Я вижу звёзды

Ты: кибернетический человек или, проще говоря, био-робот. Была создана по заказу Гильдии для поиска одарённых и даже прошла у них стажировку, на стадии опытной эксплуатации. Спустя время тебя вернули к учёным для добавления особых функций, но команду разработки перебили члены Портовой мафии, а тебя забрали, как оружие. Работая на мафию, ты начнёшь мыслить не так, как машина, «очеловечишься» и останешься в подполье, не желая никому подчиняться. Твоя особенность: да ты вся сплошная особенность. Что говорить про неуязвимость к ментальным атакам и различному виду оружия, сверх-высокие показатели интеллекта и рассудочной деятельности и повышенные физические характеристики (сила, скорость, выносливость и тому подобное).

Реакции. «Боевое Детективное Агентство».

«И мне глаза твои – высота, и я лечу в них и не боюсь…» Атсуши Накадзима: /вы встретились на безлюдной улочке. Юноша гулял с Кёкой, рассказывая о том, куда они держат путь, а ты вышла из переулка, вся в крови и с лицом, перемазанным чем-то маслянистым. Девочка сразу приняла атакующую позу, но вот тигр поспешил поинтересоваться, в порядке ли ты, и если нет – предложить помощь. Оглядев незнакомцев, ты сразу проанализировала их лица и личности – кто, когда и откуда. «Я неисправна», - потерянно сказала ты и перезагрузилась. В этот момент ты потеряла равновесие и упала на асфальт. Юноша ринулся к тебе, поднял, отнёс в агентство. Тебя сразу осмотрела Ёсано и вышла из кабинета в совершенном шоке. Она не сразу смогла объяснить, что ты – не человек, буквально. Все ринулись посмотреть, а ты, перезагрузившись, была уже абсолютно здорова, извинилась и хотела уйти, ведь ты ищешь того, кого здесь быть не может. В дверях ты столкнулась с Дазаем и прогнала его по всем базам данных: прошлое ужаснуло тебя. Ты отбежала от него, не изменившись в лице. «Я туда не вернусь. Я не хочу. Это – моё решение», - решительно, но приглушенно отозвалась ты. А впоследствии тебе пришлось объяснить такую реакцию. Рассказать, что ты, кто ты, куда не вернёшься и почему. Ты говорила обо всём мельком, в общих чертах, не выделяя особенных подробностей. Слушая, Атсуши почувствовал себя тем, кто просто притягивает тех, кому нужна помощь. Следовательно, это его долг – помочь тебе. Тебе, правда, помощь вовсе и не нужна была, скрыться бы от мафии, да и всё. Потом ты поговорила наедине с их директором, и тот разрешил тебе ненадолго задержаться здесь, чтобы переждать бурю. А так, если буря нагрянет, детективы смогут защитить тебя. Тебе впервые сказали, что защищать будут тебя, а не ты должна будешь это делать. И из твоих глаз опять полились маслянистые слёзы. Юноша поспешил успокоить тебя, развеселить, рассказать что-то о себе, чтобы отвлечь. Но, к его незадаче, ты уже всё о нём знала, поэтому, чтобы доказать это, сама начала рассказывать. Про детство – приют, про устройство сюда, даже мельчайшие подробности, касательно его личности – любимый цвет, увлечение (отсутствует) и всё такое прочее. Даже смутился от такого неоправданного внимания. Но потом смущаться в твоём присутствии он стал гораздо чаще, совершенно не контролируя себя. А причина этому – твой взгляд. Бездонные сенсорные глаза, не моргающие из-за ненадобности, казались ему озёрами с прохладной освежающей водой. Только рядом с тобой он чувствовал не расслабление, а лютое напряжение, даже некий страх. Пытался списать всё на неизвестность, окружающую тебя, но сразу провалил попытку, потому что ты интересовалась, всё ли с ним в порядке, как он на вашей первой встрече. Даже убегал от тебя, слушал, как ты ходишь, жался к стенке, закрывал рот рукой. Ну, в общем, болезненная влюбленность стала для него кошмаром. Тяжело ему. А тебе – ещё тяжелее. Ты не то, что бы чувствовать ещё толком не умеешь, но и понять некоторые чувства не можешь. Он-то тебе объяснит, как страдает, только глаза закрой. Будет драться не на жизнь, а на смерть, если кто-то из мафии за тобой вернется. Считает, что ты достойна жизни в свободе, а не а подчинении. И он очень хочет окончательно избавить тебя от оков рабства/ Осаму Дазай: /сначала толком и не рассмотрел тебя, когда ты лежала у Ёсано, но, стоило вам столкнуться и встретиться взглядом, положение изменилось. Хотел, чтобы ты, смущаясь, опустила взгляд, раз так долго его рассматриваешь, но ты поступила неожиданно, отскочив, как от огня. Только от твоих объяснений ему не полегчало, ведь это означало новые проблемы с мафией, а их и так, хоть отбавляй. Не проникся к тебе теплом, как остальные добросердечные детективы, ведь сам молодой человек видит в тебе только бесчувственную машину. Проницательность позволила тебе определить подобное отношение и, ощущая истинную обиду, ты сказала, что он был таким же, когда был в мафии. Ведь ты ознакомилась со всеми его делами и репутацией, говорившей точно не о доброй душе. Расплылся в улыбке, извинился, мол, он имел в виду совсем не это. В общем, вы поладили, но друзьями точно не являетесь, слишком уж разные. Но он, не скрывая, смотрит тебе в след и каждый раз норовит встать поближе, чтобы разглядывать в упор. Его твоя механическая природа даже стала привлекать/ Доппо Куникида: /смотрел на тебя с нескрываемым удивлением, но тебя такое внимание совершенно не оскорбляло. Пытался даже оправдаться, что твое устройство действительно поражает, но ты приняла его слова с улыбкой, неискренней, синтетической, но улыбкой. Он понял и стал это ценить. Как и другие, он не имеет