Обряд посвящения

Иногда Кастиэль задавался вопросом, родился ли он таким покорным? Он, конечно, чувствовал временами, словно какой-то хитрый изъян или дар внутри него давал ему толчок. Объедините его абсолютное очарование с доминирующей чертой математического гения и социофоба, и вот! - Кастиэль Новак, ребенок будущего с тайным фетишем. Слишком нервный, чтобы начать что-то делать, и слишком слабый, чтобы просто отпустить. И как Кастиэль ни старался, он не мог отпустить идею. Он, конечно же, читал о подобных вещах, и не может ничего с собой поделать. Это почти принуждение, необходимость. Желание быть на коленях в руках доминирующего - лишь бы поцеловать того, кто причиняет боль. Он никогда не говорил ни одной живой душе об этом, даже не мог заставить себя поверить в то, кем он являлся, почти все это время, хотя знал, что это правда. И кроме какого-то глупого исследования в интернете, которое выдало больше ссылок на порно, чем на полезную информацию о том, что значит быть покорным, он действительно никогда не испытывал этого. Покорность. Даже думать об этом слове... Он наткнулся на интернет-сообщество, посвященное жизни доминантов и подчиняющихся, которых объединяли общие интересы. Кас так и не присоединился, но сумел почти убедить себя, что это было бы хорошее дело, однако, у него сложная работа, он трудится изо дня в день над пачкой бумаг. Тем не менее, опасение, что он будет найден мертвым в мусорном контейнере из-за странной опасности победило. С тех пор он не притронулся к сообществу Ten Foot Pole. С того момента он остался наедине со своим воображением и правой рукой. Но в это время появился Дин, милый замечательный Дин, который понятия не имел о том, что когда они трахались, Кастиэль был далеко, желая и надеясь на грубые прикосновения, настойчивые требования и возможность услужить. Он пытается остаться в настоящем. Он, правда, пытается, но теперь, когда Кастиэль состоит в отношениях, он жаждет их развития еще больше. Есть моменты с Дином, когда он не может не чувствовать, что чего-то не хватает. Это не имеет ничего общего конкретно с Дином, или кем он является, или что он и Кастиэль делают. Все дело в том, как они делали это. Это доходит до той точки, где Кастиэль не может даже сконцентрироваться на Дине, когда они вместе. Он продолжает мечтать и видит во сне парня, держащего его в подчинении, или Дина, связывающего его. И медленно, но верно, сексуальная жизнь Кастиэля больше не вращается вокруг своей реальной действительности, как должно быть на самом деле. - Это нормально, если я делаю это, Кас? Что, если я коснусь тебя здесь? Ты хорошо себя чувствуешь, Кас? Не спрашивай, кричит голос в голове Кастиэля, просто возьми. Это неправильно, и это не вина Дина. Винчестер не знает, не может даже понять, насколько Кастиэль хочет этого. Кастиэль понимает, что это несправедливо, что неправильно анализировать каждое действие, которое совершает Дин, когда они вместе, и сравнивать это с тем, чего он действительно хочет, что действительно могло бы быть. Чтобы быть честным, это тоже не ошибка Дина. Кас не сказал ему — зачем? Он знает, в тот момент, когда он сделает вздох и признается, насколько он хочет это почувствовать, насколько он нуждается в этом - Дин уйдет. Он подумает, что Кастиэль извращенец, или что-то испортило его, когда он был маленьким. Он подумает, что Кастиэль еще более сломлен, чем кажется. И он уйдет. И это будет конец. А Кастиэль, правда, не хотел, чтобы все закончилось. Но все равно, он не может ничего поделать в то время, как лежит под Дином, а его глаза смотрят на парня над ним. - Ты чертовски красив, - Дин дышит, наклонив голову вниз, облизывая языком один из сосков Каса. Новак закусывает губу, стараясь удержаться от слез. Дин со всеми этими прикосновениями словно боготворит его, и Кас хочет быть на его месте. Дин