Красный бархат

Вернувшись в свои покои, юноша долго ворочался и не мог уснуть. Кровать была куда больше и мягче, чем та, что в его доме, простыни свежее, комната просторнее, но всё было не тем, не домашним, не уютным, не родным. Морфей соизволил забрать парня в своё царство лишь под утро в беспокойный сон, что был прерван внезапно распахнувшимся от ветра окном. Солнце уже было высоко над горизонтом и лениво раскидывало свои яркие октябрьские лучи, которые давали совсем немного тепла, но не давали ощущению лета смениться на тусклую дождливую осень. Выглянувшего из окна юношу встретила картина маслом: правитель рядом с экипажем, запряженным тройкой лошадей и небольшим количеством охраны, собирается покинуть замок, в каких целях и надолго ли ему, увы, неизвестно, но если попробовать аккуратно узнать это у Сокджина, не давая повода для подозрений, может ему удастся... сбежать? Хотя, даже имея эту информацию, останется уйма нерешённых вопросов: есть ли вообще у парня возможность выйти из замка? Как открыть главные ворота? Как пробраться через них незамеченным?. Но, если король покинет стены замка, парню уже будет спокойнее. Мысли наконец-то выстроятся в логическую цепочку, не опасаясь быть прерванными приглашением в покои, для ублажения Его Величества. Только спокойствие Гука было недолгим, ведь дверь его комнаты бесцеремонно открыли без всякого стука, и в комнату буквально залетел он. Парень, что вчера ночью прервал происходящее в королевской спальне. — Ну, здравствуй, Чонгуки, — в голосе определенно чувствуется наигранность, и сам парень это знает. Чон понятия не имеет, чем он мог насолить ему, но в какой-то степени был даже благодарен этому юноше, если бы не те обидные слова, что слетели с его уст. По сути дела, он ведь был прав, но слышать это в презрительном тоне было очень неприятно. Будто он сам находится здесь не на таких же условиях. Парень вальяжной походкой дошел до мягкого (на вид) кресла, с бархатной обивкой цвета кофе, и уселся на него, сложив ногу на ногу, при этом держа осанку и вновь оценивающе посмотрев на юношу. Чон слегка смутился, но сам не смог оторвать восхищённого взгляда: аккуратные черты лица и миниатюрная фигура так хорошо сочетались с его манерами, будто каждое его движение, каждый взгляд были отточены, отработаны по миллиону раз, чтобы быть таким идеальным, коим и является. — Мы неправильно начали наше знакомство, — подал голос парень, — Пак Чимин. Я также наложник Его Величества, но, в отличие от тебя, являюсь его фаворитом, — горделиво представился он. Чону дико − он всерьёз гордиться своим положением? Это то, чем нужно хвастаться? Значит, он такой же ненормальный, как и король. Но зачем ему тогда Чонгук? — Вы правда гордитесь этим? — его мысли уже не помещаются в голове, и он озвучивает их вслух. Вопрос застал врасплох Пака, они смотрят друг на друга, не понимая другого. — А, по-твоему, это не то, чем можно гордиться? — теперь очередь Гука впадать в ступор. Парень не может переварить эту информацию, но второй уже продолжает, — Слушай меня внимательно, милый. Не ты здесь первый и не ты последний. Уйдешь ты, придет десятка других. Можешь не на что не рассчитывать — я здесь единственный любимый Его Величества, вы же − просто проходящие пассии. Прошу прощения за излишнюю прямоту, но уж лучше так, чем разбивать тебе сердце пустыми обещаниями и надеждами. И тут Чонгука осеняет: если этот парень находится здесь уже долго, значит, его знают все, как и он остальных. Вот она помощь! Чимин уж точно не рад его прибытию в наложниках. Это может сыграть ему на руку: — Послушайте, я ни на что не претендую и ни о чем не мечтаю, кроме того как выбраться отсюда. Вам ведь не нравится, что я здесь нахожусь? Помогите мне бежать, пожалуйста, — взмолился младший. Чимин был немного шокирован и сгоряча хотел отказать в сей просьбе, но... По правде говоря, этот парень ему не нужен, хоть Пак и припугнул юношу, но сам боится не меньше, ведь если правитель взял его в свои любовники, значит он что-то в нём нашел. Ежели все так обернулось, то почему бы и нет? Чимин согласился.