представления о твоей внутренней непрекращающейся работе, ведь ты не спишь, не нуждаешься в еде, даже не моргаешь. Вроде так похожа на человека и одновременно совершенно другая. Между делом ты сказала, что не хочешь быть человеком, но хочешь чувствовать. Если бы ты могла, то, наверное, посмеялась. А вот Куникида принял твои слова очень серьезно, даже почувствовал какую-то вину. Уважает тебя, как материальное создание, его поражают твои навыки и воспоминания, что делают тебя желанным сотрудником во всех организациях/ Дзюнъитиро Танидзаки: /был одним из первых, кто бежал поглядеть на невиданное чудо, преспокойно лежащее на кушетке медицинского кабинета. Чуть ли не испугался, когда ты вглядывалась в их лица, чтобы понять, кто они, и где ты сама находишься. Впрочем, отнесся к тебе спокойно, даже радушно. Его удивило и то, что ты не восприимчива к его дару, как воздействию на восприятие и, в следствие, сознание. А у тебя нет сознания, а восприятие – сугубо критичное, логическое, буквально механическое. Решил, что вы сработаетесь в паре, но дело до этого так и не дошло. Когда узнал, что ты сбежала из мафии, и скоро за тобой обязательно придут, заимел решительный настрой и пообещал тебе, что тебе нечего бояться. А ты недружелюбно отрезала, что не умеешь бояться/ «Только никогда, мой брат чародей, ты не найдешь себе королеву, а я не найду себе короля…» » Эдогава Рампо: /его не было в штабе тогда, когда ты явилась, он выходил за новым запасом провианта. А, когда вернулся, столкнулся с изучающим взглядом, даже поёжился, настолько был смущён. Тебя представили, успокоили Рампо, что ты не враг и не клиент – и ему не подсунут скучную работу. Стал следить за тобой, прикрываясь газетой. Ты смотрела в одну точку и не шевелилась. Тут даже очки надевать не пришлось, чтобы понять, что с тобой что-то не так. А быстрый анализ всё-таки позволил определить, что именно. Даже осмелился приблизиться, чтобы осмотреть тебя. Открыл глаза, оставаясь серьёзным. И ты поняла, что этот раунд за ним. Так, вы и нашли точки соприкосновения, даря друг другу многозначительные взгляды, убивающие психику неподготовленных людей. Более того, когда ты заговорила, он даже ответил. Ты посоветовала ему ограничить потребление сладкого, а он сказал, что это пища для размышлений. И рассмеялся, ведь это смешная шутка. Тихааа, я сказала смешная. Потом ты проводила его до дома, и в течении прогулки вы не обмолвились и словом, но он помахал тебе на прощание, зная, что завтра вы тоже увидитесь. И вы увиделись. И потом, и ещё. Ты стала помогать ему, хотя, скорее, ублажать капризам. Вроде в голове ты понимала, что больше никому не подчиняешься, но не могла противиться, когда детектив наведывался в улыбке, предлагая тебе шоколадку. Ты, правда, откладывала их в ящик его стола, обеспечив Рампо сердечный приступ от радости, когда он все это обнаружил. Можно сказать, вы настоящие друзья. Немного странные, но друзья. Ему нравится твоя компания, потому что ты никогда не задаешь лишних вопросов, фиксируешь то же, что и он своим гениальным мозгов, и приходишь к тем же выводам. Сказал тебе однажды, так между делом, что ты стала бы хорошим детективом. Но не лучшим и уж тем более не великим, как сам Рампо/ Кэндзи Миядзава: /был первым, кто побежал смотреть на чудо чудное, диво дивное. Поражаясь, какие городские молодцы, раз придумали такого чудесного робота, на секунду задумается о том, есть ли в его окружении ещё такие роботы. Ведь тебя совершенно не отличить от человека. Страшные мысли накроют его с головой, он ужаснется и ненадолго пропадет из беседы. Но, вынырнув, будет слушать твои короткие реплики с придыханием, считая тебя всё ещё чем-то невероятным, космическим. Решив, что ты из космоса, задумается ещё и об этом и совсем отвлечётся/ Акико Ёсано: /когда тебя положили на её стол, сразу почувствовала какой-то подвох и убедилась в этом, обнаружив, что твои зрачки не реагируют на свет. Подумала уже, что ты откинулась, но её внимание привлекли и отсутствующие отпечатки пальцев. Значит, ты откинувшийся шпион. Потом ты перезагрузилась, села, осмотрелась. Ёсано, конечно, удивилась такому повороту событий, а «робот-зомби» впоследствии стал локальным юмором. Доктор хотела иметь дела с чем-то, подобным тебе – представителем прогрессирующей науки. Между вами, кстати, сложились весьма и весьма дружеские отношения. Так, вы совсем сблизились в дороге в исследовательский центр, где тебя создали. Акутагава оторвал тебе руку, да так, что бывшую конечность невозможно было вернуть на место, поэтому нужно было искать замену. А запасные модели есть только в одном месте, насколько ты знала. Так что, теперь вас можно назвать подругами. И разные «расы» не стали преградой к вашей дружбе/ Наоми Танидзаки: /восхитилась твоим существованием не меньше, чем остальные, сразу стала уточнять твои функции и всё такое прочее. Не испытывала напряжения или даже страха в твоей компании, наоборот, ничего не сковывало её. Ты много рассказала о том, как работает твоя программа, чтобы избежать подробностей твоего прошлого. И девушка слушала с замиранием сердца, даже начиная разбираться и понимать, о чём ты говоришь. Поделилась своей одеждой, ведь твоя – в крови. Поэтому некоторый промежуток времени ты ходила в школьной форме. Это, конечно, не самый приятный момент в твоем существовании, но так Наоми позволила тебе ощутить новую эмоцию – стыд/ Юкити Фукудзава: /принял тебя наедине, сразу перешел к сути дела: кто ты. Ты сказала напрямую, где и кем создана, что должна делать. Ты призналась директору, что была не только в мафии, но и в Гильдии, и хранишь невероятный запас информации. Но директор не нуждался в этой информации, вернее, желал получить её не таким способом. И это возвысило его в твоих глазах, так что, он наслушался и о «выдающейся проницательности», и о «великолепных лидерских качествах», когда ты составила для него экспресс-версию психологического теста. Оставил тебя на неопределенных срок, не наделив никакими полномочиями. Так, он ожидал, что мафия явится за тем, что ей принадлежит, но он не хотел бы поступать так мерзко с тем, кто доверился ему – с тобой. Раз уж обещал защиту, ты её получишь/ Кёка Идзуми: /девочка отнеслась к твоему существованию по-своему, как ко всех чужакам. Нападения она не ожидала, но предположила сразу же, что с тобой что-то не так, поэтому рассматривала даже самые худшие варианты. С интересом слушала тебя, более того, твой голос даже показался ей приятным. Едва ли не расслабилась, опустившись на диван, но, когда ты на неё посмотрела, сразу вся навострилась. Благодаря базе данных мафии ты определила, что она – духовная сестра, поэтому хотела даже сказать что-то, ободрить или даже похвалить за изменения, но не стала. Когда девочка привяжется к тебе, она сама расскажет, что пережила, что ей было трудно и страшно. Она боялась своих сил и самой себя. Ты сядешь перед ней на колени и ободришь, как собиралась. «Ты невероятная молодец, - ты улыбнулась. Неестественно, но очень мило. – Ты на правильном пути, помни об этом». Девочка сдержит порыв обнять тебя, но только на этот раз. Отныне её рука всегда будет сжимать твою руку, где бы вы ни были и куда бы не шли/

«Портовая Мафия».

Рюноскэ Акутагава: /вы оба – машины. Только если он – метафорически – машина для убийств, ты – напрямую. И кто из вас человечнее ещё можно поспорить. Его не обрадовал факт твоего внедрения в ряды мафии, его вообще ничего не радует, к слову. Однако твоя природа подчинения не означала необоснованные контакты, а одиночество и покой он ценит, поэтому это послужило тебе небольшим плюсиком. Вообще, не воспринимал тебя всерьёз, так, полезная механическая игрушка, с которой ему не хочется иметь что-либо общее. Вам не посчастливилось работать вместе, но вы встретились на поле боя уже по разные стороны. Он сразу заметил твой изменившийся взгляд, но его это не волновало. Всё, что ему сказали, - тебя можно повреждать, если надо, но не задеть голову, где расположен модуль памяти. Он выполнил приказ беспрекословно, оторвав тебе руку, но ты не чувствуешь боли, поэтому спокойно продолжила бой. Ты поразила его боевой подготовкой, и поразила в положительном смысле, что ни мало важно: с сильным врагом всегда интересно сражаться. Можно сказать, у него к тебе профессиональный интерес/ «С тобой я не могу и без тебя никак, мой самый лучший друг и самый злейший враг…» Чуя Накахара: /не участвовал в нападении на секретную базу по разработке проектов, подобных твоей модели, но его поставили перед фактом твоей перевозки. Вернее, ты не сопротивлялась, сразу же готовая подчиняться приказам нового босса – ты по-другому не умела. Когда Мори представил тебя своим офицерам, Чуя неодобрительно осмотрел тебя, даже с презрением. «- И что умеет эта машина?» - не меняя тона, спросил он. Но с объяснениями, а, точнее, с просьбой, поторопишься ты сама. «- Я не машина, я – произведение искусства. Проявите уважение к творцу, меня создавшему. Я – плод его работы в течении десяти лет». Женский голос всё равно звучал синтетически, но мафиози, демонстративно закатив глаза, повторил вопрос, употребив словосочетание «произведение искусства». Тогда босс рассказал, что ты умеешь всё и даже больше. Тебе дали оружие, и Чуя придумал простой способ проверить: он подкинул три монетки, а ты должна была попасть в каждую из них. Разумеется, это невозможно. Невозможно для человека. Но твоя программа позволила тебе за долю секунды произвести три выстрела и, рассчитав траекторию монет, выстрелить не туда, где они сейчас, а туда, где они будут. И, как итог, справиться с заданием на «отлично». Мафиози был впечатлён, но недостаточно. Тогда твоя программа, владеющая функцией «кто к кому не благосклонен и как это исправить», решила сгладить назревающий конфликт с будущим товарищем. Ты стала задавать молодому человеку наводящие вопросы, чтобы определить его психологический тип и составить психологический портрет, определив модель поведения и способ ведения диалога. Когда тесты были окончены и результаты обработаны, ты озвучила их мафиози, но тот был готов разломать тебя сразу после слов «интеллект: выше среднего…» Первое время твоя искусственная идеальность раздражала его, он был бы первым, кто разбил бы тебя, будь он совсем категоричным. Однако ты стала всё более впечатлять его боевыми и умственными способностями, идеально показывая себя на прохождении полигонов и ведя драки. Более того, его стала даже завлекать твоя механическая грация. Даже согласился (мысленно, разумеется), что их ряды могли бы пополниться такими идеальными бойцами. Но на третью неделю ты открылась для него с новой стороны – твоя модель женская. Вот прям женская. Он уточнил твои функции напрямую у тебя, и ты рассказала про психологическую помощь, физическую защиту и так далее, но ничего такого. Похоже, молодой человек был в подходящем настроении, и тогда он приблизился к тебе совершенно в