Глава 9
2 декабря 2020 г., 08:46
Гарри прижался щекой к столу. Он уже давно вытащил руку из-под головы и теперь сидел, рассеянно глядя на неровную поверхность каменной стены. Легкое покалывание в пятой точке утихло, осталось лишь едва заметное тепло, но и оно почти не ощущалось, потому что резь в желудке была гораздо сильнее.
Гнев и смущение разрывали Гарри изнутри, причиняя острую боль. Он испытывал странное ощущение, которому не мог дать точного определения, однако чувствовал всю тяжесть, которую оно приносило. Гарри очень устал от всех этих эмоций. Он не хотел сидеть здесь, упиваясь своим унижением. И если быть честным, сейчас его мало заботила запланированная на этот вечер вылазка в подземелья под мантией-невидимкой.
Всё, чего ему хотелось в данный момент — спрятаться в каком-нибудь забытом уголке замка, схватиться за голову и орать изо всех сил, пока не пропадет голос.
Быть в одиночестве, в полной изоляции, всеми забытым. В месте, где никто не будет косо смотреть на него, шептаться за спиной о наследнике Слизерина… или заботиться о нем, заставляя принимать зелья, а затем шлепать как ребенка. В месте, где так темно и глухо, что ничего — даже леденящего душу шепота — не было бы слышно. Где Гарри мог бы перестать притворяться храбрым, а просто сидеть и бояться. И это не имело бы значения, потому как никто не мог бы его увидеть. И тогда боль в животе могла бы прекратиться, в конце концов. И, возможно, он смог бы забыть о том, что школа и все студенты находятся во все возрастающей опасности, и беспокоиться о других вещах. Например, о том, сможет ли Рон хоть раз забыть о своей гордости и принять в подарок на Рождество магические шахматы.
Но Гарри знал, что реальность невозможно изменить так просто. Не в его случае. И не было никого, кому можно было бы довериться и обо всем рассказать. Дамблдор ничего не замечал. Макгонагалл отказывалась прислушаться к голосу разума. А Снейп…
«Ублюдок», — сердито подумал Гарри, сглотнув с усилием.
Снейп явно не хотел «иметь ничего общего» с Гарри.
«Он ведь именно так и сказал, заставляя меня принять эту дурацкую позу, словно двухлетнего малыша…»
Однако в глубине души Гарри понимал, что вполне заслужил наказание и последующий выговор. Ведь Снейп предупреждал его, верно?
Тем не менее, злость на профессора помогла Гарри сосредоточиться на одной эмоции и не дать воли слезам. Но глаза продолжали гореть.
И желудок все еще болезненно сжимался.
Внезапно Гарри почувствовал, что над ним нависла тень. Боковым зрением он увидел темную фигуру. Продолжая прижиматься щекой к столешнице, Гарри изо всех сил боролся с желанием поднять глаза. Он впился взглядом в стену, сжимая в кулаки лежащие на коленях руки и сминая ими ткань брюк.
— Поднимайтесь, мистер Поттер, — сказал Снейп командным, но не угрожающим тоном.
Гарри поднял голову немного медленнее, чем было необходимо, чувствуя, как влажная кожа щеки отрывается от поверхности стола. Он попытался смотреть с вызовом, но обнаружил, что ему трудно даже просто смотреть в глаза.
Вероятно, неприязнь и чувство обиды больше не поддерживали его.
— Я скажу это только один раз, Поттер, — начал Снейп, вкрадчиво, как всегда. — Смотрите на меня, когда я к вам обращаюсь! — уже более властным тоном.
Гарри стиснул зубы и вскинул голову.
Профессор оказался намного ближе, чем полагал Гарри. Он стоял, опираясь руками на край стола и нависая над Гарри.
— Я не идиот. Вы явно что-то замышляете, Поттер, — тихо сообщил Снейп, — и вы очень плохо это скрываете. Выражение вашего лица легко читается, даже легче, чем у первогодок из Хаффлпаффа, — профессор не смог сдержать ухмылки.
Гарри прерывисто дышал. Ему отчаянно хотелось заорать на своего мучителя, используя нечто матерное, или выскочить из комнаты. Но он знал, что не сделает ни того, ни другого.
