Одна банка зелёнки на двоих

У меня есть сотня долга. А это значит, что пора подумать о еде. Что я там думал? Мусорки, точно. Обхожу здание бара и точно: стоит прекрасная зелёная мусорка. Над ней витают зелёные мясные мухи. Это хороший знак, потому что там где они - там мясо. Кто то мне говорил, что боится гранатов и мяса. И почему, интересно? Они оба вкусные. Возможно, тот и другой имеют "кровь", но тогда это боязнь крови. Но это абсолютно не важно, потому что если я не наполню свой желудок чем нибудь съестным, то начну переваривать сам себя. Хотя, в свете последних событий, возможно, если мой организм начнёт сам себя поглощать, то он будет регенерировать. Но наверное это те ещё специфические ощущения. Мне хватило треска зубов и полной пасти своей крови. Не понравилось. Поэтому я открыл мусорку. В лицо пахнуло обильно разлагающимися мясными отходами. Я вытащил большую кость с отлипающим мясом и начал трапезу. Приятного мне аппетита. Вид этой кости, предположительно бедренной и принадлежащий корове или быку, напоминал мне мою собственную ногу, гниющую от частого введения в неё снежка. Сейчас мои ноги в порядке, и это подтверждает тот факт, что я нахожусь во сне. Немного горьковато и имеет неприятный кисло-земляной привкус, но это тоже ничего для голодного меня. Иногда попадаются склизкие жирные мушьи дети. Главное чтобы меня никто не засёк в таком положении. Чёрт! А как я буду отдавать долг Мыши?! От меня прёт тухлятиной, тот даже за километр не приблизится ко мне. Блин, я мог бы подкинуть ему деньги в дом или квартиру, или нору, или где там они живут, но не знаю где. И спросить не у кого. Вот это мой главный минус: сначала сделай и потом подумай. Ладно, надеюсь, за несколько часов выветрится. А если не выветрится - придётся искать где нибудь что то очень вонючее, что собьёт гнилостную вонь. Очень странный типчик. Мне повезло, что я был достаточно пьян, чтобы не блевануть от того зрелища. Фффу... Как вспомню, так мурашки по спине. Мрачняк. Блин, а ведь он засрал мне всю кабину своей кровякой! В этом есть один плюс и один минус. Плюс: я могу собрать его генный материал и клонировать. Минус: неприятная видуха. Но думаю, перетерпеть можно. Заставлю его потом вылизывать весь самолёт >:( тоже мне, механик. Обновления это конечно хорошо, но доверять этому кривожопому что либо не хочется, тем более, мой транспорт. Шёл бы он лесом. Друган пищит. — да соврал я ему про дела. Точнее, частично. Отснимем пару порнографических роликов, возьмём пива и рванём к Петуху. Или не рванём. Не знаю. Не хочу наверное никуда рвать. Дома посижу. Друган слизывает кровь со дна кабины. — выплюнь! Ты чё творишь? Вдруг он заразный чем нибудь. Вдруг у него СПИД! Он же наркот хренов, а ты бяку всякую слизываешь. Чем лечить тебя буду, Друган? Тушканчик укоризненно пискнул. — точняяяяяк, я забыл, - желудок издал рёв кита, и непонятно чей именно, мой или Другана, - что существует такая ненужная потребность в пище. Ну вот и почему, интересно, я должен прерывать все свои дела чтобы раздобыть пропитание? На приборной панели мигнул значок недостатка топлива в баке. — твою же мать, а? Что за день сегодня такой? Оказывается, механизмам тоже нужна пища. Если в конечном итоге один искусственный интеллект в итоге решится на войну, то выжившие банально обречены на голодную смерть. А железные задницы в конечном итоге заглохнут от недостатка подпитки, топлива или ещё чего то там, что им нужно для работы. Самолёт падает в нескольких метрах от заправки. Ещё чуть чуть, и нечем было бы заправляться. Взрывы это конечно круто, но мне нужно заправить бак. И нет, не мой бак. Самолёта. Вылажу из кабины и тут же в нос ударяет несвойственный для заправки запах: гниль, или что то дохлое, лежащее на солнце. Осматриваю корпус на предмет какой нибудь