упор, смотря прямо в твои механические глаза. Но ты будто смотрела сквозь, игнорируя смущающее для обычной девушки поведение мужчины. Он спросил, чувствуешь ли ты что-нибудь. Ты ответила отрицательно, ведь твоя программа не рассчитана на эмоции или, упаси механический бог, чувства. Он усмехнулся и просто ушёл, а ты вернулась к работе. Следующим скачком в ваших «отношениях» - а, скорее, в отношении Чуи к тебе – стала ситуация, когда на босса, при его срочном отъезде, попытались напасть враги. Конечно, ничего плохого не случилось, атака была отражена, а злоумышленники убиты, но ты, как его телохранитель, ничего не сделала. Ты могла, разумеется. Но не получила прямого приказа о защите, поэтому бездействовала, фиксируя увиденную информацию и переводя её в долговременную память. Когда же вы вернулись назад, шляпник прижал тебя, пребывая в ярости. Вот же, идеальный боец, который стоял, когда нападали на его хозяина. Ты не чувствовала страха – он не прописан в твоей программе. Ты попросила лишь: «при повреждении не заденьте модуль долговременной памяти» и указала на левый висок. Молодой человек тряхнул тебя, потеряв всякий интерес к драке. «- Неужели ты ни хрена не чувствуешь? – он вновь приблизился, и ты фиксировала его эмоционально возбужденное состояние. – Ни страха? Ни жалости? Ни грусти?» На каждый вопрос ты отрицательно махала головой. Это не предусмотрено твоей программой. «- Если Вы считаете, что моя модель неисправна…» - даже как-то неуверенно начала ты, но осеклась. Молодой человек горько улыбнулся, сказав, что все люди неисправны. Только ты не человек. И не хочешь им быть: люди мерзкие в своей злобе и лицемерии. Потом вы стали проводить в обществе друг друга куда больше времени: босс перевёл тебя от Коё к Чуи, решив, что смена обстановки расширит уровень твоих знаний, ведь ты самообучаема. Ты не изменилась в эмоциях – не могла, как бы; а вот сам молодой человек напрягся, скрывая радость от услышанного. Ему нравилось работать с тобой, нравилось отвечать на твои вопросы, проходить глупые психологические тесты. Холод твоей «кожи», неестественность волос и ногтей, пустой цифровой взгляд – всё это казалось ему другим. Не таким, как в первый день. Он привык к тебе. Даже привязался. Специально задавал вопросы, всплывающие в голове – будь то год основания Иерусалима или расшифровка аббревиатуры «SMS» - ты отвечала на всё, а твой неестественный, не меняющий интонацию голос совсем не резал уши, как в первый день. Ему это не нравилось. Его это злило и даже веселило: с этой работой отвык от общества реальных девушек, стал приглядываться к механической кукле. С понятной целью пришёл в бордель. А ты, потеряв того, чьим приказам должна следовать, потерялась совсем. Система чуть ли не тревогу била, тебе надо было что-то делать, а ты не знала, что. Ты пыталась поговорить с кем-то, ходила из угла в угол, стояла на месте, но тебе нужна была разгрузка. И тогда ты приняла первое собственное решение: ты по геоданным определила местонахождение «хозяина» и направилась туда. Ты расплатилась в такси картой, используя чудеса своей системы, под шокированный взгляд таксиста. Охранник не хотел пропускать тебя, мол, женщинам нельзя, а персонал – с другого входа. Ты послушно спустилась обратно. И, обойдя с другой стороны, прошла с другого входа, взломав запароленную панель. Твоему взгляду сразу открылась драка, стоило тебе выйти в общий зал. Если бы ты могла, ты бы удивилась тому, что «хозяин» накинулся на какого-то пьяного незнакомца и чуть не убил его, если бы ты его не оттащила. Вы, конечно, роста-то одного, а по комплекции – ты даже меньше, но ты железная, и это выводит тебя в большой физический плюс. Ты увезла его в штаб, насильно усадила на диван и села напротив, ожидая указаний. Он смотрел на тебя. Ты на него. «- Будут приказы?» - чуть ли не с надежной спросила ты. «- Да: сиди смирно». Ты села максимально смирно, как могла тебе позволить твоя программа; перекинувшись через небольшой журнальный столик, приблизившись к тебе, молодой человек коснулся губами твоих губ. Ты не шевельнулась. Он сразу отпрянул, ожидая от тебя хоть какой-то реакции, но её не последовало. Безусловно, с понятием «поцелуй» ты знакома, но у тебя даже лицевые мышцы не работают так, чтобы на этот поцелуй ответить. «- А сейчас что-нибудь чувствуешь?» «- Нет», - строго и категорично ответила ты. Месяц твоего пребывания в мафии означал дальнейшее переобучение: так ты на время примкнула к «Чёрным ящерицам», и на одной из первых вылазок, была серьёзно повреждена. В здании находился главарь вражеской организации, и тебе отдали приказ обезвредить его. Главаря ты нашла, но он подорвал себя вместе с тобой. Конечно, восстановить тебя можно; учёные собирали детальки за деталькой, чтобы воссоздать твою программу. Модуль памяти повреждён не был, ведь защищён лучше остальных; даже твой облик не поменялся, если не считать более прочного материала, входящего в состав «кожи». Но тебя значительно перепрошили внутренне – новая программа эмпатии позволяла тебе анализировать и перенимать чувства других людей. Именно это и стало роковым толчком в твоем колоссальном внутреннем изменении, ты перехотела быть роботом, тебе разонравилось подчиняться. Но и люди тебе не нравились, ты решила, что что-то среднее. Усугублял твои терзания сам Чуя, стремившийся привить тебе человеческие чувства. И, когда он увидел, что ты разделила улыбку (неестественно, правда, больше даже