— По существу, — продолжил Снейп, наклоняясь еще ближе, — я бы посоветовал вам либо сознаться во всём прямо сейчас, либо прекратить строить свои планы, потому что, уж поверьте моему слову, Поттер, так или иначе я узнаю обо всем.
Гарри изо всех сил старался не ерзать под пронизывающим взглядом. Не существовало ни единого шанса, что он сдастся и снова предаст своих друзей, даже если бы ему пришлось пройти все девять кругов ада. И, кроме того, Гарри был уверен — он просто знал, что Снейп в любом случае надерет ему задницу.
Нет… Гарри поступит так, как поступал всегда, — разберётся во всём самостоятельно. Только он имел мантию-невидимку, и, очевидно, только его заботила безопасность Хогвартса, заботила настолько, что он был готов рискнуть ради его блага. Кроме того, Рон и Гермиона всегда находились рядом, поддерживая его. А больше ничего и не нужно.
Гарри вдруг ощутил, как по телу разлилась уверенность в собственных силах, и его взгляд стал жестче.
— Все так просто, да? — тихо произнес он.
Прищурившись, Снейп выпрямился.
— Не дерзите, Поттер.
Сердце Гарри забилось сильнее от гнева и раздражения, но он ничего не сказал.
— Очень хорошо. Считайте, что вас предупредили, — холодно произнес Снейп, поворачиваясь и направляясь к шкафу в конце комнаты.
Вытирая вспотевшие ладони о штаны, Гарри прислушивался к пульсации крови в ушах, едва обращая внимание на лязгающие звуки и совершенно безразличный к тому, чем занимается Снейп.
Быстро пройдя через комнату, тот резко опустил перед носом Гарри слегка ржавый котел, ингредиенты и старые весы с гирьками.
— Прежде чем официально приступить к вечерней отработке, вы проведете следующий час, занимаясь повторным приготовлением того самого противоядия, которое окончательно испортили сегодня днем, — сказал Снейп по-прежнему холодным тоном. — Если по истечении часа вы сможете разлить по флаконам приемлемое зелье, то получите половину зачетной оценки за дневное задание.
«Во что он играет?» — задался вопросом Гарри, сбитый с толку. Всего несколько минут назад Снейп злился и угрожал, а теперь дает своего рода задание на пересдачу. Когда вообще он так поступал?
— Э-э-э… На самом деле я не…
— Независимо от того, что вы собираетесь сказать, Поттер, избавьте меня от этого, — прорычал Снейп и, повернувшись к Гарри спиной, взмахнул палочкой. Во второй раз за этот день на доске появились инструкции по приготовлению противоядия.
— В этом вопросе у вас нет выбора. Предлагаю приступать.
Гарри на мгновение задумался. Что произойдет, если он откажется варить зелье, просто возьмёт и согласится на ноль, ведь такая у него была оценка? В конце концов, если он хочет провалиться — это его собственный выбор. Снейп и так уже контролировал слишком многое в жизни Гарри. И если этот мерзавец думает, что может также контролировать и его успеваемость, то…
— Если вы не желаете провести на этом стуле всю ночь, то вам стоит начать прямо сейчас, — твердо заявил Снейп, выдергивая Гарри из размышлений.
— Да, сэр, — пробормотал он, перегибаясь через котел и поднимая связку узловатых имбирных корней.
Аккуратно нарезая корень, чтобы не пришлось снова все переделывать, Гарри принялся за приготовление зелья. Вероятно, он не в силах контролировать эту ситуацию. Но, тем не менее, он может поступать так, как посчитает нужным, пока Снейп не наблюдает. Сегодня вечером Гарри проберется в слизеринскую гостиную и выведет Малфоя на чистую воду, конечно, если этот слизень все же выдаст известные ему секреты.
Никто, кроме Гарри, не обладал возможностью и средствами, чтобы раскрыть тайну Слизерина, и он чувствовал, что обязан заняться этим — хотелось ему того, или нет.
