Хроники юного отаку-иллюзиониста.

      Почему Реборн? Почему именно его выбрал Бермуда и предложил стать союзником своей команды? Потому что он считается сильнейшим киллером во всём мире? Это одна из причин. Аркобалено с бесцветной пустышкой ясно видел, что этот человек отличается ото всех остальных Аркобалено. Он давно наблюдает за его действиями. Ведь благодаря Реборну и его нестандартным методам Савада и окружающие его люди сумели добиться многого. Хоть та же битва представителей, по результатам которой его команда находится ближе всех к победе. И тогда Виндиче понял, что этот человек может спутать все его карты, если не предпринять каких-либо мер. И решил, что лучшим будет завербовать киллера себе, как раз и с неким планом бесцветного Аркобалено поможет. Потому он и явился со своим подчинённым на поле битвы и предложил Реборну вступить в его команду. И, предвидев отказ того, отправил Аркобалено Солнца в неизвестное место, где он сможет узнать правду, которая заставит его передумать.       И вот Реборн вместе с помчавшимся на выручку к нему Тсуной находился в тёмном месте, чем-то напоминающем пещеру, если осветить местность фонариком. И правдой, о которой говорил Бермуда, оказался секрет Аркобалено, как выразился сам Реборн - странный наскальный рисунок, приведший к подобному выводу. Сам же Реборн об этом был ни сном, ни духом, а лишь хотел узнать тайну возникновения Аркобалено, что не давала ему покоя долгое время, и потому позволил Виндиче поймать себя, чтобы, наконец, это выяснить.       Пока ребята ходили-гуляли, время третьего дня битвы успело истечь, о чём громко сообщили часы. В проходе, который нашёлся немного поодаль от них, было намного больше рисунков, что успело впечатлить Тсунаёши. На первом рисунке, на который они наткнулись, было изображено семь фигур, а на заднем плане большим силуэтом человек со шляпой, стоящий в позе «Я властелин мира!», только злорадного смеха не хватало. В этом изображенном типе Тсуна предположил Шахматноголового, ибо силуэт шляпы был похожим - в клеточку - что подтвердил Реборн. Заметив краем глаза ещё пятна в тёмных участках стены, Аркобалено попросил своего хамелеона, принимающего вид фонарика, посветить сильнее. Диаметр света увеличился, явив взору ещё одну наскальную «живопись». Изображение гор, справа те же семь силуэтов людей и Шахматноголового, слева - исходящие из центра лучи, ниже них - семь маленьких человечков в ряд, под ними - изображение семи пустышек. Реборн узнал в этом «Роковой день», чем озадачил Саваду данным понятием. И успел осудить паренька о его не просветлённости, на что получил возмущённый ответ, что Небу он вообще ничего по этому поводу не говорил. Пожав плечами - ну не будет же он в открытую признавать свой фейл? - поведал историю о том, как он стал Аркобалено.       Началось всё с того, что их всех - нынешних Аркобалено - собрал вместе Шахматноголовый, как это было показано на правом рисунке, на который они смотрели. Там-то семёрка будущих младенцев и встретилась. Им давались задания разной сложности и с немаленьким вознаграждением, которые они в лучшем виде и без проблем выполняли. Так они и сработались. И после выполнения особо трудного задания получили последнее - взобраться на гору и найти там некое сокровище. Но достигнув вершины, их всех озарил загадочный свет, и они приняли вид младенцев, а соски, которые в итоге появились на их шеях, никак не снимались. — Х-хочешь сказать, что вас всех обманули? — впечатлённый историей поинтересовался Тсуна. — Шахматноголовый заманил вас в ловушку? — Ага, — кивнул киллер. — Мы связывались с ним письменно, но никак не могли выйти на него. А, кстати, — забыл уточнить ещё одну деталь в своём рассказе. — Колонелло не был в семёрке избранных, он лишь сопровождал нас, а когда полил свет, закрыл собой Лар. Так он и стал Аркобалено, а Лар, которую свет лишь задел, стала недоделкой. — Так вот что произошло... — Но только я не понимаю, — продолжил говорить, осветив Леоном ещё большую часть стены. — Здесь изображен роковой день. Но я вижу рядом и битву представителей. Почему?       