пугающе) Элизы, отвернулся, чтобы его наблюдение за вами не казалось таким заметным. Он щедро отблагодарил учёных, занимавшихся твоей новой программой; ты стала больше анализировать, запоминать, держалась раскованно, почти как человек. Но если снаружи ты сохраняла полуулыбку, располагающую на беседу, внутри тебя заваливало сообщениями об ошибках, и ты терялась в собственном разуме. Ты скрывала свои отхождения от программы как могла, стараясь подчиняться так же, как раньше, но у тебя проснулось ярое нежелание быть чьей-то куклой. Ты научилась чувствовать. И первой твоей эмоцией была жалость, чувством – вина. Ты сопровождала офицеров мафии на деловом вечере, когда на босса вновь совершили нападение. Но значительная охрана не позволила врагам и приблизиться, и перестреляла их всех, без разбора. Тогда и тебе нужно было убить одного из попавших в заложники: этот мужчина бросил оружие и был готов к смерти. Ты держала его на мушке, и за твоей работой наблюдал Чуя. И, представляешь, как сильно он был удивлён, когда ты опустила пистолет. Не стала стрелять, пожалела мужчину; ты нашла его в мировой базе данных, к которой имела доступ, этот мужчина числится без вести пропавшем уже три года, и у него есть девятилетняя дочь. Ты пришла к выводу, что его держали в этой организации насильно. Ты бросила пистолет, рассказав мужчине, что вчера девочка получила «отлично» за школьную контрольную, а сегодня участвует в соревнованиях по теннису. Мужчину слушал и плакал. Когда ты заметила, что всё это время за тобой наблюдал шляпник, растерянно обернулась, осматривала его даже со страхом. Ты сказала всего одну фразу: «Теперь я тоже неисправна». И убежала. Погони было невозможно тягаться с тобой: ты быстрая, скрытная, выносливая; словно провалилась под землю. И впервые заплакала – чёрной маслянистой жидкостью, питавшей твои модули. Тебе было страшно. Стыдно. И больно как будто изнутри. Одно ты решила наверняка: больше люди не смогут помыкать тобой, собой отныне управляешь только ты. Прошло пару недель, и вы пересеклись вновь, прямо на поле боя. По разные стороны. Он слышал, как Коё через тебя обращалась к тигру – мол, сначала Кёку, теперь - «железный цветок». И тогда заговорила ты, а твой голос, срывающийся на крик и слёзы, впервые был так человечен. Ты сказала, что в этом не вина какого-либо человека или людей в целом, твой разум получил волю, и теперь ты чувствуешь. Ты хотела закончить «чувствуешь себя живой», но не закончила. Больше всего твоими словами опечален и рад был Чуя, ведь он так сильно хотел, чтобы ты чувствовала то же, что и он, а теперь, когда это произошло, он пожалел. Пожалел, что не дал тебе свободы раньше, что теперь ты хранишь о нём не самые лучшие воспоминания. И ему стало отвратительно плохо, он винил в твоем уходе только себя. Смотрел на тебя неотрывно, и, когда ты перевела на него взгляд, то впервые смотрела в его глаза, а не сквозь. Он в нетерпении от того, когда мафия нанесет агентству сокрушительный удар, и ты – живая ли, неживая, робот ли, человек – вернёшься к нему/ Итиё Хигути: /а вот она не разделила чувства сенпая: ты куда лучше, чем кажешься на первый взгляд. Ей сразу приглянулась твоя сдержанная манера поведения – сразу напомнила Акутагаву, на этом, правда, ваши сходства благополучно закончились. Её поставило в тупик то, что ты делала всё, что она говорила, чувствовала себя неловко, но приятно. Чувствовала себя, можно сказать, начальником. Даже прониклась тебе какой-то теплотой, привязалась. Ей стало очень жаль, что она, да и вся мафия, лишилась твоей компании, но понимала, что скоро ты вернёшься в их ряды/ Мотодзиро Кадзи: /он был в диком восторге, осознавая, что перед ним стоит плод научного прогресса. Ты стала первым собеседником, кто смог выдержать его напор научных теорий, визгов и атаки лимонных бомб. Так что, ты сразу же стала для него «другом-номер-один», и он каждый раз впечатлялся от твоих способностей и глубочайших знаний твоей программы. Не всегда понимал, что ты говоришь, касательно своего устройства, но только сильнее восхищался. Поэтому был дико взбешён и даже расстроен, что восьмое чудо света кто-то украл – опять это чёртово агентство. Уверен, что тебя именно украли, такая замечательная машина не покинула бы такую замечательную мафию/ Рюро Хироцу: /он руководил операцией по твоему похищению. Но, если быть точнее, никто не планировал отыскать там конкретно тебя, велись поиски просто разработок этой научной группы. А ты оказалась приятным дополнением. Был удовлетворен твоими умениями – не зря взяли, а особенно ему понравилось, как ты стреляешь, поэтому, когда ты проходила практику в «Чёрных ящерицах» тебе отвели снайперскую позицию. Правда, прямо во время перестрелки эту позицию пришлось сменить на прямую нападающую – эдакий «танк» - к тому же, прочный корпус не позволял пулям вредить твоему устройству. Когда логово врага взорвалось, решил, что это твоих рук дела, и был удивлен, когда от тебя обнаружили гаечки и винтики. Твое восстановление проходило в ускоренном темпе по приказу босса, и вскоре ты вернулась в ряды мафии абсолютно «здоровая». Вообще, Рюро относится к тебе, как к машине, как большому слаженному механизму. Поэтому не может воспринимать тебя, как человека, как девушку – пусть ты выглядишь идентично. Просто ждёт приказа атаковать ненавистных детективов, чтобы вернуть трофей от учёных/ Митидзо Татихара: /ему понравилось, что «Ящерицам» дали такое ответственное и интересное