Не тот Макнейр

Снейп Если бы у Северуса спросили, что он чувствует к Макнейру, ответ наверняка всех озадачил бы. Ну о чем можно думать, глядя на громилу ростом в 6 футов 4 дюйма и весом добрых 17 стоунов?(1) Причем все — стальные мускулы? Уж точно вам не придет в голову слово «умиление». А Снейп именно это и чувствовал. Уолден ассоциировался с огромным, добродушным псом, позволяющим детям залезать в пасть и сидеть на голове. Причем Северус не обольщался. При необходимости, Макнейр открутит голову любому. Но небольшой круг «своих» мог однозначно на него положиться. И Уолден умел чувствовать людей. С тем же Малфоем, как выяснилось, у него имелся сложный контракт (подробностей которого никто посторонний не знал), а с самим Снейпом Макнейр предпочел просто договориться. Будто был внутренне убежден, что Северус его не предаст. Уолден был флегматичным, сдержанным, редко проявлял эмоции, и поэтому Снейпа слегка позабавила его реакция на Барти. Да и Краучу, похоже, такое восхищение скорее польстило. Хм... ну и почему бы не сделать доброе дело? Пока Барти снова в свою Швейцарию не вернулся? По крайней мере, Снейп может сказать, что сделал все, что в его силах. Барти Швейцария помогла. Не только потому, что там его талант и ум оценили по достоинству. И даже не потому, что он осознал, что его решение перевестись из Хогвартса было перспективным. Барти, наконец, перестал искать одобрения отца. И это принесло колоссальное облегчение. Все-таки, университетские психологи не зря ели свой хлеб. Сколько Барти себя помнил — он всегда пытался добиться отцовского внимания. Хоть какого-то. Но Барти-старший был слишком занят. И понадобилось несколько визитов к психологу, чтобы осознать свою зависимость и избавиться от нее. А также понять, что отец не всегда бывает прав. Осознать, что ты не получаешь должного одобрения не потому, что недостоин, а потому, что тот, кто должен его дать — эмоционально ущербен, было бесценно. И еще важнее было понять, что всё, что ты делаешь — ты делаешь только для себя. Потому, что так хочешь. Потому, что ты способен, достоин и умен. Барти понял, что расправился со своими комплексами, когда вернулся домой на лето после первого курса швейцарской Академии. Отец (в очередной раз) принял его великолепные оценки, как должное. Но переживать по этому поводу не хотелось. Хотелось только посочувствовать механизму, заключенному в человеческое тело, не способному даже к адекватной оценке мира. Надо было выбраться в Швейцарию, чтобы понять, что отец — это не глобальная величина. Что это лишь мелкий винтик в местной (и уж тем более в мировой) политике. И он вполне может быть неправ. И что самому Барти вполне хватает безмерной любви матери. Наверное, если бы не Северус, Барти не решился бы уехать за границу. Но если даже Снейп не видит в Хогвартсе перспектив, нужно срочно что-то менять! И Барти менял. А когда Северус попросил его попрактиковаться, помогая оформить маггловское имущество и заключив предварительный контракт сотрудничества, Крауч-младший просто не мог отказать. И это определенно была судьба. Поскольку именно тогда Барти опять встретил Макнейра. Крауч-младший готов был поставить старый ботинок против Тауэра, что Уолден его не помнит. Не обращали внимания старшекурсники на всякую малышню. Тем более, с другого факультета. Но самого Макнейра сложно было не заметить. Суровый шотландец в килте привлекал внимание. Стальные мускулы, идеальный пресс, умение владеть почти любым оружием... Было на что посмотреть. Что ж. Барти определенно мог констатировать, что с возрастом Уолден стал только лучше. Звериная грация, пронзительный взгляд, и весьма острый ум, как бы Север не шутил о пустых головах магов-боевиков. И, понятное дело, Барти не могла не польстить реакция Уолдена. Который чуть ли не слюни на него пускал. И даже, на какое-то время, потерял возможность нормально соображать. Похоже, Северус тоже это заметил. И решил как-то помочь. Ничем другим Барти просто не мог объяснить просьбу самому отнести документы Макнейру, чтобы тот подпись поставил. Наверняка, Северус сделал это специально. Он, конечно, говорил, что варит зелье, от которого не может оторваться, но чувствовался в этом какой-то подвох. Все-таки, у слизеринцев мозги заточены как-то по-особому. И из-за этого даже в обычных их действиях начинаешь подозревать второе, третье, а то и пятнадцатое дно. Однако, деваться было некуда. На документах действительно нужна была подпись Макнейра. Так что Барти отправился на Полигон, где проходили тренировки. Слава Мерлину, Уолден был не на задании. А когда он был не на задании — его только на Полигоне и можно было найти. Обстановка здесь была... та