Друг другу по душе

      Ребята не сдвинулись с места устраивая что то в виде бойкота. Они переглядывались, но всё-таки это им казалось лучше чем идти домой.

***

      Мужчина взял обоих за руки и повёл к их машине.       Усадив детей в машину, он сам сел за руль.       Сдвинув ручной тормоз, машина тронулась, из-под колёс полетели золотые и красные, осенние листья, которые падали с деревьев всю ночь.       В машине было относительно душно, по сравнению с улицей. Воздух был какой то сжатый, в машинах всегда так?       Ребята почти никогда не ездили на машинах, только в маршрутках и то редко. Может по этому они так не привыкли к такому сжатому воздуху в закрытых помещениях?       Они то и дело переглядывались и каждый раз, когда взгляды встречались взглядами, раздавался лёгкий смешок, который рушил ту могильную тишину, которую и так немного нарушал грохот колёс.       Этот смех, смех который звучит как колокольчики в пустоте. Он нарушает столь, кажется, многолетнюю тишину.       Смех который звучит как лето, и вода, и небо, и звёзды… Он такой искренний — наивный, таким смехом не могут смеяться взрослые, только дети…       Кажется, нашим героям было, грубо говоря, насрать на то что их везут в отделение полиции, и вряд ли их отец одобрит такие поступки. Хотя… Если так подумать то возможно он и сам виноват в том что ему не нравится, верно?..

***

      Резкий тормоз машины заставил на секунду забыться из мира, но сразу же вернуться.       Мужчина вывел детей на улицу и закрыв дверь нажал на ключ от автомобиля от чего тот запищал, что характерно тому что он заперся.       Оглядевшись по сторонам, ребята подумали что находятся на другом краю света. Вокруг всё было такое мрачное и душное, словно кладбище домашних животных на которое уже лет 30 никто не заходил. Листья осени в этих краях меняла свой окрас с жёлто-богрового, на тусклый коричневый, такие листья обычно бывают когда деревья готовятся к зиме. Расстояние всего километр, а ощущение что другой край света. По сравнению с этим местом у речки было так тепло и уютно. Утро хоть и выдалось холодным и туманистым что характерно осени, но всё-таки даже у реки было тепло, а тут — нет.       Мужчина провёл детей в здание что оказалось довольно просторный, но древним и тухлым. Да, в прямом смысле тухлым. Всё что было сделано из дерева давно прогнило, только каменные колонны и держали этот участок в порядке.       Мужчина провёл их в какое то дальнее отделение этой заброшки и сделав что-то с отпечатками пальцев, ещё чем-то, люди всё-таки вычислили бывшее место нахождение нашей парочки.       — Хм… Улица Тверская дом 13? Ах да, квартира 98.       Протяжно выговорил мужчина посмотрев на детей оценивающим взглядом. Ребята в ответ промолчали осматриваясь по сторонам, но в конце концов Каз медленно кивнул отвечая.       — Вот и отлично. Пошлите к машине, отвезём вас домой       Мужчина взял обоих за руки и направился к выходу из здания, которое и зданием то назвать сложно.       Было около 5-ти утра, но на улице всё ещё стояла кромешная тьма. Кажется это из-за полотна серых облаков которые не давали свету никакого хода. Но солнечные лучи умудрялись пробиваться сквозь пелену и освещать маленькие участки земли.       Ветер был холодный, но не сильный и это радовало. Хотя нет, скорее он был склизкой, мерзлявой, неприятной, как будто мелкие иголки впивались в щёки при каждом порывистом дунавени.       Поездка в машине прошла как и в прошлый раз, но не давало покоя одно — что может произойти? Вряд-ли отец промолчит на эти выходки. А зная его им не хило достанется. Может за столько лет они уже должны привыкнуть к такому… Жестокому поведению, но шрамы по прежнему болят и не перестанут…       Почему дети должны страдать? Испытывать физическую боль? Ведь… Дети это новое поколение, новая жизнь. Что же будет если начать ранить её с малых лет? И почему многие этого не осознают?

***

      Подъехав к месту назначения все вылезли из машины и опустились на асфальт.       Воздух сразу же стал не таким душным, и отойдя от машины ребята наконец то нормально вздохнули.       —Мерзкое местечко…—сказал Росс показывая глазами на машину.       —Соглашусь.       Тут туч было по меньше, но всё ещё стояла неприятная мерзлота. Ветер усилился, все деревья, что были высажены в ряд перед домом, закачались сильнее. Побитые окна и опшаренные кирпичи— это классика здешних мест. Вроде бы столица, но в дальних её уголках ощущение как будто старый, заброшенный посёлок городского типа.       Закрыв машину все двинулись к подъездной двери. Открыть её не составило труда, ибо она была не намагничена. Тусклая лампочка осветила первый этаж своим блекло белым светом.       Ступеньки подъезда оставляли желать лучшего, потому что не сильно отличались качеством от здания полиции. Вообще, почти все места столицы где бывали ребята, казались им заброшенными, прогнившими. Единственные места где они любили находиться это — река и лес. Природа, ничего более.       Поднявшись на 8-й этаж полицейский постучал в дверь.       —Откройте полиция.       За дверью послышались шаги, внутри всё сжалось от страха.       Щелчок… Дверь открыл уставший Союз. Ну конечно, 5 утра.       —Ваши дети ночевали на улице и сказали что сбежали из дома. Почему?       —А… Эмм… Ну я откуда знаю что у них на уме? Я вообще тогда спал…—сонно протараторил Союз пытаясь проснуться.       —Кхм. Подпишите это и забираете их.—мужчина протянул документ и дал ручку, после чего Союз взял её и поставил что то похожее на подпись.       —Спасибо, досвидания! —сказал мужчина, легонько толкнув детей к двери, зашагал прочь.       Союз рукой загнал детей и запер дверь. Ребята ожидая не хилый нагоняй уставились глазами в пол и просто ждали… Союз кинул на них грозный взгляд и… Ничего. Он просто развернулся и пошёл в комнату.       —Я бы сам сбежал…—сказал Союз, после чего хлопнул дверью комнаты.