Убью за тебя.

Выходные прошли достаточно быстро. Гармадон пытался забить голову уроками. Но получалось у него не особо хорошо. Мать переодически заходила в комнату и спрашивала что-то на подобии: «Ой, а ты что, учишься? Я думала, что содержаночкам образование не надо». И так по десять раз в день. Эх, если бы все было так просто. Гармадона-младшего это не капельки не выводило из себя. И даже наоборот, смешило. Он был практически уверен в том, что Мисако завидует тому, что даже ее, как она говорит, придурошный сынок нашел себе богатого мужика, а она нет. Так же была дикая проблема с выходом в интернет. Родители Харуми навели дикую панику и весь город обсуждал пропажу «юной мисс Джейд». С этого всего Ллойд узнал, что полиции вообще плевать и что на Блэксмита, который, вероятно, и есть виновником данного события, до сих пор даже не завели дело. Хорошо полиция работает, однако. Кай так и не перезвонил. Ллойд тоже ему не названивал, ведь не хотел напрашиваться. Понедельник. Утро. Хотелось бы сказать, что ничего не предвещало беды, но не могу. Проснулся Гармадон в прескверном настроении. Его раздирала изнутри мысль, что они с Каем больше никогда не встретятся. Все, чего сейчас хотелось блондину это услышать знакомое «Ой, да нахер тебе эта школа, давай я тебя лучше к себе заберу, будем смотреть фильмы есть пиццу». Ллойд был согласен на все, лишь бы Кай не бросал его. Хоть секс рабом стать, ей богу, главное, что рядом с ним. Но, ему не светило даже это. Зато было прекрасно видно сияние перспективы получить двойку из-за опоздания. А реакция матери, окончательно обезумевшей в последнее время, может быть абсолютно любой. Ллойд собирался, а потом и шел в школу на автомате. Внутри у него была лишь безысходность.

***

В школе день прошел… а хер его знает, как он прошел, Гармадон и сам не особо понял. В школе все на него странно косились. Не удивительно. Наверняка Джей разболтал всем, что Ллойд — сообщник Блэксмита. Морро в школе не было. Хорошо это или плохо — не ясно. Джея Ллойд практически не видел. На уроках Уолкер сидел на последних партах, на переменах со своими одноклассниками не пересекался. Уроки тянулись долго. Гармадона спросили практически на всех. И он даже не отхватил ни одной двойки. Необъяснимо, но факт. В конце учебного дня Ллойд хотел лишь двух вещей: спать и умереть. Ладно, трех. Еще хотелось, чтобы все было как раньше. Еще до появления Блэксмита, на пару Каем. Но первые два желания исполнить реально легче. Гармадону хотелось пойти погулять в парк после школы, чтобы хоть немного развеяться. Но потом решил, что все-таки лучше лишний раз не портить отношения с матерью. Тем более, особой разницы между ничерта не деланьем дома и в парке нету. Дома даже лучше: не придется мерзнуть. — Ллойд, стой! — Гармадон выходил со школы. У него и в мыслях не было, что за ним будет бежать Джей. Нет, Ллойд, конечно, знал, что у Уолкера в голове хренова туча тараканов и от него можно ожидать чего угодно. Но так быстро менять мнение о человеке — странно. — Не могу. Это наш с Блэксмитом тайный знак. Если я стану, ты умрешь, — максимально ироничным голосом выдал Ллойд. Но, все-таки остановился. — Не смешно. Нам нужно поговорить, — Уолкер добежал до Ллойда и стал рядом, чтобы отдышаться. — Нужно — говори. Лично я не вижу смысла болтать с тобой после того, что ты разболтал всем, что я сообщник Блэксмита. Думаешь, я не замечаю косых взглядов в свою сторону? — Гармадон не