Кто такой Савада Тсунаёши?

4 марта — Япония, Намимори

      Наверное, Кимура Тэппей мог бы назвать этот день самым отвратительным за весь год. У него уже ну просто накипело. Чёрт его дёрнул пойти работать учителем в школу? Он же детей терпеть не мог.       И сегодня Кимура успел пожалеть об этом решении несколько раз. Для начала, он опоздал на первый урок. Хотя сам он предполагал, что учитель не опаздывает, а задерживается. Но это не имеет никакого значения в сравнении с тем, что класс, у которого он должен был вести урок, успел сбежать. Его не было всего семь или восемь минут, а детей уже и след простыл! Такой фокус ученики средней школы Намимори стали проворачивать после того, как идею им подал 2А-класс. Эти прохиндеи воспользовались тем, что Кимура опоздал на десять минут, и сбежали. После того, как остальные ученики школы узнали об этом, они стали действовать так же — стоит какому-нибудь преподавателю задержаться, они все убегают. И Тэппей был готов отдать руку на отсечение, что организовал это Бовино Ламбо. Его основная головная боль.       В обед к Кимуре пристал директор. Видите ли, бейсбольная команда, которую должен курировать Тэппей, уже давно не проходит даже первый тур соревнований. Да и чёрт бы с ней! Кому какая разница, первый это тур или второй, если звёзд бейсбола среди них нет со времён Ямамото Такеши? Кимура же не виноват, что в нынешней сборной все сплошь бесталантные идиоты с руками из одного места. Аппетит у Тэппея пропал совершенно, пришлось пить зелёный чай и давиться онигири.       После обеда у него был урок в ненавистном 2А-классе. Тригонометрия была совершенно не интересна этим детям, за исключением некоторых. Но больше всех остальных на математику клал всё тот же печально известный Бовино. Заслонившись учебником, он играл в телефон и совершенно не слушал лекцию. Пришлось сделать ему замечание, после чего этот балбес лишь лениво прикрыл один глаз и взглянул на учителя. А когда Кимура отобрал у него телефон, спросил:       — Сенсей, вы же знаете, что я всё равно напишу тест на 100, — вяло протянул он, а затем потянулся будто спросонья. — Почему вы так нервничаете?       — Не дерзи мне тут! — сразу вскинулся Тэппей. — Веди себя как подобает ученику. И что с твоей школьной формой? Чтобы я больше пятнистых рубашек не видел!       — А чего вы так кричите? — всё таким же незаинтересованным тоном продолжил подросток. — У вас же сосуды полопаются. И давление может подскочить.       После реплики наглого итальянского мальчишки со стороны других учеников послышались смешки. Кимура терпеть не мог того, как школьники объединяются против него. Хотя, возможно, он просто терпеть не мог школьников.       — Что ты себе позволяешь, щенок?! — преподаватель ощутил, как начали гореть уши. Верный признак того, что его вывели из себя. — Молоко еще на губах не обсохло, а всё туда же! Такой же балбес, каким был и родственничек. Савада тоже на уроках постоянно дурью маялся, если не прогуливал. Оба оболтусы!       — Это вы так говорите, потому что сами в жизни не реализовались? — метнул очередную острую реплику итальянец.       Кимура вновь заметил, как недовольно сверкнули глаза паршивца при упоминании Савады. Видимо, больная мозоль, раз он так на эту тему реагирует. Но подобного выпада в свою сторону он стерпеть не мог, поэтому громко изрёк:       — Выговор, Бовино! С записью в личное дело, — Кимура злобно сверкнул глазами. — И вечером жду вас вместе с родителями в учительской.       После чего продолжил урок.       Когда занятия закончились, Тэппей отчётливо осознал, как ему не хочется проводить ещё один вечер в стенах надоевшей школы. Но только при одной мысли о доставшем его наглеце Бовино эти мысли отходили на второе место. Уж очень сильно ему хотелось преподать урок шалопаю. Слишком уж он борзый какой-то, Кимуре такие не нравятся. Если другие ученики пытались умаслить ворчливого преподавателя или старались лишний раз не выделяться, то этому балбесу на всё было побоку. Все замечания от него отскакивали, как от стенки горох. И всё бы ничего, ведь уроки Бовино не срывал. Но Тэппея жутко бесил тот факт, что при всём своём пофигизме, Бовино хорошо сдавал тесты и предмет в принципе знал.       