сбитой птицы, но всё чисто. За исключением кабины, естественно, та вся в кровищи Фила. Захожу в здание заправки и хочу расплатиться как добропорядочный гражданин, как тут... — о. Привет. — при.. эээ... Увидеть Фила за кассой на заправке - последнее, о чём я думал. — твои сто баксов. Кладёт на стойку сотню. — странно. Каламбурно получается. Я пришёл заплатить за бенз, но платят мне. — как будто что то плохое. - тот усмехнулся. — слишком часто ты мне на глаза попадаешься, дружок. — ну, как. Ты начальник, я рабочий. Обычно босс иногда захаживает в офис к рабочему. — допустим. Но ты работаешь на трёх работах, нет? — уже нет. На одной. Заправка - подработка. — а Акула что? — ничего. Я запросил сотню баксов, тот мне её и отдал. И кстати. Я соврал насчёт обнюхивания мусорок. Он потребовал, чтобы я следил за тобой. Мол, ты что то знаешь и скрываешь. — и? До какого момента ты рассказал? — до дрифта в воздухе. Потом он отдал деньги. — неплохо. Вполне нормально. Но ещё раз за мной проследишь - заточку в глотке обнаружишь. Угрожающе хмурюсь, но видимо это не работает. — чувак, - тот ехидно ухмыляется, - у тебя походу амнезия. Ты хоть взорви эту заправку пятьюстами килограммами тротила - я воскресну. Как Феникс. Только не из пепла. — я уже понял. У тебя тут корова сдохла что ли? Так воняет. — гммм... Нет. Скорее, я ограбил мусорку у бара Роды. Тут опять мой желудок затрясся в громогласном пении. — ооо, - Фил наверное весь исхохотался внутри, - понимаю, товарищ. Погоди минутку. Тот удалился, а я всё пытался осмыслить это "ограбление мусорки": он что, вытащил и сожрал гниль? Не успел я ничего осмыслить, как тот притащил две небольшие коробки. Пахнет вкусно. — за счёт заведения. — аааээ... Это что, рабочий угощает начальника? — возможно. Скорее, товарищ не даёт протянуть с голода ног товарищу. — и что, теперь я перед тобой в долгу? Мне становится немного совестно. — вообще нет, но как хочешь. Не люблю, когда знакомые у меня занимают. — потому что потом не отдают? — и это тоже. Но главная причина - для меня это ерунда, помочь малой суммой, ночлегом или едой. Только если это не вредит им самим, например, если друг просит занять денег на верёвку и табуретку, то я естественно не дам, а попытаюсь выяснить причину. Вторая причина - они берут долг и либо спиваются, либо обдалбываются и мрут как мухи. — и много раз ты так давал в долг? — как видишь. Много. Ладно, иди уже ешь куда нибудь, только не здесь, а то мне потом влетит не по детски. Приятного аппетита. — о, э, спасибо. Я беру две пластиковые коробки и запрыгиваю в кабину. Одна коробка достаётся Другану. В обеих коробках по 6 штук свежих хот-догов. Я бы схомячил всё это за один присест, но нужно растянуть на весь день, до завтрашнего. Друган довольно пищит. — откуда? Ну, это Фил угостил. Точнее, я ему как бы теперь должен. Приятного. Мы приводим в порядок наши мешочки для пищи и чуть ли не урчим. Осталось немного пива, как раз на двоих. От нечего делать наблюдаю за заправкой, растягивая хмельной напиток. Тут вижу, Фил выходит к колонкам, в руке антифриз и пачка сигарет. Что этот дурик собирался делать? Выпивает чуть ли не залпом пять литров антифриза... Так, кажется, я понял. Если сейчас не смыться, то от крови придётся отмывать не только кабину. Быстро завожу самолёт и отлетаю подальше, но всё ещё оглядываюсь на заправку. Тот отошёл на пару десятков метров, допил оставшуюся жидкость и закурил. Взрыв был конкретный. Видимо, он ещё влил в себя несколько литров низкооктанового перед этим, поэтому взрыв получился куда мощнее. Фффу... Я вижу, как отлетают в разные стороны ошмётки. Но ничего, он оживёт. Интересная способность однако. Но иметь такую я бы не хотел. Друган пищит. — ну, по крайней мере, он нас угостил. Едой. Неплохо было бы пивом, но и еда тоже хорошо. Поэтому