Медицинские страсти

Погода в Майами в самом разгаре января очень радовала своих жителей. Реджина, поправив тёмные локоны, вошла в здание больницы, стуча каблучками по плитке. Чёрная обтягивающая юбка, ниже колена, облепила бедра. Белая блузка с весьма открытым декольте позволяла разглядеть белое кружево. Миллс сняла очки и подошла к стойке регистрации, где Эшли Бойд уже протянула ей журнал для росписи. — Доброе утро, мисс Миллс, — девушка была на удивление улыбчива и необычайно нарядна в красном платье, что чудненько сидело на ее фигурке. — Доброе, — сухо бросила Миллс, расписываясь найденной ручкой в журнале. Потом все же осмотрела её и, прищурившись, спросила, — Какой-то повод? Глаза блондинки загорелись непонятным огоньком, который лишь подстегнул раздражение женщины. Неясное раздражение, конечно же. — Ну, можно сказать да, — девушка опустила голову на сцепленные пальцы, — Хочу пригласить нашего нового доктора на свидание. — Доктора Локсли? — уточнила Режина, с интересом задерживаясь. — Да. Мне вчера он сильно понравился, — брюнетка втянула воздух и закусила губу. Почему-то ей совсем не понравилась эта идея и раздражение усилилось, скребясь острыми когтями под кожей. — Жаль, что ничего не получится, — небрежно бросила она и открыла сумочку, убирая солнцезащитные очки. — Это почему же? — округлила глаза блондинка. — Доктор Локсли другой ориентации, — поджав губы, кивнула брюнетка, видя ошарашенные глаза Эшли. — Да, жаль. Такой мужчина пропадает. Её прямо-таки душил смех, но усилием воли, она подавила этот порыв. Не хватало ещё опозориться... — А как же? А он вчера так разговаривал… — Это он специально, чтобы слухи не ходили. Только я тебе ничего не говорила, — хитро улыбнулась Миллс. Огонёк, ещё недавно полыхающий в ярких глазах, потух. И Реджина почувствовала облегчение, но предпочла не вдаваться в причины такой реакции. Просто здорово было пошутить, убедила она себя. — Да, конечно. Всё утро потратила на это, — подавленно выдавила Эшли и обвела себя руками. — Ну ничего, — ободряюще пропела Миллс и развернулась, улыбаясь до ушей, как чеширский кот. Ну или кошка, в этом случае. Разумеется настроение поднялось до максимума, и гордой походкой она прошла к лифту, встречая там не менее улыбчивого Робина. Вот же чёрт! Светловолосый стоял в серых брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. Как же ему она шла. Миллс пожалела, что убрала очки в сумку, ведь так откровенно пялиться нельзя. Сильные руки мужчины слишком притягивали взор карих глаз, как назло сознание подкидывало картинки недавнего ночного секса с ним. Как эти руки вытворяли… — Мисс Миллс, только Вас жду, — вклинился хриплый голос в её порочные мысли. Двери лифта распахнулись, и он указал на свободную кабинку. Реджина закатила глаза и нервно хмыкнула. — Зря, я, пожалуй, по лестнице, — и поспешно обошла его, приближаясь к широкой двери отделения. Робин вскинул вопросительно бровь, что лишь добавило ему сексуальности. — А зря, — крикнул он ей вдогонку, — очень зря.

