Один роковой бутлегер

Ты рассказываешь мне проблему, мы пьем водку, проблемы нет

Скрип старых кранов противно ударил по девичьим ушам и Алиса вздрогнула. Шум, падающих на старый, потрескавшийся кафель, капель воды заслонял слух от остальных звуков. — Зачем мы здесь, сэр? — спросила она с полным непониманием. Несмотря на то, что ванная комната была заполнена паром, Алиса дрожала словно на холодном ветру, перебивая шипение пара своим голосом. — Не надо забывать о гигиене, — прохрипел Форрест, стоящий за её спиной, касаясь горячими губами её шеи и оставляя на нежной коже колкие мурашки. — Мистер Бондурант, а когда вы мне поможете… ну…– Алиса сглотнула подступивший к горлу ком и продолжила, –…решить мою проблему? Мужчина лениво оторвался от её кожи. — Хмм…проблему? — переспросил Форрест словно не зная, что вообще существует какая-то проблема. Он был пьян, зверски пьян, но Алиса не сразу поняла, что стало её якорем. — Собственно, мы её сейчас и решаем. Алиса в ожидании неизведанного закрыла глаза, под веками неприятно защипало. Вскоре руки мужчины умело справились с пуговицами платья и оно скользнуло по её плечам, гладкой тканью опускаясь ниже, постепенно обнажая фигуру девушки. Горячие, суховатые ладони легли на ключицы, растирая и согревая их. Прикосновения мужчины слегка уняли дрожь, когда его руки поплыли ниже, задевая торчащие лопатки и позвонки под бледной кожей. Его ладони медленно опускались, касаясь рёбер. Мужчина добрался до талии, ненадолго замер, а после нырнул тёплыми руками вперёд, касаясь живота девушки, одними лишь кончиками пальцев. Он немного настороженно рисовал на нём круги, иногда одергиваясь, словно неведомая сила тока пробивала его. Форрест потянул подзастрявшую на слегка округлившихся бедрах ткань и она, легко соскользнув по ногам, мягко улеглась на кафель, после чего Алиса окончательно избавилась от материи. Мужчина не спеша развернул её к себе и заглянул ей в глаза, пытаясь увидеть в них хоть какую-то правду, но в остекленевшем взгляде он видел лишь пустоту и отрешенность. Она стояла перед Бондурантом не шевелясь: обнажённая и беззащитная, нежная и обреченная, пряча за ухо вьющуюся прядь. Она полностью отдала себя в руки мужчине, ставшим ей одновременно и любовником, и другом, и отцом, которого по сути у неё никогда и не было. Алиса доверилась ему и если Форрест считал, что частичка его плоти, которую она носила в себе ему не нужна, то так тому и быть — эта часть его самого не увидит свет. Бондурант тяжело опустился перед ней на колени и его взгляд зацепил небольшой, но уже достаточно заметный холмик внизу живота, обтянутый белым трикотажем белья. Форрест прикрыл глаза и сцепил зубы, ярость рвалась наружу — он злился на себя за то, что как бы он не хотел, но не мог быть отцом этому ребёнку. На Алису за то, что та не удержалась и бросилась в объятия какого-то молокососа, и больше всего ему сейчас хотелось убить последнего, что сломал жизнь его любимой Алисы. –Ступай, мойся…– сухо проговорил Бондурант, оторвавшись от ненавистных мыслей, стянув с девушки трусики и поднимаясь с колен. Алиса развернулась, сделала шаг и встала под ласкающие её струи, что собирали с её лица волнение и страх, обдавая тело легкой эйфорией. Она переняла из рук его кусочек мыла, усиленно пеня его на коже, обводя приятные глазу Форреста изгибы. Тело её стало скользким и пена побежала вниз, застилая, как льдом среди зимы, кафельное покрытие. Алиса подставила личико под тёплую воду и, прикрыв карие и обиженные глаза, столкнулась с темнотой и приятным ласканием вод о её уставшее тело. Внезапно, дно под