задание, поэтому старался насладиться по максимуму. Первый увидел тебя в особом подземном блоке, в особой форме, с неестественно пустым взглядом, приветствующую вооруженных незнакомцев. Сразу понял, что ты и не человек вовсе, сконфузился, как-то разочаровался, но предложил тебя, как небольшой подарок боссу. Его развеселило, что ты подчинялась похитителям, но ещё больше расхохотался тогда, когда ты назвала Рюро «хозяином», спросив, куда вы едите. Мужчина спросил, что ты такое. Ты назвала свою модель и функции. Вообще, не знай юноша, что ты – робот, мечтательно вздыхал бы, провожая взглядом, но теперь у него к тебе определенное отношения человека к интересному гаджету/ Гин: /а вот её твоя неестественность напрягла в секунду, она решила, что ты охранник научного центра, нападёшь и в мгновение ока справишься с этой толпой. Поэтому тоже удивилась твоей покладистости, но села сзади, чтобы, если не перерезать горло, как человеку, то отключить питание или типа того. У всех же роботов должны быть сзади какие-нибудь переключатели? А чё ты у меня спрашиваешь – я не знаю. Но у тебя их нет, а это ещё больше напрягло девушку. Ты для неё – сплошное напряжение и ожидания атаки, уверена, что ты создаешь ещё не мало проблем. Так вот, она оказалась права. Поэтому лишь молча похвалила себя за сообразительность и осудила других за наивность/ Огай Мори: /он давно заглядывался на учёных, работающих на крупнейшие организации с одарёнными – с Гильдией в том числе. Поэтому он решил, что негоже только им такими богатствами владеть, поэтому направил своих людей в исследовательский штаб, где и обнаружили тебя и ещё пару неплохих приспособлений. Был доволен тобой, твоя многофункциональность поражала, а беспрекословное подчинение – вызывало саркастичную улыбку. Конечно, он не думал делать с тобой нечто, выходящее за рамки своих преступных дел, ты не думай, не-не. Пытался подыскать тебе подходящее место, поэтому ты «гуляла» из отряда в отряд, училась и наблюдала. В конце каждой недели разговаривал с тобой, в целом, чтобы проверить ни тебя, а своих подчиненных, которым он слишком доверяет. Но, безусловно, только убедился в них, слушая твои отчёты. Использовал тебя, но в благих целях, так, как полагается обращаться с машиной. Никому не позволял поднимать на тебя руку или просто грубить – ему не хотелось засорять твою память. Когда ты сбежала, о чём его сразу осведомили, несколько удивился, но не подал виду. Ему не очень понравилось, что с ним так обошлись, поэтому, чтобы дождаться объяснений, намерен вернуть - «живой» или «мёртвой»/ Элиза: /девочка без ума от тебя, потому что ты сильная и не заставляешь её ничего делать, даже наоборот – придвигаешь тарелку со сладостями, если она попросит. В твоем присутствии старается вести себя дружелюбно, постоянно просит тебя рассказать что-нибудь, а ты, еще послушная тогда приказам, искала в своей сети тысячи сказок, чтобы удовлетворить девочку. Ей нравилось, что ты безоговорочно подчиняешься, с тобой она чувствовала себя маленькой владычицей. Когда ты сбежала, заскучала/ Коё Одзаки: /при «презентации» тебя, в отличие от Чуи, была расположена к тебе, внимательно следила за тобой и искренне поразилась результатами проверки. Она сразу поняла, что твои силы оценят по достоинству и отведут подходящее место – без дела ты простаивать не будешь. Ей было приятно слышать, что тебя сразу отправили на стажировку под её эгиду, ведь делиться опытом для неё не впервой. Сразу нарекла тебя «железным цветком», ведь ты, пусть и искусственная, но всё-таки прекрасная леди. Ей было приятно и легко работать с тобой, ты быстро училась и усваивала информацию. Получилось так, что не она помогала тебе осваиваться, а ты помогала ей вести необходимые дела. Ведь, в первую очередь, не боец, а искусственный интеллект, рассчитанный на поиск, анализ и запоминание. С ней ты провела чуть больше времени, чем планировалось; расставалась с тобой, чуть ли не прощаясь навсегда. Когда ты проходила стажировку у её названного брата, отметила кардинальные перемены в поведении последнего. Внимательный женский взгляд сразу нашёл его куда более неразговорчивым, чем ранее, однако, ставшим спокойнее. Не торопилась с доводами, но всё поняла, увидев, как был зол и расстроен молодой человек, когда тебя восстанавливали в исследовательском центре. Была рада увидеть, что ты в порядке, заговорив с тобой, нашла некоторые перемены в твоем поведении, но так ты нравилась ей даже больше. После твоего внезапного побега была поражена вместе со всеми, но еще больше её удивило поведение Чуи – она ожидала, что тот будет в ярости, но, подавленный, он даже ни с кем не говорил. Почему-то не удивилась, когда ты примкнула к детективам – нечему тут удивляться, они всех к себе переманивают, добрые души. Но была готова простить тебе всё, когда ты сказала, что это не вина человека, а только твоя. Это твой выбор, а не чей-то приказ. Сейчас девушка осознает, что грядёт чуть ли не война за тебя, но предчувствует твой мудрый и продуманный ход/ Кюсаку Юмэно: /даже с ним тебе довелось встретиться, благодаря твоему уму и неубиваемости. Мальчик был так рад, что он с кем-то наконец-то контактирует, что попытался оставить о себе хорошее впечатление, сразу способность не использовал. Только ты – механизм, и на твои анализаторы не действуют ментальные силы. Был расстроен, ведь хотел развлечься. Теперь ты для него – не самый желанный гость, даже поговорить нормально нельзя/

«Гильдия».