***

Эмма Свон приехала в больницу раньше своей смены – дома было скучно и пусто. Она уже давно хотела завести себе собачку, да хоть какое-то живое существо, чтобы было к кому возвращаться после тяжёлых смен, но всё же не решалась сделать это, ведь иногда приходилось оставаться в больнице дольше, чем на двое суток. А мы ответственны за тех, кого приручили, так что мучить бедное животное не входило в её планы. Свон проверила кабинет Реджины, желая с ней поговорить, но там брюнетку не нашла. В графике операций у подруги стояла одна, и то запланированная на вечер, поэтому блондинка безуспешно куролесила по больнице, пытаясь найти её. В ноздри забивался привычный запах лекарств и хлорки, которой, видимо, снова воспользовалась их санитарка. — Келли, — крикнула Эмма, увидев, как по коридору идет рыжеволосая анестезиолог. Рыжая копна подпрыгнула при резком повороте, и голубые глаза уставились на девушку. — Привет. — Привет, — улыбнулась девушка. Она была милой и слишком юной, но от этого не менее профессиональной. — Слушай, ты Миллс не видела? Уже час ищу, она как сквозь землю провалилась. Келли усмехнулась: — На галерее сидит. Эмма опешила. — У кого? — зная брюнетку, не поняла блондинка. Миллс редко смотрела на ход операции. — Так у Локсли, — ответила коллега. — Спасибо, — удивлённо проговорила Эмма, и рыжая спокойно продолжила свой путь, кивнув на прощание. Свон быстро направилась к графику, выискивая глазами графу доктора Локсли — операция на мозгу, кавернозная ангиома. Вопрос, что там забыла Миллс, так и остался открытым. Поправив белый халат, блондинка направилась туда. Зашла на галерею, находя Миллс сидящей в первых рядах и сверху наблюдающей за работой Робина Локсли. Нога на ногу, расслаблено сидит, но глаза сосредоточены на нём. В помещении было достаточно светло, отовсюду светили специальные светодиодные светильники, и яркий бьющий свет резал глаза. Эмма тихонько подкралась, пугая тем самым подругу. Реджина же вздрогнула, заметив её. — Что ты здесь делаешь? У тебя смена через три часа, — зашипела приглушённо она. — Мне дома делать нечего, — пожала плечами блондинка. Скрестила руки и направила свой пристальный взгляд на операционную, — А вот, что здесь делаешь ты? Реджина скривила губы и процедила: — Стало интересно, как скоро он облажается. — Да что ты? — скептически усмехнулась Эмма, возвращая острый взор брюнетке. — Красотка, я всё слышу, — раздался ироничный голос Робина сквозь приборы. Миллс совсем забыла про это. Их взоры встретились на секунду, и он вернулся к работе, что-то делая инструментами в мозгу пациента. — Не дождёшься, — добавил уверенно он. Пока алые губы растягивались в хищной улыбке. В операционной находился ассистент и пара интернов, наблюдающих за работой нейрохирурга. — Свон, а давай переспим? — зелёные глаза округлились, Эмма знала, что весь их разговор слышен, но потом кажется поняла, чего она добивалась. Из динамиков послышался весёлый смех, разрезающий устоявшуюся тишину. — Ребят, жара пошла, — пошутил Локсли, поглядывая на своих подчинённых. — Прямо здесь? — начала расстёгивать пуговки на халате блондинка, игриво улыбаясь. — Ну можем прямо здесь, если ты не стесняешься, — воодушевилась Миллс, разводя ноги и проводя руками от коленок вверх. — Девчонки, погодите, я закончу с ангиомой, — все три пары глаз были направлены на галерею, пока голубые с сожалением смотрели на раскрытый мозг. Массивное прозрачное стекло не скрывало того, что происходило на галерее, поэтому персонал в операционной заинтересованно улыбался и Робин не был исключением, хотя они и мешали ему сосредоточиться. — Ты знаешь, что я никогда не стесняюсь, — Эмма вплотную подошла к сидящей Реджине, вставая между её разведённых коленей. Положила свои руки брюнетке на шею, большими пальцами приподнимая голову за подбородок и склоняясь к губам. Уже чуть касаясь их, начала шептать: — Мечтай дальше, — отстранилась и засмеялась. — Точно не здесь. — Девчонки, давайте без меня начинайте. Я позже присоединюсь, — под хохот интернов и ассистента, бросил с виду расстроенный Робин. Но все понимали, что он шутил, хотя Миллс сомневалась в этом. С этого наглого типа станется. — Мы с Эммой предпочитаем вдвоём, — выпалила дерзко брюнетка и встала, смотря в упор на Локсли, склонившегося над пациентом. — Многое теряете, — буркнул тот, не отрываясь от работы, а Эмма с Реджиной вышли из галереи, смеясь в голос.