её ногами стало мерно таять и девушка почувствовала, что летит в бездну. Сердце бешено забилось, посылая импульс к тому, кто внизу и так чувствителен к любой перемене. Алиса хлестко подскользнулась и, издав всхлип, едва не разбилась об твёрдую поверхность. Кажется, в этот миг сработал её первый материнский инстинкт и девушка обхватила левой рукой низ живота, второй ища баланс. Услышав глухое «ах», Форрест поднял взгляд, заметив как Алиса, схватившись за живот, падает плашмя, подставляя под удар то, что вдруг стало ей так дорого. Бондурант резко дернулся вперед и, обхватив девушку за плечи, сжал пальцы на ее коже едва не до побеления. –Осторожнее…– буркнул он и поцеловал трясущуюся от страха девушку в макушку. Мысли Алисы путались. Судорожно намыливая себя, она уже была не рада, что пришла. Девушка была в полном смятении: она боялась осуждения со стороны окружающих, боялась отца и в какой-то мере ей было жаль себя, свою загубленную молодость, но все это перечеркивало внезапно возникшее чувство ответственности за того, кого она носила под сердцем. Это чувство было ей чуждо и мешало рационально мыслить. Бондурант стоял, облокотившись о стену, исподлобья тайком разглядывая Алису. Сейчас, видя картину в полной мере, он всеми фибрами души ненавидел подонка, который превратил его хрупкую, совсем юную Алису в женщину, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мужчина хотел услышать от неё правду, хоть и боялся боли, хотел знать кто этот козел и, чёрт возьми, как бы ему не было тяжело, он не отдаст ему свою девочку! Максимум, это швырнет ублюдку его маленького бастарда. «Или то, что от него останется, » — думал Форрест, глубоко вдыхая и в упор смотря на Алису. –Скажи мне правду, — на выдохе начал Бондурант, — Кто он…кто сделал с тобой это?! — мужчина взглядом показал на её живот. Девушка застыла, кусок мыла выскользнул из её рук и, ударившись о дно, раскололся надвое. –Я…я уже сказала правду…– слезы потекли из её глаз, но он по-прежнему не верил ей. Алисе было очень обидно, что он подозревает её в том, что она могла лечь под кого угодно. По большому счету ей казалось, что Форрест считает её шлюхой. — Это вы, сэр. Вы папа этого ребёнка. Его глаза налились кровью. Она снова врала, снова пыталась убедить его в невозможном! Форрест оттолкнулся от стены и в два шага пересек ванную комнату. Резко повернув краны, не давая Алисе смыть с себя пену, обхватив её за талию, грубо вытащил из ванной. — Хватит мне врать! — рычал он ей прямо в лицо. Форрест крепко взял её за подбородок и притянул к себе, посмотрев в глаза. Алису трясло как осиновый лист, но, собрав остатки смелости, она с вызовом произнесла: –Я вам не вру! — вырвала она из его щипцов подбородок и услышала, как заскрипели зубы мужчины, и тот схватил её за плечо и с силой толкнул к двери. Девушка ударилась о стену. Она искренне не понимала за что он с ней так обращается. Беспомощная и беззащитная, абсолютно голая — она пришла просить поддержки у единственно близкого человека, а взамен получала недоверие и агрессию. –Сэр… –Иди вперед…– глухо проговорил он. Алиса стояла перед ним мокрая, дрожащая от холода. Вода медленно стекала по бледной, покрытой мурашками коже, а Форрест скользил взглядом по любимому тельцу, пока злость и желание соединялись в нём, и он толкнул девушку в сторону лестницы. Открыв дверь, спальни Форрест пихнул Алису во внутрь. Она резко развернулась и впилась глазами в его бесстрастное лицо. — За что вы со мной так?! — выкрикнула она и тут же пожалела о своих словах. Тяжёлая ладонь опустилась на её лицо, оставляя после себя яркий