It's so hard to give you my heart

      Сердце Джули радостно забилось, но она все же осторожно спросила: — А что ты хочешь предложить? — Вечеринку. Мои друзья устраивают отдых небольшой компанией на выходных. Это место около часа езды отсюда недалеко от острова Намисом*, там очень красивая природа. У ребят прекрасный загородный дом, с удобной терассой и красивым видом на горы и озеро. Я как раз собирался ехать по завершению сегодняшней встречи. План таков: сегодня вечеринка, в субботу выжившие поплывут на моторной лодке на прогулку по озеру, а вернемся в воскресенье, — и добавил вкрадчиво, моргнув левым глазом, — Обещаю, тебе понравится. Джули намеревалась сегодня просто расслабиться дома, посмотреть какой-то может фильм или сериал, возможно в ходе романтических сцен помечтать и себе тоже, например, о Чонгуке. Она никак не могла предположить, что объект её мечтаний предложит ей провести вместе время, тем более целые выходные. Она отчаянно хочет поехать с Чонгуком. — А ты уверен, что это будет удобно, если ты приедешь со мной? — Вполне. Тем более они ждут, что я приеду не один. — В таком случае, — улыбнулась Джули, — я с удовольствием поеду. Вот только я же без вещей… Пока я заеду домой будет уже почти 8 вечера. — Ничего страшного, ребята ждут меня всё равно не ранее 11 часов, мы же едем на вечеринку до утра, а не на скучный званый ужин, — весело подмигнул Чонгук. — Я уже собран. Вещей нужно по минимуму, это всего лишь 2 дня, так что мы быстренько заедем к тебе, соберешься и поедем. Чонгук оглянулся через плечо и кивнул Тони, который готовил их чек. Мужчина принес его и положил на стол около Чонгука, тот в свою очередь достал несколько крупных банкнот. — Приходите сюда почаще, Джули. Для вас здесь всегда будет свободный столик и что‑нибудь вкусное. — Спасибо! Есть ли здесь вообще свободные столики, у вас так здесь уютно и вкусно. — улыбнулась Джули. Тони наклонился поближе и произнес конфиденциально: — Да, у меня не бывает пустых столиков. В действительности невозможно даже заказать столик заранее, если вашего имени нет в нашем списке. Он поднял властную руку, и молодой красивый черноволосый парень подошел к ним. — Это мой младший брат, — с гордостью представил Тони, — Рико. Рико, запиши Джули в наш список. — Нет, пожалуйста, не беспокойтесь, — быстро прервала Джули. Тони проигнорировал ее замечание: — Такой милой девушке, как вы, нужна семья, чтобы заботиться о ней и защищать ее. Приходите к нам почаще, мы живем здесь же, на втором этаже. Рико, — строго проговорил Тони, — когда Джули прийдет, то ты присматривай за ней. С трудом подавив смех, Джули взглянула на своего защитника: в ее глазах светилась счастливая благодарность. — Джули уверяла меня, что может посмотреть за собой сама, — сказал Чонгук спокойно, вставая из‑за стола. Какое-то непонятное чувство раздражения слегка мелькнуло в нём. Чонгук сказал, что ему нужно позвонить, а Джули в это время направилась через холл в туалет. Выходя оттуда, она увидела его около входа разговаривающим по мобильному. Он говорил тихо, но одно имя Джули разобрала ясно: «Юки». «Странно, почему именно сейчас ему надо звонить какой‑то женщине, — думала Джули. — Или? Он сказал, что его ждут с девушкой, и, несомненно, он уже с кем‑то договорился задолго до сегодняшнего дня. Он отменяет назначенную встречу!» Чонгук отказался заходить в дом к Джули, сославшись на то, что ему всё равно недолго ожидать, если она поторопится и не будет собирать весь свой гардероб. Молодой мужчина уже знал, что девушка живет с отцом, а поскольку он еще не знал чего ожидать от их общения и как всё обернется, определенно было лишним показываться на глаза отцу. Джули быстро объяснила папе, что друзья по работе пригласили ее на вик-энд и у неё мало времени, чтобы собраться. Усонг был очень рад, что наконец-то его девочка обзавелась знакомыми и она не будет сидеть дома одна. Она так молода, красива и уже точно сидеть с ним дома или гулять одной по Сеулу не то, чего желает любящий отец для своей дочери. Она итак много делает для него, для его здоровья, для них обоих, чтобы они смогли встать на ноги. Пусть наконец-то развлечется. Усонг Лин поцеловал дочь в лоб, обнял и быстро пожелав хорошо провести время, проводил ее за порог. Джули торопилась, хоть Чонгук и сказал ей, что времени у них достаточно и ждут их только к 11. Уже было почти 8 вечера и девушке так не хотелось, чтобы Чогнук скучал в машине и тем более раздражался, что она какая-то капуша. Переодевшись в узкие голубые джинсы, которые выгодно обтягивали ее красивые округлые бедра, тонкий свитшот мятного цвета, облегающий ее грудь и тонкую талию, девушка осталась довольна тем, что увидела в зеркале. В небольшую сумку она закинула сменное белье, предметы гигиены, шорты, пару футболок и еще одну пару джинс. Напоследок подумав, что вечером может быть прохладно и непонятно что будет с погодой на лодке, закинула также свою любимую голубую спортивную ветровку. Счастливая и окрыленная, попрощалась с отцом, Джули выскочила за ворота на встречу чему-то новому и волнительному, чему-то, чего она не испытывала еще в своей жизни.