был в настроении болтать с Джеем. Так что ждать, пока последний передохнëт Ллойд не собирался. Блондин пошел в сторону дома. Хотя, не то, чтобы он прям сильно верил в то, что Джей не пойдет за ним. — Ты все не правильно понял! Я никому ничего не рассказывал! — Ллойд посмотрел на Джея и закатил глаза. — Неужели я похож на идиота, который поведется на это? — на самом деле, Гармадону было очень интересно, какую отмазку придумал Джей. Так что он приготовился слушать. — Ллойд, придурок, на тебя все косо смотрели, потому что ты один из класса не следишь за новостями про Блэксмита и не понимаешь, что происходит, — имеет место быть, но звучит странно. — Я и раньше не особо за ними следил, но никто на меня не пялил как на последнего отморозка. А тут бац, и по щелчку пальцев всем стало на это не похуй, — Ллойду было не понятно, чего от него хочет Джей. Вроде как, он не из тех людей, которые будут что-то делать только для того, чтобы потом кого-то опозорить. — Я не это имел ввиду. Ты же не знаешь, что Харуми теперь официально убита Блэксмитом? — «официально убита Блэксмитом». Звучит прекрасно, не правда ли? — Ну, догадывался. И что с этого? — Гармадон вообще не удивился. Он морально был готов к тому, что рано или поздно это произойдет. — Ты не мог хотя бы раз посмотреть новости, чтобы понимать к чему я клоню? — видимо, Уолкер забыл, что они с Ллойдом в ссоре, — короче, рассказываю. Там рассказывали, что он оставил записку в почтовом ящике у дома Харуми. Ну, точнее, его отца. Ну это не важно, — Джей замолчал и начал пялить на Ллойда. Возможно, для того, чтобы понять, слушает ли последний. — Ну, давай, говори, ближе к делу, — Гармадон ускорил шаг, чтобы поскорее дойти до дома. — Ну так вот, типа, раньше он оставлял записку возле трупа, а в этот раз нет. И в самой записке он писал, что от трупа почти ничего не осталось. Это раз, — Джей снова замолчал. Ллойда начинало это выводить из себя. — Можно как-нибуть без пауз? — Гармадон и сам не понимал, почему его так сильно раздражал Джей. Но хотелось его стукнуть. — Я вспоминаю, че там еще было. Смотрел бы по телеку, было бы без пауз, — Уолкер сказал это настолько спокойно, что Ллойду даже стало неловко, — а, так вот. Помнишь, он писал про какую-то музу. В этот раз он написал, что Харуми обидела какого-то там мальчика. Походу, она тебе изменяла, — Гармадону было крайне интересно, зачем Джей ему это говорит. — Это все, что ты хотел сказать? Если да, то отстань от меня и иди домой, — с каждой секундой Ллойду все меньше и меньше хотелось разговаривать. И все больше и больше хотелось закрыться у себя в комнате и прорыдаться. Было больно. Даже не от того, что Харуми умерла. А от того, что, походу, Джей прав: она тоже использовала Ллойда. — Нет. Я еще хотел извиниться за то, что наговорил в пятницу. Прости, пожалуйста. Я никому ничего не говорил про то, что ты сообщник Блэксмита, правда. Я даже не общался с нашими одноклассниками, ты же видел, — Уолкер бормотал это себе под нос и смотрел куда-то в бок. — Да, хорошо, извинения приняты. Пожалуйста, иди домой, — Гармадон верил Джею. Пусть и считал его поведение странным. Но, в любом случае, болтать с ним не очень не хотелось. — Хорошо. Я понимаю, у тебя девушку убили, сейчас не до меня, — это даже удобно, можно любое свое странное поведение оправдывать скорбью, — до завтра. Только осторожно, пожалуйста, — Уолкер налетел на Ллойда с обнимашками. На самом деле, это было даже ожидаемо, но