Сердце демона

      Люцифер с удивлением осмотрел пустующую залу Собора. Уокер задерживалась, хотя они договорились, что с утра устроят свою любимую забаву — мозговой штурм. Через пару недель их ждёт последний экзамен. Мысленно выругавшись, Люцифер не глядя кинул книги на стоящий к нему спинкой диван, намереваясь налить себе чего-нибудь из тайных запасов в Соборе.       — Какого чёрта!       Люцифер обернулся на звук, подходя ближе и заглядывая за спинку.       — Нимуэ! А ты почему здесь?       Ангел поднялась с дивана, недовольно убирая книги со своего тела на стоящий рядом стол.       — Лежу я здесь, не видно что ли?       — А чего ты тут валяешься, если тебе надо быть в кабинете отца? — Люцифер вальяжно развалился рядом на диване.       — Обойдётся, — Нимуэ устало потерла лицо.       — Кто вчера победил в «сражении»?       — Мог бы не спрашивать…       — Поделишься, почему ты злишься?       — Я не злюсь.       — Заметно. Ну, так чем всё закончилось?       — Твой распрекрасный отец выдал новое задание на следующий этап. Поцелуй. Страшно подумать, что меня ждет на десятом этапе.       — А чего тут думать, — хохотнул Люцифер. — Тебя ждет оргия.       — Оргия? — Нимуэ с недоверием посмотрела на Люцифера. — Шутишь?       — Нет. Всё логично — мы говорили об этом ещё в начале. Всё всегда заканчивается оргией. Так что, готовься, Снежная Королева, — Люцифер широко улыбнулся.       — Знаешь что, Люцифер, шёл бы ты… На оргию… И отца своего прихвати… — Нимуэ опять откинулась на диван, устраивая голову на подлокотнике. — Оргия… Я вам что, цирковая собачка?       — Нет, ты — наша Королева.       — Заткнись, Люцифер, — Нимуэ пнула демона носком ноги по коленке. — Надеюсь, ты шутишь.       Вики тихонько подкрадывалась к Люциферу, собираясь взъерошить ему волосы, но, заметив краем глаза лежащего на диване ангела, она замерла.       — А ты что здесь делаешь? Почему не у Сатаны? — Уокер обошла диван и подвинув Люцифера уселась рядом, бесцеремонно сбрасывая ноги ангела на пол.       — Лежу я здесь, — недовольно буркнула Нимуэ и всё же села.       — Ну, и по какому поводу у нас тут «возлежание средь святых могил»? — Вики повернулась к Люциферу.       — Она обдумывает план оргии.       — План чего? — Вики повернулась к ангелу. — Ничего себе стремительное развитие романа, со свидания сразу на оргию. А твой отец времени не теряет, Люцифер.       Нимуэ вскочила на ноги, оглядывая двух улыбающихся демонов. Хотя ей самой было явно не до смеха.       — Да угомонись ты уже, Люцифер. Ничего такого я не обдумываю. Но раз вам так весело, ну-ка расскажите-ка мне, когда вы, два мелких гаденыша, обо всём догадались? — Нимуэ подняла руку и указательным пальцем обвела силуэты друзей.       — О чём догадались? — Люцифер посмотрел на подругу.       — Ой, вот только не надо, Люцифер. Не надо. Ты! Ты точно знал! Второй отец — такой же хитрый интриган. А ты? — она указала на Уокер. — Тоже мне подруга! Вы оба знали — и молчали. Хотя нет. Вы — не молчали, вы веселились за моей спиной.       — О чём она говорит? — спросила Уокер, повернувшись к Люциферу.       — Видимо, о моём отце и его интересе.       — Аааа, — протянула Уокер и кивнула. — Так в чём суть претензии, Нимуэ?       — Я спрашиваю, почему вы мне ничего не сказали?       — Да потому что нечего было говорить, — Уокер развела руками. — И даже сейчас, что, есть предмет для обсуждения? Его поведение вышло за рамки? Тебе сделали «интересное» предложение?       — Нет, — ответила Нимуэ и сложила руки на груди.       — Тогда не вижу причин для паники. Вот когда он сделает нечто подобное, вот тогда будем паниковать, рыдать и придумывать план отступления. А пока — все его намёки это всего лишь намёки. Он — Дьявол, это его суть. Скажи ей, Люцифер, — Уокер ткнула локтем демона.       — Ну, я, в общем-то, согласен с Уокер. Пока это всё на уровне — одна гадалка сказала. Ты бы лучше подумала о другом. Ты не пошла сегодня на встречу. Думаешь, он тебя по голове за такое погладит?       — Ничего, переживет одно утро без меня!       Нимуэ, вскинув подбородок, направилась к полкам с запасами.       — Уокер, какого чёрта ты творишь? — тихо зашипел Люцифер. — Чего ты ей сейчас тут наплела?       — А ты хочешь, чтобы она сейчас впала в панику от «возможного» интереса и начала делать ошибки? Она уже не пошла на встречу. Видимо вчера твой отец — прекрасно отыграл партию.       — Так зачем…       — Затем! Сделка — есть сделка. Ты знаешь это не хуже меня. А если она попытается избежать, всё обернется не так радужно, как видится сейчас. Сейчас — ну подарит она ему поцелуй на волне его интереса, ну и всё, конец сделке. А если она занервничает и сбежит?       — После твоих слов она точно сбежит.       — Ничего подобного. Мы её сейчас взбодрим, и она будет молодцом. Красиво всё закончит и нам не надо будет собирать прощальную вечеринку.       — Возможно ты и права… — Люцифер посмотрел на Нимуэ.       — Я всё вижу! Уокер, иди сюда, нагрей воду и расскажи, о чём вы там шепчетесь…       — Ни о чём, — Уокер медленно поднималась. — Обсуждаем следующий этап… — Вики кинула вопросительный взгляд на Люцифера.       — Поцелуй, — тихо шепнул он.       — Так что, правда, что он решил запросить поцелуй? — Уокер подошла к ангелу, и, накрыв руками чайник с водой, внимательно посмотрела на Нимуэ.       — Да. Хочет целоваться с ангелами.       — Молодец. И как он это себе представляет? — Уокер «честными и преданными» глазами посмотрела на Нимуэ.       — Он — никак. Представлять должна я. Но…       — Но ты — не можешь…       — Не могу.       — Ну, сейчас заварим кофе и решим, делов-то. Можно было и не умирать на диване, прячась от Сатаны.       — Я не пряталась.       — А что ты делала? — спросил Люцифер, подходя к подругам.       — Дело в том, что обычно он говорит «До завтра», и это значит, что на следующий день в десять он ждёт меня в кабинете. Но вчера он ничего не сказал. Ну, и я почти дошла до двери его кабинета, немного подумала, и… В общем…       — Ну, примерно понятно, — Люцифер кивнул, доставая чашки. — Ну, я думаю, ты в курсе, что если он тебя ждал, то он тебя точно почувствовал. Так что если что, придётся придумать тебе стопроцентное алиби.       — Например?       — Скажу ему, что я забрал тебя спасать Уокер.       — От чего это ты меня решил спасти, Люцифер?       — От гнева Мамона, который узнал, что мы решили подарить Мими щенка…       — Вы дарите Мими щенка? Всё-таки щенка? А вы его уже смотрели? — Нимуэ мгновенно переключилась с Сатаны на щенков. — А почему меня не позвали, вы же обещали!       — Нет, мы ещё не смотрели. Потому что кое-кто, не будем указывать на неё пером, не пришла на встречу. Кстати, почему?       — Не ваше дело, — сказала Вики и слегка покраснела, вспоминая, чем тогда закончился её день.       — Уокер… Да ладно… — Люцифер и Нимуэ синхронно закатили глаза. — Вы как два дня вместе, ей богу…       — Вот когда заведёте себе своих «Геральдов», я посмотрю на вас. Как вы будете приходить на обещанные встречи, и вообще… — Уокер взяла в руки одну из чашек и направилась к диванам.       Люцифер и Нимуэ переглянулись, ещё раз закатили глаза, состроив рожицу, и последовали за Вики.