отпечаток. –Ты раздвигаешь ноги перед кем ни попадя и спрашиваешь «за что»?! — Бондурант уже не мог сдерживать себя, — Ты что, издеваешься? Сколько их было у тебя, говори? — шипел он, пока его грудная клетка от ярости, распирающей его, вот-вот была готова разорваться на части, — Ты маленькая потаскуха, даже не знаешь от кого родится твой ублюдок?! Слёзы бессилия душили её. Почему человек, которого она любила и от которого ждала ребёнка, так жесток с ней? Недоумение вырвалось на первый план. –Я… я ни перед кем, кроме вас не раздвигала… — Неужели? — Бондурант дёрнул рубашку за ворот, пуговицы звонко рассыпались по полу, — Так раздвинь ещё разок! Это ты, как выяснилось, отлично можешь! Алиса даже не успела пикнуть, как шершавые пальцы грубо сдавили ей шею и, приблизившийся к ней вплотную, мужчина обдал жаром своего тела её влажную кожу. Упираясь грузным телом в девушку, Бондурант шагнул, оттесняя её к кровати. Алиса дрожащими руками пыталась натянуть на себя одеяло. В полумраке комнаты стоящий перед ней полуобнаженный мужчина нетерпеливо расстегнул брюки, тяжело дыша и даже в полутьме Алиса видела, как блестят его глаза. Девушка прекрасна знала, что означает этот блеск и что будет дальше, когда вот так загорается его взгляд. Взор его молниеносный всегда завораживал и немного пугал, но сегодня в нём появились новые оттенки и они пугали её по по-настоящему. Штаны тяжело упали на пол, Форрест переступил через них и, отбросив ногой в сторону, потянул резинку, удерживающую нижнее бельё, вниз. Он впервые стоял перед ней во весь рост полностью обнажённый, расправив плечи и тяжело дыша, пока широкая, покрытая растительностью грудь высоко вздымалась. Казалось, каждая мышца в его теле напряжена до предела, его мощь поражала и Алиса, несмотря на страх, смотрела на него как завороженная. Она опустила глаза ниже, впиваясь взглядом в налившийся кровью орган, как внутри неё всё перевернулось. Форрест стоял широко расставив ноги, словно врос в пол, как истукан, а двигались только его глаза, пока он изучал Алису заново. Ненависть за предательство, но в то же время любовь путались, словно шёлковые нити. –Сэр…– тихо позвала его Алиса выводя мужчину звуком своего голоса из оцепенения, набравшись смелости, –…пожалуйста, не надо! Форрест практически упал на неё, вдавливая всем весом в кровать, и Алиса только тихонько вскрикнула. — Прекратить? — Прислонившись к её щеке, злобно шептал Бондурант ей в самое ухо, — Почему ты не просила своего осеменителя остановиться? А? — и он прикусил её за мочку, кровь закипала в нём, запах девушки застилал его разум. –Пожалуйста…сэр, — в попытке остановить мужчину, просила Алиса, — Вы делаете мне больно. Мужчина не собирался останавливаться, он хотел, чтобы ей было больно, хотел заставить её страдать, также как страдал сейчас он, но в тоже время Форрест понимал, что никакая физическая мука не сравнится с той болью, которая была у него в душе. Уж лучше бы сейчас его избили до полусмерти, чем понимать, что Алиса предала его. Его поцелуй был диким и ненасытным, а Алиса тщетно пыталась сжимать губы, но её попытки препятствовать мужчине были пустыми. Он старался войти языком как можно глубже, вытаскивал и вновь погружался. Он кусал её губы, окончательно перестав себя контролировать. -Ты нарочно травила меня! Нарочно! Зная, что я не могу зачать ребёнка! Дрянь! — Растолкав коленями её ноги, он уперся перевозбужденным членом в её горячее лоно и глухо застонал. Форрест пытался вжаться в неё всё сильнее, грозясь раздавить своим весом. -Тебе нельзя сейчас, я знаю, и я использую это знание против