***

— Расскажи мне побольше о себе, своих знакомых здесь, — попросил Чонгук, когда они выехали на свободное шоссе. Джули отвернулась, стараясь скрыть напряжение. Маленький червячок лжи начинал подгрызать её. Глядя в окно на великолепные деревья, она вздохнула. Человек по натуре честный, она ничего не сказала ему о том, как и почему она решила прийти в его компанию, не рассказала, что у неё все-таки есть знакомые здесь, в именно Ким Сокджин. — Это очень сложный вопрос? — пошутил Чонгук. Его улыбка сводила ее с ума. Воротник его рубашки был расстегнут, и Джули с трудом сдерживала себя, чтобы не коснуться его. Пальцами или… губами? Острый запах его парфюма дразнил ее, манил приблизиться. — Да мне нечего особенно рассказывать. — Про отца и мать ты уже знаешь. Про знакомых в Америке тоже, а здесь…здесь я почти одна. Мне хочется найти себя здесь, найти то самое любимое дело, хочу вырасти и быть самодостаточной женщиной. Хочу много путешествовать, сначала изучить всю Корею, отец постоянно рассказывал мне, как здесь красиво и как много прекрасных мест. Потом хотелось бы побывать еще в Европе-Париже, например. Легкий ветерок, врывающийся в открытые окна машины, слегка растрепал его густые темные волосы. Хотя они были тщательно уложены, но все же немного касались воротника рубашки. «Они достаточно длинны для того, чтобы в них могли затеряться женские пальцы», — размышляла Джули. Ее пальцы. С трудом отведя взгляд от его профиля, она повернулась к окну, вглядываясь в мелькающие вечерние огни пригорода. Она не смогла бы точно сказать, когда бесконечный пригород сменился открытой местностью, хотя смотрела непрерывно. Чонгука, казалось, окружало какое‑то странное биополе. Джули почти физически ощущала его близость. Когда она смотрела на его широкие плечи, то чувствовала себя совсем маленькой. Любуясь им, она думала, что он может быть очень опасен для нее. Опасен? Да, у нее при его виде трясутся коленки, ему не нужно ничего делать, чтобы она таяла как мороженное, если он рядом. Опасно такое чувствовать к малознакомому человеку. Даже то, что она согласилась поехать с ним на уик‑энд, было совсем не в ее характере. А нежность, которую она чувствовала к нему, и вовсе не объяснима. Она позволила себе совершить импульсивный поступок — поехать в неизвестное место с человеком, которого она почти не знает и поехать к совершенно незнакомым людям. К людям, которые птицы не ее полёта, раз они друзья Чонгука, значит они богаты и успешны, а как себя вести с такими людьми, она не имеет опыта. О чём с ними говорить… Джули оставалось тешиться предвкушениями чего-то нового, интересного, как ребенок страшной сказкой, потому что знала про себя — никакая опасность ей не угрожает. Во всяком случае, физическая. Следующие тридцать минут прошли как в восхитительном сне. Машина съедала километр за километром, приятный ветерок обдувал их лица, и они дружески болтали обо всем и ни о чем. Джули заметила, что Чонгук сразу же становился уклончивым, как только речь заходила о нем самом, но что касается ее жизни, то здесь он был просто ненасытен. Все, что она сумела узнать о нем, — это, что его отец умер, когда ему было четыре года, а воспитавшие его бабушка и дедушка — несколько лет назад. У него есть сводный брат, с которым они практически не общаются, но кто он, как его зовут и по какой причине они не близки, об этом ей не рассказали. Проехав еще несколько километров, Чонгук затормозил около придорожного кафе и заправки. — Вечер просто божественный, правда? — Джули запрокинула голову и с восторгом разглядывала сияющие звезды на синем небе. Она взглянула на Чонгука и обнаружила, что он наблюдает за ней со снисходительной улыбкой. Не обращая внимания на его пресыщенный вид, Джули сказала: — Дома небо никогда не бывает таким синим и звёздным, и там гораздо жарче. Наверное, потому что у нас там каменные джунгли из сплошных высотных зданий и кучи промышленного дыма и отходов. Чонгук открыл купленную бутылку колы и протянул ей. Он прислонился к столику, а Джули попыталась вернуться к разговору, прерванному несколько минут назад: — Ты сказал, что твой отец умер, когда тебе было четыре года, и тебя воспитывали бабушка с дедушкой. А что случилось с твоей мамой? — Ничего с ней не случилось, — ответил Чонгук. Зажав в зубах сигарету, он зажег спичку, прикрывая рукой пламя от ветра. Джули смотрела на его темные волосы. Одна прядь упала ему на лоб. — Чонгук, почему ты не хочешь говорить о себе? Он прищурился от попавшего в глаза дыма. — Не хочу говорить? Да провалиться мне на этом месте, если я не болтаю на протяжении всего нашего пути. — Да, но ты не говоришь ни о чем действительно личном. Так что же случилось с твоей мамой? Он рассмеялся: — Тебе уже кто‑нибудь говорил, что у тебя потрясающе красивые глаза? — Да, но ты увиливаешь! — И что ты умеешь разговаривать с людьми, располагаешь к себе? — продолжил Чонгук, игнорируя ее замечание. — Что совсем не удивительно, потому что мой отец, как ты уже знаешь, преподаватель. Они с мамой хорошо меня воспитали. — гордо подметила девушка и вздохнула, рассерженная его постоянной уклончивостью. Чонгук