Match the great

      Внезапно раздался оглушительный взрыв. Гарри вздрогнул всем телом, убирая от рта ложку с горячей кашей. Он резко повернул голову в сторону звука, практически физически ощущая исходящую оттуда магию. Магию гнева и смерти.       — Сэр, что это? — на несколько тонов выше и раздражительнее, чем планировал, произнёс он.       Снейп его не слушал. Он с силой стиснул зубы, мёртвой хваткой сжимая левое предплечье, к которому будто приложили кусок раскаленного железа, введя оный на несколько сантиметров внутрь. Северус прекрасно знал, что (точнее кто) было причиной этого взрыва. Но… как? Добрый десяток заклинаний на дверь и раза в два больше внутри комнаты, а количество разных артефактов и печатей, которые украшали тело словно ёлочные игрушки, вообще считать было страшно. Да, возможно, для былого Тёмного Лорда они не были бы помехой, но не для того состояния, в котором пребывало его тело сейчас.       А сейчас… Сейчас он зол. Очень зол. Проведя поверхностные исследования с телом воскресшего Волдеморта, Северус отметил, что несмотря на отсутствие памяти он мог… чувствовать? Ну, если единственное доступное состояние, то есть злость, можно назвать чувствами, то да. Мог. Снейп не думал, что он собирается навредить Поттеру, вряд ли бы инстинкты подсказали бы сделать что-нибудь плохое с единственным, на данный момент, источником родственной магии. Но, оставался он сам. Северус стиснул зубы, когда боль в руке стала просто непереносимой и…       — Он ищет меня. Зовёт, — неожиданно прошептал Гарри и резко поднялся, нечитаемым взглядом смотря на выход из гостиной. Ноги будто бы сами начали движение, выводя своего владельца в просторный коридор.       В воздухе, вместе с пылью, летал ощутимый запах гари с сладковатыми нотками. Запах гнили. Поттер резко повернул голову, встречаясь с взглядом голубых глаз. Они оставались такими же пустыми и блеклыми. Гарри сглотнул ком, вставший посередине горла, делая глубокий вдох и чувствуя неприятный осадок в легких. Шаг. Ещё один. Мужчина не двигался, замерев безвольной куклой. Марионеткой, которая ждала сигнала от кукловода. Мальчик подошёл к нему вплотную, почувствовав толстый кокон из магии, который окутал его тело, сдавливая.       Ледяные пальцы знакомым жестом сдавили запястье, в том же месте, где находилось несколько довольно потемневших синяков. Гарри зашипел сквозь стиснутые зубы, но вырывать руку не стал. Поттер почувствовал, как гнев и тревога отступают, уступая место пустоте.       — Почему?       Мальчик почувствовал чужое присутствие, точнее почувствовал как его заметил мужчина, ещё сильнее сдавливая руку и притягивая не сопротивляющееся тело ближе.       — Потому что, — Гарри вздрогнул всем телом. Этот голос… — Он чувствует в тебе свою магию, и на данный момент ты являешься единственным доступным ее источником. Он будет держать тебя при себе, но…       — Отпусти! — приказным тоном рыкнул Поттер, пытаясь вырвать руку. Бесполезно. Мужчина его не слышал, только со злостью, — единственная эмоция в глазах, которая появилась за всё это время, — смотрел куда-то за спину Гарри.       — Он не хочет делиться и видит в нас только угрозу, — задумчиво произнес Блэк. — Заведи за спину руку и раскрой ладонь.       Поттер сделал так, как сказал мужчина, почувствовав, что в раскрытую ладонь опустилось что-то маленькое. Поднеся ее поближе, Гарри с удивлением обнаружил два маленьких кругляшка. Маггловские таблетки. Да, он прекрасно знал, что с ними надо делать, но все равно нерешительно замер. Кормить ничего не соображающего Темного Лорда таблетками? Было ли это безопасно?       — Ну, — нетерпеливо произнес Блэк.       Гарри помотал головой, отгоняя странное волнение и поднёс руку к бледным, плотно сжатым губам. Мужчина скосил глаза, тут же их поднимая. Поттер надавил чуть настойчивее. Бесполезно. Попробовал сжать нижнюю челюсть, но, оказалось, сделать это одной рукой, которая и так занята, практически невозможно. Наверное, ему показалось, но мышцы под кожей, в том месте, где он прикоснулся слегка дрогнули.       — Скажи ему, что делать. Сейчас это не взрослый человек, а, скорее, ребенок. Он понимает некоторые базовые приказы, но только с твоей стороны. Больше он опирается на эмоции. Давай же, попроси его.       