Мальчишку это озадачило, и он пробежался глазами по другим рисункам. Помимо тех изображений, что они видели, ниже были набросаны ещё одни. К примеру, изображение семи групп из нескольких точек, которые схематично линиями шли к одной единственной точке. А рядом располагался рисунок, почти повторяющий предыдущий: несколько фигурок людей по семь групп, стоящих в круг, и исходящие от них линии, смыкающиеся в центре, представленного в виде круга и ломанной вокруг него линии, похожего на мультяшное изображение бума. А ещё левее нарисован большой силуэт по плечи Шихматноголового и под ним семь человечков, от них исходит стрелка в сторону просто семи человечков, а от них стрелка к изображению горы и над ней солнца, или загадочного света по рассказу Реборна. — И правда! — сообразил Савада, зацепившись взглядом за второй рисунок из семи групп по несколько фигурок в каждой. — Этот рисунок похож на битву, на столкновение команд! И тут ещё похожие, — поднял голову, обведя взглядом украшенную изображениями стену. — Что это всё значит?! — Это круг, — послышался им ответ со стороны. Проход, в котором они стояли, озарился ярким светом, заставив сильно зажмуриться. — Эти фрески были оставлены теми, кто прошёл свой собственный «роковой день» и «войну представителей», и на грани смерти запечатлели их для будущих поколений.       Глаза привыкли к яркому освещению, который исходил из следующего прохода, к которому вела небольшая лестница, и в нём стоял тёмным силуэтом страж Виндиче, а на его плече уютно сидел Бермуда. Вонгола насторожился на их появление. — Как и обещал, я расскажу тебе всю правду, — продолжил говорить Бермуда. — Саваду Тсунаёши я, конечно, не ожидал здесь увидеть, ну да ладно. Но для начала снимите часы, Шахматноголовый нас может подслушивать. — Чего? — не устроил такой расклад Саваду. — Снять часы в логове врага? Ни за что! Как тебе вообще можно верить после того, как ты пытался их уничтожить? — Ты прав, но всё же попробуй, хорошо? — спокойно и невраждебно попросил Аркобалено с бесцветной пустышкой.— Если бы я хотел уничтожить часы, то приказал бы сделать это Виндиче. — Но... — Мы тебя выслушаем, — прервал ученика Реборн, заставив того осечься и поражённо покоситься на него. Но дальше перечить не стал, осознав, что всё-таки это дело Реборна, и Небо не вправе решать, как тому поступать. Но как бы там ни было, а сам Аркобалено Солнца был рад, что Савада пошёл за ним и всё узнает вместе с киллером. Хоть не скучно будет, и диву дивить не в одиночестве предстоит.       Последовав просьбе Бермуды и сняв часы, оставив их на высоком столике в коридоре, где они были, Реборн и Тсуна зашли в просторный пустой зал. Пол был выложен плиткой, а каменистые и неровные стены плавно переходили в потолок. Зал освещали факелы, установленные на колоннах, что примыкали к стенам. Зашли ребята через проход, который, оказывается, был оснащён прозрачными двустворчатыми дверьми, и заперт ими. По словам Бермуды, эта комната защищена от всякого рода электрических волн и телепатий, и Шахматноголовый не может в неё как-либо попасть, хотя с таким противником ухо в остро всё же лучше держать. Зато эти слова убедили «гостей», что организатор и Виндиче работают не заодно.       