Шах сделан, жду мат

Не совсем осознавая, что делает, парень сел на кровать госпожи, поверх ее коленей, нагибаясь над девушкой и утыкаясь носом ей в волосы, а потом и в шею. – Ричард? – взволновано спросила Мирель, наблюдая за его действиями. Кожу приятно щекотило его горячее дыхание, отчего побежали мурашки которые трудно было не заметить в таком положении. Что было странно, но его резкая смена настроения и поза, его действия ее совсем не пугали. Ее не трясет, глаза слезами не наливаются, не хочется звать на помощь. Нет. Ей были приятны его действия, но все же его резкость и инициатива – были чем-то новеньким. Ричард аккуратно вдыхал запах ее волос и тела, а после слегка прикоснулся губами ее шеи. Девушка под ним вздрогнула от неожиданности, но он решил не отступать. "Где же он вас трогал? Здесь или здесь?" С каждым новым вопросом в его голове, он каждый раз прикасался губами к ее шее, а она вздрогивала. Убрав пару мешающихся прядей, касаясь ее бледной кожи, он водил пальцами по ее шее и ключицам. Это было каким-то блаженством. Ее кожа без явных шрамов и нарывов так приятно покрывалась мурашками и дрожью, что хотелось оставить на этом всем свой отпечаток. – Почему он позволил вас тронуть, госпожа? – спросил парень, начиная языком проходить по тому месту, где был он, стирая все его следы, словно не было ничего. От его действия, Мирель покраснела и притянула к себе ноги, часто задышала и закрыла глаза. Но это было ее ошибкой. С закрытыми глазами ощущения становились ярче, щеки и шея горели, а она не успевала открыть рот, чтобы ровно вдохнуть, как новая волна удовольствия поглощала ее. Сама не заметила, как в один из таких протяжных вздохов она издала короткий стон. Осеклась и закрыла рот рукой, краснея ещё сильнее, хотя думала, что ярче уже не куда. Парень услышал ее звук возбуждения, ухмыльнулся и посмотрел на нее, рассматривая каждый сантиметр смущенного лица. Поднял свою руку с кровати и мягко убрал ее ладошку со рта, забирая ее в свои объятия, дабы снова не заглушала звук. – Госпожа, можно ещё? Я хочу ещё это услышать, – ответил он, обдавая ее губы своим дыханием, но не останавливаясь на них. Сейчас хотелось играть с ее шеей и звуками, что она издавала. Он был опьянён ею. Полностью и безвозвратно. Ему это нравилось и нравилось то, как она извивалась под ним, стараясь противиться этому. Ее невинное сознание, видимо, думало, что то, как она двигается, какие звуки он слышит, как она дышит – все это делают неприличные женщины, что продаются любому у кого есть хорошие деньги. Но нет. Она была прекрасна. Настолько, что снова хотелось ее запереть и наслаждаться самому ею. Полностью и безоговорочно. Оттянув слегка одежду с ее плеча, оголяя ее постепенно, не заходя дальше, он вдыхал запах, тёрся носом и пальцами о гладкую кожу, а после... Ричард лизнул участок ее кожи, отчего Мирель снова дернулась, но теперь он сжал ее кожу губами, заставляя краснеть, аккуратно ее посасывая. Девушка уже не могла сдерживаться, а потому из ее рта доносилось все больше стонов, что заводили парня, заставляя его продолжать эту негу. Но это же было только плечо, а если шея? На ее тонкой шее было видно, как пульсировала венка. Он аккуратно провел пальцем по ней, скользя вниз до края платья на груди. Остановился, не решаясь зайти дальше. Вернулся обратно к шее и снова прильнул к коже, оставляя после себя яркую метку принадлежности. И снова стон и протяжный выдох, откидывая голову назад от возбуждения. – Госпожа, – позвал он ее, дабы очнуться от этого пьяного состояния, но не мог. Хотел больше и больше. – Ричард, – тихо позвала она его, внезапно разбудив в нем здравый смысл. Парень резко ровно присел, разглядывая уже с высоты на то состояние, в котором находилась его госпожа: растрёпанные волосы, томный взгляд из-под ресниц, красные щёчки, а на шее два, нет, три поцелуя и два на плече. Он обезумел, совершая такое с ней. Глаза начали метаться из стороны в сторону в поисках решения, но его не было. Девушка была обеспокоена его резкой смене настроения, а потому протянула к нему руку и дотянулась до его плеча, аккуратно поглаживая и успокаивая. – Все хорошо, Ричард, – тихо сказала она, а он во все глаза следил за ней, ничего луже не понимая. – Все хорошо. Я на тебя не злюсь, даже наоборот... Она снова покраснела, признавая, что ей действительно понравилось. И его касания и поцелуи, и его настойчивость и инициатива. – Я думала, что заставляю тебя проводить со мной время – Это не так, госпожа. – Он накрыл ее руку своей ладонью, но не убрал с себя, а просто держал, впитывая ее тепло и доброту. – Ричард, в Зеркальном Доме ты свободен, а потому не стоит меня называть "госпожа". От ее фразы его словно ударило током. Резко, не успев даже отбежать от опасного электричества. – Не смею – Ещё как можешь. Хотя бы со мной. Хотя бы сейчас наедине забудь про статус. Я просто девушка. Я даже идти против тебя не могу, – она почти умоляла его осознать то, что она пыталась до него донести. Он это понимал, но от многолетней привычки просто так не избавиться. Даже если она примет все клятвы мира, что не ударит, не изобьет его, после такого нахальства, он все равно не мог идти против нее. Бросив на нее многозначительный взгляд, она все поняла без слов и тяжело выдохнула. – Я знаю, что трудно избавиться от этого всего, поэтому я торопить тебя не стану – Да, госпожа. Простите меня, – он склонил перед ней голову. Впервые за долгое время он склонил голову и извинялся. На что она села на кровати и погладила его по щеке, вынуждая смотреть прямо на нее. Он повиновался ее движениям и увидел на ее лице ласковую улыбку без тени сомнений, сожалений и обиды. – Ты не должен извиняться. Все хорошо, я тебя не наказываю. И никогда не стану – Пожалуйста, не говорите так. Все может измениться – "Жизнь длинная", да? Тот лишь кивнул и закрыл глаза, ощущая себя самым низким человеком на этой планете, что после зайти жалко за грань приличия, но оказывается, что госпожа могла зайти ещё дальше. – Есть такое выражение, что грудь девушки должна идеально входить в ладошку парня. Это правда? Он опешил от ее вопроса, резко открыл глаза и ошалело посмотрел на нее, что без тени сомнения и стеснения спрашивала его о таком. Она – его невинная госпожа, спрашивала про свою грудь, на которую он даже не смел смотреть, не то, что трогать. От его упертого взгляда она покраснела и отвела глаза, а он лишь тихо спросил: – Вы уверены, что хотите это проверить, госпожа? Немного помолчав и покраснев ещё больше, девушка посмотрела на него и ответила: – Если ты не против.