пивом угощаю я. Но не сегодня. Надо лететь на порностудию. Спустя пару часов съёмок я прозрел: Фил станет моей золотой жилой. Что может быть лучше, чем наблюдать за регенерирующим существом, которое в конвульсиях просит его убить? Чёрт, я гений! Обыкновенная порнуха больше никого не интересует, а такое вот "зрелище" принесёт весьма больший доход, нежели видеозапись с какой нибудь шлюхой в оргии. Есть полно ублюдков, которым зайдёт этот материал на 100%, я видел всяческую расчленёнку в даркнете, и она имела большой спрос. Особенно с животными. Я ведь профессиональный режиссёр как ни крути! Тогда мне не придётся пахать на Акулу. И возможно, я даже стану богаче, чем Квадрат. Да, так и будет. Ну а почему нет? Тот, как я вижу, любит пострадать, других мотивов на самоподрыв я не вижу. А тут и мазохизм, и польза. И ведь это довольно легко: умереть можно от чего угодно, было бы желание. Можно устроить несколько рубрик, например, "Беги или умри", "Что больнее", и тому подобное. Да, я определённо предложу ему эту задумку. Но сейчас... Мне нужно выпить. Съёмки закончены, и я скупаю на сотню добротного пива. В кои то веки я беру количество большее, чем на двоих. А я щедрый малый. Да, только не сегодня. Возможно, если Фил согласится, можно отснять что нибудь необычное сегодня. А потом, позже, отметить мою гениальность. Да, так и сделаю. Только за этим наркотом следить нужно глаз да глаз, чтобы не пропустить ничего интересного. Да, думаю, нужно прямо сейчас отправиться на поиски его останков. Темнеет. А ночлега я так и не нашёл. Конечно, мне и подошла бы та мусорка у бара, но вряд ли меня пустят на территорию заправки, если от меня будет вонять помойкой, а мой внешний видок и так весьма потрёпан. Форма работника АЗС полуистлела, а шерстинки, или мех, ещё тлеют. Всегда думал, что мой мех это пластмасса, очень тонкая и сделана под мех. Но как оказалось, нет, настоящий животный мех. Была бы тут автомобильная свалка, тогда другое дело: забрался бы под капот какого нибудь грузовика и дело с концом, и тепло, и запах соответствует должности. Тут я осознал, как же сильно меня ломает... Никогда бы не подумал, что в своём же наркотическом сне буду думать где и как найти дозу. Я мог бы и сам сварить, аптеки ведь везде имеются, даже тут, скорее всего. Но для этого нужно сухое тёмное помещение, чего у меня нет. Возможно, если бы я мог, то отправился бы на поиски какого нибудь заброшенного склада или бункера для надёжности, но мне даже впадлу подняться с асфальта сейчас. Жуя в зубах сигарету, пачку которых я украл из под прилавка, обнаружилась интересная вещь: я сижу прямо под окнами здания какой то фирмы по услугам и изготовлению электрики. Внезапно мне стало интересно, что же там творится? Судя по сильному потоку света с крыши, там есть большие окна. А рядом должна быть пожарная лестница. Уже довольно поздновато, поэтому все рабочие должны разойтись. Ну, куда меня нелёгкая ведёт... Ржавая ненадёжная лестница. Прям как в реальном мире, тут о техники безопасности не думают. Главное не свалиться бы на полпути. И да, я был прав: чуть не свалился с шестиметровой высоты, подскользнувшись на мокрой ступеньке, и чуть ли не напоролся ребром на острый край перил. Будет моё время, я покажу всем этим не уважающим ТБ что их ожидает, если никто вовремя не опомнится. Ещё пару метров и я на крыше предприятия. И действительно, я был прав: в некоторых местах были довольно крупные окна. Зачем они тут, интересно. Подхода к ним, кроме как с лестницы, нет, внутреннюю лестницу или лифт я тоже не вижу. И их как будто не открывал никто. Представляю, какая там вонь внутри... Воняет хуже, чем гнилое мясо. Одно окно как раз расположено над бойлером с расплавленным пластиком. Поливинилхлоридом, если быть точнее. 