Милдрет и две разбойничьи шайки

Створки распахнулись, и я выпорхнула наружу. Вьюны растений заползали по мне, пытаясь прилепить к себе. Я заворошила руками и прорыла себе путь через дебри. Отчего-то хозяева дома не делали попыток привести этот садик в порядок. Возможно оттого, что он спрятался в углу позади их особняка и обнесся кирпичным забором, за которым жил бедняцкий проулок. Я была рада такому безразличию хозяев к своему участку. Придумать более удобный путь почтовой доставки мне вряд ли удалось бы. Я вздрогнула, и кустарники всполошились вместе со мной. Как плыть по воде, только меж листьев. Деревья в саду были древнее дома, где росли. Их ствол оказал мне надежную защиту. Из-за дальнего угла вышли двое - мадам Доурап и мистер Леван. Мадам чинно вышагивала, пока пекарь, вернее всего, описывал ей меню на сегодня. По коре перед моим носом, отдавал честь строй муравьев. Слова мадам доносились до меня строгим звоном, но без разбора. Мелкие ножки закрапили по косточкам моей руки. Мои ладони взмокли, портя конверт с письмом от влюбленной. Наконец, пекарь убедил мадам о чем-то, и они скрылись за тем же углом. Я прокралась до осыпающейся кладки и пролезла в нору под стеной. Снова тетя будет ругать меня за грязь на платье. Поднявшись с корточек, я отряхнулась, но пыль слишком крепко прилипла к парче. Женщина в залатанном чепце бросила в меня косой взгляд. Даже в этом обеспеченном районе встречались дороги прорытые бедными. Принадлежали они в основном слугам или их родственникам, или какими-нибудь брошенными своими хозяевами, но отказавшимися уходить. Я поторопилась к выходу из проулка. На главной улице широко, и у каждого свое дело. Дома тут стоят впритык друг к дружке, а мостовая дрожит под проезжающими кабинами. Я перебежала дорогу с конвертом в подмышке. У этого платья не имелось карманов, как у предыдущего. Оно было серым и недорогим, однако в отличие от остальных, сдобренных мне Артеа, оно было ни разу не ношенным, потому что тетушка сшила его лично для меня. Внутри неприятно кололо при мысли, что тетя огорчиться, когда увидит его в таком виде. Я шла вниз, пока не упрусь в высоченную белую стену, а потом вдоль нее, все дальше от домов богачей и просто обеспеченных людей. Белые и бежевые оттенки тускнели, и лепнины на домах уменьшалось, чем дальше я шла. Иногда я не понимала, почему Артеа так понравился этот безродный мальчик. Что особенного в обычном хулигане? Разве на такого можно положиться? Я давно с этой девчонкой, но она до сих пор заставляет меня удивляться своей безрассудности. По правую сторону выросла грядка зеленых домов. Так в неблагополучных районах отмечают жилища тех, кто научился уживаться с энергией. Хотя в скорости их заново перекрасят в серые, ведь те люди, что научились совладать с энергией недолго продолжают жизнь среднего класса. Они переезжают в такие особняки, от которых на версту пахнет силой. В одном из таких я прислуживаю вместе с тетей. Можно сказать, что я одновременно вижу все стороны жизни. Помогало бы мне это еще хоть в чем-то. Скажем, энергия поддалась бы мне или знание уличных законов сделало бы меня великим воином. Нет уж. Я просто наблюдатель. Жизнь по обе стороны вбила мне кучу неопределенности в голову, и все. Вообще-то, дома среднего класса выглядят вполне аккуратно. Пока какой-нибудь гнилой зуб не портит всю картину. Чем ближе к окраине, тем больше таких зубьев. Поговаривают, где-то за несколько километров от черты города стоит даже целое гнилостное поселение. Большие порции здравого смысла внутри меня заперли на сто замков любопытство проверить слух. Проржавевшие ворота и обугленную стену боковой части кирпичного дома я отметила за двадцать шагов до приближения. Луис, выгнув спину колесом, сидел на трубе ворот, делая глубокие затяжки. Этот дурак учился курить, потому что хотел, чтобы окружающие его считали более угрожающим. Когда я встала под его пляшущими ногами, он скривил рожицу в удивлении и прыгнул на землю. Мы с ним одногодки. Нам обоим по одиннадцать лет. Разница между нами единственно в том, что у него не было заботливых родных, а у меня была тетя. -Мила, - он распахнул руки, явно не для объятий. Просто так делали взрослые дяденьки на улицах, когда напьются и начинают выражать удивление. Вот Луис, за неимением достойного взрослого примера, и копировал этих недотеп. Парнишка очень медленно развивается. -Пропусти меня. -С новым письмом, ага? Главарь, ух, как ждет их. -Открой ворота, - раздражительно попросила