И начал Бермуда под всевозможные восклицания Савады вести рассказ, что же они - Аркобалено - такое и с чем их едят. По его словам, сильнейшие младенцы существует уже давно, и они являются жертвами, которых принесли Шахматноголовому, чтобы защищать пустышки - то самое проклятое «сокровище». Но для их защиты простые смертные не годятся, тут нужна силушка помощнее, потому и проводится отбор сильнейших своего времени, которые смогут ценой жизни защитить свет пустышек. Отбираются они либо через выполнение определённого ряда заданий, либо через битву представителей. Эта война и роковой день имели место уже быть, но из-за большого промежутка времени их проведения люди не помнят об этом. Однако сами Аркобалено не могут существовать вечно, и их тела со временем не смогут выносить проклятие пустышек. Потому-то Шахматноголовый и устраивает битву представителей, чтобы выявит с её помощью семёрку сильнейших и превратить их в новых Аркобалено.       Заявленье удивило слушателей, ведь слова Бермуды не состыковались с тем, о чём рассказывали им - о снятии проклятия с Аркобалено. Или наоборот, умолчали, оставив факт об отборе и новом поколении напоследок, дабы не пугать участников. — А что же случится с нынешними Аркобалено? — задал волнующий вопрос Тсуна. — Их распустят, — не затянул с ответом Бермуда. — Большинство Аркобалено погибают при отделении от них пустышек. Выживших же ждёт жизнь проклятых. Жизнь, которую поддерживает лишь жажда мести. Вы должны были уже понять..., — попутно его словам страж сдёрнул с себя бинты и откинул плащ в сторону, как бы приводя в пример себя.       Что там говорилось про не выпирающие кости? Что? Таки добрались и до них. Хотя по сравнению с остальными, этот страж выглядел как-то «посолиднее», хотя ужас всё равно вселял зашитым ртом, белым левым глазом без зрачка на фоне чёрного белка и оголёнными с левой стороны грудной клетки рёбрами. — Виндиче - вот чем становятся Аркобалено, — заключил Бермуда, произведя должное впечатление на слушателей видом ещё одного обвешанного цепями зомби с каменной пустышкой. — Всё, что вам наболтали про снятие проклятия - ложь. Эта война нужна Шахматноголовому для отбора сильнейших и никак иначе. — Значит..., — подводил черту шокированный Вонгола, — даже если мы победим... проклятие Реборна не будет снято?.. — Да, он просто станет этим, — басисто проговорил страж, намекнув на себя. Савада хотел было ещё что-то сказать, но ему не дал Реборн, который, обработав всю услышанную и увиденную информацию, усмехнулся: — Так и знал, что этим всё и закончится.       Его слова подивили не только Небо, но и Бермуда не ожидал от него такой спокойной реакции. Или, скорее, таких слов. — Я подозревал, что никакого снятия проклятия в случае победы не будет, — продолжил говорить он. — То, что Шахматноголовый мошенник - очевидно, как ясный день. Я не настолько глуп, чтобы верить ему. К тому же, — слабо улыбнулся, — получив это тело, я предчувствовал, что помру нелёгкой смертью. — Значит, ты был готов к этому..., — задумчиво протянул Бермуда, найдя тем самым ещё одну причину, чем Реборн отличается от остальных. — Давай-ка уже перейдём к главному. Зачем ты учувствуешь в битве? — Ради мести, конечно. Я несколько раз пытался убить этого ублюдка, но всё тщетно. Шахматноголовый - это «человек-которого-нет», он словно стирает собственное существование. Вы ведь пытались его выловить, не так ли? — поинтересовался он у Реборна. Тот кивнул в подтверждение.       Из последующих пояснений Бермуды стало понятным, что тот намерен выиграть битву представителей, чтобы убить Шахматноголового, ведь он выяснил, когда тот уязвим: в несколько секунд после объявления победителя, в момент, когда он пригласит победившую команду к себе для обращения их в младенцев. Не только организатор использует эту войну для своих целей, но и Виндиче её оборачивают в свою выгоду, чтобы подобраться к тому, кто виновен во всех их бедах. И потому Бермуда попросил ещё раз Реборна присоединиться к нему, дабы предотвратить последующие жертвы. Но Реборн не спешил так быстро давать своё согласие, а продолжал собирать для себя информацию, анализировать, выяснять, выгодно ли для него данное предложение или нет. — И всё же, почему именно я? — решил-таки задать щекочущий вопрос Реборн. — Вон, Фонг или Колонелло посильнее будут.       