Праздник для тебя одного

Геррит стоял перед большим зеркалом в пол в прихожей у Бенджи и уже в десятый, наверно, раз поправлял лезшую в глаза челку с синей прядью, слегка поблескивающей от лака. На нем были черные кожаные штаны в обтяжку, явно не его размера, так как в них вряд ли парень смог бы хотя бы присесть — ткань точно бы затрещала по швам; на голое тело он надел черную же майку-сетку, а сверху накинул рубашку с коротким рукавом. Дополняли образ многочисленные браслеты и напульсники — от ошейника и цепи на штаны он пару минут отказался. Зато на косметику не поскупился — и без того огромные серо-голубые глаза от яркой подводки и теней стали еще больше и выразительнее. — Вы уверены, что мы не переборщили? За спиной парня стояли Бенгт с Бенджи и довольно улыбались. По их лицам отчетливо читалось, что они сейчас точно находили Геррита самым прекрасным созданием на свете. — Все отлично. Ты — супер! Хоть сейчас на сцену. И мои штаны тебе здорово подошли. Классно подчеркивают стройность ног. — Ага. И не только ноги, согласись, — задумчиво сказал Бенгт, и оба засмеялись. — Эй. Вы сейчас о чем? Задница моя не для вас! Черт, а я смогу в них, интересно, присесть? Оп, а они тянутся, здорово. — Да, они тянутся. И главное, что в них не так жарко, так как кожа тонкая. И видишь, блестящая, а не матовая, как обычно. — И много у тебя еще в гаредеробе таких шмоток, а, Бенджи? — улыбнулся Бенгт. — Покажешь, когда Геррит, наконец, свалит? — Покажу. Есть еще парочка. Можешь даже примерить, если хочешь. — Так-так, я еще здесь. Точно, все нормально? — Да ты как-никак на свидание собираешься, а не на дружескую вечеринку. Хотя, там же будет Крис. О чем это я? — Да все в порядке, Геррит, не переживай. Пи же сказал по телефону, что все одеваются в готические сексуальные шмотки, это пожелание Класса. По-моему, ты как раз выглядишь и готично, и сексуально. — Ага. Только предупреждаю, друг, в этих штанах ты уже не сможешь скрыть эрекцию. Никак. Бенгт и Бенджи снова засмеялись, а Геррит выгнулся вперед и состроил хитрую рожицу. — Думаю, что мне ничего скрывать не придется. — Правильно, лучше сразу снимай штаны, так удобнее. И снова прихожую оглушил громкий смех. В этот раз, всех троих. Накинув куртку и обмотавшись шарфом, на котором настояли друзья, Геррит вскоре ретировался, оставив после себя только тонкий шлейф приятного парфюма. Радостные и явно довольные собой Бенгт и Бенджи вернулись в комнату и устроились на диване. И несколько минут сидели молча, глядя друг на друга. — Как думаешь, Крис оценит наши с тобой старания? — спросил вдруг Бенджи. — Еще бы. Геррит же просто ходячий секс. Его сложно не захотеть, если не знать заранее, конечно, какой он может быть задницей и занудой. Другой вопрос, что я не знаю точно, гей ли Крис, вообще. Может, он женат? — Нет, у него никого нет. Или он просто очень хорошо скрывает. — Да уж. Но в любом случае, Геррит пока сам не знает, чего хочет. Этот парень его определенно зацепил, и сильно. Я вижу. Может, у них все ограничится одним лишь поцелуем с Кристалл, кто знает. А может, и нет. — Ты ведь давно знаешь Геррита. Скажи, он влюбился? — Я в последнее время ошибаюсь в людях… — Бенгт. Я не хотел, правда. — Да все нормально. Давай звонить Скарлетт, как и собирались. А что касается Геррита, то время покажет. Может, он на этой вечеринке встретит свою любовь, кто знает? — Не Криса? — Не знаю. И снова этот ни чем не примечательный двор. И такая же тьма, как и в прошлый раз. Ничего не видно, только чувствуешь свежесть холодного ветра на лице. И снова немного бросает в дрожь — то ли от волнения, то ли от предвкушения, а то ли и правда, от осеннего холодного воздуха. Но Геррит заходит в подъезд, поднимается на нужный этаж и видит уже знакомую дверь. Ему открывает Класс, на котором кроме коротких виниловых шортиков из одежды ничего нет. Есть еще бутылка пива в руке и распущенные и рассыпавшиеся по плечам длинные рыжеватые волосы. А также хитрые зеленые глаза, ярко подведенные карандашом. Похоже, про секс и готику в костюмах Пи не наврал: Класс был точно в образе. И кому-нибудь, а точнее