поднимает голову, его губы влажные, и Кастиэль может сказать, что будет дальше, он просто знает это. - Ничего, если ты мне тоже отсосешь? Это все неправильно. Слишком слащаво. Слишком мило. Но тем не менее, хоть это и прозвучало в такой формулировке, Кас полагает, что Дин попросил его сделать то, что Кас более чем рад сделать. Просто он жаждет именно команды, а получает просьбу в той формулировке, в какой она прозвучала. - Встань на колени, Кас. Я хочу видеть твои прекрасные розовые губы вокруг моего члена. Если ты будешь хорош, то проглотишь мою сперму, когда я кончу. Если нет… Тогда ты не узнаешь, как выглядишь, когда долго кончаешь. - Конечно, - бросил Кастиэль в ответ, а его щеки запылали. Впервые с момента начала их отношений, Дин странно на него смотрит. Он сползает на пол, приземлившись на колени с глухим стуком, глядит на Дина, как он садится, расстегивая штаны. Кастиэль чувствует, как его рот наполняется слюной, а так же призрачный вес и тепло члена Дина уже ощутимы на языке. - Чего же ты ждешь? Я сказал сосать. Я хочу, чтобы мой член стал влажным. Это будет единственная смазка, когда я буду трахать тебя сегодня в твою распутную дырку. Кастиэль стонет от этих слов. Он может видеть его прямо сейчас, большой и прямой, сочащийся смазкой, даже при виде этого Кастиэль облизывает губы. Он любит член, любит, когда он внутри него, заполняет его и трахает, медленно и приятно сжигая. Дин внутри него. Дин вокруг него. Дин берет то, что ему нужно. Кастиэль заглатывает член во всю длину, и Дин глубоко стонет - Кас не может не гордиться этим. Это он вызвал у Дина такой звук. Он принудил Дина податься бедрами ему навстречу, войти глубже во влажный, теплый рот Кастиэля, пока он не попал прямо в глотку, вызывая рвотные позывы. - О Боже, прости, Кас, - кричит он шепотом. Он не хочет обидеть Каса, это замечательно, восхитительно. Но это совсем не то, чего хочет Кастиэль. - Отлично, Кас, возьми мой член. Ты идеальная игрушка для меня, не так ли? Ты будешь делать все, что я скажу, тебе ведь нужно это. Тебе нужен я. Скажи мне, что ты хороший мальчик. - Да, Дин, да-да-а, я хороший мальчик. Я буду хорошим, только пожалуйста, я... - Кас? Шокированный голос Дина слышится сверху. Кастиэль закрывает глаза, чувствуя, как пылают щеки. Он выпускает член Дина изо рта и сворачивается в клубок, пряча голову в коленях. Может быть, если они не будут об этом говорить, то Дин забудет. В конце концов, Кастиэль до сих пор не может поверить, что Дин заметил его. Может быть, одержимость этой фантазией с момента полового созревания нереальна. - Кас? - повторяет Дин, и Кас стонет, потому что это реально. Новак прячет голову глубже в коленях, слыша звук молнии. Дин одевается. Что означает... он уходит. Это произошло. Дин знает, поэтому уходит. - Кас. Скажи мне, в чем дело. Есть что-то, о чем ты бы хотел поговорить? Или хотя бы попробовать... Кас по-прежнему молчит. Он не может найти нужных слов, чтобы исправить то, что он натворил. Все кончено. - Кас, скажи мне, - команда. Голос жесткий, требовательный, холодный как сталь. Несмотря на все смущение, член Кастиэля дергается от этих слов. - Я саб... - произносит он тихо. - Что? - Дин наклоняется ближе к парню, пытаясь услышать его. - Я... я думаю, что я саб. Люблю подчиняться. Мне нравится, когда надо мной доминируют. - ...