тебя. Ты сама спровоцируешь беду. Алиса задыхалась под ним, пыталась кричать, умоляла остановиться. Как же она не понимала, что своими криками она ещё больше распаляла его, пробуждала в мужчине необузданное желание обладать ею, подчинить себе. Оставляя «ожоги» от поцелуев на её шее, Бондурант опускался ниже, хватая влажными губами соски. Впиваясь в них и кусая, он утробно урчал, как голодное животное, попеременно втягивая их в себя и всё никак не мог насытиться. С силой сдавливая ладонями нежную кожу груди, Бондурант оставлял после себя синяки. Девушка вонзала ногти ему в спину, он рычал от боли, а она выгибалась под ним, пытаясь выбраться. Оторвавшись от её груди, он встал на колени и расправил плечи, глубоко втягивая воздух до отказа, наполняя лёгкие, словно готовился погрузиться на глубину. Алиса приподнялась и попыталась встать с кровати, но Бондурант, толкнув её в грудь, заставил лечь на место. Девушка никогда не видела его таким, глаза Форреста горели безумием, а она лишь плакала от бессилия, понимая, что он не прекратит и ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться ему. Схватив девушку под колени, не обращая на её вскрик никакого внимания, мужчина резким движением положил её ноги к себе на плечи и обильно смочил пальцы слюной, проникая ими в сухие складки кожи, растирая импровизированную смазку. Наконец, не сразу, он вошёл в безвольно лежащую под ним девушку. Форрест опустился на руки, сгибая её пополам и нависая над ней, придавив торсом её ноги и опершись, он не давал ей возможности пошевелиться. Сейчас девушка была полностью в его власти. Он принялся брать её сильно и глубоко с самого начала, при каждом толчке больно упираясь плотью в чувствительную матку. Девушка стонала от боли, она была уверена, что Форрест навредит, уже не только ей. Она видела перед собой его лицо, искаженное животной похотью, и молилась только об одном, чтобы он быстрее закончил. Мужчина знал, что делает ей больно, но ему было всё равно. Он мстил! Ему было плевать на её мучения, плевать на её младенца. Считая нерожденное существо виновником всех его бед, делая всё, чтобы его не стало! Мужчина двигался быстро и сильно, стараясь причинить тому как можно больший вред, надавливая грубой рукой на низ её живота. Он хрипло стонал и, оглядываясь по сторонам, рычал, словно пытался отогнать от себя мнимых соперников, тех, кто мог бы позариться на его женщину. Он — «альфа», он — главный, а она его добыча — его самка, и всегда была ею! Сейчас, повинуясь древним инстинктам, он метил её. Алисе ничего не оставалось, как принять его правила, лишённая возможности двигаться, она полностью отдалась ему. — Ты моя? Ты моя, Алиса?! — чувствуя приближения конца, подкатывая глаза утвердил Форрест. –Да…сэр…– выдавила из себя девушка. Она хотела подыграть ему, чтобы это кошмар поскорее закончился. Её ответ был словно отмашка для него. Мужчина на секунду замер, его тело напряглось и Бондурант, толкнувшись в девушку еще несколько раз раз, застонал. Вытянувшись на руках, он пульсировал внутри Алисы, наполняя её солено-пряными, тягучими струями. Через некоторое время выскользнув из девушки, Форрест откатился на спину, тяжело дыша, получив долгожданную физическую разрядку. Но на душе его было всё так же было паршиво. Немного отдышавшись, он посмотрел на Алису. Та лежала молча, её лицо не выражало никаких эмоций. Он повернулся на бок и посмотрел на её растерзанное им самим тело, начиная осознавать масштаб содеянного. Жалость подступила к горлу, а алкоголь почти выветрился. –Почему ты не сказала мне правду? — спросСкрип старых кранов