***

— Роуз, доложи мне насчёт его состояния, — сказала устало Миллс, скидывая грязный халат после операции в мусорный контейнер. Маска, так же, полетела туда, пока белокурая головка кивала. Реджина устала стоять, и всё, о чем она мечтала, это упасть на кровать, растянувшись на мягком матрасе — спина невыносимо ныла. Почему именно сегодня парень решил броситься под машину и переломать всё, что можно, Миллс не знала. Она вышла, направляясь в дежурку, где сейчас всё равно никого не было. — Значит, мы целуемся, но не встречаемся, — раздался над ухом бархатный голос, и Миллс вздрогнула, одаривая его владельца злым взглядом. Локсли шёл рядом, улыбаясь. — Отстань. — Не пойми не так. Мне нравится целоваться. Я только за. Побольше поцелуев. — Я не понимаю, о чём ты, — выдавила измученная Реджина и покачала головой. Войдя в дежурку и наткнувшись на пустые кровати, она мысленно застонала от облегчения. Локсли зашёл следом, закрывая дверь, и резко прижал брюнетку к стене, упираясь руками по бокам от её головы. Дыхание резко сбилось, но Реджина и виду не подала, заглядывая в глаза напротив. — А мы это повторим? Если да, надо захватить презервативы. — Замолчи, — Локсли резко впился в её губы, их языки сплелись, начиная борьбу. Его руки в секунду оказались на её ягодицах, сжимая мягкие полушария. Первый стон затерялся в поцелуе, тонкие пальцы зарылись в жёстких волосах, царапая кожу на затылке. Миллс резко оттолкнула его, натыкаясь на непонимание в глазах. Он был уверен – оба хотели этого. Реджина подошла к двери, прокручивая замок. — Дверь нужно закрывать, — пояснила она, подходя ближе и соблазнительно улыбаясь, закусила губу. Схватила за футболку и повела его к кровати. Голубые глаза в секунду потемнели, показывая всё желание обладать ею. Не видя, он упал на кровать, благодаря брюнетке, и начал наблюдать за её действиями, приподнявшись на локтях. Реджина, ухватившись за мягкую ткань пальцами, в одно движение скинула кофту, демонстрируя манящую грудь в обрамлении белого кружева. Одно только её действие свело его с ума. Миллс перекинула ногу, оседлав его бедра, и он принялся целовать её шею, вызывая томные вздохи. — На будущее, я люблю чёрное, — опустился губами на грудь. — Не будет никакого будущего, — выдохнула женщина и откинула голову назад, млея от мужских ласк. — Посмотрим, — он снова поцеловал её, обводя языком контур губ. Реджина тихо охнула. Локсли резко уложил её на лопатки, приподнялся на локте и начал стягивать последнюю часть формы, оставляя её в одном нижнем белье. Это было нечестно, ведь он ещё был одет. Зацепившись за карие глаза, он усмехнулся и, словно прочитав мысли, скинул майку, обнажая накаченный торс; прикрыл глаза, когда женские руки провели по нему, поднимаясь к груди. Он перехватил её тонкие запястья, заводя за голову и усмехаясь, замечая недовольство. Но оно быстро пропало, стоило ему начать целовать шею, посасывая нежную кожу. — Не смей, — зашипела Реджина и выгнулась в спине, руки сжали покрывало на кровати в мёртвой хватке. — Поздно, — нагло усмехнулся он, дуя на покрасневшую кожу. Уже начал проявляться алеющий засос. — Сволочь, — рыкнула брюнетка. Локсли оставил короткий поцелуй на губах и спустился к груди, отпуская её запястья. Она выгнулась, помогая ему найти застежку, и он расстегнул её, обнажив идеальную грудь. Нагнув голову, голубоглазый стал целовать упругую плоть. Его губы сомкнулись на розовом соске, наблюдая за ней. Щеки брюнетки зарумянились, волосы раскинулись в беспорядке по подушке, а губы ловили воздух, пока глаза были прикрыты в наслаждении. Реджина получала удовольствие от его действий. Всё, что испытывает в этот момент она, так это заметную пульсацию между ног и желание почувствовать его внутри себя, которое накрывает с головой. Обвив руками шею Локсли, она приблизила его для поцелуя. По очереди целуя губы, Реджина скользнула рукой между их разгорячёнными телами, сжимая заметный