Шах сделан, жду мат

– Ричард... Ричард? Ричард! Она заплакала ещё сильнее, роняя крупные слезы на его одежду, все также прижимая руку к его ране. Кровь больше не бежала... – Да живой я, не собираюсь тут умирать, – простонал парень, прикрывая глаза рукой. – Позвоните по номеру, что сейчас продиктую. Это Дэб... Он поможет... На заднем плане пошуршали бумагами, отыскивая телефон, и наконец позвонили. Девушка сидела, не шевелясь, прижимая руку к его ране. Из ее глаз скатывались крупные слезы, а плечи задрожали. – Госпо... – Идиот! Как так можно?! Я же думала, что ты умер! И как мне успокоиться?! Все ты виноват, все из-за тебя! – Да, все из-за меня... Госпожа плачет из-за меня... "Почему я рад этому? Может, потому что я..." – Молчи, идиот-слуга! Тебе нельзя сейчас разговаривать! Разговаривать буду я, а ты будешь помалкивать и все запоминать! Она срывалась на крик, но успокоиться не могла. Чуть не потеряла того, кто дороже ей жизни, кто дороже ей Дома и компании. Кто дороже всего. Она чуть его не потеряла. Чуть не потеряла любимого. Мирель наконец это осознала. Любимый... Вот чего не хватало ей, когда она обращалась к нему по имени. Осознания того, что он не просто слуга, телохранитель, близкий друг и верный соратник. Нет. Он ее возлюбленный. Возможно, эти чувства односторонние, а любовь безответная, но ей не привыкать. Если он будет с ней просто рядом находится, ей и этого хватит. Одиночество никого не спасет, точнее ей оно больше не поможет. Поможет только он. "Любимый..."

***

В больницу привезли парня очень быстро, вместе с ним в карете скорой помощи находилась Мирель, что неустанно держала его за руку, даже когда он был без сознания. Стук его каталки, шаги врачей и звук каблуков девушки раздавались эхом в просторных больничных коридорах, а после и в операционной, куда юную госпожу не пустили, а сказали ждать с наружи. Только когда она села на скамейку, ожидая врача, заметила, что сама вся была в крови: платье, руки и волосы. Кажется даже лицо, потому что кожу чем-то неприятно стягивало, а железом разило от нее на километр, но ей было глубоко плевать. "Ричард... Любимый, пожалуйста, не умирай!" Парень лежал с закрытыми глазами на холодном столе. Врач хотел надень на него маску для введения наркоза, но тот открыл глаза и медленно посмотрел на человека. – Где госпожа? – тихо спросил он, а врач выругался. – Если ты будешь болтать, то больше ее никогда не увидишь. А теперь спи, Ричард, – с этими словами мужчина закрепил на лице парня маску и сказал считать до десяти, но он сделал по своему, диктуя слово по слогам: – Гос...по...жа... Мирель, сидя у операционной будто услышала слугу. Резко повернула голову, но двери были закрыты, а сверху горела красна лампа "Идёт операция". "Вот дура! Он же там. И долго от туда не выйдет... Нельзя думать о плохом. Ричард, выживи! Я же тебе ещё столько не рассказала и не показала." Она сидела на лавочке, притянув ноги к себе и закрыв глаза, пытаясь успокоиться и не думать о плохом. Она пыталась в памяти воссоздать каждый момент, который она провела с парнем. Их встреча. Их поездка до дома. Его испытание. Его поцелуи. Его прикосновения. Его дыхание. Вкус его губ... Обняла руками плечи, снова пошли слезы из глаз. "Госпожа..." "Ричард..."