Гармадон все равно опешил. — Да, хорошо. Давай, иди. А то уже скоро темнеть будет, — Джей напрягся. Он совсем забыл про то, что на дворе уже ноябрь и темнеет рано. А быть убитым, к слову, ему все еще не хотелось. — А, ой, да, точно, пока, я побежал, — быстрым шагом Уолкер пошел в сторону своего дома. А Ллойд снова остался один. Его снова охватила безысходность, которой не было, пока Джей был рядом. Ллойд считал себя просто ужасным человеком. Почему? Потому что смерть Харуми — последнее, что его сейчас волновало. Уже через десять минут Гармадон был дома. Матери дома не было, так что Ллойд мог делать абсолютно все что угодно. Проблема только в том, что все, чего он хотел, это валяться на кровати и слушать музыку. Даже есть не хотелось, серьезно. Гармадон не придумал ничего лучше, чем еще раз удостовериться в том, что Харуми он был не нужен и вообще она ему изменяла. Как? Очень просто. Через Блэксмита. А точнее, его письмо. Вообще, Ллойду не очень хотелось углубляться во всю эту мрачную тему с убийствами. И если бы жертвой был не Харуми, он и бы и не подумал во всем этом разбираться. Наверное. Найти это письмо было сложнее, чем обычно. Новостные СМИ его не выкладывали, хотя прошлые крутили где только могли. Очевидно, в целях рекламы. Но, не смотря на это, уже минут через пятнадцать Ллойд нашел нужную ему фотографию. Не в самом лучшем качестве, но нашел. Привет. Это снова я. Думаю, вы не ожидали, что найдете новый труп так быстро. Ах, да, вы же его не нашли. Простите, но от него ничего не осталось. Вы наверное думаете, что я жестокий, раз убил столько людей, в том числе и эту бедную невинную девочку. Что же, да, я жестокий, не спорю, но не в последнем случае. Да и жестокий я не ко всем, правда ведь, мой хороший? Манера Блэксмита обращаться к читателю пугала Гармадона. При чем, не слабо так. У Ллойда создавалось ощущение, что говорят именно ему. Его мозг создавал картину, что это ему говорит Кай. Странно, не правда ли? Хотя, чисто в теории, он мог бы это сказать. Вполне в его стиле. Я не давал ей есть. Пусть худеет, шлюха. Спать тоже не давал. Хотя, ладно, пизжу, спать я ей как раз таки не мешал, пол не забирал. Спала бы себе на здоровье. Спать на бетонном полу полезно для позвоночника. Хотя, по ней видно, что позвоночник ей нахуй не нужен. Прямая кишка — другое дело. Кроме манеры речи у Блэксмита с Каем еще есть общая проблема. Они оба не умеют вставлять в речь, или же текст, не столь важно, пошлые шутки. Но все равно вставляют их, и звучит это, скажем прямо, убого. Я бил ее головой об стену. Об пол. Я видел боль в ее глазах. Слышал крики от боли. И мольбы о скорейшей смерти. Я уже говорил, что я добрый и люблю исполнять желания людей? Вроде как, да. Сегодня ночью я вывез ее за город. Хотя, наверное, будет правильно сказать «ее полумертвое тело». Так вот, я вывез его за город, залил бензином и поджег. Да, не очень оригинально, признаю, но зато настрадалась она славно. Я хотел потушить ее и помучать еще пару недель, но не успел сделать это вовремя. Можно сказать, что ей повезло. И да, вы можете говорить обо мне что угодно, но знайте, она это заслуживает. Потому что никто, слышите, никто, не посмеет обижать моего мальчика. «Моего мальчика»? Нет, Джей, конечно, говорил, что Блэксмит писал про какого-то там мальчика. Но конкретно формулировка «мой мальчик» настораживала. А если посмеет, то это будет посмертно. Всем удачи, надеюсь, мы больше не встретимся.