220°С, как ни крути. Зелёненький... Слышу знакомое гудение в небе. Я начинаю испытывать дежа вю. Опять это жёлтое такси? Любопытно, что он забыл здесь и в такое время. Слишком интригующе. Наблюдаю как мастерски приземляется на соседнем здании. Он что, паркурист что ли? Хотя, там от силы полметра между зданиями, ерунда. Но всё же, это не отрицает того факта, что Мышь надвигается ко мне. — что я уже натворил? Спрашиваю первый, как будто действительно сделал что то нехорошее, как непослушный ребёнок. — открыл мне путь к успеху. - у него на морде написано "мне нужно много бабок и поможешь мне с этим ты", - у меня к тебе деловое предложение, от которого ты не устоишь. — готов сделать всё что угодно, - я сжимаю зубы и чуть скулю от ломоты в костях, - хоть зоофилам отдавай, но найди мне где нибудь дозу. — чё? Дозу чего? Мышь искренне удивился. — братан, да за такие бабки, что мы срубим, - слежу за его руками, вдруг заточка где нибудь, - ты сможешь купить себе хоть яхту белого порошка. — разве ограбления банков ещё не вышли из моды? Отворачиваю морду и недоверчиво смотрю на пластик под ногами. — нет, это само собой разумеющееся, - тот немного замялся, - но ты даже не понял, что за тема. — и что за тема-то? — гуро. — что? — гуро. Ну, расчленёнка. Душетрепещущий контент. Как тебе такое? Я задумался. — то есть ты предлагаешь записывать на камеру как я тем или иным способом калечусь? И ты серьёзно, брат? Я нервно хихикнул. — а что тут такого? Ты регенерируешь, значит, бояться нечего. Тем более, ты сам сказал, за дозу хоть к зоофилам. Я могу такое устроить, но в моём плане выгоды больше. Ты, как я погляжу, мазохист, раз подорвался на заправке, а я, как видишь, люблю съёмки и жесть. Так что, почему бы нам не пожать руки, партнёр? Тот протянул лапу и деловито ухмыльнулся. Не знаю. — не знаю. Меня ломает, звездец... Я не выдерживаю и спускаюсь на колени, так кости болят. — ты в порядке, друг? Ладно, - Мышь развернулся к самолёту, - времени у тебя полно, как решишься - подходи к бару Роды в любое время. — подожди, но я же не сказа- На этом слове меня оборвал хруст стекла. Я и не думал, что холод снаружи и теплота внутри настолько повлияют на стекло. Я то думал они двойные здесь, а они обычные, квартирные... — замри. Мышь достал откуда то ручную видеокамеру. Кажется, я понял, о чём идёт речь. Увидев под растрескавшимся стеклом чан с пластиком - я чуть было не поседел. На секунду я представил, что бы ощутил, если бы рухнул туда. А на следующую секунду я как раз рухнул туда, пытаясь зацепиться за что нибудь, лишь бы не упасть в кипящий ПВХ. Но нет, реальность берёт своё. Проглотив пару стёкольных осколков, первое, что я почувствовал, это как мой мех воспламеняется ещё до соприкосновения с пластиком. А последнее, что смог разглядеть среди осколков на морде - это объектив камеры Мыши. Вы когда нибудь читали описание ада? Я нет. Но слышал, будто в аду черти карают грешников, и отовсюду доносятся вопли и крики под отвратный кипящий запах крови и испражнений оных. Говорят, в аду пахнет свежим мясом. Нет, я вам скажу, что в аду отвратительно воняет горящим ПВХ. Эта дрянь поглотила меня ещё до того, как я упал в чан. Далее всё было как в вонючей раскалённой мясорубке: я ощутил, как белки глаз и мозг моментально сварились от высоких температур, кровь, по всей видимости, тоже свернулась, потому что при попытке разорвать себе опять связки крови не было. Было только нечто что то очень тёмное и пахнущее железом. Пластик разъедал мой организм, как дешёвый фломастер разъедает бумагу. Я и не думал, что будет настолько больно. От взрыва меня так не вставило, как от закипания внутренних и внешних органов. Яйца, кстати, превратились вкрутую. А мозг просто сжался до размера куриного, потому что сварился в черепной коробке будто в микроволновке. Я ощущал, как