посмотрел на небо, его взгляд скользнул по деревьям, пустынному шоссе и затем остановился на Джули. Парень жадно прошелся по ее телу, отметив для себя, что простые узкие джинсы и этот свитшот крайне идут ей, эта фигура возбуждает его до чертиков. — Я не чувствовал, как устал, пока не начал расслабляться. Для этого мне необходимо было вот так куда‑нибудь уехать. — Ты очень напряженно работал? — Последние два месяца — около шестидесяти часов в неделю, а то и больше. Ее выразительные глаза наполнились сочувствием, и Чонгук улыбнулся ей одной из тех теплых, обаятельных улыбок, которые заставляли взволнованно биться ее сердце. — Знаешь, ты действуешь на меня очень расслабляюще, — сказал он мягко. Она кисло посмотрела на своего спутника: в то время как он ее просто электризует, она его расслабляет. — Спасибо. Я постараюсь тебя не совсем усыпить до нашего приезда. — Ты можешь усыпить меня после того, как мы приедем, — предложил Чонгук. Сердце у Джули подпрыгнуло. — Я имела в виду, что я не хотела наводить на тебя скуку, — быстро пояснила она. — Мне совсем не скучно, поверь. — его глаза смотрели прямо в её вечерние темно-голубые омуты, а в его голосе послышались чувственные нотки. В ту же секунду горячая волна желания прокатилась по его телу. В ее ответном взгляде он прочел полную беззащитность. Она была так близко к нему, что не осмеливалась дышать. И это странно возбуждало. Чонгук представил, как усадит ее к себе на колени, задёрнет вверх ее свитшот, обхватит её грудь рукой, станет ласкать, затем поцелует в губы и спустится ими ниже к груди, а руками продолжит путь к аппетитным выпуклостям, которые сейчас отчетливо обтянуты тонким джинсом… Яркость этой эротической картины удивила его самого. Он тут же волевым усилием подавил фантазию. — Ну что поехали? Скоро уже будем на месте и сможем окончательно расслабиться. Затем Чонгук взял ее за руку и повел к машине. Джули в изнеможении опустилась на сиденье, чувствуя себя как после урагана. Мотор заревел и они тронулись с места. «Да что ж со мной такое? Он смотрел на меня пару секунд, а я уставилась на него как загипнотизированная. Неужели нельзя было хотя бы улыбнуться, хоть что-нибудь сделать, а не вести себя как парализованный кролик!» — корила себя девушка. Она заставила себя сосредоточиться и думать логически. Джули всё пыталась понять, что же означало это его «ты можешь усыпить меня когда приедем»… Он на что-то намекал или же это просто шутка и никаких намеков интимного содержания здесь нет. Она неопытна и ей тяжело точно определить, что этим хотел сказать Чонгук. Но у неё есть все шансы это узнать. Джули взглянула на его сильные умелые руки, лежащие на руле, на четкий профиль. Чонгук был настолько привлекателен, настолько мужествен, что женщины, наверное, таяли от одного его взгляда. Конечно, она сама не собирается стать столь легкой добычей. Или собирается? «…с умом, вздумала ты с ума сойти», — вдруг вспомнила она строчку неизвестно откуда. Все всегда говорили, что она такая умная, такая здравомыслящая. Да, именно такой она и была, пока не встретила его… — Джули, нельзя же всю дорогу молчать. Я хочу слышать твой голос. О чем ты думаешь? Охваченная мыслями, Джули, улыбаясь, повернулась к нему и медленно покачала головой: — Не скажу, это секрет, который тебя может испугать.

***

Джули восхищенно оглядела открывшуюся перед ней панораму озера. Водная гладь отзеркаливала яркую луну, а затем заканчивалась на песчаном берегу. — Мы будем там через несколько минут, — сказал Чонгук, когда они свернули с шоссе на укатанную узкую дорогу, тянувшуюся вдоль береговой линии. Джули взглянула на утонченный пейзаж и вдруг поняла, что вряд ли увидит обыкновенный коттедж, который она себе представила, когда Чонгук пригласил ее на уик‑энд. Однако она была совсем не готова к тому зрелищу, которое ей открылось, когда они выехали из тени деревьев на залитую лунным светом площадку и припарковались в конце огромного ряда дорогих машин. Над высоким обрывом во всем своем великолепии возвышался трехэтажный деревянный дом. Перед домом лежала пышная зеленая лужайка, уставленная столиками под разноцветными зонтами. Широкие каменные лестницы вели вниз, на песчаный пляж. Официанты в светло‑голубой униформе сновали с подносами среди гостей, которых было по крайней мере человек 50. Одни сидели, развалившись в креслах, вокруг гигантского бассейна, другие прогуливались по лужайке на заднем дворе. Все оживленно разговаривали и смеялись. На фоне сверкающего звездами неба вырисовывались силуэты мерцающих белых яхт, безмятежно стоящих на якоре вдали от берега. Джули решила, что они выглядят очень надежно и на них можно спокойно пуститься в путешествие по озеру завтра. Парень вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть дверцу для своей спутницы. Поддерживая Джули за локоть, Чонгук повел ее мимо ярких спортивных машин и роскошных седанов к гостям. На краю лужайки Джули остановилась и оглядела людей, среди которых ей придется провести уик‑энд. Кроме нескольких известных актеров из дорам, здесь было много других смутно знакомых лиц — она не раз видела