Френсис Скотт Кей Фицджеральд: /ему идея пользования новейшим искусственным интеллектом приглянулась сразу же, он финансировал твою разработку и принял с распростертыми объятиями в свои ряды. Ты работала идеально, не единого замечания не последовало в твой адрес. Твои обширные умения, невероятные характеристики и беспрекословное подчинение настолько завлекло его, что он не обеспечил должный уровень безопасности такому экспонату. Когда тебя перевезли на исследовательскую базу, чтобы исправить кое-какие ошибки программы и изменить полную внешнюю незаинтересованность (грубо говоря, изменить тебе выражение лица), ничего запланированного совершить не удалось. Фицджеральд был ужасно зол на мафию, намеревался вернуть тебя, как идеального бойца, как вложенные деньги. После падения Гильдии и твое «изменение» вы встретились лично. Он предложил тебе вернуться под его крыло – как помощнику, как телохранителю – то ты извинилась и отказалась. К Фицджеральду у тебя хорошее отношение, ведь тебе не приходилось убивать или калечить, будучи на службе в Гильдии. Ты даже рассматриваешь вариант того, что однажды всё-таки вернёшься к нему, ведь жить как-то надо. А если законно и мирно – так вообще хорошо/ Люси Мод Монтгомери: /удивлялась каждому твоему жесту, каждому действию, каждому слову. Её поражали чудеса научного прогресса, ведь совершенно не представляла себе твоё внутренние устройство и способ твоего мышления. Каждый раз, обращаясь к тебе, конфузилась, переживала, терялась. Потому, что много раз слышала о том, что искусственные интеллекты выходят из-под контроля, нападают за создателей и других людей и тому подобное. Не боялась тебя однозначно, но точно не стремилась налаживать контакты, чтобы не входить в ближайшее окружение и не подставляться под удар. Когда тебя украли, была даже немножко рада, но совсем немножко, ведь это означало новые проблемы. Потом, правда, вы виделись уже после падения Гильдии, на её новом месте работы. Девушка была напряжена от того, что ты знаешь о ней больше, чем ей хотелось бы. Но тогда ты открылась для неё с новой стороны – не такая уж и опасная; новая программа позволила тебе улыбаться, плакать и чувствовать людей, их переживания и страхи. Ты перевела взгляд на Люси, но не такой холодный и бесчувственный, как был раньше. Она спросила, будешь ли ты что-то заказывать, а ты купила несколько булочек и покормила голубей на площади. Наблюдая за тобой, девушка расплывется в улыбке, понимая, что была к тебе слишком предвзята/ Маргарет Митчелл: /ей нравилось осознавать, что у Гильдии появился новый козырь – это значительно повышало их шансы на успех и скорость исполнения задуманного. Поэтому сразу же отнеслась к тебе, как к вещи. Очень полезной, но вещи, которой можно владеть, как пожелается. Ты приносила ей чай в каюту, помогала с выбором туалета, даже готовила для неё ванну – она наслаждалась твоим пользованием, но не давала тебе ничего сверхъестественного или настроенного на мыслительную деятельность, а не на работу руками – вещь должна вещью оставаться. Тем не менее, когда тебя украли, была оскорблена до глубины души. Надеялась, что Фицджеральд в скором времени вернёт такую полезную служанку, или ей будет грустно/ Натаниэль Готорн: /был впечатлён тобой – человеческое творение, как дьявольский дар. Его твоя компания совершенно раздражала, но он оставался скуп на эмоции, уж тем более не демонстрируя их перед тобой. Допускал, что ты могла быть подвергнута различным хакерским атакам или влиянию со стороны, то есть, быть «Троянским конём». Именно поэтому постоянно ожидал от тебя предательства, какой-нибудь неожиданной необдуманной выходки, но ты идеально исполняла обязанности и не вызывала недовольств у других участников Гильдии. Был, конечно, тоже не в восторге от того, что всесильную машину украла мафия, но уж точно не расстроен. Скорее, принял это за цирк – теперь мафия будет собирать полученную от «коня» информацию/ «Я просто привязал бы тебя к себе…» Джон Стейнбек: /сразу же приглянулся к тебе, к твоим обширным умениям и великим знаниям, что хранятся в твоей механической головушке. В отличие от некоторых коллег, не ощущал себя не в своей тарелке, наоборот, твоя компания влекла его, как запретный плод. Охотно разговаривал с тобой, пытался разговорить и тебя, но ты не привыкла лишний раз молоть языком. А вот тесты психологические проводить – всегда пожалуйста. Беспроблемно отвечал на все вопросы и, услышав анализ своего психотипа, даже рассмеялся: ты попала в точку во всём. «Ты правда думаешь, что во мне скрыта агрессия?» - наигранность улыбки распознала даже твоя программа, ты перевела на него немигающий взгляд и ничего не сказала. Ты не умеешь думать, это делает твоя программа. На Джона, правда, ты произвела неизгладимое впечатление, и он покидал твое общество в воодушевленном состоянии. Сразу понял, что отношения с тобой он наладит, ты воистину интересная для него личность, даже будучи «неживой» - механической. Ты толком и не проявила себя, находясь в Гильдии, но блондин так точно не считает: он видел, как ты сражаешься, видел, как слепо подчиняешься смехотворным приказаниям согильдийцев, и ему чуть больно не становилось. Уверил себя, что ты создана для чего-то большего, глобального, даже великого. Когда вы остались наедине всего на минуту: ты вышла за чаем для Маргарет, а он специально поджидал тебя – спросил, этим ли ты хочешь жить. Ты вновь посмотрела на него, так, как при первом разговоре, совершенно пустым взглядом. Ты сказала, отчеканив каждое слово, точно заученное стихотворение, что не живешь, чтобы хотеть и думать. Всю ночь думал об этом разговоре, пытался понять тебя и твою программу. С замиранием сердца ждал твоего возвращения после отправки в исследовательский центр, но ты не вернулась. Фицджеральд сразу сказал ему, что тебя украли, и тот, пусть на людях сохранил