противно ударил по девичьим ушам и Алиса вздрогнула. Шум, падающих на старый, потрескавшийся кафель, капель воды заслонял слух от остальных звуков. — Зачем мы здесь, сэр? — спросила она с полным непониманием. Несмотря на то, что ванная комната была заполнена паром, Алиса дрожала словно на холодном ветру, перебивая шипение пара своим голосом. — Не надо забывать о гигиене, — прохрипел Форрест, стоящий за её спиной, касаясь горячими губами её шеи и оставляя на нежной коже колкие мурашки. — Мистер Бондурант, а когда вы мне поможете… ну…– Алиса сглотнула подступивший к горлу ком и продолжила, –…решить мою проблему? Мужчина лениво оторвался от её кожи. — Хмм…проблему? — переспросил Форрест словно не зная, что вообще существует какая-то проблема. Он был пьян, зверски пьян, но Алиса не сразу поняла, что стало её якорем. — Собственно, мы её сейчас и решаем. Алиса в ожидании неизведанного закрыла глаза, под веками неприятно защипало. Вскоре руки мужчины умело справились с пуговицами платья и оно скользнуло по её плечам, гладкой тканью опускаясь ниже, постепенно обнажая фигуру девушки. Горячие, суховатые ладони легли на ключицы, растирая и согревая их. Прикосновения мужчины слегка уняли дрожь, когда его руки поплыли ниже, задевая торчащие лопатки и позвонки под бледной кожей. Его ладони медленно опускались, касаясь рёбер. Мужчина добрался до талии, ненадолго замер, а после нырнул тёплыми руками вперёд, касаясь живота девушки, одними лишь кончиками пальцев. Он немного настороженно рисовал на нём круги, иногда одергиваясь, словно неведомая сила тока пробивала его. Форрест потянул подзастрявшую на слегка округлившихся бедрах ткань и она, легко соскользнув по ногам, мягко улеглась на кафель, после чего Алиса окончательно избавилась от материи. Мужчина не спеша развернул её к себе и заглянул ей в глаза, пытаясь увидеть в них хоть какую-то правду, но в остекленевшем взгляде он видел лишь пустоту и отрешенность. Она стояла перед Бондурантом не шевелясь: обнажённая и беззащитная, нежная и обреченная, пряча за ухо вьющуюся прядь. Она полностью отдала себя в руки мужчине, ставшим ей одновременно и любовником, и другом, и отцом, которого по сути у неё никогда и не было. Алиса доверилась ему и если Форрест считал, что частичка его плоти, которую она носила в себе ему не нужна, то так тому и быть — эта часть его самого не увидит свет. Бондурант тяжело опустился перед ней на колени и его взгляд зацепил небольшой, но уже достаточно заметный холмик внизу живота, обтянутый белым трикотажем белья. Форрест прикрыл глаза и сцепил зубы, ярость рвалась наружу — он злился на себя за то, что как бы он не хотел, но не мог быть отцом этому ребёнку. На Алису за то, что та не удержалась и бросилась в объятия какого-то молокососа, и больше всего ему сейчас хотелось убить последнего, что сломал жизнь его любимой Алисы. –Ступай, мойся…– сухо проговорил Бондурант, оторвавшись от ненавистных мыслей, стянув с девушки трусики и поднимаясь с колен. Алиса развернулась, сделала шаг и встала под ласкающие её струи, что собирали с её лица волнение и страх, обдавая тело легкой эйфорией. Она переняла из рук его кусочек мыла, усиленно пеня его на коже, обводя приятные глазу Форреста изгибы. Тело её стало скользким и пена побежала вниз, застилая, как льдом среди зимы, кафельное покрытие. Алиса подставила личико под тёплую воду и, прикрыв карие и обиженные глаза, столкнулась с темнотой и приятным ласканием вод о её уставшее тело. Внезапно, дно под её ногами стало мерно таять и девушка почувствовала, что летит в бездну. Сердце бешено забилось, посылая