Пи, конечно же могли понравиться его накачанные мышцы. Похоже, парень находил время не только на музыку, но и на спортзал. — Оу, Геррит. А мы тебя заждались! Бросай куртку где-нибудь здесь и пошли в гостиную. Пива или хочешь чего-нибудь покрепче? — Можно пива, для начала. — Отлично. Пошли. Уже холодное. В комнате в этот раз горел свет, и Геррит сразу бросил взгляд на Криса, хотя почти на всех были точно такие же виниловые шортики, как и на Классе, который сразу сел на подлокотник кресла, в котором уже сидел довольный Пи — в обтягивающей черной маечке и в джинсах. Ему, видимо, шорты не полагались. Зато в них было еще двое человек. Парень и девушка, сидящие рядом с Крисом на диване. И их Геррит до этого не встречал. Парень, весьма симпатичный, тоже ярко накрашенный, в простой футболке и с длинными черными волосами, был, скорее всего, тоже участником группы. А вот девушка, вряд ли. Она легко касалась плеча Криса и широко улыбалась. И когда Геррит вошел, руку не убрала. У нее были светлые, почти белые густые волосы, собранные на затылке в хвост, большие голубые глаза и нежно-розовые пухлые губы. И лицо, милое и нежное, тоже не было запудрено — щеки горели румянцем. В другой руке у нее была бутылка пива. Девушка была привлекательна сама по себе, без ярких подчеркиваний косметикой и соблазнительной наготы стройных ног. Когда Геррит вошел, Крис как раз живо о чем-то с ней разговаривал и пытался потрогать ее красно-черный корсет. Оба выглядели довольными и вели себя непринужденно. Помимо них, в комнате еще были Бенни и Корвин, последний сразу приветливо парню улыбнулся в знак приветствия, хотя они и не были хорошо знакомы. Геррит привык, что кроме Скарлетт рядом с Крисом (и Кристалл) никого другого пола не наблюдалось, потому немного удивился внезапной незнакомке, а так же и почувствовал, что ревнует. Глупо, но он ничего не мог с этим поделать. И уже внутренне поник. После поцелуя в гримерке он постоянно думал о Крисе. Все пытался понять, правильно ли он поступил, что ушел, что не поехал к нему. Он ведь так ничего ему и не объяснил. Но Крис, похоже, и сам все понял. И даже не расстроился. Для него, наверно, это была своего рода игра. Точнее, очередная игра для очаровательной Кристалл. Некий спор с самой собой, пари: а сможет ли она заставить этого смешного и странного парня себя поцеловать? Захотеть большего? Смогла. А больше ей и не надо. Крис отлично входил в роль. Геррит ему верил безоговорочно. И проснувшись поутру, решил, что будет вести себя так, словно ничего и не было. Ведь для Криса, похоже, все так и было. А Кристалл? Когда он теперь ее увидит, непонятно. А нет Кристалл, значит, не было и поцелуя. Но ревность была. Наверно, это подруга Криса, раз она здесь. Подруга или девушка. Жена? Да какая разница. Странно было считать, что у такого парня, как Крис, никого нет. Конечно же он не свободен. Он пишет такие проникновенные песни о любви, наверняка, сам пережил нечто подобное. А теперь счастлив. С такой теплотой на нее смотрит. Отвлекшись на размышления о личной жизни друга, Геррит не сразу и заметил, что сам Крис, впервые, был без парика и без кепки. Оказывается, волосы у него были светлые, почти белые, и весьма длинные — он собрал их на затылке в тугой пучок. И с лица в этот раз исчезли очки. Но Крис снова был в линзах, в одной, как всегда, голубой. А другой глаз был темным, темно-карим, почти черным. И взгляд этот, казалось, проникал внутрь Геррита, насквозь, и был ощутим физически. Крис тоже ярко накрасился: нанес синие тени, которые совсем ему не шли, и скорее опошляли и без того странный образ, нежели украшали. На губах мерцала фиолетовая помада, тоже слишком яркая — Кристалл бы ни за что не позволила себе такие вульгарные цвета. Крис сидел на диване, закинув ногу на ногу — в глаза сразу бросились черные колготки в крупную сеточку, между парнем с длинными черными волосами и той самой девушкой, что так взволновала Геррита. На нем тоже красовались виниловые шортики, но в отличие от Класса, он не был раздет — дополняла странный образ кофта, точнее, подвернутое голубое платье в пайетках с уже