их фотографии в журналах о сливках общества и денежных тузах. Она взглянула на Чонгука, пристально изучавшего толпу. Он ничуть не был подавлен или напуган этой блистательной ассамблеей, напротив, он казался несколько раздраженным. Когда он заговорил, в его голосе прозвучала та же досада, которая была написана на лице: — Мне очень жаль, Джули. Если бы я знал, что «небольшая вечеринка узким кругом» будет такой, я бы никогда тебя сюда не привез. Здесь слишком много народа. Хотя Джули чувствовала себя довольно неловко в этой великосветской пестроте, она все‑таки сумела ответить беззаботной улыбкой: — Может быть, если нам повезет, мы сумеем спрятаться. — Это будет крайне тяжело, ты их недооцениваешь, — сухо предупредил он. Они прогуливались вдоль газона в тени деревьев. Подойдя к бару, сооруженному специально для гостей, Чонгук остановился. Чувствуя, что сейчас уставится на него как полная идиотка, Джули заставила себя отвернуться и рассматривать окружающую ее обстановку. В тот момент, когда ее взгляд остановился на шумной маленькой группке молодых людей, находящаяся среди них обладательница очаровательной розоволосой головы оглянулась и увидела Чонгука. С великолепной улыбкой, озарившей четкие черты ее лица, женщина заспешила по направлению к Чонгуку и Джули. Ее широкие светлые брюки были сшиты по последней моде. — Чонгук, дорогой мой! — заговорила она смеясь. Ее изящные руки легли ему на плечи, в то время как она уже тянулась, чтобы поцеловать его. Чонгук поставил бутылку пива на стол, вежливо обнял ее и ответил на поцелуй. Джули заметила, что даже после того, как он ее отпустил, «розоволосая» все еще держала его за руку. — Все беспокоились, что ты разочаруешь нас и не приедешь, — продолжила она. — Но я знала, что ты будешь здесь и не сможешь отказать своим друзьям. А это кто? — бойко спросила она, наконец отпустив его руку и отступив на шаг, чтобы получше разглядеть Джули. — Джули, это Мин Линха, — представил Чонгук розоволосую незнакомку. — Зови меня просто Ли, меня все так называют. Женщина повернулась к Чонгуку и продолжила разговор, как будто Джули рядом не стояло: — Я думала, что ты приедешь с Юки. — Неужели? — усмехнулся Чонгук. — А я думал, что вы с Паком в Риме. — Мы были там, — объяснила Линха, — но там скучно. Через несколько минут, когда она ушла, Чонгук начал: — Линха… — Я знаю, кто она такая, — мягко прервала Джули. — Я десятки раз видела ее фотографии. Мин Линха была любимицей ведущих журналов, наследницей нефтяного магната. Она была замужем за одним из партнеров по бизнесу Чонгука. Чонгук протянул Джули бокал шампанского, а себе взял бутылку Соджу, сделал глоток и повернулся навстречу приближающейся к ним паре. — Может быть, ты знаешь и кого‑нибудь из этих двух? — Нет, — призналась Джули. — Кажется, в журналах я их не встречала. Чонгук усмехнулся: — В таком случае я познакомлю тебя. Так получилось, что они и есть хозяева этого безобразия и к тому же мои очень хорошие друзья. Готовясь к неизбежной процедуре знакомства, Джули внимательно посмотрела на красивую брюнетку лет тридцати и на идущего рядом с ней довольно симпатичного мужчину, которому было тоже на вид около тридцати. — Чонгук! — радостно закричала женщина, кидаясь к нему в объятия и целуя его с такой же, как Линха, резвостью и энтузиазмом. — Мы не видели тебя несколько месяцев! — проворчала она, несколько отступая назад. — Где тебя черти носили? — Некоторые из нас еще и работают в поте лица, — оправдывался Чонгук с улыбкой. Затем он взял Джули за руку и подтолкнул вперед. — Джули, познакомься с нашими дорогими хозяевами. Ким Чеён и Ким Тэхен —они мои лучшие друзья. — Очень приятно познакомиться, Джули, — сказала Чеён и обратилась к Чонгуку: — Почему это вы стоите здесь, в стороне ото всех? Так вы ни с кем не увидитесь. — Именно поэтому я здесь и стою, — прямо ответил Чонгук. Чеён засмеялась и виновато объяснила: — Я обещала тебе маленькую вечеринку, но мы не ожидали, что почти все приглашенные действительно придут. Ты не можешь себе представить, сколько у нас из‑за этого возникло проблем. Она подняла голову к синему небу и затем оглянулась. Следуя за ее взглядом, Джули увидела, что гости стали стекаться к дому или направлялись вниз на набережную, к моторным лодкам, которые должны были доставить их на яхты. Официанты начали устанавливать столы под огромным полосатым тентом, вокруг бассейна зажгли огни. Музыканты переносили свои инструменты на огромную сцену, сооруженную около дальнего конца бассейна. -Вы можете переодеться наверху в крайних комнатах. — сказала Чеён. У Джули закружилась голова. Переодеться? У нее не было абсолютно ничего подходящего для такого случая. Она же не миллионерша! Она не думала, что вечеринка будет такого размаха и не взяла даже свои скромные платья. Не обращая внимания на то, что Джули судорожно сжала его руку, Чонгук сказал: — Джули и я не ожидали, что будет такой кхм… гламурный масштаб. У меня в принципе есть во что переодеться, а вот у Джули… скорее всего нет, — повернувшись к Джули, Чонгук по её скромному кивку понял, что прав. Чеён улыбнулась: — Не волнуйся милая! Для тебя