~♡~

      Габи упустила нить его мысли. Потому что в какой-то момент просто позволила себе отвлечься от звуков его голоса, и просто разрешила себе им любоваться. Потому что когда он говорил о том, что было интересно ему самому, его лицо и он сам неуловимо менялись. Его взгляд тлел тёплым огнём, он невольно чуть сильнее расправлял плечи, и ей даже казалось, что морщинки вокруг его глаз становились менее заметными. И ей очень хотелось прикоснуться. Пусть даже мысленно. Очень аккуратно, едва уловимо.       Фариа остановился, глядя прямо на неё. Замечая блеск её глаз. Ощущая, как сладкое вино с терпкой корицей, кружат вокруг него. Не подходя, но достаточно близко. Почти рядом. Почти касаясь. Он сложил руки на груди и, склонив голову набок, внимательно на неё посмотрел. Определённо, она — чувствовала. Переживала все эти эмоции внутри себя. И его в который раз поразило, что внутри этого существа теплится чувство именно к нему. Не совсем понимая почему и как зародились эти эмоции, он точно знал, что они ему — приятны. Они не отталкивают его, скорее наоборот. И обращая взгляд вглубь себя, он с удивлением замечал, что внутри него собирает само себя из пепла воспоминаний — похожее чувство. Он прислушивался, пытаясь понять, чего именно хочет он сам. Пытаясь не спугнуть. Дать возможность всё же подняться из пепла…       — Вы совершенно меня не слушаете…       — Простите, — она смутилась и опустила взгляд на свои руки и перо, которым она делала пометки с его слов.       — В любом случае, на сегодня это всё.       — Так рано? Но…       — Сегодня — важный день для Ада. Поэтому, мы закончим раньше. Продолжим завтра.       — Но завтра я не могу…       Фариа удивленно поднял бровь. А Габи прикусила себе щеку. Потому что чуть не сказала больше, чем было нужно. Завтра она должна была встретиться с Катрионой и Вики. Чтобы поставить барьер. Барьер, который на первое время защитит её от непроизвольного поглощения чужой боли. Пока она не научится контролировать свою силу и управлять ей. Но Фариа об этом знать пока не стоило. И ей нужен был правдоподобный предлог для отсутствия.       — Завтра в Соборе Нимуэ собирает всех, кто участвует в конкурсе…       — Конкурс, — демон кивнул. С удивлением ощущая, что сейчас это слово опять неприятно ему до оскомины в зубах. И опять из-за Непризнанной. Но уже по иному поводу. И с иными эмоциями. — Хорошо. Но думаю, что Нимуэ вас надолго не задержит.       — Я обязательно завтра приду, как только освобожусь.       Габи поднялась, закрывая свой блокнот, возвращая на место перо, взятое со стола Геральда. Замерев на долю секунды напротив Фариа, она посмотрела в тлеющий огонь его глаз, и тихо произнесла:       — Тогда — до завтра, Фариа.       Ему нравилось, как звучало его имя в её исполнении. Как она произносила его, чуть замирая в разговоре перед этим. Как его тёмная душа отзывалась на её голос. Стоит ли разрешить ей подойти ближе? Готов ли он позволить ей коснуться себя? И хочет ли он сам, чтобы это произошло?       — Идите…       И Габи тихо покинула кабинет, унося с собой сладость так долго предвкушаемого момента, которому не суждено было произойти.

