Ретурн (Цикл "Зов Предков")

      Оставшееся до смены время Ким решил занять просмотром флеш-накопителя, который так и не удосужился просмотреть, но по пути попался на глаза Гривсу. Старпом стоял у пропускного модуля, ведущего к турболифту. Заметив Торвальда, Йен прервал разговор с незнакомым Киму бритоголовым типом в защитном комбезе. Незнакомец, проследив взгляд замолчавшего Гривса, направился к лифту, а Йен поманил Кима к себе пальцем, будто нашкодившего ребёнка. Торвальд со вздохом отказался от малодушного желания занырнуть в соседний коридор. Все равно отловит, удрать со станции можно было лишь в космос, потому неохотно направился к Йену. — Тебя ищет Танака, — сказал ему тот на подходе. — Док доложил, что ты не посещал его уже два дня. — Зайду перед отлётом. — Сейчас, — поднажал Гривс. — Перед отлётом, Йен, и не гни мне шею. — Ладно, — неожиданно сдался Гривс. — Дед волнуется, — добавил, смягчая тон. — Ты не пришёл ночевать в свой модуль. — Я не дитятко малое. У меня есть собственная жизнь и определённые потребности… — Ты ночевал у Кэлума, — оборвал он его попытку сослаться на несуществующую интрижку. — И насколько мне известно, твой дружок тебя в свою койку не пустит. Торвальд поджал губы. — Много ты знаешь, — буркнул недовольно. — Много, — подтвердил Йен. — Кэлум часами просиживает на ночных порноканалах, но предпочитает двуполый секс. Правда, иногда просматривает контент любителей игр с тентаклями… — Дальше можешь не продолжать, — прервал его Ким — подобная осведомлённость ему была ни к чему. — Скажи деду, что сегодня буду ночевать в своей кровати. Это всё? — Док, — напомнил Гривс. — Склерозом не страдаю. — Тогда свободен. Проглотив желание послать Йена к такой-то бабушке, Ким сунул руки в карманы комбеза и продолжил свой путь. Впрочем, по дороге свернул, и вместо медотсека выбрал взлётную палубу. Уже было отпустившее напряжение вернулось, подогретое разговором с Гривсом. Асмунд устроил за ним тотальную слежку, и какими бы благими мотивами это не оправдывалось, происходящее раздражало всё сильнее. Свободу он вдыхал полной грудью лишь под куполом кокпита, в ремнях ложемента, глядя перед собой в бескрайний космос. Ощутить собственную полезность и значимость — вот что ему было нужно для обретения внутреннего равновесия. Необходимый для этого шаг он предпринял, предложив Девонсу сделку. Теперь оставалось ждать и веровать в то, что у него получится воплотить задуманное в реальность. Он получит нашивки «хищника», вернётся на Заморру и найдёт Иллирэна, пусть пока не знает как, но найдёт и они продолжат свой разговор. На этот раз он будет куда убедительнее и сумеет… Сумеет что? Ким остановился, ощутив короткий приступ паники. Следовало продумать заранее, что он скажет упрямому хвостатому. Какими словами пробьёт стену его неверия и сумеет вернуть в свою жизнь. Не в постель, а именно так — в жизнь. И будь что будет! Главным было вновь обрести целостность, архиважную часть себя — своего рейешти. Об остальном они подумают потом, вместе. Ободрённый своим зияющим прорехами планом, Тринадцатый забрался в набитый битком турболифт и отправился на нижние уровни. Йосту с Бинксли он нашёл у секционных ангаров, готовыми к отлёту. Натянув свой комбез и сунув шлем под мышку, Ким направился вслед за друзьями на палубу. Там их ожидал Волш в компании нескольких «блохарей»-ветеранов. Но не начальника смены и его сопровождение выловил взгляд Торвальда, а размещённые у стены «рапторы». Рядом суетились техники, готовя истребители к вылету. Ким так залип на «рапторах», что пропустил появление деда и очнулся только когда тот, встав рядом, заговорил с ним: — Красивые пташки, — старик любовался истребителями, как и внук. — Я понимаю, почему ты так стремишься заполучить одну из них. — Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, — Ким ожидал нотаций, но, похоже, адмирал начинать день