и твоей замечательной фигурки у меня найдется сногсшибающее платье, будешь королевой вечера. Он будет без ума, поверь, — последнее было сказано почти шепотом и наклонившись к Джули, Чеён кивнула в сторону Чонгука. — Мы вас покинем мужчины, девочкам нужно подготовиться! Пойдем, Джули! — Чеён схватила Джули за руку и начала вести в дом на второй этаж. Чонгук с пониманием посмотрел на растерянное лицо Джули и сказал: — Встретимся около бассейна примерно через час. Ты сможешь обойтись без меня так долго? Не испугаешься? — Все будет в порядке, — заверила его Чеён за Джули. — Занимайся своими делами. Смотря в его властные колдовские глаза, Джули не была уверена даже в собственном имени, но тем не менее кивнула в знак согласия с Чеён. Дом был заполнен шумом и суетой. Смех и разговоры доносились разом из двадцати комнат, расположенных на трех этажах. Слуги бегали взад и вперед, неся в руках подносы с напитками. Пока Джули стояла посреди комнаты Чеён, а та ушла в гардеробную искать подходящее платье, в коридоре раздались отчетливо слышные голоса: — Линха, дорогая, ты превосходно выглядишь, я сто лет тебя не видела. Ты случайно не знаешь, будет ли здесь Чон Чонгук? — Не будет. Потому что он уже здесь, — ответила Линха. — Я с ним говорила. — Слава Богу, что он здесь! — воскликнула другая женщина. — Джексон притащил меня сюда с божественного бермудского пляжа только для того, чтобы поговорить с Чонгуком о каких‑то делах. — Джексону придется подождать своей очереди, — безразлично проговорила Линха. — Мы с Паком здесь тоже из‑за Чонгука. Пак будет обговаривать с ним строительство сети международных отелей. Он пытался дозвониться Чонгуку из Рима в течение двух недель, но безуспешно, поэтому мы вчера приехали сюда. — Я что‑то не видела Юки, — поинтересовалась еще одна женщина. — Ты ее не видела, потому что ее здесь нет, но подожди — и ты увидишь, кого Чонгук привез вместо нее. — Этот насмешливый тон заставил Джули оцепенеть еще до того, как Линха добавила: — Ты не поверишь; ей около восемнадцати, и она прямо из какой-то деревни. Чонгук, прежде чем оставить ее на час одну, спросил, сможет ли она обойтись без него… Юки тоже не знала, но я уже позаботилась об этом, моя подруга должна знать. Голоса стали удаляться. Услышанное ошеломило и разозлило Джули, но она спокойно повернулась к подошедшей к ней Чеён: -Вот дорогая, это платье подойдет тебе как нельзя лучше. Пару лет назад я тоже была такая же стройная как ты, но после родов так и не смогла сбросить несколько килограмм. Если тебе что-нибудь нужно будет, найди меня. Не переживай, вечер будет прекрасным, мы позаботимся о тебе. Ты подруга Чонгука, считай теперь и моя тоже. — ласково улыбнулась Чеён. -Боже, спасибо, Чеён. Ты очень добра! Платье просто восхитительное — Джули приобняла Чеён в порыве благодарности. -Гостевая комната в самом конце коридора твоя, можешь располагаться. — напоследок проговорила Чеён и вышла. Часом позже, стоя в ванной при отведенной ей гостевой комнате, Джули расчесала свои волосы так, что они восхитительными волнами заструились по ее плечам. Затем она наскоро наложила румяна на скулы, провела по губам блестящей помадой и бросила косметику в сумочку. Чонгук наверняка был уже внизу около бассейна и ждал ее. От этой мысли ее бирюзовые глаза радостно засветились. Она приблизилась к зеркалу и осторожно надела серьги, принадлежавшие когда‑то ее матери. Закончив прихорашиваться, Джули отступила на несколько шагов, чтобы как следует оценить изысканное кремовое платье из тонкого атласа, которое ей отдала Чеён. Мягкая ткань подчеркивала высокую округлую грудь, длинные шифоновые рукава плотно облегали руки до самых запястий. Золотой пояс стягивал талию. По подолу платье было обшито тонкой золотой тесьмой, из‑под которой выглядывали одолженные также у Чеён изящные золотые босоножки. Девушка вышла в коридор и спустилась на первый этаж. — Потрясающе! — улыбнулась Чеён. — Повернись, чтобы я могла посмотреть сзади. Джули послушно повернулась. — Я никогда не видела, чтобы какая‑нибудь вещь выглядела одновременно так элегантно спереди и так сокрушительно сзади! — восторженно произнесла хозяйка платья, глядя на золотистую от загара спину Джули, которая была обнажена почти до пояса. — Можем идти? Когда они проходили по балкону, через открытые окна со стороны бассейна долетали звуки шумного веселья. Женские смеющиеся голоса смешивались с мужскими, и все это — на фоне ритмичной музыки. Через несколько секунд, когда они проходили по внутреннему дворику, Чеён была окружена и похищена шумной компанией, а Джули осталась одна. Она вглядывалась в толпу, ища Чонгука. Сделав два шага вперед, она заметила его посреди большой группы людей у дальнего края бассейна. Не сводя глаз с его мужественной фигуры, Джули осторожно пробиралась между гостями, слугами и столиками. Когда она подошла ближе, то увидела, что сразу несколько человек что‑то оживленно говорили Чонгуку. Он, казалось, слушал очень внимательно, но время от времени его взгляд отрывался от собеседников и скользил по толпе. «Он ищет меня!» — радостно подумала Джули. И, как будто услышав