распадаюсь на молекулы и атомы, и как пластик смешивается с остатками тканей и органов. Интересно, почему моё сознание всё ещё живо? Это ещё одно доказательство осознанного наркосна, но почему боль ощущается как наяву? Возможно, этот вопрос до конца дней застрянет у меня в голове. Я и моргнуть не успел, как получил первый видеоматериал. Как иронично, зелёный медведь растворился в кипящей пластмассе. Хорошо, что он успел зацепиться за край чана, потому что так я бы никогда не смог заснять тех деформаций, что с ним происходили. Это по настоящему "порвёт" даркнет, такие кадры шокируют всех! Повезло ещё, что чан стеклянный, а то хрен бы я заснял как его глаз прилип к стенке и смешивался с кипящей массой. Здесь пластика литров 20-30, если не больше. Мне очень интересно, как он будет оттуда выбираться. Скорее всего, он восстановится к завтрашнему вечеру, когда за рабочий день этот чан полностью опустеет и из пластика сделают какие нибудь трубы. Я представляю лица рабочих, когда те увидят как из труб по кусочкам собирается какой то зверь ;)) я бы хотел это заснять. А сейчас уже слишком поздно. Спать хочу. Намаялся за весь день. Даже впадлу за руль садиться и лететь домой. Кое как взобравшись по лестнице и аккуратно, как мышка, пробравшись по тонкому, как оказалось, стеклу, я возвращаюсь в кабину. Другана нигде нет. Возможно, ушёл куда то. Не важно. Я слишком устал. Выключаюсь, как древний компьютер, не успев даже допить оставшееся пиво. А будильником мне стали вопли рабочих из соседнего здания. Похоже, Фил наконец восстановился в единое целое. А я не выспался. Но да ладно, нужно загрузить видео в сеть, и, возможно, поговорить с "заложником пластмассы". О чём я и говорил. Лёгок на помине. Спускаюсь перед зданием предприятия. — с лёгким паром. Как тебе инновационный гель для душа с запахом ПВХ? — 10 камер из 10. Я согласен на твой план. Только ты мне торчишь. — это ты торчишь, а я задолжал. Немного. Садись, подброшу до "офиса". — офиса? - тот скорчил недоверчивую мину, - с каких это пор ты такой щедрый? — пользуйся моментом, и крути педали. Давай, запрыгивай, времени и так в обрез. — тебе легко говорить, не ты же всю ночь варился в чане с пластиком. — не дуйся. И на твоей улице когда нибудь будет праздник. Фил кисло ухмыльнулся и переместился в кабину. — а я думал, ты заделал это адское отверстие. — ты ж механик, и тем более пообещал проапгрейдить его в люк. Вот и оставил. — точно. Я и забыл. Фил огляделся по сторонам, стараясь держаться подальше от люка. — слушай, сигареты не найдётся? — нет. Курю только по "праздникам". — а жалко. Ты себе не представляешь, каково это иметь ломку, и вместе с этим всё ещё ощущать температуру пластика на коже и внутри. А сигарета бы не помешала. — и каким же это образом? Давно самоподрыва не совершал? Да и вообще, это ломка имеет тебя, а не ты ломку. — не знаю. Никотин и химия успокаивают. Или мне просто это кажется. А про ломку ты в точку попал, чувак, и имеет не по детски. х) Кстати, где твой вечнопищащий дружок? — ты про белку? Понятия не имею. Грызёт себе что нибудь где нибудь. — знавал я одного такого грызуна. На досуге он отгрызал себе лапы и дарил сам себе взрывающиеся открытки. — возможно, это просто был глюк. — да вот не знаю, уж слишком реалистичный глюк это был значит. Да и сейчас, то же самое. — что то же самое? — потом расскажу. Когда нибудь. Возможно. Я бы хотел попросить ещё об одной вещи, если это возможно. — ну? — это если твой план сработает и у нас появится хоть какая нибудь сумма на улучшение съёмок. — ближе к теме, клыкастый. — я могу перед съемками принимать обезболивающее? — если только после съёмок. Потому что зрителю необходимы настоящие эмоции, а не подделка и дешёвая игра на камеру. Хотя, возможно, если после некоторых удачных роликов наберётся