То, почему я люблю тебя.

— Только на этой неделе по всей Европе осадков выпало больше, чем… — телевизор слегка мигает и идет слабой рябью, как и полагается любому старому, потертому и измученному временем телевизору. В комнате тихо: торшер едва освещает ничтожно малый кусочек комнаты, даже не попадая на журнальный столик, на котором разложены коробки из-под лапши и с дюжину бутылок из-под пива. Через открытое окно проникает потрясающий аромат ночного Лондона. Сумерки, сгущающиеся над городом, заставляют чувствовать себя невероятно свободным, хоть это и звучит странно. А может это четвертая бутылка пива, которое бьёт в голову и отправляет в нокаут, делая язык заплетающимся, а тело непослушным. О, а ещё туман. Настолько густой, что даже свет фонаря не может пробиться сквозь него, чтобы осветить затылки двух мужчин, раскинувшихся на диване и тихо перебрасывающихся короткими отрывками фраз. По большей части эти отрывки вырваны из контекста, но они всё равно понимают друг друга. — Рождение? — 21.05.75. — Тренер фыркнул, поворачиваясь и наблюдая из-под полуприкрытых век за Рэем, лениво растянувшемся на диване. — Твой? — 10.08.80. — Смит потер уставшие глаза, кинул смятую салфетку в контейнер с остатками лапши, промазал, спешно подскочил, поднимая мусор и выбрасывая его повторно. — Фамилия? — Фаррелл. Ты Смит, я знаю, — мужчина фыркнул, устало потягиваясь и потирая лицо обеими руками. — Детали? — Рэй понял, что даже не думает о формулировке, выбрасывая всё ненужное по мнению его пьяного мозга. — Служба в полиции, потом MI6. Ты? — у Тренера слегка заплетался язык и он отпил ещё пива, пытаясь смочить пересохшие губы. — Сначала медицинский. Пару лет и бросил. Потом Оксфорд, юриспруденция. Потом диссертация по экономике, — Рэймонд грустно вздохнул, потирая горлышко бутылки и задумчиво почесывая бороду. — О, ещё категория «А» по снайпингу, — Тренер болезненно поморщился, будто внезапно заболели все зубы разом, и снова приложился к бутылке. Его вид казался до умиления расслабленным, но при этом было что-то явно мучавшее его и не дающее покоя. За окном неожиданно загудела машина и послышался смех: очередная золотая молодежь на отцовской машине обкатывает улицы Туманного Альбиона. — Потом работа в Комитете по денежной политике. Да-а-а, долгие три года… Мда, — Смит шмыгнул носом, откидываясь на подушку и неосознанно слегка пододвигаясь к Тренеру, — а потом познакомился с Пирсоном, и понеслось. — А у меня семья погибла и я… — Колин снова болезненно поморщился, потирая виски и разом осушая бутылку до дна, — и я бросил всё к чертовой матери. — Но ты здесь, — кивнул Рэймонд, — и ты в порядке. — По мере того, как это может быть, —усмехнулся Тренер, смешно почесывая нос и поворачиваясь к Рэю. — Меня парни спасли. Если бы я не нашел кого-то, о ком нужно было заботиться, я бы подох. — Отчасти я всё же понимаю, — после долгого молчание наконец хмыкнул светловолосый мужчина, поправляя очки и накрывая руку Тренера своей в немом знаке поддержки. — Все мы что-то теряем, но есть те люди или вещи, которые заставляют нас жить дальше. Я думаю, что после…после того случая ты начал искать в людях лучшее. — Я хотел, чтобы мир во мне видел лучшее, — криво усмехнулся Колин, сжимая пальцы Смита, поднимая голову и ловя на себе пристальный взгляд голубых глаз. — И это тоже, — тихо засмеялся Рэймонд, ощущая у себя на лице теплое дыхание и внимательно всматриваясь в глаза собеседника. Руки у Колина были теплые. В них хотелось спрятаться от всех проблем мира и почему-то искренне верилось, что Тренер сможет обеспечить столь желанную защиту. — Я хочу тебя поцеловать, — внезапно тихо произнес Колин на одном дыхании. На последнем слове его голос надломился, будто что-то незримое внутри него щёлкнуло и теперь никогда не встанет на свое место. — О… Я… — Рэймонд не знал, что ему чувствовать и что ответить, но его руки крепко держали руки Колина, а губ едва уловимо, нежно и даже с некоторым благоговением коснулись губы мужчины. Мягкие, теплые, это был поцелуй отдающий горечью темного пива