ее мысли, он поднял голову и встретился с ней глазами. Он тут же отрывисто кивнул говорившим и без единого слова просто вышел из их круга, что могло показаться совершенно невежливым. Он шел так целеустремленно, что все расступались, пропуская его. Наконец их уже никто не разделял, и Джули смогла как следует рассмотреть его. У нее просто перехватило дыхание! Уложенные слегка вьющиеся темные волосы небрежно спадали на лоб и край лица. Черные глаза сверкали в вечерних огнях, а мягкие губы расплылись в выбивающую землю из-под ног, улыбку. Черная с блестящим отливом рубашка сидела на нем, как влитая. Рубашка красиво контрастировала с его лёгким загаром и обтягивала его мускулы от плеч до кистей. Переместив взгляд от края манжет до изящных мужских пальцев с проступающими венами, Джули вязко сглотнула. Дальше еще больше — девушка пожалела, что продолжила опускать взгляд, так как она напоролась на узкую талию и крепкие бедра, обтянутые в черные узкие брюки. Сердце Джули заколотилось так, что стало трудно дышать. На мгновение все окружающее утратило реальность. Она чувствовала только непривычную тяжесть в груди, сухость во рту и почти болезненное ощущение внизу живота. Для того чтобы вспомнить, что она здесь делает, ей потребовалось почти физическое усилие. Было очевидно, что молодой мужчина чувствует себя абсолютно уверенно, как человек, издавна привыкший к такому вниманию. Джули почувствовала гордость за него и не пыталась скрыть ее, когда он наконец оказался возле нее. — Тебе кто‑нибудь говорил, что ты очень красив? — спросила она мягко. Его губы снова медленно расплылись в мальчишеской улыбке. — А что ты скажешь, если я отвечу «нет»? Джули рассмеялась: — Я скажу, что ты пытаешься выглядеть скромным. — В таком случае что мне теперь сделать, чтобы поддержать это мнение? — серьезно осведомился он. — Я думаю, что теперь ты должен покраснеть и смутиться от лести. — Меня совсем нелегко смутить. — Охотно верю -рассмеялась Джули. Она медленно повернулась вполоборота в сторону, как бы рассматривая окружающую их толпу, чтобы скрыть ту нервозность, которая охватила её и которую с легкостью могли выдать её глаза. В свою очередь, теперь Чонгук мог полностью оценить контраст между строгим передом и вызывающе обнаженной спиной. Яркие отсветы плясали на ее темных волосах. Восхищенный взгляд Чонгука заскользил по ее сияющему лицу, по всей стройной фигуре. — Ну? — шутливо спросила она. — Что ты думаешь об этом всём, ты наконец-то полностью расслабился уже? Его черные глаза почернели еще сильнее, но вместо ответа он перевел взгляд на ее фигуру. Немного помедлив, он наконец резко произнес: — Я думаю, что это платье тебе очень идет. Джулив взорвалась от смеха: — О, теперь ты мне льстишь. Ты всем женщинам здесь так говоришь — Да? — вызывающе усмехнулся Чонгук. — Ну, тогда я скажу тебе, что я на самом деле думаю, — попутно взяв девушку под руку, Чонгук незаметно для Джули отвел её к угловому выходу и подтолкнул спиной к стеклянной поверхности, — Я думаю, что ты потрясающе привлекательна и обладаешь удивительной способностью выглядеть одновременно утонченной соблазнительницей и ангельской маленькой девочкой. И мне ужасно жаль, что мы заперты здесь, как в ловушке, с кучей других людей. Голая спина Джули прислонилась к прохладному стеклу и по телу пробежалась волна мурашек. Но девушка была полностью убеждена, что мурашки были не столько от прохлады, к которой её приложили спиной, а от близости мужчины, который сейчас стоял рядом и расставил руки по бокам от ее головы. — Есть одна вещь, которую я хочу сделать еще с того первого вечера, когда оглянулся с бокалом тоника в руке и увидел тебя, вышедшую из ванной моего офиса. Ты стояла такая скромная и старалась не рассмеяться при виде моего раскрытого рта. В смятении Джули поняла, что сейчас он ее кажется поцелует. Чонгук взял бокал из ее слабеющих рук и, спокойно поставив на пол, стремительно обхватил одной рукой Джули за талию и прижал к себе. Она почувствовала прикосновение его сильных бедер к своим, и словно электрический разряд пробежал по ее телу, заставляя содрогнуться. Ладонь второй его руки заскользила вверх, он нежно обнял за шею. В беспомощном ожидании она смотрела, как его твердые чувственные губы медленно приближаются к ней. Поцелуй был одновременно лениво‑уговаривающим и захватывающе‑настойчивым. Джули отчаянно пыталась сохранить хладнокровие, но, как только его язык заскользил по ее губам, она проиграла битву. С подавленным стоном она прильнула к нему и разжала губы. Его ответ был мгновенным. Руки обвили ее, прижимая к груди, рот жадно раскрылся, а язык, лаская, проникал все глубже и глубже. Что‑то взорвалось у Джули внутри, ее тело изогнулось, руки поднялись, лаская его шею и затылок, в то время как она отвечала на его страстный поцелуй. Наконец Чонгук поднял голову. Джули чувствовала себя как будто заклейменной этим поцелуем, сделавшим ее на какой‑то миг его собственностью. Дрожа от внутренней неразберихи, она прислонилась лбом к его плечу. Его теплые губы коснулись ее виска и пошли дальше вниз. Он целовал ее шею, ухо, а мочку уха слегка прикусил