленно опуская ложку и делая глоток порядком остывшего чая.       Поттер на секунду оторвался от нарезания бекона, взглядом показывая, что не намерен отвечать. Наверное, именно эту привычку он не сможет победить. Когда тарелка полностью опустела, а кофе был допит, Гарри вернулся в реальность, отмечая, что зал был почти полностью заполнен, а в воздух поднялись разговоры. Малфой, так и не справившись с кашей, жевал тост с маслом, рассматривая зал.       Гарри повернулся к преподавательскому столу, рассматривая пребывавшего явно не в духе директора, который чересчур увлеченно нарезал сосиску. Не интересно. Взгляд метнулся к Северусу, который, видимо, закончил завтракать и медленно помешивал кофе, рассматривая стол своего факультета. Гарри понял, что первое впечатление о нём было ошибочным: серый, ничем непримечательный полукровка. Северус был безусловно сильным волшебником. Который скрывал силу. Очень и очень умело.       Гарри поднял голову. Откуда-то сверху послышались множественные хлопки крыльев, и в зал влетели сотни сов. Гарри смахнул перо, которое упало на порядком отросшие волосы. Почти все совы прилетели, но ворона всё ещё не было. Вдруг раздался истошный птичий крик. «Выпендрёжник» — беззлобно подумал Гарри подставляя локоть, на который села большая чёрная птица.       Поттер не глядя отвязал послание и дал птице кусок тоста. Всё его внимание было сосредоточено на профессоре зельеварения, лицо которого вытянулось от удивления, прежде чем снова превратиться в маску. Гарри только фыркнул на такое скудное проявление эмоций. «У него остался выбор: или понять всё правильно, или устроить визит в Азкабан» — подумал Поттер, разворачивая письмо и вчитываясь в нечитаемый почерк:       Привет, Гарри!       Как тебе Хог? Думаю, там ничего особо не изменилось: богатый ужин, длинные запутанные коридоры… Ты же поступил на Слизерин? Небось уже познакомился с порогом? Понимаю. Видел реакцию Снейпа? Не думаю, что там было что-то обширное. Наверное, так и остался букой. Думаю, он скоро вызовет тебя на «откровенный разговор». Не бойся. Можешь рассказать ему обо всём, кроме моей работы над воскрешением Хозяина.       И последнее: остерегайся Дамблдора. Да, я не раз говорил тебе это, но меня тревожат последние слухи.       Жду письма,       Рег.       — Ворон? — неожиданно поинтересовался Малфой. — Моя мама их разводит. Они вредные, ужас просто! И… на нём заклинание от посторонних глаз?       — Да, — спокойно отозвался Гарри, привязывая к лапке своё письмо. Он почувствовал легкое покалывание магии.       — У нас сейчас Зелья, и я не думаю, что это тот урок, на который можно безопасно опоздать, — не особо скрывая дрожь в голосе, отметил Драко, поднимаясь.

***

      Гарри рассматривал дверь, которая почти сливалась со стеной. Непонятное ощущение засело где-то внутри. Предвкушение. Он хотел не только увидеть реакцию на себя, но и этого человека в действии. Драко разрушил его ожидания, сказав, что это теоретический урок и ничего они варить не будут. Возможно, это было и к лучшему. Не хотелось позориться на первом занятии. Поттер преуспевал на многих предметах, по словам Блэка, но зельеварение оставалось для него запретной зоной. А почему, никто не знал. Да, Гарри определенно знал его теоретически, но с практикой была беда — даже если он дословно следовал рецепту, всё равно что-то не получалось.        Ровно по звонку дверь открылась, и на пороге возникла высокая темная фигура.       — Заходите.       Казалось бы, всего одно слово, но не повиноваться ему было сложно. Поттер, опустив глаза в пол, зашёл внутрь, садясь рядом с Драко где-то в середине класса. Это был сдвоенный урок с гриффиндорцами, которые чудом не опоздали. Сзади сел Уизли, состояние которого не улучшилось, а рядом с ним Грейнджер.       Начался урок. Поттер внимательно слушал слова профессора, замечая косые взгляды кидаемые в его сторону. В них было любопытство и интерес. Северус задал пару вопросов, в основном гриффиндорцам, полностью игнорируя поднятую руку Гермионы.       — Где находится безоар? — прозвучал новый вопрос.       Гарри почему-то был уверен, что вряд ли это рассматривают в начале учебного года, но поднял руку.       — Мистер Поттер, — немного удивленно откликнулся Снейп.       — В желудке козы, сэр.       — Правильно. Какие травы входят в состав Дурманящей настойки? —       — Любисток, чихотник, ложечница. — «Опа, третий курс» — подумал Поттер. Кажется, его проверяли на осведомленность.       — Уидосорос — это…       — Яд.       — Хорошо. Пятьдесят очков Слизерину. Чего сидим? Записывайте.       Поттер сел, заинтересованно смотря на профессора. Кто же знал, что это только начало странностей?        Урок закончился. Гарри, под бубнеж гриффиндорцев не спеша собирал вещи, надеясь, что последний взгляд обозначал: «останьтесь, Поттер», а не «чтобы духу вашего здесь не было». Когда за последним студентом закрылась дверь, Поттер посмотрел на безучастного Снейпа, взглядом спрашивая, что ему понадобилось.        — Поттер, зайдешь ко мне после ужина. Нужно поговорить, — он замолчал, но мальчик почувствовал, что разговор не окончен. — И… Он же жив, да?        — Да, сэр. Думаю, вы услышите много всего интересного сегодня вечером.        — Не сомневаюсь, — просто ответил Снейп.        Гарри вышел за дверь, где его дожидался Драко и другие. «Чары, обед, защита» — сам себе напомнил Гарри, направляясь за верным старостой, который в отличии от гриффиндорского блестяще исполнял свои обязанности.       Снова бесконечные коридоры и непримечательная дверь. Староста оставил их и чуть ли не бегом бросился на свою пару. «Замечательный человек…» — невольно подумал Поттер, обращая внимание на Малфоя, который просто сгорал от любопытства и желания что-нибудь сказать. Гарри вздохнул и взял его за длинный рукав мантии, отводя в сторону и накладывая заглушающие чары. Драко проследив за этим действием, если и был удивлён, то никак не прокомментировал это.       — Ну? Что он тебе сказал? — немного повысив тон, спросил Малфой.       — Хочет поговорить со мной после ужина, — легко произнёс Гарри, но увидев, что интерес в чужих глазах ещё не угас, решил пояснить: — Всё.       — Это касается Блэка? — Драко был явно разочарован таким маленьким количеством информации.       — Не только. Думаю, это касается всего.       — Чего всего?       — Пошли, — с усмешкой бросил Гарри, смотря, как в коридоре становится всё больше и больше народу.       Да, Драко был где-то рядом с отметкой «друг», но Поттер опасался сильно доверять ему. Наверное, это был не тот человек, который смог бы держать язык за зубами, и это подтверждали бесконечные разговоры о семье и друзьях. Казалось, спросишь его: и готово! А Гарри… А что Гарри? Не то, чтобы он не хотел довериться, просто не мог.       До звона колокола, сообщающего о начале занятий оставалось где-то в районе двух минут, но дверь уже открылась. «Опять с гриффиндором…» — удивленно заметил Поттер, вспоминая, что защиту тоже придётся делить с ними. В отличии от сокурсников, он не испытывал ненависти или чего-то такого к львиному факультету. Там были очень даже приятные люди, не затронутые стереотипами общества.       «Интересно, сам директор придумал правило: садиться в шахматном порядке?» — ещё раз возмутился Поттер, смотря на своего «неожиданного» соседа в лице Рона Уизли. Состояние последнего не улучшилось, казалось, всё стало только хуже: к странному поведению добавилась порядком потрёпанная внешность и неприятный запах немытого тела. Гарри на это только прикрыл глаза, подавляя вспышку раздражения. Что ж, и не такое приходилось видеть... и нюхать.       Урок шёл в размеренном, даже каком-то сонном темпе. Гарри, зевнув, достал палочку. «Наконец-то… Неужели больше никому не скучно слушать обычное цитирование учебника? Хотя, сомневаюсь, что кто-то его открывал». Заклинание — Венгардиум Левиоса. Поттер мог поднять бы перо, и не используя палочки, но выделяться как-то не хотелось и пришлось добрых пять минут вместе со всеми оттачивать движение, постоянно повторяя эти два слова.       Перо поднялось в воздух мгновенно, попутно принося двадцать пять баллов слизерину за «идеальную» технику. Гарри откинулся на спинку, смотря на своего соседа и его бесплодные попытки поднять перо палочкой, большая часть энергии которой уходила на поддержание внешнего вида, совершенно не справляясь даже с такими примитивными заклинаниями. Поттер на все его потуги только закатил глаза, замечая, что ещё несколько перьев поднялись.       Урок закончился объемным домашним заданием и просьбой попрактиковаться. Гарри шел по направлению к Большому Залу, гадая: повезёт ли ему так же с обедом, как и с завтраком. Грибной суп, к примеру… Не повезло. Поттер еле сдержал рвотный порыв, вдыхая такой ненавистный запах лукового супа, который почуял ещё на входе.       Так и не заставив проглотить себя хоть ложку, Гарри приступил к второму, проглатывая мягкое картофельное пюре и отковыривая кусок курицы. Вкусно. Он вытер уголки рта, вставая и выходя из зала.        Оказывается, путь от Большого Зала до факультетской гостиной не такой уж и долгий, особенно когда тебе не надоедают разговорами над ухом. Поворот. Ещё один. И… Поттер со всего хода влетел кому-то в грудь. Он поднял глаза, встречаясь с пронзительным взглядом голубых глаз. Гарри почти сразу же вспомнил этого мужчину: он сидел на пиру рядом со Снейпом, почти ничего не ел, смотря прямиком на Поттера. Его взгляд не был таким тяжёлым, как у Северуса или Дамблдора, но не ответить на него было сложно.       Гарри хотел поздороваться, но понял, что не может открыть рта. Он медленно моргнул, чувствуя, что может сделать это незамысловатое действие только одним глазом. Левым. Правое веко, как и вся правая сторона, просто онемело.       — Мистер Поттер, в приличном обществе принято здороваться, — на грани слышимости произнес Квирелл.       Необычайно тяжелая рука легла на плечо, легко сдавливая его и посылая легкие разряды до плеча. Поттер окончательно запутался. Его магия… приветствовала чужую? Странно. Шаги, эхом раздаваясь в широком коридоре, стремительно удалялись, но Гарри стоял на месте не в силах пошевелиться, прижимая ладонь к правому глазу. И что, чёрт возьми, это было?