Лицо под маской

- Теперь ты знаешь всё. – Шизука забрала со стола чайник с уже остывшим чаем. – Заварю-ка я свежий. Зеро едва не выбил из рук чистокровной хрупкий предмет, но его руку успели перехватить. Парень поднял глаза на того, кто посмел помешать ему и встретился взглядом с такими же, как и у него, серо-сиреневыми глазами. Он поспешно выдернул свою руку из захвата, окатив Ичиру неприязненным взглядом. - Зеро, Шизука-сан… - начала было Юки, желая успокоить друга. - Не называй её так! Она не заслуживает никакого уважения! – воскликнул тот, но почти тут же кубарем полетел на пол, сбитый своим младшим братом. - Ичиру, остановись, - спокойный, но властный голос женщины заставил парня застыть с занесённой для следующего удара рукой. – Сядь. - Зеро, я понимаю твою боль и принимаю твою ненависть, ведь я тоже желала смерти твоих родителей. Зная всё, решать тебе: убьёшь ли ты меня или же позволишь помочь наказать тех, кто устроил тот ад. Я, как и ты, потеряла кого-то очень дорогого тогда и едва не совершила непростительный поступок, желая отомстить. - Всё ложь!! Не желаю ничего слышать! – Парень прожигал чистокровную яростным взглядом, прижимая руку к кровоточащей губе. - Зеро! – Увидев скользнувшую по подбородку друга струйку крови, девушка подбежала к нему. – Давай я помогу, нужно остановить кровь. - Лучше это сделаю я. Ты ведь наследная Принцесса семьи Куран? Юки вздрогнула и вся сжалась, почувствовав опасность. - Откуда вы… - Аромат этой крови я не перепутаю ни с чем, - улыбнулась Шизука. – Но ты словно только недавно пробудилась… Как странно. Не бойся, я не причиню тебе зла; ни тебе, ни Зеро. – Взгляд женщины показался девушке таким добрым и уютным, что на мгновение ей показалось, будто перед ней стоит её мама. - Хотя кровь Куран очень сильная, даже она неспособна помешать процессу превращения твоего друга в категорию «Е». Это лишь на время замедлит его. Останься здесь с Ичиру, а ты, Зеро, пойдём со мной. Я слишком долго ждала этого момента, чтобы до конца выполнить то, что должна была сделать много лет назад. Ичиру порывался пойти вместе с Шизукой, но вновь властный взгляд заставил его оставаться на месте. Парень недружелюбно посмотрел на Юки, словно это именно она виновата во всех его бедах. Зеро поднялся с пола и на ватных, негнущихся ногах последовал за Хио. Он ничего не мог поделать, тело словно действовало само по себе, по собственной воле. В его глазах сверкали молнии, но они не могли причинить ни малейшего вреда той, которую он хотел уничтожить. - Юки ещё слишком неопытна, возможно, она не сможет сдержаться, вдыхая слишком долго запах крови, - произнесла женщина, опускаясь на один из разложенных на полу татами. – Подойди ко мне, мой мальчик. – Она провела острым, будто лезвие, ногтем по своей белоснежно-мраморной коже на запястье, выпустив на волю струйку крови. – Пей, освободись наконец от преследовавшего тебя все эти годы проклятья. Борясь с собой изо всех сил, стараясь сбросить с себя оковы той, что обратила его когда-то и обрекла на вечные страдания, Зеро сопротивлялся, сколько мог, но в конец концов ему пришлось сдаться – силы были неравны. С каждой впитываемой в себя каплей крови, он возвращал себе воспоминания о той ночи, с каждым глотком он возвращался в те мгновения, о которых предпочёл бы не вспоминать. Все позабытые фрагменты памяти сложились из разрозненной мозаики в целостную картинку. Хио не солгала. Зеро будто увидел её глазами всё то, что произошло десять лет назад. - Вот теперь я спокойна, - улыбнулась Шизука, погладив словно превратившегося в каменную статую самому себе парня по серебристым волосам. – Твой истинный враг – Ридо Куран, это он повинен в гибели твоих родителей, это из-за него вы лишились своей семьи, это он отдал приказ уничтожать всех, из-за него и Юки с братом стали сиротами. - Юки..? … с братом..? – на автомате, будто в полусне, повторил за ней Зеро. – Так он не солгал, и Юки, правда, чистокровная?.. - А ты разве этого не почувствовал? Хотя вполне возможно, что в тебе говорили твои чувства, ты закрыл глаза на то, что не желал видеть, спрятавшись от реальности и создав для себя иную действительность. - Ичиру?! - Успокойся, твой брат всё ещё человек. Он умолял меня обратить его, но я отказалась. Мне достаточно, что на моей совести лежит твоё обращение. Вижу, ты растерян. Тебе понадобится время, чтобы всё осознать и принять вещи такими, какие они есть. А теперь иди, не заставляй девушку ждать тебя. - Зеро! – Юки бросилась к другу, стоило тому вернуться на кухню. – С тобой всё хорошо? - Шизука-сама! – Ичиру устремил обеспокоенный взгляд на женщину. - Ичиру, собирайся, мы отправляемся в город. Парень перевёл недоверчивый взгляд со своей опекунши на брата. Он знал, что рано или поздно им придётся покинуть это мирное место; знал, но надеялся, что это время никогда не наступит, и их счастливая совместная жизнь будет продолжаться вечно. ***** - Убийца!.. – прошипел очередной, натравленный на Наследника Куран, вампир, прежде чем он был развеян всего лишь лёгким взмахом руки Канаме. Кажется, этим жаждущим его смерти низкородным вампирам нет числа. Сколько не убивай их, они лишь прибывают, и с каждым разом становятся всё кровожаднее. Молодой человек не мог не заметить, что аристократы с каждым днём становятся всё увереннее, будто чувствуют чью-то поддержку и надеются на кого-то. «Я ждал этого слишком долго… Пришло время встретиться лицом к лицу с кукловодом». - Канаме! - Кросс-сан? Зачем вы здесь? – Как ни старался Канаме превратить своё сердце в кусок льда, но всё же оно дрогнуло, стоило ему неожиданно увидеть приёмного отца той, о ком он запрещал себе даже думать. - Нет-нет, не волнуйся, с Юки всё в порядке, - поспешил успокоить Кайен, прочтя в глазах парня немой вопрос. – Думаю, тебе не помешает помощь. Я больше не могу закрывать глаза на творящееся вокруг. В конец концов мои ученики тоже окажутся в большой опасности, если беспорядки не прекратятся. - Кого я вижу! – Появления того, чей голос прозвучал среди неожиданно смолкнувшего гвалта, не ожидал никто. Бывший охотник подозревал что-то, но у него не было доказательств, впрочем, как их нет и сейчас – вряд ли вампиры смогут свидетельствовать против вышедшего из тени человека, перед кем расступились нестройные, но плотные ряды представителей этой расы.