***

Спустя пару часов, что длились вечность, из операционной наконец вышел врач, снимая с лица маску и подходя к девушке. – Это ведь вы – госпожа Ричарда? – спросил он хриплым и уставшим голосом, слегка недовольно смотря на девушку и непрекрыто рассматривая ее. Вся в крови, с опухшим лицом, помятым видом и статусом "госпожа"... Такое себе сочетание, а последнее не нравилось врачу больше всего. Точнее, он ее ненавидел, но... – Да, здравствуйте, – поздоровалась госпожа, резко подскочив к врачу и кланяясь ему в пояс. Такое отношение к себе он видел впервые, да и слова Ричарда об этой девушке описывали ее как сущего ангела со странными извращённым наклонностями, что последнее очень подходило под тот статус, у которых обычно служил парень. – Меня зовут Мирель Мирра. Как там Ричард? С ним все хорошо? А, извините, глупый вопрос. То, что он сейчас там – это уже не хорошо. Так, что с ним, доктор? Она ставила и этого врача в неловкое положение своим видом. Хоть она и выглядела моложе даже слуги, но была старше его, по словам Ричарда. Ее беспокойство за простого слугу самого низкого ранга, какой только может быть... – Кроуэн Дэб. Зовите просто Дэб Мирель активно закивала головой, собираясь повторить свой вопрос. Открыла рот, но ее опередил Дэб: – С ним все хорошо. Живой он и жить будет Ее лицо сразу же просветлело, усталость будь отошла на второй план, невольно улыбнулась широко-широко и облегчённо выдохнула. – Святой Грааль, вот и славно. Он живой, он живой... Снова начала плакать, стараясь стереть слезы руками, но ничего не получалось "Живой. Он живой!" – Простите.. – Ничего. Все в порядке – Я могу его увидеть? – Да, но не сегодня. Ему требуется сейчас отдых. Он сейчас спит, поэтому пусть восстанавливается – Хорошо, – немного расстроилась из-за того, что ее не пустят к Ричарду, но главное, что он живой, а остальное издержки. Дэб все никак не мог понять, с чего бы обычной госпоже так волноваться за него? Он не верил в ту чушь, что рассказывал ему Ричард при встрече. В то время, когда парень служил другим, тогда и познакомился, на тот момент, ещё с неопытным врачом Дэбом, обычным очкастым аспирантом. Но, не смотря на разницу в возрасте, они подружились. Врач часто лечил раны слуги, помогая тому вынести свое бремя. И сейчас перед тем же врачом, но уже с большим опытом как в медицине, так и в игре жизни и общества, он удивлялся тому, что за все 12 лет служения ублюдкам, за него по настоящему кто-то волнуется. Мужчина не сомневался в том, что она за него волновалась. И ее внешний вид и слезы не были игрой на публику. Слишком уж она открытая книга, по ней сразу можно узнать, что она думает, что хочет сказать, что чувствует. "Таких глупых слишком много" – Вы можете прийти завтра, но в регистратуре назовете не имя "Ричард Дэ Роффмар", а мое имя. Слуг здесь не лечат, поэтому будете приходить так. – Хорошо, я вас поняла. Большое вам спасибо за все те года, что были рядом с ним, – поблагодарила она и снвоа поклонилась. – Все-таки он рассказал обо мне. – Да, он упоминал вас как своего лечащего врача и близкого друга. Я надеюсь, что вы и дальше будете просматривать за ним. Я постараюсь, чтобы сегодняшняя трагедия не повторилась, но все же буду иметь в виду, что можно будет обратиться к вам. – Да, конечно, обращайтесь, если вдруг, – сказал он и пошел по коридору, оставляя девушку одну. Она выпрямилась и посмотрела на двери операционной, смахнула слезы и пошла прочь. Не любила она больницы. Не любила...

***

Вернувшись в Зеркальный Дом, она увидела, что в гостиной находилась девушки: Атсуко и Королина и гладили... – Это что, кролик? На коленках у служанки сидел маленький, но толстенький кролик рыжеватого окраса с черными кончиками. Такой щекастый и слишком пушистый, но напомнил ей кое-кого слишком родного. "– Какой у тебя любимый цвет? – Хмм, черный и красный. А ваш, госпожа? – Мне нравится ..." – Девочки, Ричард в больнице. Из-за меня...