Flashback

— Меня не будет двое суток. Надеюсь, не будет проблематично руководить в моё отсутствие? — Нет, Ваше Величество, — ответил высокий мужчина, слегка поклонившись, — Я обеспечу полный контроль во время вашего отъезда. — Хорошо, — кивнул правитель, — Что у нас северными землями? Моё войско одержало победу? — Да, Ваше Величество, — подтвердил молодой человек, — Территории короля Минхёка теперь ваши владения. Пленники уже находятся в темнице, господин. Корона бывшего правителя — ваш трофей. — Это хорошие вести,— поправляя мантию, отвечает Тэхен, — Благодарю тебя, Намджун. Надеюсь на твою верность и ответственность. Советник, а также правая рука короля, провожает его низким поклоном, после чего второй скрывается за дверью, торопясь в дальнюю дорогу.

End of flashback.

После разговора с новеньким наложником, Чимин пошел провожать правителя в приподнятом настроении. Мысль о том, что можно избавиться от занозы в лице Чонгука, была дня него отрадой. План побега не заставил себя долго ждать, и по такому случаю, юноша устроил мозговой штурм и создал самый возможный способ. Снова и снова прокручивая намеченные им пункты, парень невольно улыбнулся, что не увернулось от короля. Тэхён расценил такое прощание как смиренность Пака, а значит, он может быть спокоен во время своей поездки. Он и представить себе не мог, что будет ждать его по возвращению, − думал наложник. А самое замечательное для парня было то, что казалось, будто его руки в этом деле не было.

***

Чонгук сидит в своей комнате в предвкушении. Он смотрит из окна, как его сообщник обнимает правителя в знак прощания, но... что-то не так, будто что-то не на месте, какая-то невидимая нить тянет его спуститься туда же, но парень включает голову и начинает трезво мыслить. Только откуда это непонятное чувство? Что за противная невидимая нить? Как бы её разорвать? А надо ли вообще? Вот и ещё одна глупая мысль. Конечно надо, но вот почему что-то не так? Парень мотает головой. Сегодня всё закончится и на этом точка. Каждая минута ожидания тянулась муторно и долго. Чон уже стал представлять, что его ждет, если всё раскроется. Этого нельзя никак допустить. Но, самое главное было придумать, куда идти после побега. Вернуться в семью нельзя, там его точно найдут и одному богу известно, что случится потом. Подвергать опасности друзей тоже не хочется, им, скорее всего, тоже перепадёт, если они станут его укрывать. Остается только одно — бежать. Как можно дальше и «залечь на дно» на первое время, пока в городе всё не уложится. Надолго ли − неизвестно. А может, его и вовсе не будут искать? Сдалось королю поднимать столько возни ради одного Чонгука? Скорее всего, нет. За своими размышлениями почти-не-наложник потерял счёт времени. За пятнадцать минут до полудня, как и было обговорено, пришел Чимин. Пак не просвятил его в свой план, но уверил, что всё пройдет лучшим образом. Чонгук бы не поверил и попротестовал, только выбора у него не остаётся, кроме как следовать указаниям старшего. На его плече оказалась сумка, из которой он достал... военную форму? — Держи, — всучил он одеяние парню, — и поторопись, времени не так уж много. Чонгук кивнул в ответ, и, отвернувшись, стал переодеваться. Он спиной чувствовал прикованный к себе взгляд. «Еще немного и дырку проделает» — пробубнил он. Пак либо не услышал, либо сделал вид, но продолжил откровенно пялиться на юношескую мускулистую спину, плечи, и руки. Да, Чимин определенно переборщил с оскорблением в адрес его фигуры. Закончив, он повернулся лицом к собеседнику, показывая всем своим видом вопрос о дальнейших действиях. Фаворит короля нехотя перевел взгляд от тела юноши, но быстро взяв себя в руки, подошел поправить его одежды. Между парнями осталось расстояние всего в несколько сантиметров. Выровнявшись, они смотрели друг другу в глаза, и Чонгук готов поклясться, что Пак специально слишком соблазнительно облизнул свои пухлые губы. По-хорошему, Пак должен был бы убрать руки от младшего, которые зависли на его теле лишние пару секунд, но они продолжают лежать на его талии еще с полминуты, а затем Чимин резко тронулся с места, жестом показав до сих пор стоявшему в трансе парню, следовать за ним. — Слушай и запоминай: сейчас я провожу тебя до первого этажа, а дальше пойдешь сам. После лестницы — прямо, до конца коридора, а затем налево. Там ты упрёшься в большую дверь − это выход из замка. Через главные ворота не ходи. Сейчас придет другая смена, притворись солдатом и иди за ними до выхода, к задним воротам для прислуги. — объяснял он попутно. Очередной поворот и последняя лестница, а там уже свобода! Вот уже они заворачивают, как вдруг Чонгук видит знакомую фигуру. Вот черт! Это Сокджин, и он движется на встречу. Парень опускает голову, пряча глаза за челкой, и натягивает головной убор. Бросая быстрое: «Прощай, хён» Чимину, он ускоряет шаг, пролетая мимо лекаря, надеясь, что Пак его прикроет и Джин его не узнает. Чимин понимает это и отвлекает знахаря от проходящего мимо него парня, своим слишком резким: — Привет, Сокджин! Я как раз тебя искал, — затягивает старшего в беседу, уводя в другую сторону. Лжесолдат шёл не оглядываясь, пока деревянная дверь не закрылась, оставив стены замка позади. До свободы уже рукой подать, но что дальше? Вопрос, оставленный на потом, уже совсем сейчас надо решать. Пойти к родным или друзьям будет весьма опрометчиво: найти его там не составит труда, к тому же, они будут обречены на казнь, как и он сам. Прокручивая в голове всевозможные варианты, парень и сам не заметил как оказался за воротами. В конечном итоге, Чон пришел к такому выводу: надо выйти в лес, а там через границу пересечь территорию королевства, оставив позади всё произошедшее лишним грузом с плеч. За территорией страны власть короля не распространяется, следовательно, там ему ничего не грозит. Оглядываясь назад с каждым шагом, он ускорял темп. Под ногами шелестела опавшая листва, деревья сгущались, ведя причудливой тропой в непроглядную гущу многовековых стволов с пышной «шапкой» багровеющей листвы. Парень реагировал на каждый звук и шорох, боясь быть найденным, и в конечном итоге, сорвался на бег.