Ответом ему послужил смех Бермуды: — Я выбрал тебя вовсе не за силу. Я подумал об этом, когда наблюдал за тобой и за тем, как ты воспитываешь Саваду Тсунаёши. — Э? Меня? — поразился в своём причастии Вонгола. — Он плох в учёбе, в спорте, никудышный, в общем, школьник, — вкратце перечислил все его недостатки Аркобалено бесцветной пустышки. — Но он изменился, когда появился ты, — пронзительный, хоть и через бинты, взгляд на Реборна. — И проявил он себя в битве с Рокудо Мукуро, — словно в подтверждение его слов в воздухе появился огромный экран, показывающий сцену из битвы в Кокуё-ленде, её кульминацию. Прям как бесплатный кинотеатр, только попкорн и колу осталось заказать и с удобством расположиться на диванчике. Слишком впечатлительный мальчишка продолжал удивлённо восклицать, что тут умудряются их прошлое припоминать. Наглядно. — Он смог создать, хоть и слабое, но пламя, что и обеспечило ему победу. А после он начал сражаться с людьми, с силой которых, казалось, не мог сравниться, — попутно его рассказу кадры сменялись один за другим: сначала показался фрагмент из небесной заварушки с Занзасом последнего дня конфликта колец, затем момент сражения с Бьякураном в небесной сфере в будущей эпохе, а после кадр битвы со Спейдом в теле Рокудо, хотя эта битва Бермуду не впечатлила, аргументировав это тем, что, хоть Савада в силушке и прибавил, но на достойного соперника не походил. — Во всём этом твоё участие было неоценимым, — продолжал речь Бермуда. — Но после того как он показал, что достоин выстоять против Виндиче, мне пришлось признать его. Всего нескольких твоих слов помогли Докуро Хроме объединиться с Рокудо Мукуро, и это стоило мне двух подчинённых. И после твоего выговора Тсунаёши перестал сдерживаться и победил Джека, сильнейшего в этой троице. И вдобавок, ты стал участвовать в битве представителей лишь для того, чтобы устроить тренировку для своего подопечного, а не ради собственной выгоды... Это какое-то колдовство, безумие, ты явно ненормальный! Просто обожаю таких вот двинутых! — проговорил он это с запалом, с ноткой восхищения. — Поэтому я и хочу, чтобы ты присоединился ко мне. — И это всё? — не был впечатлён такой объёмной и пылкой речью Реборн. — По-моему, ненормальный здесь только ты. — Ну-ну. Я прожил сотни лет, чтобы разглядеть человека, способного пойти против системы. И ты именно тот, кто нужен. — И кто же ты тогда такой? — на вопрос Реборна страж нахмурился, а Бермуда умолк. — Почему только у тебя бесцветная пустышка? Ты явно отличаешься от остальных Виндиче. — Я, так же как и они, был использован Шахматноголовым, и выкинут им, — ответил он. — Но нечеловеческими усилиями я смог сохранить силу своей пустышки. — Сохранить? — поднял высоко брови Тсуна. — Шахматноголовый лишил меня пламени и оставил лишь пустую соску. Но благодаря моему упорству я получил это тело и способность создавать новый тип пламени, — он активировал свою пустышку, из которой начало выплёскиваться тёмное пламя. — Это восьмой элемент - пламя Мрака. — Так ты использовал его ещё до Спейда? — вспомнил Савада, что сталкивался с восьмым элементом в схватке с иллюзионистом первого Вонголы. — И ты обучил этому пламени остальных Виндиче?       Ответом ему был утвердительный кивок: — Верно. Я помог тем, кто также выжил и жаждал мести. И создал собственную организацию - стражей порядка мира мафии - Виндиче. — Но какой прок вам лезть в мафию? — Шахматноголовый и Аркобалено - её часть, — пояснил недопонимающему ученику Реборн.       