спокойствие, рвал и метал, хотел отомстить этой мафии прямо сейчас. Однако, если бы вам удалось встретиться уже после твоего «прозрения» был бы впечатлён ещё больше, чем однажды. Не думал бы нападать, не видя в тебе врага, но сказал, что всё ещё готов показать тебе, как ты, с такой силой и знаниями, должна жить/ Говард Филлипс Лавкрафт: /о, два сапога пара: два абсолютно нечеловеческих существа, выглядящих, как обычные нормальные люди. Только вот, это вас совершенно не сблизило, так как нежелание (а скорее неумение) заводить контакты и быть в центре внимания – у вас тоже общее. Относился к твоему существованию абсолютно никак, да и ты к его тоже, хотя, при анализе, программа прямо-таки ужаснулась от невиданности данного существа/ Марк Твен: /сначала принял тебя за обаятельную красавицу, общество которой показалась ему самим Раем. Улыбался тебе, подмигивал, пытался держаться поближе, разговорить, расслабить – всё, что угодно, вызвать хоть какие-то чувства. И представь его глубокое разочарование, когда ты оказалась роботом. Ему даже неловко стало. Первое время не хотел попадаться тебе на глаза, но ему сказали приглядеться к тебе, как бойцу и потенциальному товарищу. А он приглянулся. И совсем не ожидал этой замечательной силы, скрытой в тебе: всезнание и всеумение. Плюсом к этому идёт покладистое молчание. Потом тебя украли, и он пожалел о том, что так долго сторонился тебя, а не пытался увидеть все твои таланты/ Герман Мелвилл: /ему удалось провести в твоей компании небольшое количество времени, но он и так остался впечатлён от нынешнего прогресса и твоего холодного величия. Холодного – и в прямом и в косвенном смысле. Сначала он не знал, как начать разговор, да и надо ли ему, можно ли вообще, но ты заговорила первая. «Как Ваша спина?» - осторожно спросила ты, глядя на мужчину. Тот улыбнулся и признался, что всю ночь не мог уснуть от этой боли. Да вот и всё ваше знакомство. А так, вообще-то, будь ты три раза машиной, он хорошо к тебе относится, пусть и ничего о тебе не знает сейчас/ Эдгар Аллан По: /ему такие чудеса, как ты, в голову даже для детектива не придут, но он был бы в диком ужасе, встретившись с твоим неживым взглядом. Не захотел бы и думать о том, чтобы поговорить с тобой. И почему-то сразу решил, что ты стреляешь лазерами из глаз, поэтому старался на тебя не смотреть и, желательно, найти подходящее укрытие. В общем, нет, ты для него – как кошмар наяву, тебе уже ничего не поможет. Ну, или ему. Короче, вам обоим/ Луиза Мэй Олкотт: /она была приятно удивлена, зная, что Фицджеральд воспользовался одним из сотен её планов, поэтому особенно расцвела, когда ты предстала перед ней, как трофей исполнения задуманного. Была так рада, что и думать о тебе не хотела, как о чём-то отдельном, но потом всё-таки решилась наладить отношения. Ты, конечно, оказалась слишком незаинтересованной в разговоре (но тебя нельзя за это винить), поэтому девушка приняла твой вид определённым образом – её компания тебе не интересна. Потом тебя похитили, а она разработала сотни стратегий, чтобы вызволить тебя и вернуть. Только вот, этого не случилось. Но могло бы – не сбеги ты из мафии; просто исполнение требовало времени, а у вас его не было/

«Крысы Мёртвого Дома».

«Твоя душа в моих руках…» Фёдор Достоевский: /он давно наблюдал за работой того исследовательского центра – твоей «родины». И долго приглядывался к разработкам учёных, в слепой надежде найти хоть что-нибудь, что может поспособствовать реализации его целей. Ведь так куда легче: не нужно вербовать никаких одарённых, объяснять им происходящее в нужном свете, никаких лишних затрат! Податливость и беспрекословное подчинение слишком привлекали его, а потенциальная сила разработок заставляла довольно усмехаться. Он присмотрел тебя ещё на конечной стадии создания – непосредственно обучения. Увидел, что ты планируешь стать лучшим образцом работы центра, поэтому тебе прививали куда больше способностей и умений, чем другим машинам. Дождался окончания работы, радовался чуть ли не вместе с учёными, но только у себя в голове, не выдавая искренних эмоций. Когда тебя направили в Гильдию, не потерял наблюдения, ведь изначально подключился к твоей программе и сейчас наблюдал за всем, что происходило вокруг тебя, прямо от твоего лица. Сначала его это забавляло, потом завлекло всё сильнее. Он – единственный, кто, помимо тебя и непосредственно учёных, тебя создавших, знает твою программу вдоль и поперёк, каждую лазейку, каждый закоулочек «сознания». И он стал оставлять тебе скрытые послания, которые могла обнаружить только ты. Ещё будучи в Гильдии ты узнала, что за тобой (вернее, с тобой) наблюдают, анализируют и даже дают тебе советы. Вы стали взаимно делиться информацией, ведь он приказал тебе это сделать, воздействуя напрямую на программу, и у тебя не было возможности противиться. Ты даже слышала его голос в голове, словно собственные мысли. Когда тебя вернули в центр, на пару дней потерял с тобой связь, ведь тебя отключили от сети, а потом, уже в мафии, подключили по-другому. Поэтому Достоевскому понадобилось время, чтобы вернуть с тобой контакт, но, получив от него ещё одно послание, тебе самой стало легче, словно был кто-то, кто может помочь тебе, кто будет на твоей стороне вне зависимости от того, кому ты подчиняешься сейчас. Пока ты была в мафии, он получал от тебя ценнейшие сведения. Потом он столкнулся с ошибкой вместе с тобой: программа впервые дала сбой, когда ты перестала подчиняться и не смогла выстрелить в мужчину. Достоевский похвалил тебя. И ты сбежала, зная, что где-то в мире есть человек, который знает всё. Которого ты должна найти. Он держит с тобой связь до сих пор, направляя к себе. Он ценит тебя, действительно ценит. Как оружие. Как единомышленника. И ему нравится осознавать, что изначально ты целиком и полностью подчинялась только ему. Даже сейчас/