~♡~

      Он привычным жестом плеснул в бокал коньяк, из бутылки с полки камина. Расстегнув пиджак — откинулся на спинку дивана.       Сегодня был особенный день для Ада. День Торжества. Тысячи лет назад, Самаэль выбрал это место, назвав его — домом. Для него самого и для его первых демонов. После первой кровопролитной схватки, после разрушенного первого города Ангелов и Демонов. После подведённой черты, что навсегда разделила чёрное и белое. Запретив демонам жить рядом с Ангелами. Потом была не одна война. Не одно сражение. Но однажды, глядя в звёздное небо, Актон понял, что все звёзды и все иные планеты расположились точно также как в тот первый день. И предложил выпить глифта, за рождение Ада. И они все, сидя у полыхающего огня, поддержали его предложение.       Прошли годы… Небесные светила сделали круг и вернулись опять на свои места… И Актон снова напомнил… Через века это вошло в привычку. Но первые их празднования рождения Ада напоминали, скорее, военные советы. Где обсуждалась стратегия, строились планы. Века шли… Войн становилось меньше… И Главный Распорядитель закрепил этот обычай, возведя его в ранг Торжества. Здесь же впервые был исполнен созданный Бегемотом Церемониальный вальс.       Мирное время наложило на праздник свой отпечаток. Теперь это уже не был совет. Это было торжественное мероприятие. С обязательным вальсом. С красивыми сюрпризами. Лишь одно оставалось неизменным. Присутствовали лишь первые. Сатана и восемь его высших демонов. И шестьдесят четыре высоких демона, следующие за первыми. Те, кто выжил. Те, кто еще не ушел в Небытие. Те, кто помнил то время, когда это всё начиналось.       В последние несколько раз на Торжество приглашали выбранных двадцать демонов. Без привязки к сословиям и положению. Просто давая возможность прикоснуться к моменту Торжества. И Самаэль планировал позволить делать это и дальше. Давая таким образом хоть раз побывать на Торжестве всем.       И сейчас он пришёл в свой кабинет забрать отличительный знак. Придуманный когда-то Раумом. Красивая звезда, заключавшая в себе луну и звёзды. Как символ ночи, как символ Тьмы, как символ самого Ада. Звезда Ада на лацкане — это было обязательно. Так же как и три тура вальса. Так же как и красивые одежды. Напоминавшее им всем, что когда-то, тысячи лет назад, их поставили на колени, изгнав с поверхности. Но они выжили, выстояли, и вернули себе всё, что было утеряно. Это был особенный момент для него самого. Потому что каждый раз, оглядываясь назад, он видел весь свой долгий тернистый путь. От простого клочка земли между горами у водопада из лавы, до огромного мира, что скрывался в тени под этими необъятными Небесами.       Он допил коньяк, оставляя бокал на столе. Подошёл к комоду, извлекая небольшую коробку, хранящую его звезду. И собираясь уходить, Самаэль бросил беглый взгляд на поляну у Собора. Замечая хрупкую дочь Мамона, которая ощерив крылья, уверенным шагом направлялась к дверям его дома. Судя по всему, дав Нимуэ разрешение на использование особняка, он развязал им руки. И теперь это молодое поколение без зазрения совести использовало его особняк для своих дел и целей. Он усмехнулся.       Что ж, посмотрим, чем вы тут все заняты…       И Самаэль бесшумно вышел в коридор, спускаясь по ступенькам, останавливаясь перед проёмом двери, ведущей из чёрной гостиной в центральную залу.       Мими громко хлопнула дверью, заходя в особняк, заставляя Самаэля слегка поморщиться, не замечая его и не улавливая. Потому что она — злилась. На Уокер. И на её беспечное отношение.       — Уокер! — голос Мими зазвенел под высоким потолком, заставляя вздрогнуть всех, кто присутствовал в зале.       — Мими! — Уокер вскинула на демоницу свои синие глаза, с удивлением разглядывая топорщившиеся крылья.       — Какого чёрта ты делаешь здесь, Уокер? Если я жду тебя совершенно в другом месте?       — И зачем ты ждёшь меня в другом месте?       — Вики, ты что, совсем ничего не запоминаешь?       — Да в чём дело? — Вики пожала плечами и развела руки в стороны.       — Что происходит? — тихо спросила Нимуэ, наклонившись к Люциферу.       — Сейчас узнаем, — так же тихо ответил демон.       — Дело в том, что через несколько часов Торжество. А ты — похожа на пугало.       — Мими! До Торжества еще пять часов! Не понимаю твоего волнения.       — Ещё пять?! Уже — пять! Уже! Вики, это твоё первое Торжество! Ты хоть понимаешь, какая это честь? Твой демон — один из восьми, один из первых. Он… Да он может круче, чем мой отец… И ты просто так сидишь и говоришь, что ещё пять часов? Ты должна выглядеть — как икона, на которую должна молиться половина Ада. А чтобы превратить тебя в икону, мне мало пяти часов!       — Мими, ты по-моему слегка преувеличила… — тихо произнесла Уокер.       — Отнюдь, — вступил в разговор Люцифер. — Мими права. Это твоё первое Торжество. Твой первый выход в Большую Лигу. Да местные акулы тебя сожрут с потрохами, если что-то будет не так.       — Вот! — Мими махнула в сторону Люцифера. — Не хочешь слушать меня — послушай его.       — Тогда я не понимаю, что ты тут с нами до сих пор делаешь, Люцифер, — Вики предприняла последнюю попытку защититься. — Ты же, видимо, тоже должен выглядеть как мечта?       — Вики, радость моя, если ты не заметила, то я всегда выгляжу как мечта.       Нимуэ расхохоталась. Уокер закатила глаза. Мими прыснула в кулак.       Слушавший их Самаэль щелкнул языком, оценивая браваду сына, и ловя себя на мысли, что он давно не слышал смех Нимуэ. С ними — она была иной. Такой, какой он увидел её в первые минуты там, на завтраке в Италии. С ним — она закрывалась. С ними — была собой. И его немного коробило, что она была вынуждена отстранятся от него, закрываясь в своей броне. Потому что — с ним всё было иначе.       — Хвала Шепфе, что мне никуда идти не надо, ни на какое Торжество, — Нимуэ улыбнулась, глядя на демонов.       — Везет тебе, подлый ты ангел, — Вики с сожалением посмотрела на Нимуэ. — Спаси меня от этой фурии!       — Нет-нет-нет! Торжество — ваше. Праздник — ваш. Поэтому крылья в руки — и выметайтесь все отсюда к чёртовой бабушке.       — Нимуэ, тоже мне подруга! — Вики поднялась.       — Уокер, отдайся Мими, разреши ей сделать с тобой всё и даже больше, и сделай так, чтобы Геральд сам себе сто раз позавидовал на этом вашем Торжестве. Завтра покажешь мне воспоминания. Чтобы я тоже умерла от зависти. Всё, давайте, выметайтесь. А я пойду спокойно отдыхать. На сегодня хватит с меня демонов, разговоров и Торжеств.       Самаэль усмехнулся. Он отчётливо почувствовал её утром. Но она так и не решилась войти. И он знал почему. Она — сомневалась. Их «кодовая» фраза не была произнесена. И ему было интересно, как она себя поведёт. И она пришла. Но войти так и не решилась. Ему было немного жаль, что ей не хватило смелости. Она — спряталась. От него в его же доме. И сейчас так откровенно радовалась, что ей не надо никуда идти. Его маленькая месть за слегка подпорченное утро родилась моментально. Он усмехнулся и покинул Собор.       Мими наконец-таки завладела Уокер и потащила её на выход. Люцифер забрал свои книги и блокноты Вики, и посмотрел на Нимуэ.       — Не бойся ты его, Нимуэ. И про оргию я не серьёзно. Не думаю, что он заставит тебя устраивать ему подобное. Просто он хотел намекнуть на сделку, вот и намекнул.       — Да я понимаю. Просто мне не по себе. Я уже не понимаю, где игра, а где настоящее. А может настоящего и нет. А может это всё не игра… Как узнать?       — Почувствовать… Иного варианта нет. Но с ним — даже это не даст полной гарантии. В любом случае, не пропускай завтрашнюю встречу.       — Хорошо. Удачного вечера тебе, Мечта Ада.       — Приятного отдыха, Снежная Королева.       И они разошлись. У каждого были свои дела и свои планы.       Но стоило Нимуэ оказаться дома, как в дверь постучали.       И посыльный передал ей коробку.       И конверт.       Где было всего несколько строк.