Но его немного подправил Бермуда, сказав, что тот позабыл об ещё одной части - Три-ни-сете. Семь колец Маре, семь колец Вонголы и семь пустышек Аркобалено - все они создают баланс в мире, и ими управляет Шахматноголовый. Тсуна подивился, что этот тип имеет какое-либо отношение ещё и к кольцам двух семей, но Реборна больше волновал момент, что организатор ими только управляет, если учитывать мощь всех этих элементов. Бермуда знал о кольцах ещё до их создания, и что они будут принадлежать будущим боссам мафии - Сепире и Джотто - предкам Юни и Тсуны - по предсказанию одного человека. И решил, что если он создаст Виндиче и станет стражем законов мафиозного мира, то будет близок не только к Три-ни-сете, но и к Шахматноголовому. Обдумав сказанное, слушатели удовлетворённо кивнули, признав это логичным. — Тогда последний вопрос, — вновь заговорил Реборн. — Что ждёт нас, нынешних Аркобалено, со свержением Шахматноголового? — Смерть, — твёрдо ответил Бермуда. — С его свержением рухнет связь между Аркобалено и их пустышками. Сами Аркобалено исчезнут. Мы, Виндиче, естественно, тоже исчезнем, но ради мести нам и жизни не жалко. — Меня не пугает смерть. Но я не доволен тем, что в это будут замешаны Лар и Юни. — Ты о чём? Тебя устраивает нынешнее положение дел? — Аркобалено Солнца сомкнул губы в тонкую полоску, промолчав на слова Бермуды. — Революция без жертв невозможна, ты ведь это и сам знаешь... — Но это неправильно!!! — неожиданно громко и серьёзно крикнул Тсуна, прервав речь Аркобалено Мрака. Ему надоело слушать лепет Бермуды о мести и смертельном исходе плана, пришёл теперь его черед толкнуть эпичную речь, чтоб аж пробрало. — Нельзя мстить ценой жизни Реборна и остальных! Я этого не допущу!       Да, пробрало. Удивило слушателей. И заставило Бермуду засмеяться таким громким словам. А Реборна же похвалить мальца за проявленную смелость. И тут Тсуна понял, что лучше бы он молчал. Ведь теперь расхлёбывать придётся. — И как же понять твоё «не допущу»? — вдоволь насмеявшись, поинтересовался Бермуда. Школьник запаниковал и замешкался, вмиг растеряв всю свою решимость и не в состоянии подобрать нужные слова. — Что делать будешь, Тсуна? — посмотрел на него Реборн. — Э... Ну... Ра-разве не очевидно?.., — заговорил он неуверенно, а затем, собравшись, решительным взглядом вперился в Виндиче и твёрдым голосом бросил Бермуде: — Я не позволю победить тебе в битве представителей и найду другой путь! — Не зазнавайся, — проговорил страж, за секунду оказавшись возле Тсунаёши, и ухватил его за плечо, крепко сжав и испустив пламя. Мальчишка, не ожидавший такой подставы, болезненно вскрикнул. Реборн, цокнув, вытащил пистолет и незамедлительно выстрелил в напавшего. Виндиче молниеносно увернулся и вернулся на прежнее место, где стоял до нападения. — Ну-ну, Джагер, — успокоительным тоном проговорил стражу Бермуда. — Прости его, Тсунаёши, он немного вспыльчив и не со зла это сделал.       Ну да, не со зла. И маленько вспыльчив. Совсем чу-у-у-уть-чуть. Что аж убить способен дружеским «похлопыванием» по плечу. Савада сжал поврежденное место, которое ещё болело, но не было серьёзно повреждено, даже крови не наблюдалось. — Я решил, Бермуда, — заговорил Реборн, взвесив окончательно все «за» и «против». — Я остаюсь с Тсуной. Переговоры окончены. — Пха-ха-ха-ха! — вновь залился смехом Аркобалено Мрака. — Ты определённо нечто, так зациклен на Тсунаёши! Но неужели ты думаешь, что я вас вот так возьму и отпущу? — А ты попробуй нас остановить, — размеренным тоном проговорил Небо Вонголы, войдя в гипер режим и покрывая пламенем перчатки. — Раз они отказались от нашего предложения, то нет смысла оставлять их в живых, — заключил Джагер и попросил Бермуду слезть с его плеча. Тот с примирительным «Ладно-ладно» отлетел в сторону. Тсуна последовал примеру стража, попросив и Реборна отойти подальше и предоставить разборки с Виндиче ему. Бермуда похвалил самоуверенность юноши, но поставил его перед фактом, что Джагер является сильнейшим из Виндиче, и лучше ему не рассчитывать на лёгкую... нет, вообще на победу не надеяться. Реборн предостерёг своего ученика, наказав тому с таким противником не сдерживаться.       