«Если все пойдет по плану и не возникнут сложности, я смогу пробраться незамеченным в общую гостиную Слизерина, — Гарри просто знал это. — И как только получу необходимую информацию, я уберусь оттуда как можно скорее — подальше от неприятностей», — решил он, очищая и нарезая корень имбиря.
Взглянув с отвращением на три ведра, наполненных до краев скользкими жабами, Гарри решил как следует сосредоточиться, чтобы, наконец, завершить работу. Он не хотел задерживаться в мрачных подземельях дольше необходимого.
Сегодня ночью у него не было права на ошибку. От их плана зависело многое, и не важно поймет ли его хоть кто-нибудь и оценит ли.
* * *
Чуть позже половины десятого Гарри вошел в гостиную Гриффиндора. Первое, что он увидел, была летящая в него мантия-невидимка. Он не успел схватить ее, так что мантия, задев лицо, мягко соскользнула вниз. — Эй! — воскликнул он с легким негодованием. — Ой, извини! — Гермиона шагнула вперед, поднимая измятую мантию. — Я думала, ты поймаешь. Лицо Гермионы раскраснелось от возбуждения, в ней непривычно бурлила нервная энергия. Это могло означать только одно… — Я сделала это, Гарри! — прошептала Гермиона в экзальтации. — Видел бы ты лицо Малфоя на ужине… такое хитрое и скрытное. Он определенно что-то знает! Гарри пытался проникнуться ее восторгом и предвкушением. Действительно пытался. Но его всё еще слегка подташнивало от запаха мертвых жаб, не говоря уже о том, что он был расстроен холодным и равнодушным отношением Снейпа. Гарри приготовил почти идеальное противоядие, а когда поставил на стол подписанный флакон, удостоился только: «Приступайте к потрошению жаб, мистер Поттер». Нельзя сказать, чтобы подобное отношение сильно волновало Гарри. Это было обычным для Снейпа — игнорировать достижения. Гарри просто подумал, что, может быть… «Нет… Меня это не волнует», — сказал он себе твердо. Единственное, о чем ему следовало сейчас беспокоиться, — это о предстоящем возвращении в подземелья. Гарри подошел к пустому длинному столу, окруженному несколькими стульями, и уселся на него, свесив ноги. — Так что же все-таки ты написала в том письме? — спросил Гарри, покачивая ногами и заставляя себя сосредоточиться на настоящем. — О, только немного о том, что было бы неплохо разделить некоторые важные слизеринские знания с надежными товарищами, — ответила Гермиона, подходя ближе. — Я добавила слова «полночь» и «в гостиной» в нижней части записки, чтобы попытаться дать Малфою подсказку. Думаю, даже если это и вызовет некоторую путаницу, какой-никакой разговор будет иметь место, ведь так? — неуверенно добавила она, кусая губы. Гарри пожал плечами. «Кто его знает…» — Конечно, — ответил он, пытаясь успокоить подругу. К тому же, пути назад все равно не было… зачем теперь зацикливаться на мелочах. — Эй, а как насчет филина Малфоя? — внезапно вспомнил Гарри. — Как ты заставила его отдать тебе пакет? Гермиона улыбнулась и откинулась на спинку кресла. — Успокоительные капли. Я добавила их в хлебные крошки. Сначала подумала о снотворном, но потом мне пришла мысль, что Малфой может что-то заподозрить, если его посылка будет доставлена школьной совой, а не его собственной. — Отличная идея, — искренне сказал Гарри. Почему он не может как Гермиона продумывать все детали настолько тщательно и быстро? — Ну, — со вздохом воскликнула она, — теперь нам остается только дождаться Рона. — А где он? — Скоро должен вернуться из Большого зала. Когда мы выходили, Перси задержал нас — он встречается там с Пенелопой и проводит с ней время, оставшееся до отбоя. — Он все еще встречается с этой рэйвенкловкой? — удивился Гарри. Гермиона закатила глаза. — Она девушка, Гарри, а не только рэйвенкловка. Какая разница, с какого она факультета… И