бугорок. Робин шумно вздохнул. Большая ладонь сжала её грудь. Он снова припал губами к затвердевшему соску. Его свободная же рука скользнула ниже и опустилась на промежность, чуть надавливая. Реджина охнула, выгибаясь сильнее и проводя ноготками по сильной спине. Было невозможно терпеть его ласки, все тело будто отказывалось подчиняться своей хозяйке. Губами опустился на дрожащий животик, проводя языком вокруг пупка, и, зубами ухватившись за резинку трусиков, потянул их. — Локсли, — последняя часть одежды мирно валялась на полу среди кучи другой. Локсли быстро снял оставшиеся вещи, наблюдая за ней. Миллс игриво закусила ноготок и стреляла глазками. Он резко схватил ее за бедра, дернув на себя, что она ахнула. Он сжал руками ее ягодицы, немного поднимая и прижимая к мощному члену, и стал поглаживать ее клитор. Один палец он завел в ее лоно и услышал, как она застонала. Это был самый эротический звук, который он когда-либо слышал. Она была влажная и теплая там, тогда он прибавил еще один палец. И теперь он услышал крик удовольствия. — О, Боже, — его пальцы были толстыми и так наполняли ее, что она чувствовала приближение оргазма. — Черт, ты такая тугая, — он вынул свои пальцы и стал тереться членом около входа в ее лоно. Она выгнулась. — Чего ты ждешь? — Я хочу услышать это, — сказал он, потираясь членом об нее. Он и сам долго не выдержит, но Робин хотел услышать это с ее уст. — Я хочу тебя. Возьми меня, наконец! Локсли резко вошел в нее, слыша крик ее удовольствия. — Реджина, — простонал он и стал целовать ее выгнутую шею. Реджина схватила его за волосы, отрывая от своей шеи, и посмотрела прямо в его глаза. — Двигайся, черт возьми! — И мужчина сделал еще толчок и остановился. — Еще. — Еще один толчок. — Еще. — Толчок. — Еще, еще, сильнее. Он двигался под ее крики, чувствовал, как она все сильнее сжимала его, и знал, что долго не протянет. Крики Реджины заполнили дежурное помещение, кажется, по сторону двери вся больница знала, чем занимаются два врача. Он чувствовал, что она уже близко. Опустив одну руку вниз, он сжал ее клитор, и в этот момент сделал сильный толчок. Ее охватил оргазм, лоно сжалось в конвульсиях, доведя его до точки. Робин, сделав еще пару сильных толчков, кончил в нее. — А как же разговоры после секса, поцелуи? Ложись ко мне продолжим, — похлопал по кровати, лежа на боку и подперев голову рукой. Он наблюдал, как Миллс одевалась, застегивая бюстгальтер. — Ненавижу разговоры, — начала надевать штаны, поглядывая на него. — Значит, мы занимаемся сексом, но не встречаемся, — Реджина села на кровать, и ее резко схватили за талию, она упала на него. Черные волосы упали на лицо, и Робин, проводя рукой по щеке, заправил непослушные прядки. — Мы занимались сексом всего два раза, — удобнее устроилась сверху, запуская пальчики в волосы. Его руки скользили по обнаженной спине, вызывая кучу мурашек. — Еще в лифте целовались, — Реджина усмехнулась на его слова, закусывая губу. — Один раз, — массировала кожу, царапая ноготками, от чего он балдел. — Давай встречаться? — с надеждой спросил он, видя в карих глазах уже ответ. — Нет, — начала подниматься, но он сильнее прижал ее к себе, не желая отпускать. — Почему? — опустился губами на шею, пока она пыталась высвободиться. — Робин, пусти, — резкий переворот, и он навис над ней, смотря в глаза. Устроился удобнее между разведённых ног, поглаживая женскую скулу. — Скажи почему. — Все дело в отказе. У вас, мужчин, так заложено. Для вас это игра: завоевать женщину, попользоваться и бросить. Потом найти новую. Суть улавливаешь? Что, хочешь сказать, я не права, — оттолкнула его и, быстро нацепив майку, вышла. Оставляя его наедине со своими мыслями. *** Киллиан убрал блондинистые волосы, перекидывая на другую сторону. Губы начали покрывать изящную шею блондинки поцелуями. Эмма запрокинула голову, сильнее сжимая плечи Джонса. Потерлась бедрами о его пах и услышала его рычание. Тонкие