***

Правитель сидел, подперев думную голову рукой, глядя на сгущающиеся массивные тучи на сером небе из окна своего транспорта, предвещающие грозу. Они словно дым опутывали муть небосвода, не оставляя солнечным лучам никакого шанса пробиться сквозь смок, от чего становилось темнее с каждой минутой. Непогода напоминала королю свои собственные мысли: угнетающие, не дающие покоя. Государственные дела, в частности эта поездка — тяжёлое пасмурное небо, а мысли о новом наложнике — тучи, что мешают вразумительно мыслить о самом главном — государстве. Своим расфокусированным взглядом он смотрел будто сквозь небосклон, прокручивая в голове цели поездки, но выходило плохо, потому что снова мысли о пришествии в замке мешали сосредоточиться. — Может, я был слишком жесток? — неожиданно для самого себя, озвучил он свою мысль. — Простите, ваше Величество? — переспросил начальник охраны, что обеспечивал безопасность короля, да и всего королевства тоже. — Нет... просто задумался. — отвёл взгляд Тэхён, а затем продолжил, — Юнги? — позвал он подданного. — Да, господин Ким? — Найди мне семью Чон. Они занимаются рукоделием в нижнем поселке. Разузнай о них как можно больше. — Будет сделано, господин. Карета двигалась по извилистой тропе в течении двух часов, пока, как и предвещал король, не начался ливень небывалых для этого времени года масштабов. Капли с силой бились об крышу, грозясь проткнуть её, создавая невозможно громкий гул, а колеса стали тяжелее крутиться по быстро размокшей почве. Понимая, что продолжать путь будет бесполезно, и они лишь зря потратят время и силы, промокнув окончательно, пришлось развернуться. Вернуться в замок будет быстрее и безопаснее, чем доехать до назначенного пункта.

***

Перебежками добравшись до чащи леса, Чонгук почувствовал, как его одежда и волосы стали весьма стремительно намокать. Похоже, удача была не на его стороне (который раз), потому что началась гроза. Попытка спрятаться под массивным деревом не увенчалась успехом, оставляя юношу промокшим до нитки. Он прислонился спиной к стволу, слегка ударившись головой, и скатился вниз, садясь на сырую землю. За что ему всё это? Кажется, что все мироздание настроено против него. Парень обнял ноги и опустил голову на колени, в попытке спрятаться от всего мира. Рассуждая логически, он пришел к выводу, что тут ему оставаться нельзя, он просто замёрзнет и умрет прямо здесь под деревом, и тогда к чему он вообще всё это затеял? Такой исход не устраивал от слова совсем, поэтому нужно найти другое решение, − твердо решил он. «Думай, Чонгук, думай» — подгонял он сам себя. Только вот эти звуки вокруг действовали на нервы: капли дождя с силой стучащие по листьям, цоканья копыт, хлюпанье ног по лужам, отдаленные голоса... Стоп... Голоса? «Точно», — дал себе по лбу парень. Как он мог забыть, что где-то в этой местности проходят торговые пути! Нужно примкнуть к ним и добраться хоть куда-нибудь. Юноша встал и побежал на звук, настолько быстро, насколько это было возможно. Ноги вязли в глине, а обувь грозилась повязнуть в мокрой почве, оставив Чона босым. Деревья стали редеть и виднелась тропа, а по ней и правда шли купеческие повозки. Недолго раздумывая, он догнал последнюю и запрыгнул внутрь, сразу отключившись.