Оппоненты выхлестнули наружу мощный поток пламени и сорвались с места, в мгновение исчезнув с глаз. Но скорость Джагера оказалась за гранью реального, уже в долю секунды оказавшись за спиной летящего Савады, заставив и его, и Реборна обомлеть моментальной материализации. Заведя руку, мощно рубанул по Вонголе, с силой впечатав его в пол и заставив проехаться несколько метров вдаль. Мальчишка харкнул кровью и попытался подняться и развернуться, но страж уже оказался за его спиной для следующего удара. — Достаточно, Джагер, — остановил его Бермуда. Страж, дернувшись, замер на месте. — Думаю, Реборн уже понял разницу в силе. Я хочу дать ему время обдумать всё хорошенько ещё раз. Твоя атака чёрным пламенем была неплоха, Джагер, но думаю, что в данном случае всё можно уладить словами. Предлагаю тебе ещё раз присоединиться ко мне, — обратился к Реборну. — Ответ дашь в следующей битве. Ты умный человек, и должен был всё понять, но повторю ещё раз: уже слишком поздно. Примешь ты моё предложение или нет... от смерти тебе не уйти.       Последние слова прозвучали как неизбежное, улетучив какую-либо надежду на возможность спасения жизней Аркобалено. Виндиче напоследок указали, где можно найти выход, и сами исчезли в чёрном пламени. Реборн в зале больше не стал задерживаться, и они с Тсуной молча вышли через открытые двери обратно в проход, где оставили часы. Приборы были на месте и в полной сохранности. — Тсуна, не переусердствуй, — прервал молчание Реборн, передавая часы босса школьнику. Тот посмотрел на него, недопоняв, на что намёк. — Тебе не следует рисковать своей жизнью ради нас, Аркобалено. — Д... Да что ты?!.., — сокрушился он на него. — Это наше личное дело, — не дал ему довозмущаться. — К тому же, против Джагера у тебя нет ни шанса.       Тсуна остолбенел от такой заявы. — Что значит «ни шанса»?! Да ты ж меня за такие слова обычно в пол вбивал! — Потому что тогда я знал, что ты справишься, даже если противник считал иначе. Сейчас же нет.       На некоторое мгновение повисла тишина, Тсуна же не нашёл, что сказать в ответ репетитору, лишь стиснул зубы. — Не волнуйся, я могу и сам справиться, — снова заговорил Реборн. — Можешь вернуть мне часы босса в любое время. — Реборн!.., — окликнул он подходящего к порталу младенца. — В сегодняшней битве ты показал себя очень хорошо. Молодец, — и юркнул в пламя.       Савада повторно потерял дар речи. Скорее ошеломило его то, с какой интонацией сказал эти слова Реборн. Точнее похвалил. Его. Реборн. Похвалил. Похоже, дела офигеть какими паршивыми стали, раз киллер начал разбрасываться словами, какие обычно не говорил ученику. Да и говорят подобное обычно, когда ситуация совсем безысходная и нет надежды на позитивный итог, и случится что-то страшное.       Вернувшись в Намимори, ребят тут же встретили собравшиеся в парке трое остальных Аркобалено - Юни, Колонелло и Фонг. Они рассказали прибывшим, что за их отсутствие побывали на месте сражения медики, и поверженных из команды Реборна отвезли в больницу, а из команды Верде - обратно в их укрытие. К счастью, у всех раны оказались несерьёзными. Если оглядеться, то парк действительно находится пустым, и из присутствующих здесь ещё были сам Верде и М.М со спящим Франом на руках. Также поведали, что дела у Варии тоже отличные - с напавшими на них тремя Виндиче удачно разобрался снявший проклятие Маммон, одурачив их своими иллюзиями. В итоге часы босса были спасены, и его команда всё ещё участвует в битве. А после подоспели результаты третьего дня сражения.