Поттер открыл рот, тут же его захлопывая. Слова застряли в горле. Если он чувствует эмоции, вложенные в слова, так еще и подобен ребенку… Внезапно пришли воспоминания, как нянечки в приюте уговаривали особо капризных детей открыть рот и скушать ложечку за собачку, котика и так далее. Он на миг представил, как стоит с такой же ложечкой перед мужчиной, который на две головы его выше и пытается уговорить скушать каши. Гарри снова помотал головой. Вчерашние события, видимо, отрицательно сказались на мыслительной деятельности, раз всякая брехня в голову лезет.       — Давай же, открой рот, — тихо попросил Гарри, зажимая одну таблетку между большим и указательным пальцами. Странно, но мужчина послушался, немного приоткрыв губы. — Шире. Высунь язык, — Поттер решил не рисковать и не закидывать в горло таблетки, мало ли что. Случайно коснувшись кончиками пальцев сухого, покрытого белым налетом языка и положив на него таблетки, Гарри легонько надавил на нижнюю челюсть. — Закрывай. И глотай.       Мальчик наблюдал за медленным движением вверх-вниз, кадыка и как мутные глаза несколько раз моргнули. Несколько мгновений ничего не происходило, только хватка на руке постепенно слабела, а потом и вовсе ледяная рука отпустила тонкое запястье, безвольно повиснув. Тело опасно пошатнулось и начало заваливаться. Гарри на уровне рефлексов подхватил его, охнув из-за тяжести, но кое-как удерживая его в вертикальном положении.       — Положи его. Сейчас придет Сев и отлевитирует тело.       Поттер резко опустил мужчину, удерживая затылок от встречи с каменным полом. Гарри резко развернулся, смотря несколько мгновений на знакомую фигуру и с совсем детским визгом бросился в раскрытые объятия. Да, он совсем недавно уже видел Регулуса и даже переночевал с ним, но одно дело — держать еле живое окровавленное тело и другое — когда оно само, вполне живое, сжимает тебя в объятиях…       Гарри с силой зажмурил глаза, чувствуя предательское жжение. Он не заплачет. Больше не заплачет. Поттер уткнулся носом куда-то в чужое плечо. Странно. Раньше оно было покрыто мышцами, а сейчас, на ощупь, оказалось острым и твердым. За последние полгода мужчина сильно похудел, Гарри почувствовал это, когда нёс бессознательное тело на себе и теперь, при довольно-таки ярком свете, исходящим от факелов, смог убедиться в этом воочию. И без того острые скулы стали ещё острее, да и само лицо осунулось и выглядело нездорово бледным, под просторной черной футболкой, Гарри с неудовольствием нащупал выступающие рёбра.       — Может, отпустишь меня? Всё таки больно…       Поттер вздрогнул. Даже голос казался другим. Таким… бесконечно уставшим. Гарри поднял голову, смотря прямо в темные покрасневшие глаза. Он вглядывался в них. Долго, с полной решимостью увидеть — не изменился ли взгляд, ведь глаза — это зеркало души, верно? Если нет, то всё хорошо. Взгляд оставался всё таким же решительным, с веселыми искорками. Необычное сочетание. На бледных губах появилась печальная улыбка, и они приоткрылись, чтобы что-то сказать, но были прерваны грубым голосом.       — Кто разрешил тебе встать?!       Гарри прикусил нижнюю губу, сдерживая совсем неуместный порыв смеха. Материализовавшийся практически из воздуха Снейп, с растрепанными волосами и неизменным суровым взглядом на секунду замер, скривив губы в непонятной гримасе и за несколько шагов преодолел расстояние разделяющее их. Он грубо схватил Блэка за плечо, бесцеремонно задирая футболку и оценивающим взглядом рассматривая белые бинты, на которых в нескольких местах появились бледные пятна крови. Зельевар неодобрительно покачал головой, отпуская футболку и легким взмахом палочки поднял тело.       — Сэр, — окликнул его Поттер, рассматривая лежащее неподалёку тело. — Куда его?       — Забери его к себе в комнату. Это единственное место, где он не будет сильно буянить. Пока что.       И ушёл. Гарри перевёл взгляд на Тома. Тот спал, прижав колени к животу, и этот жест выглядел столь невинным, что Поттер невольно залюбовался. «И этот человек тот самый тиран, который погубил тысячи грязнокровок, тот-чьё-имя-нельзя-называть?» — мальчик всё-таки не сдержал веселого смешка, доставая палочку, которая снова занимала свое привычное место в кобуре на предплечье. Он поднял тело, медленно направляясь в свою комнату.