импульс к тому, кто внизу и так чувствителен к любой перемене. Алиса хлестко подскользнулась и, издав всхлип, едва не разбилась об твёрдую поверхность. Кажется, в этот миг сработал её первый материнский инстинкт и девушка обхватила левой рукой низ живота, второй ища баланс. Услышав глухое «ах», Форрест поднял взгляд, заметив как Алиса, схватившись за живот, падает плашмя, подставляя под удар то, что вдруг стало ей так дорого. Бондурант резко дернулся вперед и, обхватив девушку за плечи, сжал пальцы на ее коже едва не до побеления. –Осторожнее…– буркнул он и поцеловал трясущуюся от страха девушку в макушку. Мысли Алисы путались. Судорожно намыливая себя, она уже была не рада, что пришла. Девушка была в полном смятении: она боялась осуждения со стороны окружающих, боялась отца и в какой-то мере ей было жаль себя, свою загубленную молодость, но все это перечеркивало внезапно возникшее чувство ответственности за того, кого она носила под сердцем. Это чувство было ей чуждо и мешало рационально мыслить. Бондурант стоял, облокотившись о стену, исподлобья тайком разглядывая Алису. Сейчас, видя картину в полной мере, он всеми фибрами души ненавидел подонка, который превратил его хрупкую, совсем юную Алису в женщину, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мужчина хотел услышать от неё правду, хоть и боялся боли, хотел знать кто этот козел и, чёрт возьми, как бы ему не было тяжело, он не отдаст ему свою девочку! Максимум, это швырнет ублюдку его маленького бастарда. «Или то, что от него останется, » — думал Форрест, глубоко вдыхая и в упор смотря на Алису. –Скажи мне правду, — на выдохе начал Бондурант, — Кто он…кто сделал с тобой это?! — мужчина взглядом показал на её живот. Девушка застыла, кусок мыла выскользнул из её рук и, ударившись о дно, раскололся надвое. –Я…я уже сказала правду…– слезы потекли из её глаз, но он по-прежнему не верил ей. Алисе было очень обидно, что он подозревает её в том, что она могла лечь под кого угодно. По большому счету ей казалось, что Форрест считает её шлюхой. — Это вы, сэр. Вы папа этого ребёнка. Его глаза налились кровью. Она снова врала, снова пыталась убедить его в невозможном! Форрест оттолкнулся от стены и в два шага пересек ванную комнату. Резко повернув краны, не давая Алисе смыть с себя пену, обхватив её за талию, грубо вытащил из ванной. — Хватит мне врать! — рычал он ей прямо в лицо. Форрест крепко взял её за подбородок и притянул к себе, посмотрев в глаза. Алису трясло как осиновый лист, но, собрав остатки смелости, она с вызовом произнесла: –Я вам не вру! — вырвала она из его щипцов подбородок и услышала, как заскрипели зубы мужчины, и тот схватил её за плечо и с силой толкнул к двери. Девушка ударилась о стену. Она искренне не понимала за что он с ней так обращается. Беспомощная и беззащитная, абсолютно голая — она пришла просить поддержки у единственно близкого человека, а взамен получала недоверие и агрессию. –Сэр… –Иди вперед…– глухо проговорил он. Алиса стояла перед ним мокрая, дрожащая от холода. Вода медленно стекала по бледной, покрытой мурашками коже, а Форрест скользил взглядом по любимому тельцу, пока злость и желание соединялись в нём, и он толкнул девушку в сторону лестницы. Открыв дверь, спальни Форрест пихнул Алису во внутрь. Она резко развернулась и впилась глазами в его бесстрастное лицо. — За что вы со мной так?! — выкрикнула она и тут же пожалела о своих словах. Тяжёлая ладонь опустилась на её лицо, оставляя после себя яркий отпечаток. –Ты раздвигаешь ноги перед кем ни попадя и спрашиваешь «за что»?! — Бондурант уже не мог