кого вообще заботит, с кем встречается Перси… — Нет, я понимаю, — быстро ответил Гарри, не желая выслушивать лекции Гермионы. — Я просто имел в виду, что… Но он остановился на полуслове, заметив, что вход в гостиную распахнулся, и вошел раздраженный Рон. — Иногда мне кажется, что мама с папой нашли Перси на Косой аллее, — сказал Рон хмуро. — Он такой придурок… не может быть, чтобы он был моим братом. Гермиона смерила Рона сердитым взглядом. — Как это мило с твоей стороны, Рональд, — саркастически усмехнулась она, — но если ты собираешься порассуждать о коэффициенте придурочности… — Итак, мы готовы? — прервал ее Гарри, предотвращая спор. Он соскользнул со стола и встряхнул мантию-невидимку. — Эй, дружище, погоди минутку, — воскликнул Рон. — Мы должны подождать, по крайней мере, до одиннадцати, когда все слизеринцы будут в гостиной после отбоя. Гарри вздохнул. Он уже начал нервничать, и ему просто хотелось заняться пораньше этим непростым делом, чтобы побыстрее со всем покончить. — Мне все равно нужно спуститься в подземелья, чтобы пройти за кем-нибудь в общую гостиную. Она, должно быть, находится недалеко от кабинета Снейпа. Я знаю, где это, — пробормотал Гарри, не желая вдаваться в подробности. — И все же, — добавила Гермиона, — еще нет десяти. Пройдет добрых полчаса, прежде чем кто-нибудь там появится. Рон прав. Тот благодарно улыбнулся, тогда как Гарри нахмурился и закатил глаза. — Ты в порядке, Гарри? — вдруг спросила Гермиона. — Ты, кажется, немного нервничаешь. Гарри подумал, что «немного нервничаешь» — это мягко сказано. Он беспокойно поерзал и громко хрустнул пальцами. — Я в порядке, — с легкостью соврал он. — Просто хотел бы уже спуститься вниз, понимаешь? «Да… спуститься вниз и поскорее назад… подальше от Снейпа», — подумал Гарри. Просто смешно, как быстро улетучилась его уверенность. Ещё минуту назад он был полностью спокоен и собран, а теперь ему хотелось забраться под одеяло и забыть обо всем. Но Гермиона просто кивнула, и Гарри был благодарен ей за это. — Но, — продолжила Гермиона, — думаю, перед выходом вам следует переодеться в пижамы. — Зачем? — удивился Рон, прищурившись и занимая место Гарри на столе. — Потому, Рональд, что если кого-то из вас поймают, вы сможете притвориться, что ходили во сне, или что-то вроде этого, — объяснила Гермиона слегка раздраженно. Рон фыркнул себе под нос. — Очень правдоподобно. — Ой, Рон, заткнись! По крайней мере, хоть кто-то из нас думает о таких вещах! — повысила голос Гермиона, сердито оттолкнувшись от спинки стула. — Она права. Рон посмотрел на Гарри и открыл рот, собираясь что-то возразить. — Спасибо, Гарри, — ответила явно довольная Гермиона, кивнув. В отличие от Гарри, Рон даже не пытался удержаться от использования вульгарного жеста. Но Гермиона в этот момент повернулась к нему спиной и ничего не заметила. — Идите, переоденьтесь, — приказала Гермиона, нагибаясь за книгами. — Я пойду, почитаю в своей комнате. Это будет не так подозрительно. Гермиона направилась к лестнице. Остановившись в дверях, она вдруг добавила: — Гарри, будь осторожен. И ты тоже, Рон. — Обязательно, — тихо ответил Гарри. — Ладно. Но если вы не вернётесь к полуночи, знайте, я буду сидеть здесь, в гостиной, и сильно нервничать, — воскликнула Гермиона, поднимаясь по лестнице. — Так что не задерживайтесь! — крикнула она через плечо. Когда она скрылась из виду, Рон покачал головой. — Она ненормальная. — В хорошем смысле этого слова, — ответил Гарри. — Как скажешь, приятель, — сказал Рон со вздохом.* * *