привычным закрытым верхом и руками. Благо, что не было перчаток и обуви. И у Геррита, несмотря на открытые ноги и виниловые шортики, никак не повернулся бы язык назвать Криса сексуальным и готичным. Скорее, немного нелепым. Но все равно красивым и, черт возьми, притягивающим к себе взгляд. Но очень смущало отсутствие одной линзы. — А вот и Геррит. Я вам о нем рассказывал. — Привет. Всем привет. — Присаживайся, где свободно, и чувствуй себя, как дома. Пи и Класса ты уже знаешь. Бенни тоже. Это мой прекрасный Корвин, талантливый клавишник и, кстати, тоже композитор. А эти ребята, как и Класс, моя надежда и большая любовь — это Диско и Энни, они мне помогали с записью ударных и гитары. Корвин, как ты понимаешь, с клавишными. Класс играет на басу. Вообще, конечно, я еще в кое-каких поисках, но в тур поедем, скорее всего, втроем. — Крис, я же сказала, что еще пока не знаю, получится ли. Но что-нибудь придумаем. — Надеюсь, что получится, моя дорогая, — Крис снова посмотрел на девушку и широко улыбнулся. — Рад встрече. Спасибо, что позвал, Крис, — поспешил ответить Геррит, и тем самым снова привлек к себе внимание друга. Крис скользнул по нему взглядом с нескрываемым интересом и слегка прищурился. — А я рад, что ты пришел. Очень рад. В следующие пару часов все дружно болтали о музыке, о предстоящем туре и пили. Пиво из бутылок и баночек исчезало на глазах. Крис пил колу лишь слегка разбавленную виски, но тоже пьянел вместе с остальными. Похоже, на вечеринке его правило не имело силу. И Геррит с огромным любопытством на него поглядывал. Чем выше становился процент алкоголя в его крови, тем меньше в нем оставалось от Криса — он снова стал перевоплощаться. В этот раз это была немного вульгарная и раскованная девушка Криси, которая смачно целовала в губы всех участников группы. Когда Пи тоже в шутку потянулся к ней за поцелуем, она его картинно отпихнула и засмеялась. Энни тоже отказалась от поцелуя, уворачиваясь и едва не сбегая на кухню. Тогда Криси не растерялась и повторно чмокнула Класса. Ее Герриту уже ни к кому ревновать не хотелось. Да и он уже слабо понимал, что вокруг происходит, но смеялся без остановки. И потягивал пиво, не отставая от остальных. — Крис, ты же теперь не пьешь! — воскликнул вдруг Бенни. Кажется, он тоже неплохо его знал. Они были похожи на давних друзей, как и с Классом. — А где ты видишь Криса? Я не Крис, я Криси. Разве не заметил еще? И дальше началась веселая игра «знакомство и соблазнение Криси». Геррит смотрел на происходящее во все глаза и вместе со всеми подначивал «девушку» станцевать на столе стриптиз. Но та, покачивая бедрами, только ловко избавилась от виниловых шортиков, запустив их в смеющихся Пи и Класса, и тут же одернула платье, прикрывая все самое дорогое. Раздеваться Крис не стал, но зато полез обниматься и целоваться к Бенни, но тот его вежливо отстранил, согласившись лишь на мимолетные объятия и воздушные поцелуи. Геррит буквально заливался от смеха, а Криси на него изредка поглядывала, незаметно щурясь. И не забывала прикладываться к стакану с виски-колой. С этими людьми, в этой квартире, кстати, вполне уютной, светлой и захламленной разве что оборудованием для записи и гитарами (и одной виолончелью), Геррит и правда ощущал себя как дома. Было легко, было весело. Все темы, которые вдруг поднимались в разговорах, были интересны. А Энни, как позже выяснилось, встречалась не с Крисом, а с Диско, и это тоже здорово подняло настроение. И вообще, оказалась не просто милой, но и интересной девушкой — ударница с поясом по каратэ, пьющая пиво наравне с парнями, и явно с непростым характером. Язвительная и колкая, но при этом и очень нежная. К Герриту она сразу отнеслась, как к младшему брату, хотя разница в возрасте у них была совсем небольшая. И она единственная не подыгрывала Криси, стойко требуя от Криса прекратить дурачиться. Но у нее, понятно, ничего не получалось, поэтому она просто молча пила пиво, наблюдая за безумием со стороны. К огорчению Класса и небольшой радости Геррита, которому было все так же неловко наблюдать за целующимися парнями, Пи уехал раньше