Сердце демона

      Уокер аккуратно опустилась на край кровати, ставя небольшой поднос с двумя чашками кофе.       — Стоит ли брать её в оборот сейчас? Она только узнала, и, может быть, я ошиблась? — Вики сделала глоток из своей чашки.       — Нет, душа моя, ты не ошиблась. Всё так и есть. То, как она чувствует, то, как она реагирует…       — Почему вы не засекли её на Земле? Мальчика-то вы нашли…       — Случайно, совершенно случайно. Винчесто был на проверке заданий. Он просто оказался рядом в тот момент, когда паренёк утешал девушку в кафе. Он просто увидел, как тот незримо тянул её надлом. Потом подключилась Кат. Но её отправили в Азию. И тогда за ним стал присматривать я.       — Получается, что раскрыть Габи мы смогли бы лишь к концу обучения?       — Да, когда началось бы массовое извлечение внутренней силы. И то не сразу.       — Можно ли как-то защитить её? Поставить барьер что ли?       — Не могу точно сказать, спроси у Фариа… — Геральд осёкся. Потянулся к ней, слегка обнимая и касаясь её макушки легким поцелуем.       — Молчит? — он заглянул в её глаза.       — Молчит. Но он оттаивает. А значит, скоро пересмотрит и всю ситуацию в целом…       — Скучаешь по нему… — скорее утверждение, чем вопрос.       — Конечно, очень…       — Хочешь, поговорю?       — Нет. Пусть сам. Лучше помоги мне. Принеси мне из библиотеки кое-что….       И она передала воспоминания полок и корешков книг, которые были ей нужны. Геральд кивнул и обнял её, притягивая к себе и шепча ей на ушко слова, которые заставили её щеки выдать легкий румянец. А потом и вовсе отставить свою чашку, сообщая своему демону, что до вечера она терпеть не будет. Обнимая его, запуская свои ладошки в его волосы, наслаждаясь его поцелуем. Первым за весь долгий день сегодня.

~♡~

      Нимуэ легко и уже так привычно скользнула в кабинет. Замечая легкую улыбку, замеревшую в уголках губ, ловя взгляд тёмных глаз, угадывая приглашающий жест.       Она привычно опустилась в кресло, устраивая на коленях блокнот. Всё ещё надеясь, что его желание «пострелять» было лишь минутным порывом. Рисуя картинки того, что она сделает с Уокер, когда доберётся до Собора. А потом и до Люцифера…       — Определились с оружием? — его голос вырвал её из потока мыслей.       С места в карьер, без прелюдий и уточнений.       Нимуэ замерла, лихорадочно перебирая в уме варианты. Она не успела подумать и подготовить ответ, потому что вечер вымотал её, вытянул слишком много эмоций. И она питала смутную надежду, что это не очередной этап. Нимуэ смотрела в его тёмные глаза и пыталась уловить хоть один отголосок верной мысли. Пока память не выдала ей картинку.       Стены его дома, в огромной зале с камином и мантикорами.       — Арбалет, — произнесла она уверенно.       Он удовлетворённо кивнул, давая понять, что её выбор ему понравился. Её выбор всколыхнул отголоски его памяти. Затронул личное.       — Почему он?       — Потому что он вам нравится, потому что он связан с вашим прошлым, потому что воспоминания приятны, иначе бы вы не хранили его на стенах своего дома.       — А вы наблюдательны. Что ещё?       — Он достаточно эстетичен, способен на многое. С ним чуть проще, чем с луком. Ну, а если вы о стене дома… Вы цените комфорт и удобство, облаченные в лаконичные формы. Спокойные тона для спокойного отдыха. Ваш дом — остров для равновесия вашей души, нежели крепость для защиты. Во всяком случае, тот дом, который я имею честь лицезреть.       — Душа у Дьявола?       — У всех есть душа. Даже у вас. Она может быть скрыта, спрятана, изменена… Но она есть…       Он наслаждался: её выводами, её ощущениями, её настроем на него самого.       «Я здесь чтобы исполнять ваши желания»       И ему нравилось каждое исполнение. В самом начале эта идея — конкурс, растянутый во времени — ему не очень нравилась. Он искренне верил, что на втором этапе всё порушится как карточный домик и он, с упоением сказав ангелу, что она не справилась, выберет фаворитку и всё закончится так, как должно было закончиться ещё несколько дней назад. Но этот ангел оказался не прост… Она, как восточная рассказчица, разворачивала перед ним картинку, обрывая её на самом интересном месте, заставляя желать продолжения истории, новых картинок, ощущений, эмоций.       «Хотите испытать эмоции…»       Она — запомнила. Она — дарила. А он — испытывал. Она умело завлекала, а он намеренно поддавался. Всё это время ожидая прокола. Ошибки. Подвоха. Одновременно подпуская её ближе, рассматривая её, удивляясь ей. И пока он чувствовал подобное — он был намерен продолжать.       Слушать новую сказку. Видеть новую картинку. Ловить новый оттенок чувств.       — Каким будет мой вечер?       — С арбалетами? Опасным.       — Почему? — он тихо рассмеялся.       — Потому что вероятность выстрела не туда очень велика.       — Давайте попробуем уменьшить вероятность.       — И каким же образом?       — Исключим слабое звено.       — И кого? — она замерла.       — Уберём Непризнанную.       Нимуэ непроизвольно выпрямилась в кресле.       Рано, слишком рано. Они только сдвинулись с мёртвой точки. Фариа только её рассмотрел… Им нельзя сейчас убирать её ни в коем случае. Не сейчас. Она искала выход, просчитывала варианты, просматривала пути. Вспоминая свои ощущения его самого, чтобы понять, что сказать.       Ошибки быть не должно.       У неё всего одна попытка.       Внешне она осталась спокойна. Лишь выпрямившаяся спина давала намёк, что она — против. Лишь яркий блеск глаз, выдавший усиленную работу её мыслей. И он затаился, предчувствуя.       — Мне нужно, чтобы она осталась.       Всё. Она произнесла. Запуская отсчет. Понимая, что реакция — неизбежна. Но она должна хотя бы попытаться. Воздух в комнате мгновенно стал горячим и сухим. В его глазах вспыхнул огонь. И она всей кожей ощутила исходящее от него негодование.       — Нимуэ, Нимуэ… Вы ведёте свою игру на моём поле? — огонь в глазах разгорался.       — Да, но к вам это отношения не имеет, — она не видела смысла врать и изворачиваться. Там — где можно сказать открыто. Там — где слова будут правдой.       — А вы только стали мне нравиться… — негодование переплелось с нотами разочарования, с новой силой проходясь по ней горячей волной.       Нимуэ прямо смотрела ему в глаза, не скрываясь, убирая страх.       — К вам опасно поворачиваться спиной, Нимуэ. Все ангелы одинаковы, — его слова ощутимо резанули по её душе. Его голос изменился. Он утратил все тёплые ноты, приобретая холодность стали и стужу ледников.       — Я никогда не бью в спину, потому что соперник или враг должен видеть, кто его ударил. Я способна на убийство, но не на предательство. И я прошу не за себя. И не играю против вас. Но Непризнанной надо остаться.       — Вы, видимо, плохо себе представляете, с кем имеете дело, Нимуэ.       — Я не…       — Я не закончил, — его голос звучал обманчиво тихо. Превращаясь в дамасскую сталь, закалённую адским огнём.       Она согласно кивнула, понимая, что, скорее всего, живой она отсюда выберется навряд ли.       — Вы вдруг решили, что вправе указать мне кто и когда должен уйти или остаться? Вы вдруг решили, что вам можно вести свою игру на моём поле? Вы вдруг решили, что можете указать мне, что делать? Вы ничего не перепутали, Нимуэ?       Она молчала. Ощущая, как в комнате стало нечем дышать: от горячего воздуха, от его скрытой силы, которую он выпустил лишь слегка, едва касаясь. Она пыталась найти хоть одну причину — изменить свои слова, но понимала, что она поступила бы так снова. Потому что цель — была благой. Потому что они — спасали дорогое им существо. Потому что — само существо сдвинулось с мёртвой точки.       — Нет. Я отдаю себе отчёт в том кто вы, и кем вы являетесь, — уверенный тихий голос, понимая, что молчание чуть затянулось.       — До этого момента, я тоже был уверен, что уж вы-то — точно знаете кто перед вами. Всё так красиво началось. И закончилось таким разочарованием…       Ей показалось, что воздух в кабинете кончился совсем. Ещё одна его фраза — исполосовавшая её душу. Тонко, но так ощутимо больно. И она предприняла последнюю попытку.       — Сделка… — одно уверенное слово, слетевшее с её губ.       Взгляд полыхнул, неожиданно зажигая огонь в камине, от чего она вздрогнула, и вжалась в кресло.       — Сделка? — ей показалось, или в его тоне к разочарованию добавилось презрение…       Она всмотрелась в его лицо.       Нет, не показалось.       Презрение.       — Вы бесстрашная или легкомысленная? Сделка? Уверены? — горячий воздух обжигал гортань, а холод его фраз жёг душу.       «Уверены»…       «Уверена»…       Слово, подхлестнувшее её, как тонкий хлыст. Ненавистное. Удушающе липкое.       — Да. Что нужно мне — вам известно. Чего хотите вы? — она смотрела прямо в полыхающий огонь его глаз. Сейчас или никогда.       — Почему вы так уверены, что я заключу сделку с… вами? — легкая пауза между словами отчётливо дала ей понять, какое слово должно было быть произнесено.       — Я не предаю, и не использую вас. Да, преследую свою цель. Но ни вы, ни ваши интересы, ни ваша сущность от этого не страдают.       — Объясните?       — Нет.       — И всё-таки — легкомысленная…       В кабинете повисла тишина, прерываемая треском пламени камина. Ей казалось, что она смутно видит, как движется воздух в комнате, словно марево, перекатываясь вокруг Сатаны. Он изучал её. Он мог прямо сейчас уничтожить её. Сломать. Заставить её говорить. Но медлил. Словно отказываясь принимать — действительность. Желая — не слышать её фразы. Несколько раз прокручивая в голове её ответы, накладывая на них все её действия. Сравнивая. Вычленяя главное. И, наконец, принимая решение.       — Итак, сделка… Я оставляю Непризнанную, а вы… — он откинулся в кресле, вскидывая руку, потирая подушечки пальцев. — Вы — приносите мне золотой амулет своего отца. Его суть.       — Лишить его того, что делает его — им? — её глаза распахнулись, принимая и осознавая сказанное.       — Да. Амулет против серых крыльев. Один раз вы уже это сделали. Второй — будет не таким сложным…       Презрение и точные рассчитанные удары.       Он умело обращал её же слова против неё. Неудовлетворенность от своих действий по отношению к отцу в их первую встречу, он щедро приправил пылью предательства сейчас.       Он умел заключать сделки.       Он — был их творцом.       Сделки — основа его мироздания.       И с чего она решила, что с ней будет иначе? Легкомысленная… Он был прав. Он давал возможность выбора… Однако, чтобы она не выбрала, всё было — предательством. И на чаше весов сейчас качались два существа: демон против ангела. Вики против Авалона.       Кого из них ранить?       Этого вопроса даже не стояло.       Выбор был предопределён.       — Мы, видимо, не поняли друг друга. Я говорила о возможности убийства, но не о предательстве. Даже по отношению к отцу. Чтобы он не сделал лично мне, я дала слово. Я не буду трогать ни его, ни его амулет. Я не вправе ни указывать вам, ни просить. Но я вправе не соглашаться на предложенную сделку. Непризнанная покинет ваш конкурс.       Самаэль замер, останавливая движение пальцев, недоверчиво окидывая её взглядом. Она признала поражение, но смогла принять его, не падая ниц, оставаясь стоять, прямо глядя в его глаза. Он видел, как ей тяжело дышать маревом Ада, который он выпустил намеренно, словно пытаясь запугать, сломить, лишить уверенности. Но она держалась. И это его удивляло и злило одновременно.       — Я прошу меня извинить, ангелам сложно существовать в Адском пекле. Это сродни пытке...       И она покинула его кабинет. Опять — без его разрешения. Опять — заставляя искать в её поступках то, что было скрыто. Отчётливо давая ему понять, что он видит не всю картину…

~♡~

      Вики легко впорхнула в дом, мурлыкая себе что-то под нос, собираясь просто присесть на диванах, помечтать, подумать и подождать прихода Нимуэ. Однако, ангел уже была здесь. Она сидела, вдавившись в край одного из диванов, глядя в бокал, на дне которого кружил водоворот голубой жидкости. Вики подошла и аккуратно примостилась рядом, пытаясь понять, чем вызван глифт в одиннадцать утра.       — Ты рано сегодня, — Вики замерла, ожидая, когда Нимуэ скажет всё сама.       Нимуэ перевела взгляд на неё, потерла переносицу и глухо произнесла:       — Нам надо поговорить…       — Нимуэ, если ты о вечере, то… — Вики осеклась, увидев вскинутую руку, и вновь потертую переносицу.       — Нет, забудь про вчера, — Нимуэ сделала глоток. — Есть проблема посерьёзнее. Непризнанная.       — Да, слушай, я ж не рассказала… — рука вскинулась опять, заставляя демоницу снова умолкнуть.       — Габи больше не участвует в конкурсе…       Вики замерла. Наблюдая, как её «хрустальный дом» рассыпался на мелкие осколки на полу дома, принадлежащего Сатане.       — Я знаю, что я обещала. И я приложила все усилия. Все. Дошла до сделки, — Нимуэ допила глифт.       — До сделки? Ты сошла с ума? С ним? Нимуэ…       — Да, дошла.       — Что он запросил?       — Амулет моего отца…       — Адское пекло… — Нимуэ могла больше ничего не говорить. Вики знала чем всё окончилось. Каким бы холодным, расчетливым и властным не был её отец, дав ему обещание, пожертвовав матерью, Нимуэ не предала бы его даже под страхом смерти. Она — была человеком слова. И хотя обещание, данное личной ей, было нарушено, Вики отлично понимала, что цена и чаши весов были не равнозначны. Серые крылья и один демон не перевешивали чашу золотокрылого серафима. Тем более его амулета. То — без чего его самого не существует. То — что позволит уничтожить его одним щелчком пальцев.       — Нимуэ…       — Мне жаль, Вики… очень жаль…       — Брось, мы что-нибудь придумаем… Может удастся скрыть хотя бы ещё на одно задание то, что её отстранили…       — Думаешь, стоит?       — Да, я видела воспоминания. Он меняется и его ладан её уже не душит…       — Ладан? Зачем он вскрыл печать?       — А он и не вскрывал… Это то, что я не успела рассказать…       — А вот здесь по подробнее… — Нимуэ повернулась корпусом к Вики, отставляя бокал.       — Она — врачеватель душ…       — Святые Небеса… Она? Не может быть…       — Может…       Нимуэ собиралась задать очередной вопрос, но их отвлекли шаги. Развернувшись, Нимуэ увидела Советника Рондента. Заметив в его руках конверт, она судорожно сглотнула и поднялась. Понимая, что в конверте, скорее всего, — её личный приговор.       — Вы так стремительно сегодня покинули кабинет, Нимуэ, что забыли свой конверт.       Нимуэ протянула руку, наблюдая, как предательски дрогнули пальцы. Бумага легла в ладонь, вторая — резко вскрыла сургуч. На листе был список ангелов. Восемь существ. Те, кто посетит следующий этап. Включая — имя Непризнанной, написанное чуть иным почерком, слегка меняя наклон букв. Нимуэ тряхнула головой.       — Что там, Нимуэ, — Вики встала у плеча ангела.       — Я… Я не понимаю… — Нимуэ вскинула взгляд на Советника, но тот лишь развёл руками, давая понять, что содержимое письма ему неизвестно. Нимуэ показала письмо Уокер, вводя ту в лёгкий ступор.       — Я не понимаю, я отказалась от сделки. Её не должно здесь быть.       — Видимо, он посчитал иначе. Видимо — сделка состоялась, — голос Вики зазвучал глухо, а лицо стало бледнее обычного.       — Нет, так дело не пойдет, — и Нимуэ сделала шаг к выходу.       Однако рука Советника тут же коснулась её плеча, останавливая, не давая двинуться к цели.       — Владыка предвидел, что вы соберётесь посетить его ещё раз. Но на сегодня его время для вас — исчерпано. Сегодня — вас больше не ждут. Ваше время завтра — с десяти утра до половины одиннадцатого. Все свои вопросы вы сможете задать там. День Владыки расписан. Поэтому не опаздывайте и не теряйте время во время аудиенции завтра.       Советник кивнул, и покинул дом, так же быстро, как и вошёл. Нимуэ осела на пол с письмом в руке. Время исчерпано? Полчаса завтра? Время расписано? Да их беседы едва укладывались в пару часов. Он тратил на них время — с удовольствием. Она всегда это чувствовала. Он никуда не торопился. Он готов был говорить столько, сколько позволяла она. Всегда первая сворачивая разговор и прощаясь. Что, чёрт возьми, происходит? Что она натворила?       — И что это значит? — Вики опустилась на пол рядом с Нимуэ.       — Я допустила ошибку…       — Ты сможешь переиграть?       — Не уверена…       — Я могу помочь?       — Нет, сейчас мы ничего не можем сделать…       — И всё же?       — Всё, что мы можем сделать, — дождаться завтра. А ещё передать Фариа, что заданием будет стрельба из арбалета, чтобы Габи не теряла время.       Вики кивнула. Немного подумала, а потом резко поднялась. Поднимая с пола и ангела, с пустым взглядом серых глаз.       — Хватит. Пошли, нам надо о многом поговорить.       — Куда?       — Сегодня мы идем ко мне. Нам нужен глифт, мозговой штурм и Люцифер.       — Думаешь — это поможет?       — Лучше Люцифера — его никто не знает. Поэтому, да. Поможет. Пошли.       И они покинули Собор, призывая водоворот, направляясь домой к Уокер.