Северус откинулся на спинку стоящего напротив камина кожаного кресла, потягивая бурбон и наслаждаясь приятным теплом, разливающимся по всему телу. Вечер пятницы после уроков был единственным временем недели, когда Северус мог позволить себе расслабиться и немного выпить, снимая стресс от ежедневного обучения толпы некомпетентных болванов. И будто их было недостаточно, прибавился еще мальчишка Поттер. Сегодня паршивец капитально испортил Северусу день. Отчасти Снейп желал вернуться к привычной для него безразличной манере общения. Чем больше времени он проводил с Поттером, тем сильнее убеждался в его упрямстве и отчужденности. Но, хотя у мальчишки была способность постоянно вызывать в Северусе беспокойство, сегодняшнее его открытое неповиновение было довольно пугающим. Тем не менее, Северус заставил себя сдержаться, наградив Поттера всего парой шлепков в качестве предупреждения, даже, несмотря на то, что испытывал сильное желание преподать паршивцу более основательный урок уважительного поведения. Но Снейп ощущал, что с Поттером что-то не так. Лицо мальчишки, да и все его тело, было очень напряжено и указывало на серьезный стресс, который тот испытывал… Вдруг раздался какой-то грохот, эхом отразившийся от стен кабинета. Опустив едва початый бокал на столик, Северус быстро, но тихо встал, прислушиваясь к окружающим звукам. Время уже давно перевалило за одиннадцать. Хотя Снейп и не ожидал, что вечером пятницы слизеринцы лягут спать так рано, но знал, что никто из них не должен находиться за пределами гостиной. А странный лязгающий грохот раздался с другой стороны коридора. Единственным слизеринцем, пойманным после отбоя вне помещений Слизерина, был Драко Малфой, и этот инцидент произошел почти год назад. Макгонагалл, за ухо втаскивая мелкого паршивца в кабинет Северуса, имела самодовольно-торжествующий вид, и это было совершенно отвратительно. Нет нужды говорить, что Драко не был настолько глуп, чтобы дважды опозорить главу своего факультета. Мальчик усвоил урок с первого раза — Северус позаботился об этом. Высокомерный ребенок выглядел подавленным целую неделю, проявляя смирение даже в окружении Крэбба и Гойла… Раздался еще один лязг. Северус неохотно накинул мантию поверх темной рубашки и брюк и быстрым шагом направился к двери своего кабинета.* * *
Услышав грохот, Гарри замер. Отчетливый лязгающий звук мог исходить только от доспехов, за которыми прятался Рон в дальнем конце коридора. Последние десять минут Гарри провел, стоя на коленях перед запертой дверью в общую гостиную Слизерина и отчаянно дергая за край своей мантии, плотно зажатой между створок двери. В начале Гарри нетерпеливо ожидал, прислонившись к каменной стене, пока по коридору промчится последний слизеринец, торопящийся в гостиную. Малфой вернулся одним из первых. Он шел один, быстрым шагом, на его лице застыло решительное выражение. Гарри осторожно следовал за Эдрианом Пьюси, держась к нему настолько близко, насколько осмеливался. Тот двигался очень быстро, так как до отбоя оставалось мало времени — всего минута или две. Гарри оказался прав — помещения Слизерина находились около кабинета Снейпа — чуть дальше по коридору. — Чистая кровь, — четко произнес Пьюси. Вход распахнулся, открывая гостиную в серебристо-зелёных тонах. Пьюси шагнул внутрь. Дверь начала закрываться. Гораздо быстрее, чем портрет Полной Дамы. Гарри оттолкнулся от стены и рванул внутрь. Но дверь, словно ощутив незнакомца, захлопнулась прежде, чем Гарри успел проскользнуть в щель. — Проклятье! — прошептал он. «Я такой идиот! Почему я не подошёл ближе?» Он попытался отойти, но тут понял, что мантию-невидимку защемило дверью. — О нет… — простонал Гарри. Наклонившись, он попытался высвободить сдавленный край. Но мантия плотно застряла. И Гарри не решался сильно дергать, опасаясь разорвать ее. Он подождал еще немного, надеясь на появление еще какого-нибудь слизеринца, но ожидание