Ферзь для Короля

Хорошо у меня во мраке, И блестит острие меча, Я сегодня собрала маки, Чтоб приветствовать палача. Здавствуй милый палач из бездны, Я тебя околдую сном, Ты всегда был со мной любезный, Мы с тобою друг друга поймем. Ты скажи мне, дружок молчаливый, Перед смертью, что люди кричат? Может есть кто из них счастливый? Иль смиренный, как сто ягнят? Что важнее всего для жизни, Если ими владеет страх? А давай мы споем им тризны, Как когда-то учил монах. И вина изопьем с бокала, Виноватым — один глоток, Ты прости, я святою не стала, Да к тому же и ты не Бог. Хорошо тут у нас во мраке, И блестит острие меча, Я не зря приходила на плаху, Просто я влюблена в палача. Нелли Русинко.

      Возле небольшой площади, кажется, собрался весь лагерь. Толпа гудела от предстоящей казни, но многие все же предпочитали смиренно молчать и смотреть в пол. Я стоял перед самым эшафотом, наблюдая, как рыжего наглого демона под руки выносят из темницы. Проиграл. Не смог мне отомстить, верно? Мелкий, подлый, глупый. Все могу простить — корысть, зависть… Глупость — никогда! На что надеялся? Что сможет убить всемогущего с помощью одного ножа. Ну какая наивность. Зеленые глаза сверкали презрением, которое в полной мере было обращено лишь на меня. На лице медленно расплывалась улыбка от торжества собственной власти и от того, что могу с ним сделать. Может сказать спасибо за неожиданную доброту, ибо сегодня я решил ограничиться лишь отсечением головы, а не истязать его, пока Ади сам не будет молить меня о смерти. Приказал охранять Вики в комнате и ни при каких обстоятельствах не выпускать ее оттуда. Кажется, нет у меня времени быть хорошим.       Как только рыжего демона посадили на колени перед толпой, все замолчали. Такая мёртвая тишина и непоколебимая сила воли в зелёных глазах осуждённого. Он никогда не был на моей стороне — вот что значит этот взгляд. Я приблизился к обреченному на смерть пареньку, чтобы в последний раз взглянуть тому, кто мог обладать огромной властью, но выбрал месть. Но демон отвел глаза в сторону, и только через некоторое время я понял, что он смотрит в окно Вики. — Продолжай вести себя, как полное дерьмо, и ты потеряешь ее навсегда.       От этой фразы и холодного тона в голосе, сердце ушло в пятки. Он проговорил это так, чтобы смысл этих слов был понятен и слышен лишь для меня. Теперь тишина буквально звенела в ушах, и я чувствовал собственное сердцебиение. Вся толпа потеряла лица и сливалась в единую черную массу без чувств, но так яро жаждущая крови и зрелища. Они ведомы их личными слабостями, то может быть богатство или власть, а моя слабость в ней. И я ей ведом так же, как и все эти бессмертные. Не могу сопротивляться, не могу принять, но и отказаться тоже не могу. Одна лишь мысль о разочаровании во мне в ее голубых глазах, и все как-то в раз теряет смысл.       От глубокого забвения меня оторвал голос Фенцио. Ангел широко улыбался, словно предчувствуя близость победы. И был прав. Сегодня действительно важный день. Сегодня я наконец-то вымою свой меч в крови ненавистных врагов, буду наслаждаться их криками и надменными взглядами, ощущающими неизбежность смерти. Сегодня я для них Бог. Сегодня и навсегда. — Господин. Прибыли новые пленные.       Ну что же. Дадим гостям насладиться казнью виновного. Дабы в будущем было неповадно совершать такие глупые ошибки. Приказал привести их на поляну и, когда мой приказ был выполнен, я обомлел. Ну надо же, кто решил нас навестить. Дино, Мими и мое любимое — Люцифер. Площадь залилась моим диким смехом. Не иначе, как сама Матушка-Судьба дарит мне возможность прикончить всех, кто мне не нравится за раз. И снова тишина, которую прервал женский тихий, но полный отчаяния, крик. Вики тарабанила по стеклу в комнате, стараясь его разбить. Была готова выпрыгнуть со второго этажа, чтобы броситься навстречу друзьям. Люцифер обернулся и попытался вырваться из крепкой хватки одного из моих охранников. Безуспешно. Сын Сатаны лишь заработал мощный удар по голове, отчего потерял сознание. Мими с ужасом смотрела на стоящего перед эшафотом Ади, а из глаз демонессы невольно лились слезы. Да, он вас не предавал. Идиот.       Моя рука поднялась в жесте готовности и уже через мгновение опустилась вместе с секирой палача. Если полагаться на науку с Земли, то первые семь секунд после отсечения головы человек испытывает просто адскую боль, и только потом умирает. Я методично отсчитывал семь ударов ногой об землю, и скажу вам, что даже мне они показались вечностью. Мими чуть не вырвалась из хватки, так что уже через мгновение двое из трех прибывших были без сознания.       Фенцио все это время смирял Дино прожигающим взглядом, ища ответ на единственный вопрос, который его интересовал, но нашел лишь ненависть. Я бы посчитал и это ответом. Приказал отвести демонов за решетку, а старику дал время на разговор с сыном. — Только недолго. Через десять минут выступаем.       Он кивнул. Даже стало интересно, что Фенцио будет говорить своему сыну. По взгляду парня стало понятно, что он его ненавидит.