с очередной ссоры не желал. — Отвечаешь мне моими же фразочками? Ким не ответил — констатация факта была излишней. — Мы здесь ненадолго, Воробышек, — Асмунд переключился на внука. — Что тебе даст зачисление в команду, в которой ты пробудешь несколько дней или недель? — Ты, наконец, наметил дату отлёта? — Твой отец прилетает сегодня, — ушёл от прямого ответа Асмунд, — вместе с Конрадом. Ким поморщился — с дядюшкой Конрадом — старшим сыном и вероятным преемником Асмунда у него были не особо приятельские отношения. — Неужели наш железный рыцарь без страха и упрёка проникся беспокойством о моей персоне? — спросил с сарказмом. — Не особо, — признал Асмунд. — Я соврал бы, если бы сказал, что причина в этом. По каким-то причинам Конрад тебя не любит. — С чего бы это? Я ведь такой милашка. Адмирал прыснул смешком. — Вероятно, дело в ревности, — добродушно предположил он. — Конрад всегда ревностно следил за тем, чтобы его братьям и сестрам не досталось больше внимания, чем ему самому. Удел старшего брата — вечно воевать за любовь родителей. — Ну, без внимания ты никого не оставляешь. Все Торвальды у тебя вот где, — Ким сложил пальцы правой руки в кулак и повертел им для наглядности. — А меня ты так вообще сразу в двух держишь, — он опустил руку. — Чем я заслужил такую заботу? — Ты — особенный, Ким. — Уже слышал, не знаю лишь почему. — Я пока ещё и сам до конца ответ на твой вопрос не знаю. Ким поджал губы, полуответы ему уже надоели. — Мне надо идти, — буркнул он. — Не могу задержать вылет смены. — Я думал, ты встретишь отца со мной. — Ты и без меня с этим справишься. Я увижусь с ним после возвращения. Дядюшке Конраду пламенный привет. — Ким… Слушать продолжение Торвальд-младший не стал. Тринадцатый исчез в метушне на палубе, а к огорчённому их недопониманием адмиралу присоединился Гривс. — Докладывай, — бросил Торвальд, не оборачиваясь. — Ким не был у дока, — сказал старпом. — Я проверял. Парень меня обманул. — А ты дал себя провести зелёному юнцу? — Не думал я, что на старости лет буду записан в няньки, адмирал… — упрекнул старпом, прожевав и проглотив «затрещину». — Считай это своим заданием, — совесть Асмунда он не пробил. —  На нынешний момент первой важности. Гривс провёл указательным и большим пальцами по уголкам губ, стирая недовольную кривизну. Задание было ему не по душе. — Я никогда не обсуждал твои приказы, Командор, — прокряхтел штурмовик, — но не отказался бы от небольшого… обоснуя этого задания. — Ты получишь его в своё время. Гривс со вздохом признал, что придётся довольствоваться тем, что дали. — Как только парень вернётся на станцию, лично отволоку его за ухо к Танаке, — пообещал он. — Мелкое членовредительство мне разрешено? — Санкционирую. — Значит, дам ещё пару пинков под зад для профилактики. — Йен растянул губы в мстительной ухмылке. — С превеликим удовольствием. Ким тем временем добрался до своей «блохи». Длинная колонна маневренных ML-4 была подана из ангарных гнёзд к пусковым шлюзам и готовилась к выбросу в космос. «Блоха» Кима с бортовым номером «235» находилась в третьем ряду, ожидая своего пилота. Йоста с Моа уже пребывали в кабинах своих погрузчиков. Прежде чем укрыться за кокпитом, Эггерст показал Киму большой палец над кулаком, а Мао присовокупил дурашливый воздушный поцелуй. К «блохе» Ким подошёл улыбаясь. На Земле они стали бы закадычными друзьями, вот только возвращение на альма матер Бинксли было надёжно перекрыто розыскным ордером. Рано или поздно они расстанутся, но проведённое с этой парой время он будет вспоминать с неизменной теплотой. Мысли Торвальда прервала мелькнувшая у борта двести тридцать пятого тень. Низкорослая худая фигура в сером нырнула в промежуток между двумя соседними ML-4 и исчезла. Ким успел заметить нашивки теха и выпуклости на груди, что выдавали девушку, коротко стриженную под мальчишку. Подойдя к своему ML-4, Ким