оказалось бесплодным. Наконец Гарри опустился на пятки и сделал то единственное, что смог придумать: — Чистая кровь, — прошептал он. Но ничего не произошло. Гарри начал покрываться потом. Он попробовал снова, на этот раз громче, но вход оставался плотно закрытым. Из коридора вновь раздался лязгающий грохот. Гарри вздрогнул от испуга и замер. Но следующий резкий звук заставил его действовать решительней. — Чистая кровь! — громко закричал он. И как только вход чуть приоткрылся, Гарри выдернул мантию и бросился бежать по коридору, уже не думая о гостиной слизеринцев.* * *
Гарри бежал. Мантия развевалась за спиной, но его совсем не заботило, виднеются ли из-под нее щиколотки. Внезапный сбой в плане вкупе с этим грохотом заставил его запаниковать. Если Рона поймают, это будет его виной. Думая только о друге, который не имел возможности спрятаться под мантией-невидимкой, Гарри бросился за угол. Когда он проносился мимо кабинета Снейпа, то вновь услышал ледяной шепот. Намного громче, чем когда-либо прежде. По телу Гарри пробежал озноб. Он резко остановился, беспокойно оглядываясь в поисках источника звука. — Убить… Убить… У Гарри закружилась голова. Тихий всхлип сорвался с губ. Снова рванув вперед, он уже почти достиг тайного укрытия Рона. — Разорвать… Терзать… Кровь… Гарри споткнулся и, больно ударившись коленом, растянулся на каменном полу. Мантия-невидимка слетела с него. Гарри обхватил руками голову. «Пожалуйста, пусть это закончится…» — в отчаянии подумал он. — Поттер! Гарри не шелохнулся. «О боже…» Он почувствовал, как сильные руки схватили его под мышки — не слишком нежно — и резко поставили на ноги. Мантия-невидимка куда-то исчезла. Снейп схватил Гарри за плечо и несколько раз сильно встряхнул. — Я так и знал! — буквально выплюнул он. Лицо Снейпа казалось слегка искаженным в неверном освещении коридора. Он крепче сжал плечо Гарри и потащил дрожащего мальчика в свой кабинет.* * *
Они подошли к входу. Гарри ожидал, что Снейп грубо втолкнет его внутрь, так же, как в прошлый раз. Но тот просто оставил Гарри стоять возле камина и направился к столу. Рывком выдернув стул, настолько резко, что одна из ножек с шумом врезалась в стол, Снейп решительно опустил его на середину ковра. Гарри невольно отступил на несколько шагов. Он знал, что сейчас произойдет. — Не смейте двигаться! — рявкнул Снейп. Желудок Гарри сжался от резкого тона. Подойдя ближе, Снейп схватил Гарри за плечи и дернул вперед. Тот начал извиваться в руках профессора, не давая ему сесть. — Не надо! — вопил он, вырываясь, собственный голос казался чужим. — Отстаньте от меня! Но, как и всегда, сопротивление Гарри было напрасно. Снейп держал его крепко, пока тот не перестал извиваться. — Пожалуйста, не надо… — наконец прохрипел Гарри, ощущая, что он полностью выжат, испуган и может расплакаться в любой момент. — Поттер, — тихо проговорил Снейп, — вас предупреждали, что произойдет, верно? Гарри уставился на огонь и едва кивнул. Он отчасти ожидал, что Снейп снова схватит его за подбородок и заставит посмотреть в глаза. И он бы просто взорвался, если бы так произошло. Но Снейп этого не сделал. — Тогда нечего обсуждать. Профессор сел, держа Гарри за запястье. — Наклонитесь, — приказал он. Северус не стал принуждать его сделать это, решив, что если меньше давить на Поттера, тот в большей степени сможет осознать, что оказался в сложившейся ситуации исключительно по своей вине. Гарри прикусил нижнюю губу, его сердце стучало так громко, что, казалось, звук был слышен всем вокруг. Он знал, что должен сгорать от стыда… ему уже двенадцать, и он вот-вот получит свою первую порку… но Гарри не мог унять дрожь. Он был испуган. — Продолжайте, Поттер, — кивнул Снейп, слегка удивленный