пальцы начали судорожно расстегивать его рубашку, пока мужские спустились на пышные ягодицы, сжимая их до громкого стона. — Киллиан, — простонала Эмма, когда он сжал ее грудь. Резко уложил ее на лопатки, начиная покрывать ключицы поцелуями. Зная ее слабые места. Блондинка, прикрыв глаза, потянулась к ремню, желая содрать с него одежду к чертовой матери. Три стука в дверь кабинета Эммы отрезвили их, и они направили мутные взгляды на дверь. — У вас есть 5 секунд, чтобы отлипнуть друг от друга. Я считаю… — оповестила их о своем прибытии и о не случившимся сексе Реджина. — 5,4,3… — Блять, Миллс, как всегда вовремя, — Киллиан резко отстранился от Эммы, застегивая ремень. Эмма, преодолевая дрожание рук, стала поправлять одежду и кинула Джонсу подушку, чтобы скрыть его возбуждение. Схватила со столика книгу и, придвинувшись к нему, открыла ее. Оба сделали умные лица, типа читали. — 2,1. — Миллс зашла, закрывая дверь. И выразительно приподняла брови, видя интересную картину. Эмма, с красными щеками и распухшими губами, пялится в книгу. Джонс рядом, прикрывшись подушкой, нервно дёргает ногой. — Конспираторы хреновы. Засос на шее Джонса так и кричит о том, что вы книгу тут читали. И уж если на то пошло, Эмма, дорогая, переверни книгу. — Блондинка осознала свою тупость, скривив губы, откинула книгу обратно. — Мы пытались, — сказал Киллиан, откидываясь на спинку дивана и приобнимая Эмму рукой. — Ты сорвала нам секс. — Мне уйти? — скрестила руки, приподняв бровь в фирменной манере. — Было бы не плохо. — Иди к черту. — Миллс прошла в кабинет, легла на диван, положив голову на подлокотник, сложила руки на животе и закинула ноги на Эмму и Джонса. — Ваше Величество, вам удобно? — ехидничал Джонс. — Вполне. Можешь еще массаж сделать? — Охренела ты, мать, — Реджина прикрыла глаза, Эмма, по привычке, начала массировать коленки. — Сейчас я вам расскажу, а вы скажите мне, что делать. — Что ты опять сделала? — поинтересовалась Свон, с интересом смотря на прикрывшую глаза подругу. — Мы переспали с Локсли. — Так мы знаем, — сказал Киллиан, массируя икры Реджины. — Второй раз, — добавила она. Глаза друзей расширились, а потом на их лицах появились красноречивые ухмылки. — Что Миллс вытворяет на рабочем месте, — протянул Киллиан. — А как вы это? — блондинка недоумевала, после их разговора она была уверена, что Реджина не совершит эту ошибку второй раз. — Эм, тебе что, все на пальцах объяснять? — открыла глаза брюнетка, — раздеваешься, ложишься… — Дурная, я не про это. — Не знаю. Нашло что-то. — Нихера на нее нашло, — рассмеялся брюнет. — Что мне делать то? — приподнялась на локтях, смотря на друзей. — Ооо, Киллиан, вот тут, — простонала, когда пальцы кардиохирурга нащупали нужную точку на ноге. — Что ты ему сказала? — спросил мужчина. — Естественно, что этого больше не повторится, — откинулась обратно на диван. — А хотелось бы повторить? — уже зная ответ, спросила Эмма. — Да, — буркнула Миллс, отворачиваясь от них. Оба друга рассмеялись. — А я тебе предлагала переспать, ты меня продинамила, — вернула взгляд подруге, — ты виновата. — Ты уже совсем обнаглела. — Не понял, — поднял брови Джонс, — что это еще за предложения. — Ты чего остановился? — поинтересовалась Реджина, и Джонс продолжил массаж. — Я тебе потом расскажу, — сказала Свон. — Пойдемте поедим, я голодная. — Я за, — скинул королевские ножки Джонс, и вся троица поплелась в столовую. — Я займу столик, — сказал Киллиан, указывая на свободное место, — мне кофе возьмите, — девушки кивнули и пошли к автомату, пока Эмма покупала их любимые булочки. — Реджина, — раздался над ухом знакомый голос, и она обернулась. — Привет, — блондинка провела рукой по свободной ладошке Реджины, вызывая полное непонимание. Мэл Пейдж была женщиной 35 лет, высокая блондинка с хорошей фигурой. Мэл была детским хирургом, но не это смутило Реджину, Мэл была известна всем своей нетрадиционной ориентацией. — Привет, — уставилась