немалое количество положительных отзывов, то ты сможешь принимать обезбол перед съёмкой. — потому что превращение кисти в фарш с отсутствием кровинки на лице придаёт брутальности? — именно так. Да и сам ты устанешь вскоре от постоянных воплей. Вообще, устану в первую очередь я, как режиссёр и оператор. — режиссёр-сценарист. Кстати, кинематографист хренов, у тебя есть ещё какие либо сюжеты? Хочу хотя бы предполагать, что меня ожидает. — всякое разное. Но в большинстве своем в немного постыдное и кровавое. — неплохо. Хотелось бы увидеть поскорее лучший вариант и худший. — не торопи события. Будем писать сценарий по мере поступления средств, ну и идей, естественно. — интрига, однако. На интриге кстати тоже можно нехило сыграть. Я знаю миллиард и один способ самоуничтожения. — про миллиард ты сильно загнул. Их всего около двух сотен, или и того меньше. — возможно, всё возможно. После развала вавилонской башни народы потеряли общий язык и понятия. — а ты, я вижу, всесторонне развит. — я бы сказал, поверхностно развит и всесторонне недоразвит. — шутник ты однако. Вылезай, полёт окончен. Мы спрыгнули, и Фил чуть было не сломал ногу. Я уверен больше чем на сотню процентов в нём. К нам припрыгал Друган. — о, приэт. Как, твои дела? Друган пищит и кувыркается. — кажется, всё не так уж плохо. По крайней мере, купаться в пластике пришлось одному из нас. — слышь, Мышь, - Фил хихикнул, - тащи тряпку, сварку и камеру. Сейчас я тебе покажу, каким образом можно слиться с металлом за считанные секунды. — а ты интриган однако. Покопавшись где то позади дома, я нашёл всё необходимое. — отлично. Мокрой тряпкой Фил почистил наконец кабину от крови. — я надеюсь, у тебя нет СПИДа? - я спросил, - потому что Друган слизал вчера пару капель. — нет, - тот сказал не отрываясь от работы, - только туберкулёз открытой формы. — значит, всё в норме. — однажды я уже проверял на себе такое. - Фил без маски приваривает люк от канализации. — и каков эффект? — приварил себе оба пальца на левой руке. Потом, когда срослись, разорвал их напополам. Кровищи было, будто я артерию пробил. — потому что ты мясо сварил между собой. Я записал, как искры попадают на глаза Фила и проедают роговицу. А зелёный мех еле тлеет от искр. И точно: он решил повторить давнёшний опыт, но приварил к самолёту всю левую руку до локтя. А затем оторвал её, оставив мех и мясо на железной поверхности. — я надеюсь, оно потом отклеится? — отклеится. Ты бы видел, как я складываюсь по частицам из разных деталей одного материала, тогда бы поверил. — жалко, я этого не заснял. — ты понаблюдай, и увидишь. И правда: спустя пару минут оторванные клочки мяса и меха будто в невесомости перенеслись в воздухе к носителю. — странно действует эта твоя регенка. — это ещё менее странное из того, что я видел. — и что же ты видел? — многое. — конкретнее? — как молодёжь поглощает свой род. Было жутко за таким наблюдать. Друган пищит. — ты прав. Среди фауны таких дикостей не бывает. — а всё почему? - Фил якобы вопросительно сказал, - а всё потому, что если животные и поедают своё потомство, то только из за отсутствия еды, или неспособности прокормить абсолютно всех. Молодёжь же делает это, потому что может. Как и города. Город поглощает сильных и выплёвывает слабых. И в итоге мы получаем недоеденное чмозомби, что способно лишь следовать за своими пожирателями, дабы для чего то быть полезным. Как тебе такое? — звучит, как теория заговора. — я похож на тех, кто строит теории заговора? Знавал я одного такого. У него был крутой свитер. Круче, чем мои и твои трусы вместе взятые. — нашёл с чем сравнивать, дурик. Не трепайся, а заходи. На бутылку холодного. Втроём мы наконец переместились на мою территорию. Я уселся за старый еле пашущий комп, а Фил присосался к бутылке. — сколько по