и ты хочешь, чтобы я делал это? Когда мы трахаемся? - Все хорошо, Дин. Я ухожу, - Кас встает так быстро, насколько это возможно. Он пытается найти свою футболку, лишь бы не смотреть на Дина, лишь бы не увидеть отвращения на его лице. Все, что ему нужно, так это быстрее вернуться в свою спальню. К черту рубашку. Он просто наденет плащ, никто не узнает. Он просто должен уйти. Кастиэль доходит до двери и почти хватается за ручку, когда его останавливает голос. - Кастиэль, остановись прямо сейчас. И Кас ничего не может с собой поделать. Он останавливается. - Иди ко мне. Быстро, - голос Дина непоколебимый. Кас открывает глаза и поворачивается к нему, чтобы посмотреть в его лицо. Дин сидит на диване, поглаживая напряженный член сквозь джинсы. Зрелище заставляет Каса дрожать от возбуждения. - Разденься, - командует Дин, продолжая тереть выпуклость на штанах. - Дин, я... - Я сказал разденься, - кричит Дин, глаза потемнели от желания. Он знает, что Дин собирается сделать с ним. Член Каса вдруг становится сильно возбужденным, особенно, когда Дин так смотрит на него. Приказ есть приказ, Кастиэль расстегивает джинсы, и они падают у его ног. Он чувствует, что покажет Дину шоу, и он знает, что Винчестер оценит его тело. Он уже раздет по пояс, осталось только снять трусы. Нервно выдохнув, он снял их, оставаясь полностью голым и уязвимым. Видно, как ему тяжело, как сильно он хочет, и если бы он посмотрел на Дина, то увидел бы, как тот ухмыляется. - Иди сюда, - говорит Дин, маня его пальцем. Кастиэль повинуется и, спотыкаясь, подходит к нему. Дин проводит пальцем по бедру Кастиэля, и от этого у Новака по телу пробегает толпа мурашек. Кас ничего не может с собой поделать, он испускает удовлетворенный вздох. Когда палец добирается до внутренней стороны бедра, его глаза уже закрыты. - Ты говоришь, что был хорошим мальчиком... Но я не верю, что это правда. Хороший мальчик сказал бы мне, чего он хочет. Я не могу знать, о чем ты думаешь. Как я могу дать тебе то, чего ты хочешь, если ты мне не говоришь? Пальцы Дина касаются напряженного члена Каса, и это почти невыносимо. Это подарок. Дин хочет дать Касу то, чего он хочет. - Я сожалею, Дин. Я вел себя плохо. Я стану лучше. Обещаю. - Ты лучший, Кас. Я хочу, чтобы ты лег мне на колени. Вещи начинают меняться. - Дин... - Я сказал, на мои колени, Кас. Сделай это. Неуклюже двигаясь, Кастиэль ложится на его колени. Он знает, что ждет его дальше, поэтому приподнимает задницу. - Это будет твоим наказанием, Кас. Мммм, как насчет двадцати шлепков за то, что не сказал мне, и пятнадцати за то, что перестал отсасывать мне? - рука легко касается бледной кожи, словно давая обещание, что от этого Кас кончит. - Да, Дин. - Хороший мальчик, - и прежде, чем Кас успевает ответить, рука опускается на его ягодицы. Кастиэль кричит, но Дин продолжает шлепать его, не заботясь о криках. Эти шлепки очищают голову Кастиэля от ненужных мыслей, он чувствует себя живым. - Ты должен видеть себя прямо сейчас, Кас, - бормочет Дин между шлепками. - У твоих ягодиц такой красный цвет от моих ладоней. Красиво. Я собираюсь сделать эту задницу своей. Может быть, я буду шлепать твою провинившуюся задницу, когда буду трахать ее. Кастиэль не может ничего с собой поделать. Слова Дина, его шепот - все сводило с ума. Не выдержав, он кончает. Здесь жарко, и он перепачкан своей спермой. Безусловно, это самый сильный оргазм в его жизни. Дин продолжает шлепать его даже после того, как он кончил. Кас видит перед глазами разноцветные круги. Боль только усиливает удовольствие, которое разливается по всему телу. Дин рвано дышит, шлепая Кастиэля в последний раз и кончая себе в штаны, от звуков, которые издает Кас. Винчестер переворачивает его на спину, чтобы взглянуть ему в глаза. - Все... хорошо? - первый признак сомнения, и это почти разбивает Кастиэлю сердце. - Это было прекрасно, Дин. Спасибо. - Я не обидел тебя? Ну, или что-то в этом роде? - Не извиняйся. Я хотел этого. Если бы ты зашел далеко, я бы сказал тебе, - шепчет он. - Насколько далеко это может зайти, Кас? Я имею в виду... Я бы хотел большего. - Все, что оставляет метку - уже далеко зашло. И, кстати, мое стоп-слово - Erdős.* Дин улыбается, разряжая атмосферу царившую в комнате. - Однажды математик - всегда математик? - Ты слишком хорошо меня знаешь. *Erdős (Пал Эрдёш) - венгерский математик.