на руку блондинки, которая уже дошла до локтя, поглаживая. — Ты чего? — Что вечером делаешь? — промурлыкала женщина, заправляя прядь темных волос Реджине за ушко. Карие глаза расширились, с ней откровенно флиртовали. — Ты что-то перепутала. Я натуралка, — Мэл усмехнулась, и это еще больше смутило ее. — Реджина, пошли, — Эмма, все видя своими глазами, подцепила подругу за руку, помогая нести стаканчики, и они сели за стол. — К тебе сейчас клеилась знаменитая лесбиянка больницы, — сказал Джонс, провожая ту взглядом. Пейдж улыбнулась брюнетке и покинула столовую. — Я тоже что-то не поняла, — брюнетка непонимающе смотрела на выход из столовой. — Может, решила тебя на свою сторону переманить? — Эмма откусила булочку, обдумывая увиденное. — Мне и на своей хорошо. Конец рабочего дня, Реджина устало бредет к лифту, внизу ее уже должны были ждать Киллиан с Эммой, они всей компанией собрались в бар. Слишком давно они не напивались в стельку, а после такого тяжелого дня так и хотелось расслабиться. Она вызвала лифт, и двери, раскрывшись, показали ей улыбчивого врача. Реджина, опустив голову, зашла. — Дело не в отказе, — произнес рядом стоящий врач, Миллс подняла на него голову. — Мм? — Дело не в отказе. Нет. — он повернулся вплотную, подходя к ней. — Все дело в твоих глазах, я тону в них, — опустил руку на щеку, обжигая кожу своим прикосновением, — волосах, пахнущих яблоками, маленьких кулачках. Ну и чуть в сексуальной заднице. — Всего чуть? — усмехнулась, накрывая его ладонь и прикрывая глаза. — Больше, чем чуть. — улыбнулся мужчина, — но дело не в отказе. — Я все равно не буду встречаться с тобой, — открыла глаза, ехидно улыбаясь. — Это пока что, красотка, — оставил поцелуй на щеке и отстранился, когда лифт остановился на втором этаже. Миллс улыбалась и не заметила интересного взгляда блондинки, зашедшей в лифт. — Реджина, так что насчет вечера? — Локсли усмехнулся, прекрасно понимая интерес Мэл к Реджине. Миллс нахмурилась, смотря на нее, блондинка встала рядом, лифт продолжил свой путь. — Я же сказала, что нет, — рявкнула она, мечтая, чтоб лифт быстрее оказался на первом этаже. — Многое теряешь, — промурлыкала Пейдж, лифт остановился, и Локсли вышел первым, широко улыбаясь компании Джонса и Свон, но внезапно их лица приобрели ошарашенный вид. Локсли все понял, не видя, и вышел на улицу. Мэл резко вжала брюнетку в стену лифта, целуя, Реджина невольно ответила, и руки Пейдж оказались на талии, сжимая ее. Ее язычок раздвинул пухлые губы, и Реджина пришла в себя, распахивая широко глаза. Она оттолкнула блондинку, тяжело дыша. — Ты чего творишь? — Миллс коснулась распухших губ, смотря, не мигая, на блондинку. — Миллс, да брось уже ломаться. Все все знают. — Чего знают, дура?! — крикнула брюнетка, пока у двух друзей рты не могли закрыться от уведенного. — Что ты лесбиянка. — Чего?! Кто я?! — Реджина увидев, что двери закрываются, юркнула наружу, Пейдж последовала следом. Джонс потащил Эмму за руку, желая послушать свежие сплетни. — Лесбиянка. — Да с чего вы все взяли? — Да вся больница говорит об этом. — скрестила руки на груди блондинка. — Кто пустил слух? — Локсли. За обедом всем сказал. — Сука, — протянула Миллс, сжимая кулаки, и так и осталась с раскрытым ртом. Джонс заржал на весь этаж, привлекая внимание. — А я думаю, почему в курилке все мужики сегодня обсуждали, что Локсли гей. Так это ты сказала, — Реджина неловко покачала головой, и в этот раз все засмеялись. — Убью блять! Скальп с него сниму! — Тогда прости, — протянула Мэл, поджимая губы, — а жаль конечно. — Иди уже отсюда, — рявкнула Миллс, и блондинка, подмигнув ей, скрылась. — Значит, это ты пустила про него слух, — Эмма прищурилась. — И что? Эшли к нему клеилась. — Ревнуешь. — Нет, просто бесит. Пиздец, я теперь лесбиянка, — вскинула руками и пошла на выход под хохот друзей. — Что-то мне подсказывает, скоро у нас будет новая парочка, — протянул Джонс.