времени ты примерно будешь записывать? — не знаю. В идеале не больше 15ти минут, потому что один эпизод порнографического ролика длится в среднем минут 20, но поскольку у нас тут немного иной материал, - речь мою изредка заглушали звуки мышки, - то придётся укоротить. Потому что наблюдать на протяжении получаса за твоими внутренностями у некоторых просто не хватит сил. А если не хватает сил, значит, материал не очень хорош. Для любой порнухи сюжет не особо важен, но ведь первые 3-5 минут основаны именно на сюжете. А у нас на это выйдет, по крайней мере, должно выходить, меньше двух минут. Чтоб не потерять интерес зрителя. — то есть, начиная съёмку, ты можешь сказать что то вроде "сегодня у нас на закуску жареный торф с соусом из жидкости аккумуляторов, на десерт мороженое из мышьяка и льда с присыпкой цианида"? Или что то такое. — ты прав, в принципе. Это, кстати, поможет всем тем, кто будет смотреть, перемотать на более интересный им момент. — запиши, пересмотри, запомни. Три правила успешных видеозаписей. — ага. Возможно, если спрос будет по настоящему велик, то запишем полнометражный фильм, на полтора часа. С сюжетом. — ага, с Блэк Джеком и шлюхами. Где то я такое уже слышал. — ага. Только закрыл бы ты рот, - я пытался убрать все голоса с аудиозаписей, а те, которые убрать невозможно - попытаться пропустить через фильтр, чтобы никто не распознал. — закрою. Как знаешь. Кости ноют. Мышь обещал дозу... И не даёт. Я в курсе, что деньги не из воздуха делаются, однако. Я нетерпелив. Пару часов без приёма внутривенно ещё никому не повредили. Вот и организм к тому же очистился на пару часов. — а сколько примерно занимает по времени редактирование? — смотря какой контент. Крики и вопли убирать сложнее, шёпот и нормальный голос - легче. Потому что они почти не слышны на записях. Природные эффекты, о которых постоянно твердят что либо по ящикам. Это неожиданно, но этим никого не удивишь. — я всё ещё жду. Хотя бы колёс. — я занят. Выпей пока чего нибудь. — аспирин от ломки не поможет. — тогда замолчи, пока я тебе не врезал. — мне бы димедрола колесо... — хотел бы я послать тебя прогуляться куда нибудь где нибудь, да вот не хочу пропустить интересный материал для съёмок. — так в чём проблема? привязал камеру к белке, и готово. — вот сам возьми и привяжи. я занят. - злюся. — окей. дружок, иди-ка сюда. Фил взял камеру и шнурок, валявшийся на полу. — это Друган. и он не любит, когда его гладят. — спасибо, что предупредил, - Фил привязал шнурок к камере и дал повесить Другану на шею, - а то бы руку по локоть отгрыз. — закрой рот, или мне придётся самому закрыть его. — как знаешь. до встречи. Двое зверят удалились, а я смог наконец-то посидеть в тишине. Иногда нет ничего лучшего, чем шум кулера в системнике, клики мыши и звук жидкости в стеклянной бутылке. Собственно, я уже почти окончил редактирование и осталось только залить на сайт, а выгнал их потому, что ужасно хочу спать. Ооо, дааа... и всё таки, я чуть чуть ошибся по поводу лучших вещей. Хотя, тут я уже не знаю что лучше: холодная хмельная жидкость с утра, или тёплая подушка в 7 утра? Одно другому не помешает. Всё, теперь осталось сладко-сладко поспать. — вот чёрт, а я почти забыл... - привычка говорить вслух с самим собой никуда не делась, - ...