Blacksmith

Так, это все как-то странно. Слишком много совпадений. И оружие у Кая в доме есть. И подвал, в который он никого не пускает, оправдывая тем, что он потерял ключ от него, да и все равно там нихуя нету. И дела у него последнее время странные какие-то. Да и когда он звонил ночью, первые пару минут у него был полностью пустой голос. Разве не так говорят хладнокровные убийцы? Так, нет. Это все бред. Не может Кай быть маньяком. Он слишком милый. Хотя, может, действительно, он милый не для всех? — Так, Ллойд, спокойно, — сказал Гармадон сам себе уже вслух, чтобы прервать беспорядочный поток мыслей. Блондин сел на кровать и сделал пару глубоких вздохов, чтобы прийти в себя, — все равно ты так ничего не выяснишь. Единственный метод узнать, Блэксмит ли Кай — спросить напрямую. Но хрен он тебе скажет правду, — ну, так-то да. Но делать что-то надо было. Безысвестность разъедала Ллойда изнутри даже больше, чем мысль, что он влюблен в маньяка, — так, ну, если я ему просто позвоню и спрошу, ничего же не случится, верно? — замок на входной двери провернулся. Ллойд уже успел решить, что это его пришли убивать. Но, на деле все гораздо скучнее. Просто домой пришла Мисако. Еще спустя минут десять тупления Ллойд все-таки решился позвонить Каю. Не пристрелит же он его сквозь телефон, верно? На удивление, трубку Кай взял почти сразу. Это лишь в очередной раз подтвердило теорию Ллойда. От трупа избавился, теперь можно и поболтать. — Приветик, солнышко, — голос Кая был дружелюбен как никогда. Ну нет, не может такой милый парень быть маньяком, это невозможно. — Эээ… Привет, — Гармадон слышал, насколько подкошенно звучит его голос. Но сделать с этим ничего не мог, — как у тебя дела? — ну, как-то странно сразу в лоб спрашивать «а ты, случаем, не Блэксмит?». Хотя, кого я обманываю, Ллойд просто не мог выдавить из себя эти пять слов. — Весьма неплохо. Сам как? — Кай говорил крайне спокойно и расслабленно. Ничего необычного, по сути-то. — Да, тоже ничего, — повисло неловкое молчание. Диалог как-то не клеился. Возможно, это из-за того, что по голосу Ллойда слышно, насколько сильно он нервничает и Кай просто не знает, как себя вести. Но это не точно, — слушай, нам нужно поговорить, — совершенно спонтанно выдал Ллойд. — Ну, говори. Чего ждешь? — в принципе, логично. — Нет, — так же спонтанно выдал Ллойд. Гармадон уже ненавидел себя за то, что он не умеет нормально контролировать свои эмоции. Да и просто строить адекватные диалоги. — У тебя все хорошо? Может я тебе попозже позвоню? — вообще, было бы весьма неплохо. Но набрать второй раз, чисто для того, чтобы задать один вопрос, силы воли Ллойду уже не хватит. — Нет. Я не это имел ввиду. Типа, я не могу говорить это вот так вот, ну, ты понял, — шутка была в том, что Ллойд сам не понял и просто говорил, чтобы сказать хоть что-то. — Ты хочешь это лично обсудить, или что? Я тебя могу сейчас забрать, в принципе, — реакция Кая была вполне ожидаема, на самом-то деле. Но Ллойд растерялся не на шутку и вообще не знал, как на это реагировать. — Эээ… Ну, да, типа того, — Ллойд и сам не до конца понимал, во что он вляпывается. Но, отступать уже поздно. — Тогда я через час буду. Советую попить ромашкового чая, успокаивает, — сама по себе, идея, кстати, неплохая. — Да, обязательно, пока, — Ллойд сбросил трубку. Что же, это оффициально самый тупой поступок, что он когда-либо совершал. Это же еще додуматься нужно было, согласиться поехать домой к возможному маньяку, гениально! — Так, ладно, нужно успокоиться, — Ллойд уперся головой об стенку. Так, ладно, все будет хорошо, раньше же как-то ездил к Каю в гости, и все нормально, жив здоров. Еще утром Ллойд был готов душу дьяволу продать за то, чтобы поехать в гости к Каю. А сейчас... А что сейчас? А вообще, будь что будет.