набрал на боковой панели личный код и отошёл назад, позволяя погрузчику спустить узкий трап. Торвальд покрутил головой по сторонам в ожидании техника смены. Обычно это был Ганс — молчаливый, неулыбчивый парень, обслуживавший всю их бригаду. По правилам тот был обязан провести совместную диагностику и отправить «блоху» по рельсам к свободному шлюзовому туннелю. Лишь тяжёлые судна заходили на палубу и так же выбирались в космос — самостоятельно. Более лёгкие ML-4 выстреливались наружу по шлюзам, напоминавшим соты. Техник в поле зрения не наблюдался, и Ким решил забраться внутрь погрузчика, когда в его рукав вцепилась худая рука с широким кольцом-гайкой на среднем пальце. Оглянувшись, Ким увидел совсем не того, кого ожидал. — Ты не слишком похож на моего технаря, — пробормотал он, глядя на Нэро. Ничего хорошего их встреча не сулила. — Считай, что я решил оказать тебе честь, «блохарь». — Я об этом не просил, — Ким ступил на трап, но Нэро с силой дёрнул его обратно, вынудив поставить ногу на пол. — Я не закончил, — враждебно выцедил он. — А я и не знал, что мы что-то начинали, — Ким вздохнул, думая о том, как утомительны бывают ревнивцы. — Чего ты от меня хочешь? — Чтобы ты отстал от Шторма! Торвальд пожал бы плечами, но мешала жёсткая броня лётного комбеза. — Карго меня не интересует, — терпеливо сказал он. — Я лишь хочу попасть в команду. — И насколько далеко готов зайти, чтобы получить это место? — Нэро сцеживал слова сквозь идеально ровные белые зубы, пряча за злостью страх. Чего в нём было больше — истинного чувства или желания удержать выгодное покровительство старпома, Ким задумываться не стал. — Мне не нужна помощь Девонса, чтобы получить нашивки «хищника», — утешил он. — Карго по-прежнему твой, если так тебе нужен. Ким вновь попытался забраться на трап, но Нэро вцепился в него, как клещ. — Ну, что ещё? — исчерпав запас выдержки, норвежец смёл его руку с рукава. — Тебе на лбу выбить, что Шторм мне не интересен? — Полезешь к нему ещё раз и я… — нежный лик Нэро смяло в гримасу безумца, — тебя убью! Обдав его кипящей яростью из взгляда, техник ушёл. Переварив гадкое послевкусие их беседы, Ким полез в кабину. Ганс появился через несколько минут, бормоча извинения за опоздание. Как оказалось, кто-то перепутал его пропуск со своим и он не мог войти на палубу через блокировавший его терминал. Торвальд, отмахнувшись от объяснений парня, начал диагностику — Волш за задержку вылета по головке не погладит. Закончив, Ганс дал добро на вылет «блохи». Операторы открыли шлюз. Космос, наконец, принял Тринадцатого в свои объятия. Рядом стремительно промелькнула и растворилась в «чернилах» четвёрка «рапторов», принявших, как и Торвальд, свою смену. Ким проводил их завистливым взглядом и наклонил джойстик влево, послав двести тридцать пятую вслед за роем ML-4. Каждому своё. И в своё время. *** Космическая яхта с изящными линиями корпуса, носившая гордое имя бога ветра и морской стихии «Ньёрд» прибыла на «Сциллу-1» через несколько часов после отлёта Кима. Судно принадлежало семейству Торвальдов. Встречать сыновей Асмунд пришёл лично. Конрад и Логмэр Торвальды ступили на трап один за другим. Оба высокие, статные, как и отец — синеглазые. На этом сходство заканчивалось. Характер братья имели абсолютно разный. Конрад, прозванный в семье Грунгниром*, имел жёсткий характер и трезвый ум. Для эмоций старший из сыновей Асмунда был непробиваем, а единственное чужое мнение, с которым он считался, было мнение отца. Логмэр нравом пошёл в мать. Мягкий и уживчивый, он не был создан для военной карьеры, но отправился в военную академию, чтобы угодить главе семейства. Закончив службу вследствие полученных травм, что едва не убавили ему жизни, Логмэр, выйдя в отставку, полностью посвятил себя семье и несколько странным, но безобидным увлечениям. Братья были абсолютно разными, но умудрялись ладить, во