сдерживать себя, — Ты что, издеваешься? Сколько их было у тебя, говори? — шипел он, пока его грудная клетка от ярости, распирающей его, вот-вот была готова разорваться на части, — Ты маленькая потаскуха, даже не знаешь от кого родится твой ублюдок?! Слёзы бессилия душили её. Почему человек, которого она любила и от которого ждала ребёнка, так жесток с ней? Недоумение вырвалось на первый план. –Я… я ни перед кем, кроме вас не раздвигала… — Неужели? — Бондурант дёрнул рубашку за ворот, пуговицы звонко рассыпались по полу, — Так раздвинь ещё разок! Это ты, как выяснилось, отлично можешь! Алиса даже не успела пикнуть, как шершавые пальцы грубо сдавили ей шею и, приблизившийся к ней вплотную, мужчина обдал жаром своего тела её влажную кожу. Упираясь грузным телом в девушку, Бондурант шагнул, оттесняя её к кровати. Алиса дрожащими руками пыталась натянуть на себя одеяло. В полумраке комнаты стоящий перед ней полуобнаженный мужчина нетерпеливо расстегнул брюки, тяжело дыша и даже в полутьме Алиса видела, как блестят его глаза. Девушка прекрасна знала, что означает этот блеск и что будет дальше, когда вот так загорается его взгляд. Взор его молниеносный всегда завораживал и немного пугал, но сегодня в нём появились новые оттенки и они пугали её по по-настоящему. Штаны тяжело упали на пол, Форрест переступил через них и, отбросив ногой в сторону, потянул резинку, удерживающую нижнее бельё, вниз. Он впервые стоял перед ней во весь рост полностью обнажённый, расправив плечи и тяжело дыша, пока широкая, покрытая растительностью грудь высоко вздымалась. Казалось, каждая мышца в его теле напряжена до предела, его мощь поражала и Алиса, несмотря на страх, смотрела на него как завороженная. Она опустила глаза ниже, впиваясь взглядом в налившийся кровью орган, как внутри неё всё перевернулось. Форрест стоял широко расставив ноги, словно врос в пол, как истукан, а двигались только его глаза, пока он изучал Алису заново. Ненависть за предательство, но в то же время любовь путались, словно шёлковые нити. –Сэр…– тихо позвала его Алиса выводя мужчину звуком своего голоса из оцепенения, набравшись смелости, –…пожалуйста, не надо! Форрест практически упал на неё, вдавливая всем весом в кровать, и Алиса только тихонько вскрикнула. — Прекратить? — Прислонившись к её щеке, злобно шептал Бондурант ей в самое ухо, — Почему ты не просила своего осеменителя остановиться? А? — и он прикусил её за мочку, кровь закипала в нём, запах девушки застилал его разум. –Пожалуйста…сэр, — в попытке остановить мужчину, просила Алиса, — Вы делаете мне больно. Мужчина не собирался останавливаться, он хотел, чтобы ей было больно, хотел заставить её страдать, также как страдал сейчас он, но в тоже время Форрест понимал, что никакая физическая мука не сравнится с той болью, которая была у него в душе. Уж лучше бы сейчас его избили до полусмерти, чем понимать, что Алиса предала его. Его поцелуй был диким и ненасытным, а Алиса тщетно пыталась сжимать губы, но её попытки препятствовать мужчине были пустыми. Он старался войти языком как можно глубже, вытаскивал и вновь погружался. Он кусал её губы, окончательно перестав себя контролировать. — Ты нарочно травила меня! Нарочно! Зная, что я не могу зачать ребёнка! Дрянь! — Растолкав коленями её ноги, он уперся перевозбужденным членом в её горячее лоно и глухо застонал. Форрест пытался вжаться в неё всё сильнее, грозясь раздавить своим весом. — Тебе нельзя сейчас, я знаю, и я использую это знание против тебя. Ты сама спровоцируешь беду. Алиса задыхалась под ним, пыталась кричать, умоляла остановиться. Как