«Я жду. Подумайте обо мне».

~♡~

      Широкая лестница из чёрного мрамора, ведущая к огромным дверям из тёмного палисандра, молчаливо приглашала подняться. Нимуэ сделала первый шаг. Робко и неуверенно. Сомневаясь, что её выбор — правильный.       В коробке её ждало платье, уже знакомое ей колье-ошейник и плотный конверт с приглашением на главное Торжество Ада. Он — пригласил. В своей манере. Безапелляционно. Не оставив ей никаких путей для отступления, предоставив даже наряд. Но первой мыслью было отказаться. Не думая. Сделав вид, что она не получала. Она бросила коробку в угол дивана, примостившись на другой его конец. Гипнотизируя коробку взглядом. Пытаясь понять, что она чувствует.       Цепляясь мыслями за его слова «подумайте обо мне». Она понимала, что слова относятся к водовороту. Так легче всего найти нужное место. Думая о существе, которое ждёт тебя там. И всё же…       «Подумайте обо мне».       Она думала. Весь день. С самого утра. Над его словами. Над его действиями. Перебирая в памяти все моменты, что она провела с ним. И погружаясь в пучину своих воспоминаний, она всё больше убеждалась, что он стоил того, чтобы о нём думать. И если допустить — всего на несколько мгновений — что его интерес это не игра… Её сердце начинало биться чуть чаще. А холодные пальцы — становились теплее. Как его ладонь. Что коснулась её щеки.       Но нет. Нельзя. Ей нельзя даже думать об этом. Потому что это путь — в никуда. Это всё — заранее обречено. Невозможно. Пусть даже и так маняще, так трепетно зовуще… Да, она помнит кто он, да, она понимает, что именно хотел сказать ей Фариа… Но — они из разных миров. Ей нельзя.       Но… Она слушала рассказы и Вики, и Мими, затаив дыхание. На Небесах ничего подобного не существовало. Был только ежегодный Рождественский ужин. Крайне скучное мероприятие. Где очень много слов благодарности и так мало развлечений. И она хотела бы увидеть Торжество своими глазами. Окунуться в этот мир красоты и веселья, ощутить самой, как живут в Аду.       Но ей нельзя. И она не пойдёт.       «Тебе сделали конкретное предложение? Нет? Тогда это всего лишь намёки».       А если это всего лишь намёки и просто игра, то почему бы и не сыграть, принимая предложение. Заодно и проверить, как поведет себя он. Он пригласил. Она согласилась. Дальше — его ход? Или её? А каковы вообще правила их игры?       Два раза спихнув коробку на пол, подняв её снова, спустя два часа борьбы с самой собой, Нимуэ всё же приняла приглашение. Думая о нём в водовороте, который аккуратно опустил её у подножия мраморной лестницы.       Стоящие у двери демоны без слов распахнули огромные двери. Нимуэ сделала первый шаг, и тут же поняла, что она допустила ошибку. Не стоило сюда приходить. Потому что среди всего этого великолепия, среди блеска камней, огней свечей и разноцветия тканей, она была — белой вороной, в стае чернокрылых воронов. Которые все, словно по команде, обратили свой взор на двери, стоило ей только войти. Но уходить было уже поздно. Она вошла. И сцепив зубы, Нимуэ гордо вскинула подбородок.       — Вы будете украшением этого вечера!       Стоящий у дверей Главный Распорядитель театрально приложил руки к своим ключицам, выражая ей свое молчаливое восхищение. Слегка поклонившись ей, Бегемот тут же предложил Нимуэ руку.       — Никаких отказов. Вы сидите за моим столом.       И он уверенно повел её между многочисленными круглыми столами, петляя и обходя демонов, которые молча расходились в стороны, провожая взглядом Бегемота и её белые крылья. Определённо, судьба была благосклонна. За столом Бегемота были те, кто ей был нужен. Адмирон Винчесто и Катриона, Геральд и Вики, Раум и сам Бегемот. И два пустующих стула.       — Я думаю, никто не против, — произнес Бегемот.       — Принцесса! Вы главное украшение вечера, — Раум склонился в лёгком поклоне, беря её за руку и легко касаясь губами её пальцев.       — Нимуэ! — Вики обняла ангела, заставляя ту опуститься на стул рядом с ней. — Каким образом?       — Официальное приглашение, — Нимуэ выдохнула и, оглядевшись, кивнула Катрионе, получая такой же вежливый кивок в ответ.       — Нимуэ, ну, это прекрасно, — Геральд внимательно посмотрел на ангела. — Ты всё увидишь своими глазами. Это стоило того, чтобы прийти.       Следующие несколько минут Нимуэ провела отвечая на вопросы Раума и Бегемота, знакомясь с Адмироном, и лишь потом она огляделась, пытаясь охватить взглядом весь зал. Круглые столы были расставлены по периметру огромного зала. Высокие потолки, чаши с огнём, которые удерживали на своих крыльях статуи демонов. Кованые многоярусные люстры с огромным количеством свечей. Пустой центр зала, освобожденный для танца. У самой дальней стены она заметила отблески труб и ярусные клавиатуры органа. Рядом — небольшой оркестр. Их стол был почти посередине, и напротив них, через пустое пространство — один единственный длинный прямоугольный стол на четыре персоны. Две из которых сидели в центре. Незнакомый ей демон, от взгляда которого она непроизвольно поёжилась. И сам Владыка. Смотрящий совершенно в другую сторону.       Что ж… Этого следовало ожидать. Он — хозяин этого мира. Это праздник в его честь. И кто она такая, чтобы он сейчас позволил себе уделить ей своё внимание. Никто. Ангел, недостойный даже взгляда. В то время, как внимание всего зала приковано к цвету её крыльев. Она ухмыльнулась. Игра началась. Она уже здесь. Рядом Вики и Геральд. Рядом — те, кого она хотя бы знает. Она посмотрит торжественную часть — и тихо выскользнет из этого зала. Она шла сюда за ответами. Она их получит.       Твой ход, Самаэль.       И Нимуэ приняла из рук Бегемота бокал.       — Признаться, я сильно переживал, зачем Владыке мои топазы. Но видя их сейчас на вас… Нимуэ, я вам уже говорил — вы в них прекрасны. И этот «ошейник» как вы выразились, совсем не принижает вас. Он — делает вас предметом зависти, — Бегемот окинул взглядом зал.       — Бегемот, меньше всего я хотела бы когда-нибудь стать предметом. Или объектом. Или ещё чем-то в том же духе.       — А кем бы вы хотели стать?       — Я хочу остаться самой собой, — сказала Нимуэ, делая глоток.       — Всё будет зависеть лишь от вас, моя дорогая. В любом случае — вы первый ангел, кто удостоился чести оказаться на Торжестве. А это — не мало.       В зале стоял легкий гул голосов, который почти заглушал негромкую музыку. Через какое-то время, Нимуэ смогла отрешиться от того, что на неё смотрят. Удивленно. Снисходительно. Раздраженно. С неприязнью. С недоумением. Она — отрешилась. Рассматривая Уокер, над которой поколдовала Мими, превращая её в сказочную красавицу: с высокой прической, с горящими синим огнём глазами, в потрясающе красивом тёмно-синем платье. И судя по горящим глазам Геральда — он завидовал. Сам себе.       Здесь было красиво. Прежде всего — от количества красивых существ. От строгих фраков, белых рубашек, сверкающих запонок. От вечерних платьев, скрывающих то что нужно, и шуршащих длинными юбками, от переливающихся камней, украшавших шеи и уши. В воздухе витала торжественность и значимость момента.       На лацканах светились знаки отличия.       Винчесто что-то говорил на ухо Катрионе, которая в тёмно-зелёном бархатном платье выглядела Королевой вечера. Она смотрела на Адмирона тёплым взглядом, улыбаясь едва уловимой улыбкой.       Никто не ждал какого-то знака или сигнала. Официанты бесшумно скользили. Демоны перемещались между столами. Беседовали, наслаждались закусками и изысканными напитками. За столом Владыки всё время менялись присутствующие. За исключением неизвестного ей демона. Нимуэ наклонилась к Уокер, собираясь спросить кто это, как вдруг её плеча коснулась чья-то рука.       — Каждая наша встреча заставляет меня восхищаться вами всё больше и больше, — знакомый голос, выдававший улыбку, и тёплый взгляд серых глаз.       — Почему, Барсафаэль? — Нимуэ тепло улыбнулась ему в ответ.       — Потому что, я восхищен тем, как вы научились владеть собой, своими эмоциями и своей жизнью.       — Следите, чтобы я не напортачила?       — Слежу, чтобы вы стали той, кто вы есть.       — Зачем вам это? — она склонила голову набок.       — Хочу знать, что мои усилия не прошли даром. А может в тайне надеюсь, что вы восхищаетесь мной.       — Барсафаэль, — Нимуэ тихо рассмеялась. — Я восхищаюсь вами.       — Но, — он наклонился к её уху, — не так как мне бы хотелось.       — У меня — белые крылья, вы помните об этом маленьком различии?       — Это всего лишь цвет. Главное — кто вы внутри. А я точно знаю — кто вы, Нимуэ.       И улыбнувшись ей, Барсафаэль отправился к другому столу.       — Я смотрю, ты прямо отлично выспалась, Снежная Королева.       — О, а вот и Мечта Ада.       — Даже не спрашиваю, какими судьбами.       — Не спрашивай. Лучше скажи, а кто сидит рядом с твоим отцом? — Нимуэ сделала глоток игристого.       — Вон тот, мрачный? — Люцифер едва уловимо кивнул в сторону отца.       — Угу, — Нимуэ смотрела на Люцифера, не поворачивая голову к столу Самаэля.       — Азазель, — шепнул Люцифер, наклонившись к ней, и пристально глядя на отца, замечая и его взгляд, и характерное вращение кольца.       — Тот самый? — Нимуэ раскрыла глаза.       — Он самый, — Люцифер отвлёкся от ангела, отвечая на вопрос Катрионы. Замечая едва уловимый знак от отца.       Люцифер поднялся и слегка тронул Адмирона за плечо. Винчесто встал, быстро оставил легкий поцелуй на плече Катрионы и направился к органу. Демоны расселись по местам, в центр зала вышел уже знакомый Нимуэ демон. Мгновенно потух огонь в чашах и в свечах. И в полной тишине, в темноте, раздались первые звуки мелодии…       По залу разлилась Токката Баха. Заставляя испытывать трепет от мощного глубокого звука, от красивых нот, заполняя собой всё пространство. И Темнота озарилась вспышкой. Актон воссоздавал иллюзию звёздного неба. Заставляя всех присутствующих поверить в то, что звёзды реальны. И они — вокруг них. К звёздам добавились планеты. Под потолком замерцал Млечный путь. Из одного угла в другой пролетела комета…       Нимуэ заворожённо смотрела на иллюзию звёздного неба.       Самаэль заметил её сразу же. Едва она вошла. Он заметил всё: и его платье, и камни Бегемота, и её страх, который непроизвольно отразился в её глазах. И его рука уже потянулась к пуговицам фрака, пытаясь их застегнуть, чтобы встретить её… Но он остался сидеть на месте. Понимая, что его маленькая месть может иметь определённые последствия. И он остался сидеть. Наблюдая. Оценивая. Внутренне соглашаясь со словами сына об акулах, он хотел знать — а выживет ли она? Сможет ли она выстоять, не прибегая к его покровительству? Хотя, ни для кого в этом зале не было секретом, как именно она тут появилась. И он наблюдал. Безошибочно чувствуя её взгляд на себе, он всегда успевал отвести свой, буквально за секунду до того, как она обращала к нему свой взор.       Он видел, как все знакомые ей демоны тут же окружили её своим вниманием. Давая понять и всем остальным, что она — под защитой. И не одного, не двух… И она немного расслабилась. Он видел, как менялась её улыбка. С напряженной на более тёплую. Видел, как Бегемот опять расточает на неё своё обаяние. Видел, как к ней подсел Люцифер. Совершенно по-свойски завладевая её вниманием, опять что-то шепча ей на ухо. Заставляя его сжимать чуть сильнее челюсть, очерчивая сильнее скулы. И поймав взгляд сына, он дал ему знак, что можно начинать. Надеясь, что Люцифер отойдет от их стола. Но сын повёл себя иначе. Попросив Винчесто начать, он вернулся, сел рядом с ней, и всё представление почти не убирал своей головы от её виска, рассказывая что-то ей на ухо.       Зазвучали последние аккорды и зал взорвался овациями. Это было очень чувственно, красиво и зрелищно. И Актон по праву срывал свою похвалу. И едва он покинул пустой центр, как Азазель взмахнул рукой, оркестр чуть растянулся, а Винчесто снова положил руки на клавиши.       