***

      Взгляд темных глаз внимательно следил за маячившим по комнате зельеваром. Вот он подошёл к большому шкафу с одеждой, доставая пару вещей. Вот в пару шагов преодолел расстояние от него до дубового письменного стола, который был практически полностью заставлен всякими склянками. Наклонился, что-то поднимая с пола. Немного повращал хрустевшими плечами… Блэк пару раз глупо моргнул, неожиданно поймав себя за таким странным занятием, как разглядывание мужчины, быстро списав это на то, что до сих пор не отошёл от недавно принятого лекарства… В голове неприятно зашумело.       Регулус шумно выдохнул и откинулся на мягкие подушки, чувствуя, как натянулись свежие швы на зашитых ранах. Неприятно. В и без того болевшую голову, настойчиво влезло несколько не особо красочных воспоминаний из детства: вот он лежит с практически полностью перебинтованным телом, не в силах даже пошевелиться, краем здорового глаза поглядывая на брата, чье состояние было едва ли лучше. Впрочем, сам Регулус был едва ли в чем-то виноват. Не он же полез в горящий дом… К чему эти воспоминания? Нет, даже не воспоминания, а скорее издевка. В то время, даже когда он буквально находился на краю смерти, всё воспринималось… Легче? Даже та боль от ран, которые по глубине в некоторых местах достигали костей, не запомнилась на долго. Сейчас всё было иначе.       Блэк невольно прикоснулся к веку левого глаза. Когда-то он его чуть не лишился. Дважды.       Мужчина повернул голову в сторону подозрительно притихшего зельевара. Тот, видимо, как раз закончил с очередным зельем и резко повернулся. Регулус невольно сглотнул. Нет, не из-за того взгляда, которым одарил его Северус, а из-за предметов, которые он бережно держал в руках: в правой большой кусок белой ваты и зажатая между двух пальцев пробирка с синей жидкостью; а в левой… ремень. Кожаный. Между прочим, довольно дорогой. Хотя… Какая разница сколько он стоит? Главное — что с ним теперь будут делать.       — Раздевайся.       Блэк не успел ничего ответить, как почувствовал на пояснице прикосновение ледяной ладони. Он невольно прогнул спину, пытаясь уйти от прикосновения и медленно сел. Футболку бесцеремонно стянули через голову, которая незамедлительно отозвалась резкой болью. Регулус пару раз моргнул, прогоняя белые пятна, которые заплясали перед глазами из-за резкой смены положения.       — А-а? — вопросительно протянул Блэк, скосив глаза влево и недоверчиво глядя на лежащий ремень. Снейп проследил за его взглядом, начиная методичными движениями разматывать торс.       — Что? Страшно? — кажется, он хмыкнул, но тяжелый взгляд и сосредоточенное выражение лица, совсем не соответствовали этому действию. — В тебе сейчас не меньше десятка разных зелий, которые по разному действуют с обезболивающим. Риск слишком велик, поэтому…       Регулус почувствовал, что давление, вызванное несколькими слоями бинтов, спало и вдохнул полной грудью, медленно опуская взгляд. Зрачки, окруженные практически чёрной радужкой, дрогнули и расширились. Больше он никак не выдал своего удивления. Практически всё пространство, начиная с груди и ниже, было одним сплошным ожогом. Словно он несколько долгих минут стоял возле открытого огня, забыв при этом надеть футболку. И, словно в насмешку, на этом красном пространстве было несколько выделяющихся углублений. Некоторые из них были зашиты аккуратными стежками темной нитки. Но не все. Пара особо глубоких порезов были открыты, но кровь не шла.       Блэк прислушался к ощущениям. В районе этих ран, кожа будто бы онемела и чувствовался слабый магический фон. Регулус был готов поклясться, что в одном из порезов белела кость. Неприятное зрелище. Бывало и хуже.       Перед глазами внезапно возник позабытый ремень. Мужчина тупо уставился на него. Он, даже после объяснений, искренне не понимал зачем он, собственно, нужен. Северус вздохнул, но, скорее, сделал это просто для вида, так как в его взгляде не было ни усталости, ни раздражения.       — Зажми его между зубов, — коротко и… Нет, понятнее от этого не стало       — Чт-?.. — договорить ему не дали. Зельевар одним ловким движением разжал челюсти и засунул между двумя ровными рядами зубов ремень.       — Сейчас будет больно. Очень больно. Мы же не хотим лицезреть твой откусанный язык?       Блэк резко выдохнул, проводя пересохшим языком по кожаной пряжке и умоляюще посмотрел на сосредоточенного зельевара. А потом была боль. Много боли.