мне нужно на заправку. Как раз можно время скоротать и не париться насчёт записи. Слыхал, Друган? Выключи пока камеру, она нам не нужна. Тушкан пищит. — ой, давай тут без мозговыносящих писков, окей? Я и так беличьим языком не обладаю, а тут ещё акцент с ультразвуком. Будто издеваясь, Друган пискнул опять, высунув язык. Маленький серовато-розовый язычок. — если такое сотрудничество пойдёт и дальше, то оно не пойдёт. Мне придётся соорудить переводчик с тушканьего. Друган что-то пропищал, видимо очень укоризненно. День как день. Клиентов почти нет. За исключением... парня с крюком? Это уже интересно. — чем могу помочь? — прими оплату за 91й. О, Друган, ты каким боком тут? Парень-с-крюком оглядел тушкана. Я же оглядел колонки на предмет какого либо транспорта. Но увидел только доску с приваренным на неё двигателем. — выглядит мощно. — ещё бы. и движок от 86й. — да ладно, той самой? — ага. — где откопал? — не поверишь. Нагло свистнул у завода урожайного поля, пока за этим наблюдали стритсракеры с соснового поля, книжного поля и принадлежащие солнцу. — а ты что, был на родине миднайтов? — было дело, давно очень. Но, зато какой трофей и опыт получил! Тогда у меня ещё была рука. Всё, я спешу. Найдёшь меня по корндоговым полям. Покеда. Парень-с-крюком укатил на доске, а я так и остался стоять в непонятках. — что это было, Пух? Тушканчик издал писк, который якобы мне должен бы быть понятным. Но это не так. Поэтому я просто остался стоять за кассой, ожидая клиентуру. Я очнулся за своим письменным столом, в кипе каких-то бумажек. За окном незыблемая тьма. Настолько густая, будто мой дом находится на дне дёгтевого океана. Жутковато. Не нравится мне глубина. Уле=еле поднимаюсь из за стола, хочу посмотреть что происхрдит в других комнатах. По всему телу какая-то слабость, будто я сам погряз в медленно твердеющем гудроне. С упором открываю дверь, ведущую в коридор. Какие то странные фотографии на стенах, еле разборчиво вижу на них пятна. Цветные. Зелёное пятно, это, наверное, я. А это тогда что за пятно? И почему мне это всё так знакомо? Шатаясь, будто к моим ногам привязаны две семипудовые гири, открываю дверь, которая кажется ведёт в зал. И правда, комната просторная, напоминает зал или общую комнату. — Фитц! Что с твоим лицом? - откуда ни возьмись, передо мной предстало взволнованная морда одной мне очень знакомой мадам-мышь. Я очень стараюсь вспомнить её имя, но никак не получается. — я, эээ... не знаю, что то не так? — да, не так! - видимо, она очень встревожена чем то, но чем? никак не могу понять, - ещё ничего не поздно кое-что исправить, слушай своего нового приятеля. Тогда всё снова станет на свои места, тогда всё снова будет хорошо... Я не успеваю ничего сказать, как мадам уже разрыдалась на моём плече. Почему то мне её очень жалко, я хочу помочь, но понятия не имею, о чём она говорит. Что не поздно исправить? Что за приятель? И почему сейчас не хорошо? И как же, чёрт побери, её зовут?! Из дальней комнаты донёсся тихий детский плач. Мадам-мышь ринуласть туда, на ходу вытирая слёзы с морды. В груди словно что то сильно сдавило, какое то непонятное мне доселе ощущение. Будто в жестяной бак кинули динамит. Я проследовал за мышью на шум. Она на руках нянчит маленького... мышонка. По нескольким детским игрушкам понимаю, это мышка. Созерцая, как Мадам-мышь баюкает мышку, горящий жестяной бак во мне потухает, на смену этим ощущениям приходит... Спокойствие. Я абсолютно спокоен и умиротворён глядя на это. Почему то мне кажется, что эти мыши - моя семья. Кажется, я начинаю понимать, что к чему. Те фотографии в коридоре, Мадам-мышь знает меня... а я знаю её. Кажется, она не против, чтобы я подошёл поближе. Подхожу. Какое странное ощущение. Я и спокоен, и рад в одно время, но что то не так. Я боюсь прикоснуться к ним. Я знаю, если я прикоснусь - то случится что-то очень плохое. Я не хочу навредить им... — не бойся. Всё будет в порядке. Но следи за временем и слушай того, кто никогда не был в Q109, тогда мы снова будем вместе. Она улыбается, скрывая тоску и печаль. Внутри снова разгорается бак, и я больше не чувствую спокойствия. Мне тревожно и страшно. Светлая комната темнеет, будто дёготь влился внутрь безопасного пространства. Я больше не вижу Мадам-мышь и нашу дочь. Я уже ничего не вижу. Кроме бескрайной темноты.