***

      Вики упала на колени перед единственным окном в комнате и громко закричала от боли. Словно это ей отсекли голову там, на эшафоте. Ужасная, дикая боль, которая, казалось, не утихнет никогда. Она видела глаза Ади перед смертью, он улыбался страху в лицо. Именно таким девушка навсегда запомнит рыжего весёлого демона с чертовски ярким зелёным огоньком в глазах. Его заражающий всю округу дьявольский смех, подколы и вечные шуточки на любую тему. Хотелось рвать на куски всех, кто причастен к его смерти, бить так, чтобы они все ответили за содеянное. Но что еще более важно, так это то, что другие ее друзья попали в плен. Черт его знает, что Мальбонте может сделать с ними, если ему только захочется. Особенно ее волновал Люцифер. Девушка рывком подскочила с колен и уже было хотела вынести дверь с петель, однако в последнюю минуту остановилась. Нет. Рано. Мальбонте уйдёт скоро, тогда будет больше шансов. Бежать. Всем вместе.

***

      Я стоял в окружении мощной армии, которая за время прошедших боевых действий практически совсем себя не измотала. Что не скажешь про армию ангелов. Ребята из последних сил стараются сдерживать рубежи обороны. Героизм поражает. Когда я проходил мимо огневых точек, то видел уже остывшие трупы ангелов, которые своим телом закрывали амбразуру. Многие дрались в полном окружении по несколько суток, без пищи и воды. Многие шли в бой еще не оправившись от ран, истекая кровью, но не сдавая позиции. Неужели это их вера помогает им так стоять? Неужели, если бы Шепфа действительно заботился о своих бравых воинах, допустил бы такое? Ни один не молил о смерти, что не могло не огорчать. Я надеялся засыпать сегодня под звуки криков от дикой боли, под жалкие мольбы о пощаде, под плач и крик. Но все же кое-что было именно так, как я и представлял. Запах крови, который буквально впитался в мой меч, постоянно врывался в мой нос. Я видел, как они истекают алой жидкостью, становясь бесполезными кусками мяса.       Шел по коридору огромного серого замка, который еще недавно был чем-то недоступным для большинства бессмертных. Они смотрели на него с благоговением, но другие с ненавистью. А мне… Мне хотелось торжествовать. Я шел один, никакой охраны и других очевидцев. Это только моя битва.       Вот и вся компания главных советников, вооружённая до зубов и готовая дать мне отпор. Сколько ненависти в глазах каждого нимбоносца, сколько презрения… Как же я их ненавижу! Из-за них меня считают монстром. Мое имя загоняет всех бессмертных в дикую панику, словно жадный голодный волк с безумным оскалом. Я не такой. Но если для победы мне нужно быть им, я буду. Буду тем жестоким ублюдком, любящим растерзывать своих жертв сначала морально, забирая все силы, а потом физически, наслаждаясь их слабостью. Вот что они у меня забрали — человечность. А точнее ее последние крохи. Сидят высоко и придумывают небылицы об ужасном злодее. За все ответят!       Я не стал кидаться в драку сразу. Лишь одарил ангелов прожигающим гневным взглядом, чтобы удостовериться, что они чувствуют близость конца. — Бонт, остановись, — подала голос их главная шавка.       Бонт. Я рассмеялся. Дико, несдержанно, жутко. Какие наивные же все-таки они. Вместе с весельем пришел и гнев. До сих пор меня делят на двух существ, не понимая, что я един. Бонт никогда не будет обладать силой обоих, и сейчас я им это покажу. Заставлю бояться, как и тогда, на обрыве.       Собрал силу в одну волну и выплеснул ее словно воду из ведра, стараясь намочить их как можно больше. Тем сильнее пришёлся для них мой удар. Вся компашка полетела в противоположную сторону, своротив еще и стол. Дерево не выдержало натиска энергии и буквально раскололось в щепки. Черт. Они получили не настолько мощный удар, как я ожидал. А все из-за Шепфа, который отдал часть моей силы девчонке. Даже так он постарался избавить своих любимых советников от моего праведного гнева. Двое кинулись в атаку. Я легко парировал каждый их выпад, по всему мужчины не тренировались, а вот я, наоборот, проводил на тренировках много времени. Все осложнилось, когда главный ангел подключился к битве. Пропустил один удар и еле смог увернуться. Слышал, как его благоговейный меч разрезает воздух возле моего уха. В долгу не остался, и уже следующий мой удар его ранил. Ангел схватился за плечо и пока приходил в себя, его товарищи атаковали снова. Я ловко развернулся и отрубил голову первому Серафиму, от чего двое других в конец рассвирепели. Вот, почувствуйте то, с чем я живу каждый день. Жажду крови и нестерпимый гнев. Пусть этот яд просочиться в ваши души, как и в мою. Вы не святые, и будете гнить, я обещаю. Главный нанес молниеносный удар справа, а второй не дал мне увернуться от атаки, прикрыв левую сторону. Я почувствовал насколько хорошо заточен его меч. Все-таки ждали меня. Кровь алым пятном растекалась по латеральной поверхности живота, доставляя дикий дискомфорт, если сильную боль можно так назвать. Не сдержался и выплеснул волну всех негативных эмоций вновь, сбив с ног обоих. На этот раз они поднимались медленнее, что дало мне преимущество, и я отрубил голову второму советнику. Последний. Остался всего один, и я победил. Сколько же остервенения было в его размашистых ударах, ибо ангел перестал себя контролировать. Поменял холодный разум на животный гнев. Что, не помогает вам ваш Бог? И не поможет. Я схватил его за волосы, приставив меч к горлу. — Никогда не нападай на меня в гневе. Потому что мой гнев — бесконечен, — шептал эти слова, а глаза наливались кровью.       Еще мгновение, и острие моего клинка пронзило шею Серафима. Кровь алыми струями стекала по горлу на белый сюртук, словно знаменуя собой победу. Как только главный советник издал последний вздох, небо разразила невиданная прежде буря. Я бросился к окну и обомлел. Он все видел и сейчас невероятно зол. По лицу расползлась довольная ухмылка. Чувствуй, Шепфа, какого это терять тех, кто тебе дорог…

