La Trahison

- Вы имели в виду это, мисс? – Дипси протягивала знакомую серебряно-изумрудную заколку. Рошелль развернулась, чтобы посмотреть на домашнего эльфа и удовлетворенно кивнула. Вид этой заколки вызвал мурашки на ее теле, и она с нетерпением схватила ее. - Да, это именно она. Ты мне не поможешь? Дипси кивнула, взяла в свои ручки длинные черные волосы Рошелль и закрепила заколку на голове девушки. Рошелль не совсем была уверена, зачем она наряжается на свадьбу. Чтобы ее увидели было недопустимо, так что она будет под Мантией-невидимкой все время. Но, с другой стороны, если что-то произойдет, ей легче будет смешаться с толпой, если она будет одета так же, как остальные. В итоге, она надела бледно-серое платье по колено. Оно было милым, но не сильно бросающимся в глаза. - Когда мисс вернется домой? – спросила Дипси, закончив с прической хозяйки. Рошелль посмотрела в зеркало и пожала плечами. - Я не уверена, Дипси. Как все пойдет. Нам пора поторопиться, если мы не хотим опоздать. Дипси кивнула, взяла девушку за руку, и они вместе трансгрессировали по адресу, который Лили указала на приглашении. Это было старинное маленькое место, незнакомое Рошелль. Большой сад, украшенный в типичной свадебной тематике с длинной ковровой дорожкой и рядами стульев для гостей по обе ее стороны. Деревья уже приняли яркую осеннюю окраску и опавшие листья покрывали землю, стояла великолепная осенняя погода. Несколько людей суетились вокруг, но было видно, что это не пышная свадьба, на которых ранее была Рошелль у чистокровных семей. Учитывая время, было неудивительно, что Лили и Джеймс предпочтут скромную и простую свадьбу. Как только Рошелль прибыла в этот сад, она сразу укуталась в мантию-невидимку. Дипси вернулась домой раньше, чем ее кто-то успел заметить, а девушка поближе подошла к толпе гостей. Она старалась держать дистанцию, чтобы случайно кто-нибудь в нее не врезался и не раскрыл ее присутствия. Оглядевшись вокруг, девушка поняла, что мантия-невидимка просто необходима ей. На свадьбу пришло много людей, преимущественно из Хогвартса. Много гриффиндорцев, несколько ребят с когтеврана. Она узнала Фрэнка Долгопупса, большинство гриффиндорской команды по квиддичу была также тут. Они бы ее узнали сразу, если бы увидели. Ища место куда сесть, Рошелль решила, что разумнее будет сделать это где-то в задних рядах. Там было меньше шансов, что на нее кто-то сядет, подумав, что место пустует. Римус Люпин и Питер Петтигрю сидели через несколько рядов впереди и болтали. Рошелль тихо сидела в ожидании, и когда началась свадьба, она повернулась, чтобы посмотреть, как Джеймс Поттер забирается на алтарь, позади него шел Сириус Блэк. У Рошелль перехватило дыхание. Увидеть Сириуса спустя такое долгое время… Рошелль казалось, она сейчас расплачется. Ей хотелось вскочить, стянуть с себя мантию и побежать к алтарю с единственной целью – обвить руками шею Сириуса. Он был прекрасно одет, Рошелль никогда ранее не видела, чтобы Сириус зачесывал волосы назад, она чуть слышно хихикнула. Это выглядело так глупо, если быть честной, его темные длинные волосы смотрятся куда лучше, когда беспорядочно разбросаны. Конечно, его кто-то заставил так их причесать, сам он никогда бы этого не сделал. Рошелль с трудом оторвала свой взгляд от Сириуса, чтобы взглянуть на Джеймса Поттера. Он выглядел очень напряженно и было видно, что ему некомфортно, он постоянно поправлял рукава своей мантии. Это так сильно контрастировало с видом Сириуса, Блэк стоял у алтаря, как будто он на поле для квиддича, немного ссутулившись и