и сладостью хорошего табака. Тренер курит? Это так странно чувствовать. Но Смит просто не смог отказать себе в удовольствии прикоснуться к жёсткой щетине на щеке Колина, нежно погладить коротко стриженные волосы на затылке, и сжать сильное плечо. — Прости, — в самые губы прошептал Тренер, опаляя своим горячим дыханием нежную кожу и аккуратно слизывая со своей нижней губы капельку слюны. Кончик его острого языка скользнул к уголку рта, и Рэймонд внимательно проследил за этим движением, лишь сейчас понимая, что только что произошло. — Ничего, — снова шепот в самые губы. Но в этот раз Смит становится инициатором, накрывая губы Тренера своими, и целуя нежно, долго, слегка покусывая и прижимая к себе. — Мх. Звонок мобильного телефона вырывает их из сладкого мгновения, возвращая в суровую реальность. Рэймонд подскакивает на месте, цепляясь за журнальный столик и едва не падая навзничь. Праймтайм Входящий вызов Смит вскидывает брови, оборачиваясь на Тренера, который в свою очередь полез в свой телефон и мирно листал ленту новостей. — Слушаю, — тихо произнёс Рэй, отходя на максимальное расстояние которое позволяла эта комната и ставя телефон на минимальную громкость. — Ни слова Тренеру, — Праймтам с ходу начал резать правду-матку, что на самом деле очень даже радовало Рэя. — Координаты скину в смс. Ты мне очень нужен. — Опять? — серьезно уточнил Рэй, бросая на Колина, чей вид выражал полное спокойствие и умиротворение, быстрые короткие взгляды. — Нет. Жду, — короткие гудки и Рэй виновато поворачивается к Тренеру, выжидающе смотрящему на него. В глазах Колина читалась слабо скрываемая мольба о том, чтобы это была не работа и Смит смог провести эту ночь… — Прости, работа, — виновато улыбнулся Рэй, подхватывая своё пальто с вешалки и быстрым шагом подходя к двери. — Ой, черт, — он быстро хлопает себя по лбу и делает неаккуратный шаг назад, быстро и несколько брезгливо начиная закидывать мусор в пакет. — Я вынесу. — А это важно? — спокойно уточнил Тренер, внимательно глядя в глаза Рэю. Молчание. Слишком долгое для человека, которому это не важно, но наконец Смит вздыхает и отступает. — Нет, совсем нет. — Тогда беги, — тепло улыбается Тренер, окликая Рэймонда, когда тот был уже в двери. — Рэй… — Хм? — лицо мужчины уже успело измениться до неузнаваемости, становясь жёстким и властным, таким, каким он всегда был на работе. — Спасибо, что понял. Как только дверь за Рэймондом закрылась, Тренеру позвонили. Не то, чтобы Колина когда-нибудь пугали звонки с неизвестных номеров, но конкретно сейчас его подсознание буквально вопило о том, что именно этот звонок принесет ему немало проблем. — Колин, — сухо раздалось на том конце и от этого голоса у мужчины похолодело всё внутри, а сердце упало прямиком в пятки, замирая на долгие минуты, — слышу, что узнал. Есть дело. — Нет никакого дела. Я вышел, — спокойно ответил Тренер, уже было намереваясь скинуть надоедливый звонок, когда собеседник громко прочистил горло и резко перебил Фаррелла. — Как там Карапузы? — Нормально. — В голосе Тренера сквозила сталь и нескрываемая угроза, не услышать которую не мог лишь тупой, но звонивший был явно не заинтересован в пустом запугивании и так же спокойно продолжил. — Чудесно, как сам? Как там твой Рэймонд Смит? Твои вкусы не промах, как обычно. — Злорадство. Столько яда и злорадства, что Тренеру захотелось сплюнуть. — Я уже понял, что ты следишь. Короче, — Колин огляделся. Навскидку, первой была замечена маленькая камера в фоторамке, под самой рамой. По скромным подсчетам мужчины, такой прелести он по дому сегодня наберёт целый ворох. — Что тебе нужно? — Пирсон сильно мешает в последнее время, особенно после того, как его люди убрали китайцев. Убери его и Рэймонда. Или мы уберём Карапузов. У тебя неделя. — Короткие гудки ознаменовали завершение разговора и Колин молча замер посреди комнаты, шумно выдыхая и стараясь успокоиться. Нет. Теперь Тренер не позволит собой вертеть. Сейчас у него есть новая семья, которую он разрушить не даст. Но сначала надо собрать всю прослушку в доме.