и хрипло усмехнулся: — Я думаю, что должен извиниться перед тобой, Джули. Она откинулась в его руках и взглянула на него. В обращенных к ней слегка прищуренных черных глазах затаилась страсть, и хотя он улыбался, это была скорее насмешка над самим собой. — Почему ты должен извиняться? Его рука лениво поглаживала ее по обнаженной спине. — Потому что, несмотря на твои уверения, что ты не наивная девочка, еще несколько минут назад я опасался, что этот уик‑энд может принести тебе много неожиданностей. Еще не придя в себя после поцелуя, Джули растерянно спросила: — А теперь что ты думаешь? — Я думаю, — сдержанно проговорил он, — что этот уик‑энд может принести неожиданности мне. В ответ на ее невольную счастливую улыбку засветились его глаза. — Еще я думаю, что если ты будешь продолжать так смотреть на меня, то эти глаза меня погубят, — тихо шептал на ухо Чонгук. — Когда я смотрю на тебя, мне становится просто неудобно от моего безумного желания…узнать, как ты будешь чувствовать себя со мной в продолжении сегодняшней ночи. Щеки Джули просто запылали, глаза заволокло пеленой ответного возбуждения. Она была не таким уж «ангелом» и прекрасно поняла, что он имеет в виду под фразой «становится неудобно от желания». Она отвела взгляд от его властных черных глаз и внезапно они оба услышали насмешливый голос: -Чонгуки, милый, так вот где ты! Я приехала, а тебя нигде нет. К тому же, тебя отчаянно ищет Пак. Но мне посчастливилось первой тебя разыскать. Не помешала? — последнее прозвучало наигранно вежливо. Джули как гусь, вытянула шею вбок и из-за Чонгука показалась неимоверно красивая молодая женщина. Она была выше Джули почти на голову, ростом почти как Чонгук. Длинные волосы окрашены в холодный оттенок блонд, большие темно-шоколадные глаза подведены черными стрелками, как у царицы Клеопатры. Девушка была обладательницей чувственных пухлых красных губ и маленького острого подбородка. Её утончённой лебединой шее могли позавидовать все женщины мира. Блондинка была одета в облегающее серебристое платье мини, которое не скрывало абсолютно ничего: её пышную грудь, осиную талию и узкие бедра. А ноги, её ноги казалось начинались от ушей, удивительно длинные и ровные. Она словно модель мирового масштаба. Вся её внешность говорила о том, что она та еще львица. Джули невольно сравнила себя с ней и поняла, что она словно жалкая шавка. Пока Джули шокированно рассматривала появившуюся перед ней красавицу и пыталась справиться с чувством появившейся ущербности, Чонгук обернулся и слегка раздраженно ответил: -Юки, какого черта? -Вижу ты скучал милый, что решил найти себе столь … интересное общество — девушка пренебрежительно кивнула в сторону Джули. -Что ты здесь делаешь? — раздраженно спросил парень -Как что, я приехала к своим друзьям, они меня приглашали. Хоть ты и обманул меня, что не планируешь приезжать, но Линха настояла, чтобы я приехала, так как тут очень весело. И она была права, тут действительно есть на что посмотреть. Ты ведь тут, дорогой. -Юки, я занят. Поговорим позже- взяв себя в руки, сказал Чонгук. -Ну конечно милый, поговорим. Я то не спешу, ты от меня никуда не денешься, но вот Пак думаю будет здесь через минуту, если ты сам не подойдешь к нему — смотря на Джули, хитро проговорила Юки. — Черт его возьми. Хорошо, я сейчас прийду. — закатил глаза Чонгук. Он знал, что даже если он проигнорирует то, что Пак его ищет, Юки обязательно сейчас скажет тому где она видела Чонгука и тот стопроцентно заявится сюда. От него не сбежать. Юки еще раз напоследок смерила с ног до головы остолбеневшую Джули, и ехидно улыбнувшись, удалилась. -Джули, извини за это, — вывел её из состояния «ежика в тумане» Чонгук.- Я переговорю с Паком, так как он не успокоится, пока не доберется до меня, и вернусь к тебе. И мы поговорим… Хорошо? Эй, всё в порядке? -Мда… конечно-конечно, — кивнула Джули. — Иди, я не пропаду.Увидимся — из последних сил собрала спокойный вид Джули. Чонгук ушел. А Джули, поспешила найти укромное место, чтобы сесть и обдумать всё, что произошло последние минут 10. Во‑первых, стало совершенно очевидно, что Чонгук собирается заняться с ней сексом. В его голове это решение уже укрепилось. Конечно, она могла бы просто сказать «нет», когда придет время, но вторая проблема заключалась в том, что она не была уверена, что хочет это сказать. Никогда раньше никто из мужчин ей так не нравился, и никогда поцелуй не производил на нее такого сильного впечатления. Никогда раньше ей ни с кем не хотелось заниматься любовью. Она посмотрела через окно на гостей, на яхты, светящуюся от лунного света водную гладь озера. Почему он говорит так прямо? Может, он подозревает, что она никогда ни с кем не спала, и умышленно хочет смутить ее? Будет ли для него иметь какое‑нибудь значение то, что она еще ни с кем не занималась этим? Возможно, не было ничего такого, что он не знал или не попробовал. Несмотря на это, Джули чувствовала, что он не стал бы соблазнять и укладывать в постель неумёху. Правда, сама неумёха хотела бы, чтобы ее соблазнили, но не так быстро и не так легко. Она должна подождать, пока не убедится, что