состоянием мальчика. Гарри начал наклоняться, его мышцы сводило от напряжения. Он ощутил, как рука Снейпа надавила ему на спину. Должен ли он просто стоять, наклонившись? Он не знал. Но давившая на спину рука подсказывала наклониться еще ниже. Когда Снейп достаточно скорректировал его положение, то обхватил за талию, придерживая Гарри. Было совершенно очевидно, что Поттер никогда прежде не сталкивался ни с чем подобным. Он напрягал каждую мышцу своего тела. Задрав толстовку Гарри, Снейп шлепнул по прикрытому пижамными штанами заду. Гарри дернулся и задержал дыхание, кожу начало жечь. Мысленно он проклял Гермиону за предложение переодеться в пижаму. Лучше бы он надел джинсы. Последовало еще несколько сильных ударов. Гарри не мог поверить в то, как глупо повел себя сегодня. Словно каждый жалящий хлопок направлялся непосредственно в мозг, напоминая обо всех идиотских поступках, совершенных им на этой неделе. Стараясь не извиваться от концентрированной, методично возобновляющейся боли, Гарри крепко зажмурился и зажал в кулаках какую-то ткань. «Почему я просто не рассказал обо всем Снейпу?.. В любом случае, хуже, чем сейчас, уже не стало бы… И эти звуки… как было жутко… и не могу больше выносить насмешливые взгляды сокурсников… и теперь мы никогда не узнаем правды о Малфое… и еще больше людей окаменеют… Я должен был сказать кому-нибудь… кому угодно… и господи, как же это больно… и интересно, есть ли зелье, которое может уменьшить боль… какое-нибудь вонючее зелье, которое поможет снять это жжение… и это щемящее чувство в груди… и… о нет, Гарри… не смей плакать… нет, не плачь!» Вдруг Снейп почувствовал, что тело на его коленях обмякло. Поттер заплакал. Негромко, но с сильными, почти беззвучными всхлипами. Снейп прекратил порку. Он нанес не так много ударов, а Поттер уже рыдал, его тело сотрясалось при каждом вдохе. Ошарашенный Снейп взял Гарри под руки, желая поднять. Но его мантию все еще плотно сжимали маленькие кулаки. — Отпустите, Поттер, — почти мягко велел Снейп. Пальцы Гарри медленно разжались и отпустили измятую ткань. Гарри поднялся, Снейп подвел его к дивану и усадил на одну из подушек, чтобы тот успокоился. Гарри сразу же прикрыл глаза рукой, сдвигая очки на лоб. Он сидел, сгорбившись, все еще тихо плача. Снейп осторожно опустился на диван рядом с Гарри, медленно протянул руку и снял с него очки, норовившие вот-вот упасть. — Надеюсь, вы усвоили урок, мистер Поттер, — неловко произнес он. Северус не знал, как лучше поступить: утешать ли мальчика или читать ему нотации. Гарри даже не кивнул. Его лицо было скрыто плотно прижатой ладонью. Что-то не так было с этим мальчишкой. Никто так горько не рыдал по подобному поводу. Снейп придвинулся ближе. — Поттер… — попытался он снова. Но как только имя слетело с губ профессора, Гарри убрал руку и без предупреждения тяжело опустил голову на плечо Снейпа. Он не пытался обнять — просто прислонился лбом, его дыхание стало прерывистым. Совершенно ошеломленный Северус уставился на мальчишку. Поттер выглядел жалко. Северус почти поддался искушению оттолкнуть его от себя. Но не стал. Вместо этого он медленно протянул руку и опустил ладонь на затылок Гарри, ощущая пальцами его взлохмаченные волосы. Руку Снейпа пекло от сильных шлепков, а волосы Поттера были колючими на ощупь, но он не обращал на это внимания. Снейп молчал несколько долгих мгновений, слушая только потрескивание огня и периодические всхлипы. Наконец он совладал с языком, хотя, что именно нужно говорить, было не совсем понятно. — Что с вами, Поттер? — озадаченно спросил Снейп. Не получив никакого ответа, он на мгновение прижал к себе голову мальчика и стал терпеливо ожидать, наблюдая, как слезы пропитывают ткань его мантии.