излучая уверенность. Заиграла музыка. Началась процессия, и Рошелль молча наблюдала за подружками невесты, которые начали идти по проходу. Она узнала девушку, которая стала главной подружкой невесты. Она тоже училась вместе с ними в Хогватсе, Марилин или как-то так. Затем вышла Лили. Лицо Джеймса Поттера кардинально изменило свое выражение, это было даже смешно, если бы Рошелль была настроена веселиться сегодня. Он резко выпрямился, глаза стали размером с тарелку. Сириус посмотрел на своего друга с довольным выражением лица. Лили выглядела роскошно. Ее белая мантия выгодно контрастировала с ее медными волосами, Рошелль подумала, что еще немного и Джеймс зальет слюной свою рубашку. Рошелль с улыбкой наблюдала, как тихо засмеялась Лили, наблюдая за сменой эмоций на лице своего будущего мужа, и вот наконец она поднялась на алтарь. Церемония началась. Рошелль теперь могла позволить себе, не отрываясь, смотреть только на Сириуса. Сириус в свою очередь рассматривал гостей, надеясь увидеть кого-то определенного. Рошелль разволновалась. Кого он высматривает? Знает ли он, что она здесь? Сказала ли ему Лили? Она пыталась себя успокоить, но внутри у нее все рухнуло, когда парень остановил свой взгляд на Римусе и Питере. Он улыбнулся друзьям, а у девушки образовалась пустота внутри. Конечно, он не ее хотел увидеть среди гостей, он искал своих друзей. Марилин стояла возле Сириуса. Когда Сириус отвернулся от своих друзей, она наклонилась к нему ближе и что-то прошептала на ухо. Он улыбнулся и подмигнул девушке, та захихикала. Рошелль не была готова к коктейлю чувств, которые ее сейчас накроют. Это была жгучая, затмевающая ревность, настолько сильная, что она сжала до хруста свои кулачки. Это должна была быть я. Осознание было настолько ужасающим, что она просто замерла на месте, не способная пошевелиться. Я должна была быть подружкой невесты. Это я должна была стоять там, около Сириуса и смеяться. Это должна была быть моя жизнь. Рошелль затрясло, это наглядная реальность жизни, которая могла бы быть у нее. То, что могло быть, если она сделала бы другой выбор. Ревность, которую она испытывала к этой гриффиндорской девушке, стоящей возле ее друзей, разъедала ее. Рошелль хотелось оттащить эту девушку от Сириуса с криками, наброситься на нее с кулаками за то, что она заняла ее место. Я жалкая. Она не могла больше сидеть. Ее всю трясло, Рошелль вскочила со своего места, мантия все еще плотно окутывала ее тело. Она развернулась и побежала, снимая свои туфли. Она не знала куда она бежит. Ей было все равно. Главное, уйти с этой свадьбы. Х_Х_Х_Х_Х Маленькая деревянная скамья находилась достаточно далеко от места, где проходила свадьба, к тому же, ее не было видно. Рошелль рухнула на нее, ноги уже не держали девушку. Ее тело содрогалось от рыданий. Она пыталась сделать глубокий вдох и взять контроль над слезами, больше ни о чем думать она не могла. Рошелль не помнила, как долго она уже сидит тут. Это было некоторое время до того, как она нормализовала дыхание, но гораздо дольше, чем она смогла угомонить слезы. Она сидела, поджав ноги на скамье, окутанная мантией невидимкой. Плакать она перестала, но боль не ушла. Боль от ощущения, что ее заменили, и она не знает, к кому принадлежит. «Мне нет места среди Лестрейнджей», - горько думала Рошелль. – «Раньше я думала, что мое место здесь, но это не так. Это только моя вина. Я бросила Сириуса, жалость к самой себе бесполезна. Они счастливы без меня, почему бы и нет?» Легкие шаги, приглушенные травой, раздались где-то сбоку. Девушка медленно