Итоги третьего дня битвы: Команда Реборна: победили - 2, проиграли - 1, осталось участников - 6. Команда Маммона: победили - 0, проиграли - 4, осталось участников - 3. Команда Верде: победили - 7, проиграли - 2, осталось участников - 5. Команда Бермуды: победили - 0, проиграли - 3, осталось участников - 4. Команда Колонелло: победили - 3, проиграли - 2, осталось участников - 5. Команда Фонга: победили - 6, проиграли - 1, осталось участников - 0. Команда Юни: победили - 1, проиграли - 6, осталось участников - 1. Выбывшие: Команда Фонга. Команда Юни. Команда Колонелло.

— Итак, Реборн, — строго зыркнул на него Верде, как только все уяснили свои проблемы, — про какую там правду распинался Бермуда? Не расскажешь ли? — Я тоже хочу это узнать, кора, — подхватил его солдат. — И я, — присоединился Фонг. — Конечно, я всё расскажу вам, — ответил Реборн, взглянув на них. — Ведь речь идёт о нашем с вами конце.       Слова сделали своё дело, обескуражив четырёх Аркобалено. Такого поворота событий они ожидать не ожидали, и это ещё больше подогрело в них интерес, о чём же там рассказал киллеру восьмой Аркобалено. — Пойдёмте, обсудим всё хорошенько, и Маммона прихватим с собой. Этот разговор только между Аркобалено. — А ну стоять-бояться! — напомнила о своём существовании француженка, конкретно не въезжая в происходящую ситуацию и не получив никаких нужных ей ответов. — Что нам делать, если Виндиче опять нападут в ваше отсутствие? — Не волнуйся, этого не случится, — с лёгкой улыбкой заверил её Тсунаёши. — Ладно, я домой, — обратился к Реборну. — Хорошо, — кивнул он. — Емицу там, небось, уже весь извёлся. Савада неуверенно кивнул и круто развернулся с опущенной головой, и спавшая чёлка мрачно отбросила тень на глаза. — Эй, Савада! — окликнула его М.М. — Что вообще происходит? Что вам там наболтал Бермуда?       Небо остановился, вспомнив весь разговор с Виндиче. О его мести Шахматноголовому. О смерти Аркобалено с его свержением. В любом случае смерти Аркобалено, или становлении их Виндиче. О том, что эта война нужна Шахматноголовому для отбора нового поколения Аркобалено. Картинки как слайд-шоу пронеслись в голове мальчишки и он, закусив губу, драпанул с места, так и оставив в озадаченности девушку, которая безуспешно пыталась докричаться до босса Вонголы.       Тсуна нёсся сломя голову по улице в сторону дома, прокручивая у себя в голове раз за разом произошедшее в пещере. Он не находил нужной мысли, не мог придумать какой-либо иной выход, как бы помочь Реборну и остальным Аркобалено не умереть или стать Виндиче. Присоединяйся к Бермуде, не присоединяйся - исход один - Аркобалено исчезнут. Ему вспомнились слова Реборна. О том, что он уже знал, что закончит несладко. Вспомнил последние слова перед тем, как пройти через портал. Что Саваде не нужно надрываться из-за них, Аркобалено, это их дело, и они сами с этим справятся. Тсуна не понимал, почему он так говорил. Да, чтобы не ввязывать мальчишку в эту заварушку и не подвергать опасности. Но он не понимал, почему Реборн отказывается от помощи?!.. — Да пошло он всё к чёрту!!! — яростно выкрикнул он, остановившись, и с силой ударив кулаком по стене. Стиснул зубы, опустив голову. Мысли в хаосе. Юноша не знал, что ему делать. Всё бесполезно. Никаких идей нет. Объективного плана, как выйти из данной ситуации, не придумывается. Полная безысходность...