***

Звонок Праймтайма, как оказалось, действительно был неспроста. Приехав на место, Рэймонд долго смотрел на тело. Очень неаккуратно упакованное в старый холодильник на свалке, находящейся на окраине города. Чаще всего здесь тусовались дети из малообеспеченных семей, или, наоборот, из очень обеспеченных, у которых были деньги и желание подсесть на хмурого. — И за что? — с презрением поглядывая на размазанное в фарш лицо уточняет Рэй, морщась, как при сильной зубной боли. Чувство отвращения подступает мерзким липким комом к горлу, вызывая плохо сдерживаемые рвотные позывы. — Ему башку снесло от последнего укола. Когда я пришел домой, он на меня кинулся, — устало потирая лицо грязными руками, вздохнул Праймтайм, присаживаясь у тела и вызывая у Смита чересчур сильное желание искупаться в антисептике. Мерзость. — Я не рассчитал силы. — Я вижу, — скептично замечает Рэй, натягивая ещё одни латексные перчатки поверх уже надетой пары и внимательно наблюдает за Праймтаймом. — Полагаю, что вещи из дома ты так и не забрал. Как ты додумался его сюда притащить? — В этом районе копы бывают реже, чем солнце показывает свои лучи в Лондоне, окей? В груде одежды и бытовой техники никто не заметит тело первые трое суток так точно. — Фыркает Праймтайм, пиная холодильник ногой, от чего из трупа вылезла взбудораженная, жирная, облезлая крыса. Когда она сюда успела забраться? — Фу, блядь, — Рэймонд прикрывает нос рукавом и отворачивается, чтоб не чувствовать запаха начинающей гнить плоти. Вдобавок ко всему, судя по запаху, это тело еще и посмертно испражнилось. — Ненавижу скафизм. — Я не оставил отпечатков, не оставил ничего, что привело бы ко мне, на нём нет моей крови, плюс я забрал его личные вещи и сжёг их, — грустно вздыхает парень, почесывая затылок грязными, черт возьми, руками. — А Тренер не промах, раз вас так натаскивает, — зло хмыкает Рэй, переводя взгляд с тела на парня и делая пару шагов назад, чтобы ослабить трупную вонь. Праймтайм явно юлил и прикончил этого пацана не вчера, как говорил сам, а, как минимум, дня три назад. — С такими навыками, да немного дисциплины, и я бы тебя взял к нам, но… — Что, но? — уточняет Праймтайм, всем своим видом стараясь не показать искреннего разочарования, сквозящего в его голосе. — Глупые вопросы, Праймтайм, — подкурив сигарету, фыркнул мужчина, отходя в сторону на приличное расстояние. — Но всё же, — всё естество юноши выражало искреннюю обиду и непонимание, потому как, судя по всему, ему было действительно важно знать ответ. — Но меня останавливает возможность получить пизды от Тренера, — философски закончил Смит, безразлично оглядываясь на подъехавший грузовик, из которого тихо выгрузились вызванные им Банни и Фрайзер. Сигарета медленно тлела в руках мужчины, а пепел, падающий на латекс перчатки, прожигал его, оставляя после себя огромные чернеющие по краям дыры и неприятно отдавая горелой резиной. — А мы можем ехать, — наконец вздохнул Рэй, кидая окурок в груду мусора, облегченно стягивая с себя перчатки и благодаря Бога за то, что парни успели вовремя и ему не пришлось самому выволакивать труп и паковать по пакетам. — Куда? — слегка нелепо уточнил Праймтайм, почесывая затылок и потирая нос. — Глупые вопросы, Праймтайм. Глупые вопросы, — мужчина брезгливо оглядел парня и, выуживая из бардачка машины детские салфетки, бросил их ему. — В машину не садись пока не ототрешься, ради, блядь, всего Святого! — Так куда мы? — Ты к Эрни. Я домой, — Рэй устало вздохнул, заводя мотор и мысленно проклиная тот день, когда встретил Карапузов. На заднем фоне медленно проплывали дома, пока Смит аккуратно объезжал груды мусора, и дома, которые больше походили на притоны. Неожиданно в правом зеркале заднего вида мелькнула тень. Всего лишь тень, которая привела Рэймонда в немое оцепенение. — Кто там? На кого вы смотрите? — уточнил Праймтайм, нервно оглядываясь на компанию, раскуривающюю водный прямо на веранде дома. — Да так, — сиплым голосом произнес Рэймонд, — моя сестра.