Демоны начали вставать. Не все. Часть. И Нимуэ поняла — впереди первый тур вальса. Геральд поднялся, подавая руку Вики, приглашая её на танец. Нимуэ похлопала подругу по руке, говоря, что она справится. И едва Вики поднялась, опираясь на руки своего демона, на плечо Геральда легла когтистая рука и знакомый голос произнёс:       — Я разобью, с вашего позволения.       Вики и Нимуэ уставились на источник голоса. Осматривая Фариа с ног до головы. Впервые наблюдая его без мантии. В идеально сидящем фраке, в белой рубашке. Нимуэ ахнула, понимая, что они никогда не видели его таким. Импозантный, высокий, статный.       — Позволишь, Пташка? — он протянул Вики руку.       Глаза Уокер влажно блеснули. Геральд чуть отстранился, пропуская её вперед, даря её макушке мимолетный поцелуй и вкладывая её руку в руку Фариа. Вики шагнула к демону, глядя ему прямо в глаза, а через пару шагов уже прижималась к его плечу, склоняя свою голову и получая уже от него лёгкий поцелуй в макушку. Нимуэ едва удержалась от того, чтобы не ударить с Геральдом по рукам.       Геральд обошёл стол и галантно склонился перед Катрионой. Которая щелкнула языком, словно оценивая, стоит ли принять его приглашение и, ослепительно улыбнувшись, вложила свою руку в его. Нимуэ взяла бокал, замечая, что Самаэля нет на привычном месте. Беглый взгляд по залу — и она увидела его в кругу, склоняющегося в церемонном поклоне перед яркой демоницей с характерным синим отливом на чёрных крыльях.       — Это — Мелисса, мать Мими, — Люцифер опять оказался рядом.       — Теперь ясно в кого Мими такая красавица.       — Да, гены у неё что надо. Не скучай, я ненадолго отлучусь.       — И не собиралась, — Нимуэ сделала ещё глоток. Ощущая на своей спине горящий взгляд. Она непроизвольно повела крыльями.       Фариа сжал своей рукой её пальцы, едва только она коснулась его. Не давая возможности передумать. Он притянул её руку к себе, делая пару шагов от стола и замирая на долю секунды, глядя в синие глаза своей Пташки.       — Я — восхищен. Но больше — никогда.       — Никогда, — кивнула она, глядя в его янтарные глаза.       Он притянул её к себе свободной рукой, мимолетно касаясь её макушки. Продолжая двигаться к центру зала.       — Почему так топорно?       — Решение было спонтанным. Пришлось действовать быстро, — она смущенно улыбнулась, раскланиваясь с ним в церемонном поклоне.       — Ты не просчитала всё возможности. Что я тебе говорил? — он крепко держал её за руку, давая возможность совершить поворот.       — «Если ты видишь меньше трёх вариантов развития событий — ты плохо видишь суть», — она следовала за ним в классическом шаге вальса.       — Сколько вариантов видела ты?       — Один…       — Уокер! Это… Это… — Фариа пришлось выдохнуть, давая ей возможность завершить оборот.       — Один, — повторила она. — Но я знала свою цель. Я очень хорошо знала свою цель.       — Это — единственное, что тебя спасло.       — И эта цель была мне бесконечно дорога. Поэтому риск — был оправдан.       — Придётся повторить, всё чему я тебя учил. Это — невероятная самонадеянность!       — Но признайте, — Уокер обернулась вокруг своей оси, опять увлекаемая демоном в шаг вальса. — Она — бесценна.       — Слишком поспешное суждение. Но она, определённо, заслуживает моего внимания.       — Пристального?       — Уокер!       Смена партнеров их разделила, но она улыбалась, а он — ощущал щемящее чувство внутри, от осознания того, что близкое ему существо вернулось в родную обитель.       — Вы всё также очаровательны, Нимуэ…       Неуловимым движением, на стуле где только что сидел Люцифер, оказался Асмодей. Глядя на неё горящим взглядом своих тёмных глаз. Выражая молчаливое восхищение. Лаская её своим взглядом, замечая и красивый вырез платья, и мерцающие камни на её шее. И её горящие глаза. Которые словно обволакивали его своим серебром.       — Нимуэ… Если вы не перестанете так на меня смотреть, боюсь, наш с вами вечер закончится прямо сейчас. Потому что я просто выкраду вас отсюда, несмотря на всех ваших покровителей.       — О, нет, Асмодей, — Нимуэ тихонько рассмеялась. — Просто я недавно узнала кое-что о вашем прошлом. И теперь не могу отделаться от мысли, пытаясь представить себе вас в доспехах и с вашим огненным хлыстом.       — Вы интересовались мной? — его восхищенный взгляд снова прошелся по ней с головы до кончиков туфель.       — Не совсем вами, но о вас тоже узнала.       — Хотите увидеть меня в доспехах или все же хлыст?       — Просто представляю. Боюсь, если увижу — меня уже ничего не спасет от ваших чар, Асмодей. Мне было интересно узнать частицу вашего кровавого прошлого.       Асмодей притронулся к её руке, слегка поглаживая её пальцы.       — Вы не перестаёте удивлять меня, Нимуэ. Вкупе с вашим очарованием… Я теперь вполне понимаю настроения вашего… покровителя…       — Моего — кого?       Он искренне засмеялся над её недоумением.       — Кстати, я принёс ему свои извинения. Теперь — приношу и вам. Я был не в курсе его особого к вам расположения. Надеюсь, вы не в обиде на меня?       — Нет, не в обиде.       Она ещё долго с ним говорила, не сговариваясь сменив тему разговора. Совершенно не обращая внимания на тур вальса. А потом, он поцеловал ей руку, вздохнув чуть слышно.       — Как жаль, что он опередил меня… Хотя… Его вряд ли это остановило бы…       Нимуэ поняла кого он имеет в виду. Ловя себя на мысли, что слова Асмодея об особом расположении греют ей душу. И что он вряд ли бы остановился… Значит ли это, что он не играет? Что его слова — отчасти правда?       К столу вернулись танцующие, едва тур вальса окончился. И естественно, Фариа остался за этим столом. Уокер светилась от счастья, глаза Фариа горели тёплым огнём. Геральд дружески сжал плечо демона.       — Мой кабинет ещё жив?       — Твой кабинет просто счастлив, что там кто-то бывает чаще, чем ты в своё время, — Фариа едва уловимо улыбнулся, поворачиваясь к Нимуэ. — И как тебе Торжество?       — Я — очарована. На Небесах такого точно нет. И навряд ли когда-нибудь будет.       — Да, вынужден согласиться, — Фариа внимательно посмотрел на Нимуэ. — Увидела?       — Да, — Нимуэ кивнула и опустила взгляд.       — И что думаешь?       — Как бы заманчиво ни было, это невозможно.       — Определение невозможности заложено лишь в твоей голове, — демон ласково похлопал по руке Нимуэ.       За стол вернулся Раум, вступая в беседу с Фариа. Бегемот перемещался в другой стороне зала, терпеливо ожидая, когда Фариа покинет его стол и он сможет вернуться к приятным собеседникам, которых он сам себе выбрал на этот вечер. Вики подсела к Катрионе, о чём-то её спрашивая. Но Катриона, видимо, была не настроена на разговор. Потому что она сделала большой глоток игристого, и предприняла попытку встать, собираясь дойти до Винчесто.       — Кат, не надо, — Вики мягко взяла её за руку. — Не сейчас…       — Вики, я знаю что делаю, — Кат попыталась высвободить руку.       — Кат, не стоит делать что-то впопыхах, если это можно сделать в спокойной обстановке и без лишних глаз.       И Вики подняла руку, держа на ней небольшую стеклянную сферу, внутри которой было что-то заключено. Катриона удивленно уставилась на Уокер.       — Что это?       — Моё обещание. В лучшем виде. Из одного заброшенного старого Собора…       Глаза Катрионы мгновенно вспыхнули.       — Мои вещевики… — начала было Вики.       — Не надо. Мои справятся не хуже. Тот самый? — Кат с недоверием смотрела в синие глаза Вики.       — Тот самый, — кивнула Уокер, и переложила сферу в руку Катрионы, сжимая её пальцы на сфере, скрывая её содержимое.       — Однако, Уокер. Ты меня поражаешь. Как ты нашла?       — Не я. Нашла Нимуэ. Я лишь транспортировала.       Катриона перевела взгляд на ангела, долго всматриваясь, а потом кивнула, давая понять, что оценила, и что она — благодарна.       Самаэль видел, как к ней подсел Асмодей. Видел его прикосновение. Её улыбку. Замечая, что она проговорила с ним всё это время, даже не взглянув в его сторону. А должна ли она была смотреть? Он сам половину вечера делал вид, что её не существует. И она, видимо, решила ответить ему тем же.       Хорошо, Нимуэ, мой ход.       Потом был ещё один тур вальса. И молчаливое приглашение Фариа. И её робкий отказ, мотивируя это тем, что она и так как бельмо на глазу. И его спокойный ответ.       — Заставь их всех тебя уважать. Не каждый ангел справится с танцем. Ты — сможешь.       И она приняла его приглашение, стискивая зубы. Замечая как рядом с ними встали Геральд и Вики. Замечая Люцифера, который тоже встал в круг, чтобы поддержать. Нимуэ так волновалась, что почти ничего вокруг не замечала. Но она красиво и точно провела все смены, ни разу не запуталась крыльями в повороте, почти не сбилась в перестроениях, благодаря тому, что рядом оказывался кто-то, кого она знала. Пока при одной из смен, она не уперлась взглядом в его грудь, мгновенно чувствуя его ауру властности, мгновенно чувствуя тепло его ладоней, что касались её тела, прижимая к себе сильнее, чем следовало бы. И она оступилась, с ужасом понимая, что…       Но он не дал. Чуть приподнимая её, разворачивая в нужном направлении, не давая ей сбиться. Нимуэ вскинула на него свой взгляд и аккорды вальса затихли. Они оба церемонно поклонились. Он улыбнулся, и спокойно направился к своему столу. Оставляя её на руки Фариа, который почти тут же оказался рядом с ней, беря её под локоть.       Самаэль не думал, что она рискнёт. Он был удивлен: она не побоялась оказаться в кругу адского вальса со своими белыми крыльями. Но видел он и другое. Как они молчаливо встали рядом с ней. Защищая и поддерживая. Не давая упасть. Видел он и невольное молчаливое принятие. От демонов. Которые скептически отнеслись к её выходу в круг. И молчаливо одобрили её выход из круга. Не все готовы были принять, но её выход не мог не вызвать легкого уважения. К смелости. К попытке приобщиться. К собственному контролю над своими страхами. Видел он и залпом выпитый бокал. И то, как Люцифер заставил её ударить по рукам. И Раума, что склонился над ней с гордостью.       И она обернулась в его сторону. Замечая его взгляд, который в этот раз он не планировал отводить. Глядя на неё через весь зал. Любуясь ей. Замечая, как к её столу подошел Актон.       — И вот только попробуйте сказать мне, что это небо вас не впечатлило!       Нимуэ замерла лишь на секунду, прерывая их контакт, и поворачиваясь к Актону.       — Это было самое прекрасное небо, что я видела, — Нимуэ восхищенно посмотрела на демона.       — Ангелы… Такие непосредственные и трогательные… Но вы не такая… — он помолчал, а затем продолжил. — А если захотите и правда увидеть красивое небо, посетите Италию. Её небо — уникально. Там всё кажется — ближе. Загадочнее. Ярче.       Нимуэ улыбнулась. Оказывается, под её неосознанным желанием не портить небо Италии есть обоснование. Там оно — самое красивое. И она кивнула Актону, давая обещание самой себе, что когда-нибудь, она обязательно увидит звёздное небо Италии.       Она смогла оценить красоту и масштабность Церемониального вальса лишь на третьем туре. Когда ей удалось увидеть весь танец от начала и до конца. И попасть под его очарование. И понять, что это зрелищно и очень эстетично. Винчесто вернулся за их стол, но едва шепот Катрионы достиг его уха, как они встали и вежливо попрощавшись покинули вечер Торжества. Нимуэ и Вики переглянулись, и толкнули друг друга в плечо, прекрасно зная, куда и зачем Катриона увела Винчесто.       — Надеюсь, она помнит, что у нас завтра дело, — Вики сделала глоток игристого.       — Думаю, завтра на неё можно не рассчитывать, — тихо сказала Нимуэ и они с Уокер рассмеялись.       