всех, так как ему надо было рано вставать на съемки. Он хотел еще пару часов поспать в гостинице, и настоятельно велел своему любовнику веселиться до финала. К тому же, вечером он уже вернется в Ганновер, и они смогут снова встретиться. Но на прощание парень преподнес всем огромный сюрприз, точнее, не он сам, а Крис, но по его желанию. — Мы весь вечер пьем и пьем за песню на радио, а я так ее и не слышал толком. Крис, может споешь? — Оу, я не пою А-капелла. Попроси у Класса запись. — Нет, это совсем другое. Я хочу тебя послушать. Да хотя бы просто под гитару. И все вдруг поддержали хором идею, так что Крису, уже вполне нетрезвому и раздобревшему, и явно уставшему от безудержного веселья, пришлось быстро сдаться. Он взял со стены акустику и сел в кресло, чтобы никто ему не мешал. Проверил настройку струн. Остальные разместились на диване, Пи и Класс стояли в обнимку у дверей в коридор. И Крис запел, перебирая струны. Для Геррита это оказалось еще более волнительно, чем первое выступление Кристалл. И хотя, он уже привык к голосу, привык к манере исполнения, но видеть, как Крис поет и играет одновременно, было в новинку. И надо же, он ведь представлял его с гитарой. И еще пару минут назад даже подумать не мог, что услышит любимый голос вот так, просто, без микрофона. И еще увидит внимательные глаза, смотрящие на него. И улыбку, адресованную тоже только ему. Пару раз Крис сбивался — сказывался все-таки алкоголь, но никого это не смутило. И нашлись те, кто подпели. Слова не были сложными, и мотив легко угадывался, повторяясь. Под конец Геррит тоже не удержался и тихо подпел. И Крис вновь одарил его проницательным взглядом, от которого тут же побежала дрожь по всему телу. Так он еще на него не смотрел. После ухода Пи веселье продолжилось. И все внимание по прежнему было приковано к Криси. Из гостиной все как-то незаметно переместились в спальню и едва не устроили бой подушками. Комната была не такой большой, поэтому вскоре там остались только Класс, Криси и Бенни, устроившие возню на кровати — это же так важно понимать, кто из них сильнее и кто сможет скинуть всех с кровати, а заодно, и кто меньше всех выпил, не растерял ловкость и умения, и Геррит, устроившийся тоже на кровати с краю, и с любопытством наблюдающий за происходящим. Энни и Корвин посчитали разумным остаться в безопасности, стоя в дверях. Но зато болели громче остальных. Первым на полу оказался Класс, и Геррит предложил ему прилечь рядом с ним. Но тот отказался и просто присел на край кровати. Крис и Бенни продолжали борьбу, сцепившись не на жизнь, а на смерть. И вскоре тоже оба оказались на полу. Но Крис ловко закинул одну ногу на кровать и прокричал, что он все-таки победил. Бенни кинул в него подушкой, найденной на полу, и, состроив недовольную рожицу, покинул спальню. Крис же получил громкие аплодисменты и овации, и потребовал себе приз. После боя и всего выпитого, он уже с трудом держался на ногах. Да и в спальне, где не стали включать свет, а лишь зажгли лампу у окна, опьянение чувствовалось еще сильнее. Да и в гостиной было попрохладнее. — Где мой приз? Я хочу приз! Я же…это…победитель. Вот. — Пошли в гостиную, победитель. Там все твои подарки. — Точно, выбирай. Пиво, виски, снова пиво, кока-кола, а может, ты хочешь еще чего-нибудь? И ребята, громко засмеявшись, удалились снова в гостиную. Крис же забрался на кровать, и развалился, раскинув ноги и руки в разные стороны. И задел уже начавшего вставать Геррита. — Ой, прости. Я забыл, что ты еще здесь. — Я уже ухожу, победитель, — улыбнулся тот, и легко похлопал Криса по ноге. Но тот тут же перехватил его за запястье и притянул его руку к себе. Геррит вытаращил на него глаза и замер. Крис смотрел на него в упор, а потом отпустил, словно увидел в его взгляде то, что искал. — Слушай, притащи мне виски, а? А то вставать что-то не хочется. Геррит хмыкнул, и тоже уже слегка покачиваясь, направился к двери. — Отличная задница! — крикнул ему в спину Крис, укладываясь поудобнее. — Возвращайся побыстрее. — Непременно, — бросил Геррит, выходя, а потом уже соображая, на что же он согласился.