оглянулась. Казалось, вся решимость девушки испарилась, она примерзла к скамье, когда увидела, что к ней неспешно в одиночестве идет Сириус Блэк. Он не мог ее увидеть, Мантия-невидимка надежно прятала тело девушки, но не было сомнений, что он услышал ее всхлипывания. Она все еще не могла успокоиться. Сириус медленно опустился на скамью возле девушки, даже не посмотрев в ее сторону. Парень оперся локтями о свои колени и рассматривал траву под его ногами. Рошелль задрожала, она была счастлива, что он не может ее увидеть. Должно быть она выглядела как жалкая, разреванная неприятность. - Церемония закончилась, - тихо проговорил Сириус. Его голос был настолько тихим, будто он разговаривает сам с собой. Он повернул голову в бок, посмотрев прямо на нее, словно видел девушку. Рошелль утонула в его любимых серах глазах, она могла смотреть так вечность, но парень вернул взгляд на траву под ногами. – Питер плакал, он всегда был гораздо чувствительнее нас. Рошелль сильно прикусила нижнюю губу, она почувствовала, как неконтролируемая дрожь снова разлилась по ее телу. Девушка не отвечала, она знала, стоит ей только открыть рот, как она снова будет реветь белугой. Виттори рассматривала своего друга, страстно желая скинуть мантию и прикоснуться к Сириусу. Ей хотелось снова почувствовать тепло его тела, протянуть прядки его волос между своих пальчиков, в последний раз испытать все это. Из груди Рошелль вырвался тяжелый вздох. Сириус на этот звук резко повернул голову в ее сторону, его взгляд смягчился на момент. Он опустил руку в карман мантии и вытащил из него маленький белый носовой платок и протянул его девушке. Рошелль непонимающим взглядом смотрела на него, пока не поняла, что его протягивают ей. - Обычно не ношу это с собой, - пробубнил брюнет, его рука все еще висела в воздухе в протягивающем жесте, - но у меня не было особого выбора сегодня, Лили заставила пообещать ей, что я буду делать все, что она захочет. Ей хотелось, чтобы все прошло идеально. Рошелль неспешно отогнула край мантии и протянула руку, чтобы взять платок. Сириус следил взглядом за бестелесной рукой, выражение лица его было каменным, невозможно понять, что творилось у него внутри, пока рука его любимой девушки двигалась в воздухе с платком в руке, а затем скрылась в глубинах мантии. - Спасибо, - прошептала девушка, ее голос был надорванным и хриплым. Сириус только кивнул. Он все еще сидел на скамье, сгорбившись, опершись локтями о свои ноги и равнодушно рассматривал траву. Рошелль молчаливо следила за ним. Хоть его взгляд и был пустым, Рошелль могла понять все, о чем он думает и что он сейчас чувствует. После долгого молчания, Сириус неожиданно выпрямился на скамье и повернулся к девушке. - Не выходи за него замуж, - это было самое простое высказывание, но что-то дрогнуло внутри Рошелль от этих слов. Лицо Сириуса было напряженным, было очевидно, что он держал эти слова внутри себя очень долгое время, и наконец он произнес их. - Что? – прошептала девушка. Слова вырвались быстрее, чем она успела осознать, что сказала. Сириус развернулся на скамье так, чтобы всем телом быть повернутым к ней, он хотел увидеть ее лицо. - Я сказал, не выходи за него замуж. - Я не понимаю, - Рошелль сделала глубокий вдох. Сириус издал звук, что-то между ворчание и стоном, это было чистое разочарование, ничего более. Он смотрел на нее, его серые глаза будто смотрели сквозь мантию-невидимку, сквозь нее. - Черт возьми, Рошелль. Так больше не может продолжаться. Я думал, что смогу играть с тобой в эту игру, но я устал от этого. Прошли уже месяцы. Просто