многом благодаря способности Логмэра идти на бесконечные уступки. Подойдя к отцу, сыновья пожали Асмунду руки. Логмэр позволил себе краткое выражение чувств, обняв отца. Адмирал возражать не стал, отец Кима всегда был эмоционален. Недостатком это качество Асмунд бы не назвал. Конрад проследил за их близким контактом с неодобрением во взгляде. — Где Ким? — первым задать вопрос следовало бы Логмэру, но Конрад его опередил. — Он встретится с нами позже, — пообещал адмирал. — С ним всё в порядке? — обеспокоился Логмэр. — О да, в полном, — заверил он, пожав плечо младшего сына. — Но продолжим разговор в моём модуле. Сыновья последовали за отцом. В модуле их ожидал гость — Аршад зашёл переговорить с адмиралом и, услышав о прилёте его наследников, решил дождаться Торвальдов внутри. Братьев Иса знал лично и приветствовал появившееся семейство фамильярным взмахом руки. Конрад кивнул в ответ, Логмэр пожал Аршаду крепкую ладонь. — Не вижу младшего отпрыска, — заметил Иса, опускаясь обратно в кресло. — Он трудится в поте лица на благо станции, — ответил ему Асмунд. — Неужели? — Конрад не удержал яда. — Наш золотой мальчик решил поиграть во взрослого? — Ты к нему несправедлив, — упрекнул Логмэр. — Ким возмужал и изменился. Во время моего последнего посещения академии я его едва узнал. — Может потому, что не слишком часто интересовался своим отпрыском? Напомню, что все наши нынешние неприятности так или иначе связаны с Кимом. — Ты преувеличиваешь, — не согласился Асмунд. — А ты всегда ему потакал, — Конрад цедил слова в своей обычной флегматично-циничной манере. — Будто это твой единственный внук, а остальные… — Остальных я не обижал. — Но лишь Киму прощалось абсолютно всё. Даже когда он побил рекорды по нарушению всех установленных в семье правил. — Ну, мой он так и не побил. — Я пожалуй пойду, — Аршад, ощутив себя лишними ушами, поднялся. Асмунд напутствовал своего сообщника напоминанием о том, что вечером им предстоит встреча с отобранными для операции «хищниками». Мардук поднял руку, показав, что услышал и вышел за дверь. — Что за операция? — тут же ухватился за услышанное Конрад. — Небольшое… исследование, — увильнул Асмунд. Торвальд-старший открыл куб бара, встроенного в стену и наполнил стакан любимым таллирийским виски. — Расскажи лучше, как продвигаются дела с дисциплинарным комитетом, — сказал, отпив глоток — элитный алкоголь прочистил мозги, оставив на языке терпкий вкус. — Никак, — разочаровал Конрад. — На этот раз твой любимец влип по крупному. Комитет решает вопрос о выдаче розыскного ордера на его имя, как на дезертира. Несмываемое пятно на семейном древе. Асмунд повернулся к сыну, держа в руке стакан. — Ты должен был этого избежать. — Каким образом? — Объявить Кима без вести пропавшим, на худой конец — недееспособным вследствие временного помрачения разума. И какое, к черту, дезертирство? Земля не воюет. — Он не прибыл в часть в положенное время… — Это мне и без тебя известно, — Асмунд отмахнулся от него, как от назойливой мухи. — Не учи меня воинскому уставу, Конрад. И напомню, что я вложил кучу денег в твоё образование, рассчитывая на то, что ты и те дармоеды, которым я плачу за защиту интересов нашего семейства, сумеют выполнить свою задачу. Конрад, окончивший кроме военной академии элитную школу военных юристов, надменно поджал губы. — Ну извини, что я не умею творить чудеса. — Похоже, я нанял не того адвоката. — Ты меня даже не нанимал! — возмутился он. — Не ссорьтесь, — примирительно встрял Логмэр. — Сейчас нам нужно единство в наших рядах. Только так нас не сломить. — Бога ради, Логмэр! — Конрад закатил глаза к потолку. — Я вполне бы обошёлся без твоих напыщенных фраз! Если бы ты надлежащим образом выполнял обязанности отца, нам не пришлось бы сейчас расхлебывать последствия инфантилизма твоего сына. — Ким — непростой ребёнок… — Оправданием вашим ошибкам — твоим