Но Кимура был уверен, что порода у него гнилая. Жил Бовино в доме семейства Савада, с детства за ним присматривала Нана. Видно, он приходился дальним родственником Никчёмному Тсуне, с которым сам Тэппей учился раньше в одном классе. Вот уж кто был знатным болваном! И если Бовино и умудрялся сдавать как-то тесты, то вот Савада их проваливал всегда. После школы он куда-то пропал. Но оно и не удивительно, видно, с его-то знаниями не смог поступить в университет, а возвращаться было слишком позорно. Да и кому он в Намимори нужен? Тут его все знают только в качестве бестолкового бездельника.       В те времена, когда Кимура думал, что в жизни он достиг не очень многого и работа у него дебильная, он вспоминал Никчёмного Тсуну, и на душе становилось как-то легче. Хоть кому-то было хуже, чем ему. А ещё Савада являлся единственной точкой, на которую Бовино реагировал. Мальчишка-итальянец всегда источал своим видом лишь лень, и только упоминание о Никчёмном Тсуне могло вызвать хоть какие-то его эмоции. Видимо, Савада действительно работает каким-нибудь дворником, раз даже его родственникам не нравилось, когда про него упоминают. Позорно, наверное.       В дверь учительской постучали, и Кимура спрятал в ящик стола пачку чипсов.       — Войдите, — откликнулся он.       Внутрь лениво вошёл Бовино и развалился на стуле, что стоял напротив учительского стола.       — Ну и? — изогнул бровь Кимура. — Почему один?       — Опекун занят, — привычно выдал Бовино. — А маман не смогла прийти, у неё много дел.       Тэппей хмыкнул. Чего еще можно было ожидать от этой семейки?       Но в дверь снова постучали.       — Войдите, кто там? — отозвался Кимура.       Дверь приоткрылась, и на пороге появился молодой мужчина в строгом чёрном костюме. Из-за того, что он стоял против света, Тэппей не смог его разглядеть. Зато Бовино человека узнал.       — Тсуна-нии? — удивился он. — Но что ты тут делаешь?       — Как «что»? Мама передала, что твоего опекуна ждут в школе, — ответил мужчина и вошёл внутрь. Его каштановые волосы были немного растрёпаны, а карие глаза бегло осмотрели присутствующих. После чего он присел на стул возле Ламбо.       — Это Савада Тсуни-нии, — представил Бовино. — Мой опекун.       — Нет нужды представлять нас, Ламбо, с Кимура-сенсеем мы учились в одном классе.       Тэппей несколько раз удивлённо моргнул. Это, что ли, правда, тот неудачник Савада? На дворника он что-то не похож: в костюме вон и с кожаным дипломатом. И действительно это был тот самый Тсунаёши, с которым он учился. Но всё же что-то в нём поменялось. И Кимуре совершенно не нравилось то, что он не мог определить, что именно изменилось в Саваде.       — Но ты же должен быть в Италии, — выдал Бовино. — Когда ты прилетел?       — Сегодня в обед. И, видимо, очень вовремя, — ответил Савада, а затем повернулся к Кимуре. — У Ламбо начала ухудшаться успеваемость? Почему меня вызвали?       Потребовалось некоторое время, чтобы Тэппей обрёл дар речи. Он ожидал, что придёт Савада Нана, а тут Тсунаёши, которого он не видел со времён школьной скамьи. Да и выглядит бывший одноклассник и ведёт себя так, как он совершенно не ожидал. Разве дворники носят бронзовые заколки на галстуке? У Кимуры такой никогда не было, а хотелось бы.       — Кхм… Нет, с отметками у него всё в порядке, — наконец ответил преподаватель. — Всё дело в его поведении. Он ведёт себя просто отвратительно. Сегодня он половину урока просидел в телефоне. А после того, как я сделал ему замечание, он нахамил мне.       — Это правда, Ламбо? — спросил у подростка Савада, немного нахмурившись. — В чём дело?       — Я просто уже знаю эту тему. Мне объяснил её Гокудера-ши, когда мы занимались в прошлый раз, — развёл руками мальчишка.       — Это хорошо, что ты знаешь предмет и учишься в свободное время, — ответил опекун. — Но это не значит, что ты должен отвлекаться во время занятий. Какое первое правило, которое мы с тобой обсуждали? «Никакого телефона», — произнесли оба хором. Кимура с удивлением отметил, что Савада отлично ладит с наглецом. — Вот именно. Надеюсь, мы в последний раз затронули эту тему. А почему ты нагрубил сенсею?       — Он ко мне постоянно цепляется. Придирается из-за всякой фигни, — как на духу выдал Бовино. — А ещё вспоминает про тебя, Тсуна-нии, и говорит всякие гадости.       — Что? — подал голос Кимура. Вопреки ожиданиям, Савада с виду был не уборщик, а вполне себе солидный человек. Если пойдет с жалобой к директору или напишет претензию, то будет скандал. А премию терять совершенно не хотелось. — Ты, видно, не так меня понял, Ламбо-кун! Я имел в виду совсем другое.       Бовино фыркнул. Но слово вновь перехватил его опекун.       — Ламбо, послушай, давай договоримся, что ты будешь вести себя на уроках, как положено воспитанному ученику, хорошо? Я же тебе доверяю, — последняя фраза как-то уж сильно подействовала на подростка. Тот пристыжено опустил взгляд в пол. Было видно, что он совершенно искренне расстроился из-за того, что Саваде приходится говорить такие вещи. Как у Тсунаёши вообще получается воздействовать на такого проблемного подростка? Тем временем Савада повернулся к Тэппею. — Кимура-сенсей, давайте с вами тоже договоримся. Если у вас возникнут какие-то сложности с Ламбо, то решайте их непосредственно со мной, — он достал из внутреннего кармана пиджака визитку и протянул преподавателю. Кимура прочёл на ней «Савада Тсунаёши — Совет бдительности». Дальше следовал номер телефона. Что это такое, и чем он, собственно, занимается? Тем временем Савада продолжил: — Можете звонить в любое время.       Видимо, Кимура производил впечатление человека, который не может сам справиться с подростком. Стало как-то неприятно. Захотелось, чтобы эти двое поскорее покинули учительскую. Словно прочитав его мысли, Бовино изрёк:       — Всё, идём? — получив кивок от Савады, подросток достаточно вежливо попрощался с учителем и вышел.       Тсунаёши поднялся следом, но немного задержался.       — Вам нравится ваша работа? — обернувшись, спросил он. Кимуре показалось, что это угроза, и он спешно вскинул взгляд на стоящего перед столом Саваду. Но тот смотрел на него вполне миролюбиво и спокойно. Видимо, решив, что Тэппей не понял его вопрос, он продолжил. — Мы проводим на работе очень много времени. Если она не нравится, то приходится довольно сложно.       Это уж точно. Кимура хмыкнул и поёрзал в кресле.       — Временами мне кажется, что бывает работа и лучше. А кто по профессии вы… Савада-сан?       Тсунаёши на мгновение задумался.       — Специалист широкого профиля, — с улыбкой ответил он.       — Йо, Тсуна, — в открытую дверь заглянул высокий темноволосый мужчина. Присмотревшись к нему, Кимура узнал в нём бывшего капитана бейсбольного клуба, Ямамото Такеши. — Нам пора ехать, не то опоздаем.       — Конечно, — отозвался Савада. — Кимура-сенсей, рад был вас увидеть. Пожалуйста, если возникнут проблемы с Ламбо, лучше сразу звоните мне. Всего хорошего.       После чего оба вышли из кабинета. А Кимура так и продолжал глядеть через раскрытую дверь в пустой коридор. Он до сих пор не мог разобраться в собственных эмоциях, которые испытал после этой встречи. Наверное, он всё ещё пребывал немного в шоке. Видимо, это и объясняет то, что Тэппей только сейчас осознал, что на плече Ямамото висела катана в чехле.       Округлив глаза, Кимура обернулся к окну, чтобы разглядеть выходящих из школы бывших одноклассников. Но увидел только отъезжающую от ворот машину какой-то итальянской марки. Он вновь взглянул на зажатую в ладони визитку. «Совет бдительности», специалист широкого профиля — всё это было странно. Кто же всё-таки такой этот Савада Тсунаёши?