Нимуэ провела прекрасный вечер. Едва первый страх ушёл, и её окружили знакомые ей существа — вечер стал гораздо приятнее. И даже несмотря на то, что их Владыка весь вечер не обращал на неё внимания, к концу вечера она внутренне почти с этим смирилась. Почти. Пока не вспомнила слова, написанные его рукой.       «Подумайте обо мне».       Она подумала. И что? Ничего не произошло. Мимолетная встреча в танце? Это всё, на что она могла рассчитывать? И стоило ей весь этот вечер терпеть косые взгляды, делая вид что ей — всё равно? Стоило, безусловно. Но — не настолько, чтобы заглушить лёгкую горечь ожидания и угасающую, едва зародившуюся, надежду.       Нимуэ оглянулась. Уокер о чём-то говорила с Геральдом. Раум что-то рассказывал вернувшемуся Бегемоту, едва только Фариа покинул их стол. И Нимуэ приняла решение. Она была благодарна за возможность увидеть. Но рассматривать дальше — ей уже не хотелось. Она ловко расстегнула «ошейник», и легко тронула Бегемота за плечо.       — Возвращаю вам ваше сокровище. Надеюсь, вы найдете ему лучшее применение и более достойную шею. Свою же я всё-таки оставлю свободной. Потому что ценность ваших камней никогда не сравнится с ценой, которую придётся заплатить.       Она оставила камни на столе, поднялась со своего места и направилась к огромным дверям.       Самаэль перехватил её на половине пути до желанных дверей. Видя, как она отдала камни и собралась покинуть зал.       — Куда? — спокойно спросил он, чуть приподнимая бровь.       — Домой, с вашего позволения. Ваш вечер был прекрасен. Я благодарна вам за приглашение. Но мне уже пора. Небеса меня заждались.       — Но вечер ещё не окончен, — он внимательно за ней наблюдал. Ощущая, как медленно в глубине её существа начинаете тлеть злость.       Она немного помолчала, изучая его, подмечая, как он хорош в своем фраке. И тихо произнесла:       — Зачем?       — Зачем? — ему не надо было пояснять её вопрос. — В одно прекрасное утро Небеса оставили в Аду Троянского коня, скрывавшего внутри десять ангелов. И всё бы ничего, если бы у коня был только один секрет. За скрытыми ангелами — пришли казни египетские.       — Какие казни? — она недоуменно на него посмотрела.       — Обычные. Вода обратилась в кровь. Количество белых крыльев напоминало нашествие мух и жаб и мошек вместе взятых. Потом пошёл мор скота. А после него — последовали молнии. Потом неожиданно пришла темнота, но со звёздами. А потом нам пришлось вскрыть все нарывы и язвы, рассматривая грехи. И всё это время я вижу, как мой первенец всё время крутится в эпицентре. Должен же я был убедиться, что вы не хотите забрать его.       — Забрать кого? Первенца? Это вы сейчас о Люцифере?       — Именно, о нём.       — Самаэль, — она потерла переносицу. Анализируя его аллегории, проводя параллели. — То есть всё это время, вы считали, что я испытываю вас на прочность? Всё это время в моих действиях вы считывали лишь желание сломить волю Фараона?       — «У вас глаза Фараона» — ваши слова?       — Мои, но… А впрочем… Казней было десять. Где нашествие саранчи?       — Я весь вечер наблюдаю это нашествие. Как одно существо ловко и умело поглощает всё вокруг…       Нимуэ опешила. Отчётливо ощущая, как внутри неё медленно начинает тлеть злость и обида. Всё это время, он видел не то, что было на самом деле. Всё это время, он играл в свою собственную игру, преследуя свою цель… Самаэль мгновенно уловил как занялось и стало тлеть её дерево. Грозя разрастись в пожар, и спалить всё живое, что было внутри неё.       — Нимуэ, вы так и не поняли. Я — не против ваших казней. Я их — выдержал. Вопрос лишь в том — выдержите ли вы мою ответную реакцию на ваши казни? Сможете ли? Сыграть со мной на одном поле?       — Ответную реакцию? — Нимуэ держала себя в руках из последних сил. Говоря очень тихо и вкрадчиво. — Ответную реакцию? Я прыгаю в горящие кольца по вашему велению, я исполняю ваши желания, и при этом вы собираетесь выдать мне ответную реакцию? Знаете что, Самаэль… — она на секунду осеклась, сдерживая себя, не произнося того, о чём она может пожалеть, усилием воли прикусывая себе язык. — И первенца своего не забудьте, да…       Нимуэ развернулась, возвращаясь к своему столу. Находя Вики, глядя ей прямо в глаза.       — Твоё место. Сейчас. И даже не обсуждай, — и развернувшись, она покинула зал.       — Да, но… — Вики беспомощно огляделась в поисках Люцифера.       Геральд встал позади Вики, собираясь положить руку на её плечо, не желая соглашаться со словами Нимуэ. Но Фариа взял его за плечо первым.       — Отпусти. Им надо поговорить. Отпусти, Геральд.       — Ну, если ты так уверен, — Геральд посмотрел на Фариа.       — Уверен. А мы пока решим другую небольшую проблему, — и Фариа спокойно сел за стол, приглашая Геральда сделать тоже самое.       — И какую? — удивленно спросил демон, присаживаясь и наливая себе глифта.       — Обычная Печать сокрытия энергии, самая простая для серых крыльев.       — Фариа, боишься, что уведут?       — Геральд, не говори ерунды. Причем здесь уведут и печать? Мне надо скрыть энергию, чтобы она на неё не отвлекалась. Она отвлекается на свою энергию, и это мешает ей сосредоточится. В школе она может ей не пользоваться, но мне нужно разрешение на иные места. Она слишком отвлекается на свой глинтвейн, пытаясь удержать его вокруг себя, чтобы он не расползался по округе.       — С чего бы ей так отвлекаться на свою же энергию. Может она отвлекает тебя?       — Меня невозможно отвлечь. И всё же. Ты можешь получить разрешение школы? Она ведь под её защитой сейчас…       — Сделай из неё демона и всё, не мучайся…       — Надо будет — сделаю. Мне нужна печать, Геральд.       — Я поговорю… Хотя не вижу ни одной проблемы, использовать печать вне школы без уведомления. Я так понимаю, печать нужна только на время пребывания в библиотеке?       — Именно.       — Ставь печать, Фариа. Я поговорю с Кроули.       Фариа кивнул, понимая, что Геральд займется формальностями. А он больше не будет отвлекаться на пряный кокон, который так и норовит задушить его в своём сладком вине. .