***

      Мальбонте забрал с собой большую часть армии, а следовательно, оставил лагерь практически без охраны. Вики выбежала из комнаты и интуитивно нашла тюрьму, где держали ребят. Нашла только Люцифера. Демон смотрел в одну точку перед собой, но как только увидел девушку, кинулся к решётке, замерев, не смея прикоснуться к железу. — Этот идиот использовал заклинания Ада. Не могу касаться, поскольку сейчас я заключенный. - Последнее слово проговорил с издевкой.       Вики протянула руку и провела тыльной стороной ладони по щеке демона. Тот схватил ее, словно стакан воды в пустыне, и стал жадно целовать. — Живая… живая… — буквально тараторил слова, не дыша. — Я так испугался, когда узнал, что ты не вернулась, — потом в его глазах зажегся огонь гнева. — Дурочка! Зачем полезла в это?! Сидела бы в школе!       Но уже через мгновение красные огоньки утихли, и девушка видела в его взгляде только нежность. Любят. Оба. — Как ты, Люцифер? Где остальные?       Демон отрицательно покачал головой, ибо действительно не знал ответа. Их разделили будто специально, посадив сына Сатаны в одной из самых доступных камер, но остальных куда-то увели. Это их единственный шанс. — Я вытащу тебя!       Девушка принялась бить попавшем в руку случайным камнем замок, но особых результатов это не принесло. Демон прервал ее попытки. — Нет. Здесь система как в Аду. Он сглупил. Я же сын Сатаны, — немного задумался. — Нужен мощный выброс исключительно положительной энергии. Это вызовет диссонанс и тогда сломать замок можно будет даже обычным камнем.       Только вот где взять эту энергию он не знал. Зато Вики сообразила быстро, попросив его отойти на приличное расстояние. Люцифер ничего не понял, но доставать вопросами не стал, а лишь доверился. Никому не доверял, а ей поверил. И не зря. Она сделала все тоже самое, что на тренировке. Но получилось не сразу, ибо его прикосновения к ее коже будоражили память. Вики дала себе мысленную пощёчину и все же собралась. Времени, чтобы искать друзей — не было. Да они бы и не нашли. Без карты, без защиты бродить по подземельям настоящих катакомб, которые теперь еще в добавок ко всему и под действием заклинания Ада, бессмысленная трата времени и сил. — Мы еще вернёмся. Я обещаю, милая.