***

      Снейп с удовлетворением разглядывал собственноручно проделанную работу в виде зашитых ран и множества вытащенных осколков. Блэк мирно спал, притянув колени к груди и крепко сжимая в руке один из окровавленных бинтов, которые были небрежно разбросаны на полу. Северус в последний раз пробежал глазами по свежей глубокой ране, которая была аккуратно заштопана черной ниткой, которая со временем растворится. Зельевар протянул руку у чужой голове, с намерением убрать пару темных прядок, которые падали на исхудавшее лицо, в не ярком свете свечей кажущееся мертвенно-бледным. Уже вечер. Он целый день проводился с этим полутрупом. И теперь заслужил отдых.       Легким движением всё-таки убрав надоедливые волосы, Снейп задержал свой взгляд на лице мужчины. И все же он красивый. Нереально красивый. Ровный нос, мягко очерченные губы, идеальный разрез глаз… Словно спустился с картины. Ну, а какая еще должна быть внешность у выходца из аристократической семьи? Все они похожи. Перед глазами всплыло лицо Сириуса Блэка. Почти симметричная внешность. Только у старшего немного вздернутый нос и этот бесконечно ярко горящий взгляд. Интересно, после Азкабана он изменится?       Северус раздраженно тряхнул головой, и собственные отросшие пряди упали на плечи. И почему он вообще вспомнил Сириуса? Но мысли, ушедшие в сторону внешности и родовой линии Блэков, останавливаться не спешили, и, словно в насмешку, подкинули собственное отражение в зеркале. Черные, ничего не выражающие глаза, нос с горбинкой, какой-то слишком острый подбородок, тонкие, как у девушки, брови. Он и рядом с ними не стоит. Уродец-полукровка, что еще сказать? Иногда Снейп, как и каждый человек, задавался вопросом «что было бы, если…» на совершенно разные темы. И свое собственное происхождение не было исключением.       Что было бы, будь он аристократом, представителем того сословия, один из которого сейчас лежит беззащитно перед ним и недавно чуть не умер от потери крови? Смог бы он его вылечить? Был ли он зельеваром? Или обстоятельства решили бы иначе? Все могло бы быть. Он мог бы изменить свой характер, внешность, позволить больше одежды и прочего… Но нужно ли ему это? Северус так не думал.       Еще раз встряхнул головой и, снова убирая пряди, Снейп поймал себя на мысли, что был бы совершенно не против мягких и волнистых волос, не покрытых специальным маслом. Прямо как у…       Рыкнув на себя и излишне разгулявшуюся фантазию, Северус сдержал порыв как следует хлопнуть дверью и полностью сосредоточился на предстоящем ужине. Сейчас он совершенно бы не удивился, если время перевалило за полночь.       Снейп зашел в столовую, взглядом цепляясь за висящие на стене часы, которые показывали начало десятого. Он совершенно потерял счет времени.       — Как там Рег?       Зельевар почувствовал, как дрогнули кончики пальцев, но больше никак не выдал удивления по поводу нежданного гостя. Северус медленно повернулся к Гарри, который смотрел на него снизу вверх. Его кулаки были сильно сжаты, о чем свидетельствовали выпирающие синие вены и темные полумесяцы, оставленные отросшими ногтями. В пронзительный зеленых глазах плескались неподдельные страх и тревога. Снейп невольно подумал: "Ты в надежных руках, Регулус". Мальчишка несомненно мог о нем позаботиться, особенно в это время, когда мужчина на полную вкладывался в воскрешение Лорда. Ну, воскресить-то он его воскресил, а на сохранение пока мне привел, но что-то подсказывало, что сможет. Определенно сможет.       — Жить будет, — после этих слов мальчик значительно расслабился. — Ты ел хотя бы?       — Ну… — неопределенно протянул Поттер.       — Ясно. Значит, составишь мне компанию, — Снейп развернулся на каблуках, медленно направляясь к обеденном столу. — Лучше скажи мне, как там Том.       — Том? А… Спит. Не знаю, что Рег ему дал, но оно явно подействовало. А вам не кажется, что Том… Ну, Лорд, какой-то не такой. Я примерно понимаю, что с ним, но…       — Знал бы я сам. Блэк особо не вдавался в детали, но сознание он должен полностью восстановить где-то к лету. Еще вопросы?       Северус деловито встряхнул салфетку, кладя оную на колени, и принялся за курицу. Он прекрасно видел, что мальчика что-то тревожит и даже предполагал что именно, но убедиться лишним не будет.       — Как бы так выразиться… Он снова будет меня ненавидеть и пытаться убить? Или зачем все это?       — Блэк не даст тебя убить. Тут немного другая ситуация, но могу гарантировать, что ты не пострадаешь. А теперь ешь.       Снейп откусил кусок той же курицы, которая начала потихоньку остывать. Что ж, как он и думал. Мальчик имеет полное право волноваться и не безосновательно. Северус сам бы все ему рассказал, но не сейчас. Может летом… Хотя, вероятно, мальчик сам к этому времени будет прекрасно осведомлен о планах и своей роли в них