она ему по‑настоящему интересна, привлекательна и желанна для него, что нужна только она одна и что он … влюблен. Должна, но не уверена, что сможет это сделать. Во-вторых, кто эта Юки. Это же ей он тогда звонил из ресторана, почему он ей сказал, что не приедет. Чтобы не приехала она? Она ему здесь мешала? Почему, какие у них отношения, что их связывает? Судя из ее тона и обращений к нему «милый», «ты никуда не денешься от меня», она не просто знакомая. И вот здесь Джули по-настоящему начало трусить, знобить и голова пошла кругом от волнения. Что же это такое, во что она вляпалась? Девушка решила, что оставаться одной сейчас это плохая идея и поспешила вернуться во двор к другим гостям. Как только она вышла на лужайку, Чеён заметила её слегка растерянный вид и поспешила к гостье: — Давай ты что‑нибудь выпьешь и перекусишь. Я уверена, что ты не успела нормально покушать, а также легкая доза алкоголя тебе совсем не помешает. Ты чем-то обеспокоена и это надо исправлять. -Спасибо, — протянула Джули. -Где Чонгук, этот негодяй привез тебя и бросил здесь скитаться с незнакомыми людьми? — строго отметила Чеён, — я сейчас разберусь с ним. -Нет, нет, Чеён, пожалуйста, всё хорошо.- быстро запротестовала Джули.- Его позвали, кажется Пак, так его зовут, очень хотел обсудить что-то и Чонгук вынужден был уйти. -Ах, не защищай его. Но да, я знаю какие люди могут быть настырные, в особенности наш горячо любимый Пак, он вечно что-то хочет от Чонгука. Ой, прости, мне нужно провести одну пару домой и договориться с ними о завтрашнем плаваньи по озеру. Я скоро тебя снова отыщу, хорошо? -Да, конечно, ты не обязана тут со мной ходить. Всё хорошо. — виновато улыбнулась Джули, — Я сейчас выпью,расслаблюсь и пообщаюсь наконец-то с людьми. -Кто ты такая и откуда здесь взялась? — услышала Джули уже знакомый ей голос. -Я Джули, работаю с Чонгуком, приехала по его приглашению. А ты… Юки, как я поняла. — собрав всю волю в кулак и самообладание, проговорила гордо Джули. -Да, я Юки Богом. Видимо это всё, что ты знаешь обо мне, милая. Так, что бери бокал и давай знакомиться.- протянув бокал шампанского, девушка взяла под локоть Джули и продолжила. — Я здесь часто бываю, так как многие из этих людей друзья и знакомые Чонгука, то они и мои друзья. -Не поняла…что здесь закономерного? — озадаченно проговорила Джули. -Дорогая, Чонгук и я давно знакомы, мы давно близки как друзья и не только, если ты понимаешь (подмигнула Юки). Поэтому, мои друзья — его друзья, а его- мои. Наш круг знакомых смешался также и в виду нашего партнерства по бизнесу. Я известная во всей Корее бизнес-леди и у меня своя мультимедийная компания и пиар-агенство. У меня обширные связи в мире бизнеса, как и у Чонгука и мы часто друг другу помогаем.- четко отчеканила Юки. — Понятно- сухо ответила Джули и сделала глоток шампанского. -А ты, работаешь говоришь с Чонгуком, и какие дела вы вместе ведёте? Какой-то новый проект Чонгука по строительству? -Э…не совсем, думаю тебе лучше у Чонгука поинтересоваться, если это так тебе интересно. Я не хотела бы говорить сегодня о работе, я приехала отдохнуть. — постаралась отмахнуться от неудобных и провокационных вопросов Джули. Ну в конце концов, кто она такая, чтобы Джули рассказывала ей, посторонней девушке о себе и Чонгуке, о их отношениях… отношениях ли? Рассказывать о том, что она с Чонгуком напрямую и не работает и что она всего лишь жалкая секретарша. И что каким-то образом она оказалась здесь, и что всё, что сегодня происходит для неё как гром среди ясного неба. — Ты приехала с Чонгуком. Интересно… Вот, что я тебе скажу, милая Джули.- слегка наклонившись, Юки резко приняла серьезный вид и посмотрела на неё хищным взглядом. Игра в недомолвки её сегодня напрягает. — Чонгук- мой. Мы с ним связаны навсегда и наши свободные пока еще отношения, не значат, что ты можешь на что-то там надеяться. Я не дурочка и не первый день живу. Я вижу, как ты уже раскатала свою наивную губу, что сможешь охомутать его и жить с ним счастливо до старости. Он переспит с тобой, возможно, от скуки или чтобы снять напряжение, а дальше забудет о твоем существовании. Такие как ты ему не нужны. И он ненавидит таких как ты липучек, он свободный лев. Он мой лев! Ты мне не ровня, деревня. У-я-с-н-и-л-а? — жестко и напыщенно выдохнула в лицо Юки. — Мне твои советы не нужны. Я сама разберусь что мне делать и с кем. — вспыхнула Джули и залпом выпила остаток шампанского из бокала. Собираясь завершить это неприятное общение, которое выбило основательно землю из-под ног, напоследок Джули получила контрольный выстрел: -Ах, да. И последнее, тебе в эти выходные ничего не светит, здесь я и он проведет ночь со мной. Ему не нужны такие простушки как ТЫ, когда есть Я рядом. Катилась бы ты в свою деревню, откуда вылезла. — вильнув бёдрами, покинула место разборок Юки. Джули стояла, как будто на неё вылили ведро с помоями. Ей отчаянно хотелось действительно уехать и забыть о том, что здесь успело произойти за последние полчаса. Она хотела почему-то плюнуть на всё и расплакаться. Никогда она еще не чувствовала такого унижения. За что, почему?