и твоей дражайшей супруги, может быть лишь то, что вы не знали, как вести себя с подобным… подобным… — Конрад вовремя оборвал себя, словив на себе тяжёлый предупреждающий взгляд отца. — Тебе стоит прогуляться, Конрад, — Асмунд отставил стакан на стол. — Проверить, как разместили команду «Ньёрда». Заодно охладить голову. Конрад, поджав губы, направился к двери. Логмэр, переваривая грубость брата, огорчённо цокнул языком. — За что он так? — Конрад всегда был слишком вспыльчив. Это я виноват. — В том, что Конрад порой ведёт себя, как злой йотун? — Логмэр, хмыкнув, опустился в кресло. — В том, что произошло с Кимом. — Нужно было забрать его из академии, узнав, что её возглавил Ксавье, — он понял отца по-своему. — Сейчас я говорю не об этом. — А… — Логмэр поперхнулся так и не произнесённой фразой. — Я тебя не виню, — продолжил подчёркнуто ровно. — Уже давно не виню. Ни я, ни Луиза. — Кое в чём Конрад прав. Ни ты, ни твоя жена действительно не знали, как вести себя с Кимом, — Асмунд знал, что он лжёт. Всегда знал, сколько бы сын не уверял его в обратном. — Я замечал, как ты на него смотришь: с вымученной улыбкой, растерянностью во взгляде. Ты сдался первым, Луиза продержалась куда дольше. У матерей особые инстинкты. — Это ничего не меняет. Для нас он просто наш мальчик… — Уже нет, — подхватил Асмунд, наблюдая за застывшим профилем сына — Логмэр отвернул голову, избегая его взгляда. — Кое-что произошло, Лог, там, на Заморре. Ты должен знать, что Ким пережил нечто, что, возможно, изменило его раз и навсегда. — Что ты имеешь в виду? — Логмэр встрепенулся, выныривая из болезненной неподвижности. Асмунд открыл рот, решившись на непростое объяснение, но его прервал мягкий шелест отъехавшей двери. Внутрь ступил Конрад в сопровождении Гриффина. — Что такое? — адмирал нахмурился. — Вас ждут в центре управления станции, адмирал, — кратко выдал Олаф. Асмунд, не задавая лишних вопросов, последовал на выход. Логмэр направился вслед за отцом. До центра управления станцией — закрытого для посторонних верхнего уровня, они добрались, воспользовавшись служебным турболифтом. Центр размещался под литым прозрачным куполом, открывавшим вид на размещавшуюся уровнем ниже открытую палубу с причальными площадками и вертикальным шлюзом для громоздких сторожевых дредноутов. По изрезанному рельефу сновали синтодроиды, занимаясь мелким ремонтом. Аршад обнаружился тут же. Иса стоял, уперев ладони в бортовую панель, напряжённо глядя в центральный экран, открывавший вид на разделённый на сегменты космос с метками пребывавших на орбите станции кораблей. Рядом стояли Ливонт с Девонсом. Заметив Торвальдов, Шторм тронул Ису за плечо. Аршад, разогнувшись, развернулся навстречу адмиралу. Выражение лица Мардука говорило яснее слов. Добрых новостей они не услышат. — Что произошло? — подстегнул Асмунд. — По неизвестным нам причинам пропала связь с одним из истребителей службы безопасности, — Иса потёр шею. — Поначалу списали на стазис поле — «раптор» патрулировал зону у одной из них, но затем система дальнего слежения отметила краткую вспышку выхода из гиперпространства в том же квадрате. — Вот только никакой корабль там так и не появился, — подхватил Ливонт. — Это невозможно. Открыться проход сам по себе не мог. Что дали гравитационные сканеры? — Присутствие неучтенного объекта не обнаружено. И вместе с «раптором» была утрачена связь с ещё одним станционным судном. ML-4. — Иса смотрел на адмирала. — Позывной пилота «Джуниор», — сказал он, понизив голос. — Что происходит? — Логмэр с тревогой следил за изменившимся лицом отца. Повисшая за его вопросом тишина легла на плечи адмирала бетонной тяжестью. Знавшие правду следили за главой семейства. Во взгляде Аршада цвело сочувствие. — Это Ким, — бесцветно выронил Асмунд. Грунгнир* — князь йотунов — великан из мифологии древних скандинавов, имел ледяную голову и сердце.