***

В поместье Аркобалено Неба...       Все малыши решили собраться у Юни и выслушать Реборна обо всём, что он успел услышать от Аркобалено Мрака. Маммон также к ним присоединился, единственный Череп отсутствовал из-за его всё ещё недееспособного состояния. Ребята сидели в зале, предварительно сняв часы и оставив их на столике в другой комнате, дабы не допустить прослушки «верхов».       Рассказ затянулся на несколько минут, хоть Реборн и говорил только главное, не упустив ни единой детали. Естественно реакция малышей была вполне ожидаема, по крайней мере, самых впечатлительных. С услышанной новостью им всем пришлось осознать, что всё сказанное им о снятии с них проклятия путём данной войны, оказалось блефом, и неважно - выиграют они или нет - всё равно в конечном счёте умрут. — И «бесцветный» Аркобалено присоединился к битве для того, чтобы уничтожить эту ужасную систему Аркобалено, — спокойно анализировал услышанную информацию Фонг, один из немногих, кто не поднимал кипиш из-за раскрытой правды. — И такой шанс выпадает, когда объявляют «победителя» в сражении, — прикрыл глаза: — Всё ясно. — Но уничтожение этой системы повлечёт и наше с вами уничтожение, — продолжила ход его мыслей Юни. — Увы, мы ничего не можем с этим поделать, — проговорил Реборн, — разве что только выбрать, как умрём. — Ты говорил, что срок жизни у Аркобалено ограниченный, так ведь? — посмотрел на него Колонелло. Аркобалено Солнца кивнул. — Если честно, то в последнее время я ощущаю себя каким-то слабым. — Я тоже. Наше время в этом мире подходит к концу. Бермуда мне предложил присоединиться к нему..., — выдержал секундную паузу. — Он мне, конечно, не нравится, но та система, о которой он говорил, действительно заслуживает уничтожения. Мы просто не можем позволить появиться новому поколению Аркобалено. — То есть, ты намерен объединиться с ним? — пристально посмотрел на него солдат. Остальные также глянули на Аркобалено Солнца, предполагая, что он серьёзно настроен в своих намерениях. Однако не все молча разделяли мнение Реборна. — Хорошо шутить! — взъярился иллюзионист Варии. — Я не такой святой, как некоторые, и не собираюсь играть в ящик лишь из-за чей-то мести! Я хочу жить! — Согласен, — поддержал его профессор. — Не знаю, что там пережил Бермуда, но помирать по чьему-то плану я не собираюсь. — Со свержением Шахматноголового Аркобалено исчезнут, — уточнил у киллера Колонелло. — Будет ли среди них Лар? — Вполне, — ответил тот. — Тогда мой ответ - ни за что! — Реборн, сделай же что-нибудь! — чуть ли не взмолился на него Маммон. — Должен же быть хоть какой-то выход! — Я же сказал, что нет! — твёрдо отрезал Реборн, этими словами заставив заткнуться Аркобалено Тумана и остальных лишний раз не возникать.       В комнате повисла угнетающая тишина, а у всех был напряжённый вид. Раз даже Реборн утверждает, что надежды нет, то ни у кого другого больше не оставалось ожиданий на счастливый исход.