***

"Да что она вообще за девушка такая, всему и всем доверяет? А если я не сдержусь и накинусь?" Судорожно рассуждал Ричард, пока нависал над госпожой, что ровно но с краснотой на щеках смотрела на него и ожидая его ответа или действий. Ей было любопытно. Во многих книгах это встречалось, а потому она хотела проверить. Но не с кем-нибудь, а только с ним. Потому что только ему она доверяла настолько, что вручила ему в руки свою жизнь и честь. – Вы уверены, госпожа? – ещё раз уточнил парень у нее, разглядывая ее средневековый корсет на животе. "И как она с ним ходит? Больно наверное" – Давай, если сможешь Она самолично дала старт, а потом он вдохнул, а она приготовилась, все таки, такое у нее было впервые. Он потянулся слегка дрожащими руками к шнуровке на корсете. Взяв за концы верёвочек, начал развязывать. Это тянулось мягкой вечностью, пока парень развязывал корсет, а позже откинул его на другой конец кровати. Девушка наконец вдохнула полной грудью, почувствовала свободу. Ричард дал ей насладиться этим моментом. "Почему она его носит? Зачем, если так больно?" Отдохнув и расслабившись, Мирель слегка кивнула, а парень взялся за замочек на груди ее платья и потянул вниз, расстегивая до самого пупка, оголяя ее тело. Она была бледной везде, даже на ее животе и груди можно было увидеть синие венки. На грудь он боялся смотреть, но когда увидел, то был ошарашен. Она была идеальна и идеально спрятана в бежевый бюстгальтер на бретельках. Никаких швов, никаких рюшек, так просто и так красиво. От такого пристального разглядывания ее тела, девушка покраснела, но не двинулась никуда. Ричард ещё пару минут наслаждался этим видом, а затем медленно и аккуратно потянул за нижнюю резинку бюстгальтера вверх, полностью оголяя грудь. Она слегка выпала из-под защитной ткани, показывая парню себя всю. Он восхитился ещё больше. Разве можно прятать такую красоту? Хотя, судя по сегодняшнему дню, лучше стоит прятать. Настал гвоздь программы. Ричард, отодвигая белье в сторону, приблизился к ее открытой груди, а потом лишь слегка накрыл одну ладошкой. Госпожа резко дернулась, но он оставался в одном положении, чувствуя, как сосок твердеет под его ладошкой упираясь ему в пальцы. Это было невероятно. Накрыв другую рукой, он сначала остановился, смотря в лицо девушке, а так краснела от стыда, но не отворачивалась, а лишь тихо и глубоко дышала. Это было восхитительно. Попривыкнув к ее голой коже, он слегка начал сжимать ладошки, отчего госпожа свела ноги вместе и откидывая голову назад, выдыхая. Эта истома была лучше предыдущей. Он будто держал ее всю в своих руках, он охватывал ее всю, не позволяя другому и пальцем ее коснуться. Помассировав ее в руках, наблюдая за телодвижениями девушки, он нагнулся так, что ладонями упирался в свои щеки, не решаясь прикоснуться к груди языком. – Н-на сегодня х-хватит, – дрожащим голосом сказала Мирель, останавливая его действия, завидев огоньки желания в его глазах.