давай вернемся домой. Рошелль уставилась на него, не в силах поверить, что он только что сказал. Он ждал, ждал ее реакции, ее слов. «Он все еще ждет, когда я вернусь», - с ужасом осознала Рошелль. Эти слова делали все сложнее. Было бы проще, если бы он сказал, что ненавидит ее, что не хочет больше видеть. Тогда Рошелль вернулась бы домой и никогда не вспоминала прошлое. - Сириус, не надо… - Не надо что? – вспыхнул парень. Он наклонился к ней ближе, а девушка отодвинулась назад. – Просить тебя вернуться? Ты знаешь, я буду. Ты обещала мне, Рошелль, а все что я получил это ебучую записку с тремя строчками. «Надеюсь, когда все кончится, я увижу тебя вновь», так? Когда кончится что? Это не кончится. Мы в середине гребанной войны. И кто знает, где я буду, когда она завершится. Рошелль с ужасом посмотрела на него. - Сириус, не говори так. Никогда не говори, что ты можешь… Сириус тряхнул головой и отвернулся от девушки. Он провел слегка дрожащей рукой по своему лицу. - Не важно. Забудь, что я сказал. Ты никогда не любила меня так, как я люблю тебя, я понял. Повисла гнетущая тишина. Рошелль хотела снять мантию и прикоснуться к нему, сказать, что он для нее значит, но она знала, что не может этого сделать. Если она его коснется, назад дороги не будет, она не сможет уйти. - Это неправда, - тихо прошептала девушка, - ты знаешь, что это неправда. Я люблю тебя. Сириус повернулся. - Не говори так. Если бы ты меня любила, ты бы не ушла. Ты бы не была со мной все это время, чтобы потом разбить мне сердце. Если ты правда меня любила бы, ты уже сняла бы эту чертову мантию, чтобы я смог увидеть тебя еще один раз. Рошелль одним резким движением стянула с себя мантию. Она сделала это импульсивно, позже удивившись своей решительности. Она знала, что они все еще на людях, и в любой момент мимо могли пройти и увидеть их вместе, но ее это больше не волновало. Она не могла уйти отсюда, зная, что он думает, будто она его не любит. Сириус шокировано смотрел на девушку, он этого не ожидал. Он увидел ее впервые за долгие месяцы и его дыхание перехватило. Она выглядела ужасно. Ее кожа покраснела и была мокрой от слёз, а нижняя губа тряслась. Но что его ранило больше всего, так это ее взгляд. Эти красивые, глубокие глаза, которые так царственно на все смотрели, были полны боли и страданий. Он никогда не видел столько безнадежности в них. Сириус медленно подвинулся к девушке, пока она смотрела на него. Его живот скрутило, он медленно и аккуратно подвинул руку, чтобы мягко коснуться ее щеки. - Что они сделали с тобой? – шепотом спросил он, - твою мать, Рошелль, что они сделали? Рошелль откинулась назад, не позволяя его руке дотронуться до ее щеки. Ей хотелось утонуть в его объятиях и разрыдаться, но это было невозможно. Она поднялась со скамьи, и сделала несколько шагов назад. - Мне надо идти, - промямлила Рошелль, - это было ошибкой приходить сюда. Я должна была знать, что не справлюсь с этим. Я не могу… не могу вернуться в эту жизнь. Я не могу больше истязать себя, показывая себе, что я никогда не буду счастлива. - Возможно, ты должна идти, - холодно ответил Сириус. Руку застывшую в воздухе по дороге к ее щеке, он убрал в карман, избегая смотреть на Рошелль. Он не мог смотреть в ее глаза. – Это лучшее, что ты можешь сделать, не так ли? Я никогда не значил для тебя так много, как они. Хотел бы я, чтобы ты поняла это до того, прежде чем я попал в это дерьмо. Повисла короткая пауза перед тем, как Сириус услышал звонкий хлопок. Когда он снова посмотрел на место, где стояла Рошелль, там уже было пусто.