еще. Тренировались ликвидаторы проклятий, невыразимцы, авроры... ага, вот и Макнейр. Гоняет парней в красных мантиях. Изображает из себя криминальную личность, которую надо захватить. Судя по тому, что Уолден рычит, используя славянский мат, авроры показывают недостаточно хорошие результаты. Барти подошел ближе и невольно залюбовался Уолденом. Обтягивающая маггловская футболка с полосами от пота обрисовывала мощный торс. А камуфляжные штаны, хоть и выглядели просторными, подчеркивали великолепную задницу. Темные волосы, стриженные по маггловски коротко, пронзительно серые глаза, жесткая линия губ, квадратный подбородок и играющие под кожей мускулы... Шикарный самец. Макнейр Даже и не знаю как отблагодарить Снейпа. Сам бы я ни за что не решился повторно встретиться с Барти. Ну... не сразу. Но парень моей мечты пришел ко мне сам! И тут уж я взял ситуацию в свои руки! Был готов ко всему, но... Барти улыбнулся, и согласился встретиться на Рождественских каникулах. И теперь мои мысли были заняты тем, как организовать нам праздник. Что подарить на Рождество Северу — я уже знал. У меня хранился флакончик с воспоминаниями о том, как я гоняю Поттера с Блэком. Самые нелепые и досадные для них моменты. Получилось реально смешно, даже для посторонних. Мародеры, кстати, оказались не безнадежны. Мозги, конечно, засраны по самое не балуйся, но воспитанию и дрессировке поддавались. Причем, что странно, Блэк больше. А я именно от него ждал проблем. В каноне он описывался буйным и несдержанным. Впрочем, гонял я ребят так, что ни на какие глупости у них сил просто не оставалось. И если первое время Поттер аппарировал к своей Эванс чуть ли не через день, на одном упрямстве, потом это стало происходить только в выходные. Однако как Поттер ни тренировался, он оставался середнячком. Ну, мирный аврор из него, пожалуй, выйдет, но не больше. Вот Сириус — да. Я уже начал готовить его к переходу в спецгруппу. Физическая подготовка и умение владеть оружием у него были не на таком высоком уровне, как у меня-Уолдена в его возрасте, зато магической мощи хватило бы на троих. И знания из родовой библиотеки никуда не делись. Правда, чтобы их вытащить, мне пришлось потрудиться. Выбесить Блэка до крайности. И вот тогда он показал класс! - Ну, наконец-то! - возрадовался я, ощупывая ребра, которыми чувствительно приложился после заклятья Сириуса. - Можешь же, когда хочешь! А чего сопли жевал? - Я не желал использовать темную магию своей семейки, - скривился Блэк. - Ты совсем придурок? Твоя жизнь будет зависеть от твоих боевых навыков. И не только твоя, но и твоих напарников. Просто представь, что не выпустив заклятье, ты станешь причиной того, что такое же заклятье со стороны противника прилетит, скажем, в Джеймса. Полагаешь, что глядя на его хладный труп, ты утешишься, что не использовал семейных заклятий? Сириуса отчетливо передернуло. Ага, проняло. Я на это и рассчитывал. Пусть подумает. А я тренировочную битву организую, чтоб наглядно продемонстрировать, что только светлыми заклятьями ограничиваться нельзя. Тем более, что у нас здесь царил оголтелый фанон. В смысле, между Поттером и Блэком явно были отношения. Даже интересно, знала ли об этом Эванс. Хотя... так ей и надо. Из-за Северуса я эту рыжую стерву на дух не выносил. Снейп же, дятел влюбленный, в очередной раз мириться к ней поперся. Типа, теперь он Подмастерье, и вообще крутой зельевар с перспективами. Однако Эванс обвинила его... в трусости. Дескать, сбежал от проблем, бросив школу. Как я понял, произносила она свою страстную речь с пафосом, с превосходством, с апломбом и поучительным тоном. Вот только Северус уже был неканонный. И такой наезд он не понял. Более того, к моей тайной радости, он, кажется, начал разочаровываться в своей школьной любви. Тем более, что теперь в его окружении были люди, которым он дорог и интересен. Которые ценят его и уважают. Ну и флаг в руки этой рыжей, не сумевшей оценить гения! Я знаю, как надежно отвлечь Северуса. Зелья. Как я выяснил, антиликантропного зелья еще не существует. И, похоже, прав был фанон, который обвинял Белби в том, что тот обокрал Снейпа, поделившегося с мэтром своими разработками. А мне это зелье очень даже не помешает. Поскольку я хочу привлечь еще и Люпина. Он, может, тряпка слабохарактерная и любитель пострадать на пустом месте, но у него однозначно есть мозги. А нам просто необходим кто-то, кто сможет работать с бумагами и не сбежит от ненормальных боевиков. Постоять за себя Люпин точно сможет. Усидчивость и упорство у него имеется. Дело за малым — уговорить начальство принять оборотня и уговорить Северуса изобрести зелье. Всего-то! (1)примерно 1.95 на 110 кг.