же она не понимала, что своими криками она ещё больше распаляла его, пробуждала в мужчине необузданное желание обладать ею, подчинить себе. Оставляя «ожоги» от поцелуев на её шее, Бондурант опускался ниже, хватая влажными губами соски. Впиваясь в них и кусая, он утробно урчал, как голодное животное, попеременно втягивая их в себя и всё никак не мог насытиться. С силой сдавливая ладонями нежную кожу груди, Бондурант оставлял после себя синяки. Девушка вонзала ногти ему в спину, он рычал от боли, а она выгибалась под ним, пытаясь выбраться. Оторвавшись от её груди, он встал на колени и расправил плечи, глубоко втягивая воздух до отказа, наполняя лёгкие, словно готовился погрузиться на глубину. Алиса приподнялась и попыталась встать с кровати, но Бондурант, толкнув её в грудь, заставил лечь на место. Девушка никогда не видела его таким, глаза Форреста горели безумием, а она лишь плакала от бессилия, понимая, что он не прекратит и ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться ему. Схватив девушку под колени, не обращая на её вскрик никакого внимания, мужчина резким движением положил её ноги к себе на плечи и обильно смочил пальцы слюной, проникая ими в сухие складки кожи, растирая импровизированную смазку. Не сразу, он вошёл в безвольно лежащую под ним девушку. Форрест опустился на руки, сгибая её пополам и нависая над ней, придавив торсом её ноги и опершись, он не давал ей возможности пошевелиться. Сейчас девушка была полностью в его власти. Он принялся брать её сильно и глубоко с самого начала, при каждом толчке больно упираясь плотью в чувствительную матку. Девушка стонала от боли, она была уверена, что Форрест навредит, уже не только ей. Она видела перед собой его лицо, искаженное животной похотью, и молилась только об одном, чтобы он быстрее закончил. Мужчина знал, что делает ей больно, но ему было всё равно. Он мстил! Ему было плевать на её мучения, плевать на её младенца. Считая нерожденное существо виновником всех его бед, делая всё, чтобы его не стало! Мужчина двигался быстро и сильно, стараясь причинить тому как можно больший вред, надавливая грубой рукой на низ её живота. Он хрипло стонал и, оглядываясь по сторонам, рычал, словно пытался отогнать от себя мнимых соперников, тех, кто мог бы позариться на его женщину. Он — «альфа», он — главный, а она его добыча — его самка, и всегда была ею! Сейчас, повинуясь древним инстинктам, он метил её. Алисе ничего не оставалось, как принять его правила, лишённая возможности двигаться, она полностью отдалась ему. — Ты моя? Ты моя, Алиса?! — чувствуя приближения конца, подкатывая глаза утвердил Форрест. –Да…сэр…– выдавила из себя девушка. Она хотела подыграть ему, чтобы это кошмар поскорее закончился. Её ответ был словно отмашка для него. Мужчина на секунду замер, его тело напряглось и Бондурант, толкнувшись в девушку еще несколько раз раз, застонал. Вытянувшись на руках, он пульсировал внутри Алисы, наполняя её солено-пряными, тягучими струями. Через некоторое время выскользнув из девушки, Форрест откатился на спину, тяжело дыша, получив долгожданную физическую разрядку. Но на душе его было всё так же было паршиво. Немного отдышавшись, он посмотрел на Алису. Та лежала молча, её лицо не выражало никаких эмоций. Он повернулся на бок и посмотрел на её растерзанное им самим тело, начиная осознавать масштаб содеянного. Жалость подступила к горлу, а алкоголь почти выветрился. –Почему ты не сказала мне правду? — спросил Бондурант, уткнувшись в её плечо, обдавая прохладную кожу, отвернувшейся набок и взявшейся за живот, Алисы горячим дыханием.