я. -Прости, не могу. Коршун забрал ключи. У нас тут напряженная ситуация. -Так попроси его открыть. -У, - похоже, он что-то понял, - да, конечно, - мальчик подошел к двери и за тарабанил ногой по ржавчине, держа руки в помятых, но новых хлопчатобумажных штанах. О бандах судят в первую очередь по внешнему виду ее членов. Так что Эйтор обеспечивал свою шайку всяким необходимым продовольствием. Среди уличных шаек его занимала далеко не последнее место, и сам он имел известность. Значит ли это, что у Артеа не такой уж плохой вкус? Хах, отнюдь. Из железного проема вытаращилась темненькая головка пятнадцатилетнего мальчишки. -Коршун, Мила с письмецом. -Опять явилась? - густые брови угрюмо на меня воззрились. Я решила немного помолчать. Ну что за люди. Не в первый же раз прихожу. Дверь завизжала, и я прошла в освободившийся проход. -Ты не вовремя, - сказал Коршун, сопровождая в здание. - Главарь не в духе. Дельце одно все никак не провернется. -Может, письмо.. -Стой на воротах!- рявкнул Коршун Луису.- На кого ты их оставил?! На меня? Дальше мы пошли без Луиса. Когда в этом здании произошел пожар, отчего место запустело, глазастые воришки быстро взяли его своим пристанищем. Недалеко от центра и Законников, подальше от края, где бытуют настоящие, взрослые бандиты. Думаете, простому люду беспокоится за свою безопасность? Шайкам из таких подростков как Луис и Коршун, вот кому над действительно беспокоиться. В отличие от людей среднего и высшего класса, они - легкая добыча. Мало какая акула не воспользуется такой мишенью. У таких, как они даже имеется сильный покровитель. Тоже недалеко ушедший от их возраста, но отчего-то устрашающий для борзых взрослых. Лично я слышала о нем немного. В первую очередь потому, что не хотела. Потолок второго этажа свалился почти полностью, памяткой о нем на высоте трех метров проходила разорванная линия кладки. Сквозь двускатную крышу проникали струйки света. Основой освещения тут были окна с железными решетками. Это было самое настоящее оборонительное сооружение. Мне стало зябко и захотелось домой. В тот же миг захлопнулась дверь за мной и Коршуном, зло посмеявшись над моей слабостью. В центре на дырявом помосте стоял стул со спинкой, а на нем восседал главарь шайки- Эйтор, самозабвенно думая о чем-то. У него были рыжеватые бакенбарды, взлохмаченные волосы цвета коры взрослой березы, четкий контур губ и телосложение, какое бывает у тех, кто привык выживать в уличных драках. От себя добавлю, что он не глуп, но искрометным умом тоже не отличается. Его слава идет из его прошлой банды, где он работал правой рукой того самого покровителя всех не доросших банд. Все до сих пор удивляются, как это он покинул банду покровителя, откуда никто никогда не выходит живым. Сей факт настораживает многих его врагов, и награждает ореолом героя в глазах остальных. -Привет, письмо, - в таком окружении я всегда делалась очень краткой. Никаких предлогов, наречий, красивых слов, как правило, пользуясь одними существительными. Помимо Коршуна, Эйтора и меня, в помещении стояли еще человек пять его парней, исполняя роль личной охраны. Один из них спустился с помоста, чтобы забрать конверт из моих рук и передать его главарю. Мрачное лицо Эйтора разгладилось, и он прибавил освежающей веселости во время прочтения послания его любимой. Мне нравилось наблюдать за влюбленными людьми. Нормальные люди превращались в странные розовые тела, полные наивного счастья от чар этого эфемерного чувства. -Погоди несколько минут, - бросил он мне, складывая бережно письмо в конверт. Он их, наверное, всех хранит. Как и Артеа.- Я напишу ответы, передашь его ей. Эйтор встал со стула и прошел в комнатку позади своего воображаемого трона. Хлипкая деревянная дверь затворилась за ним с тупым стуком. Один из личной охраны Этора улыбнулся мне задорно и подмигнул. Его звали Роан. Ему исполнилось недавно тринадцать, он понял, что может нравиться девушкам из-за своих ямочек и активно этим пользовался. -Эй, Мила, ты же бываешь здесь чаще, чем любой из нас, когда ты присоединишься к нам? - голос у него был милым, но я себя не распускала до пируэтов вежливости и холодно ответила: -Никогда. -Да не злись ты, я же по-дружески. -Я не злюсь, - я не смотрела на него. -Мила, приходи... -Эй, вы, там! Грохнула дверь. Все мальчишки из охраны Эйтора враз спрыгнули с подмосток и очутились у входа. Я отошла в сторонку, оглушенная происходящим и не желающая быть задетой одной из реалей жизни шайки беспризорников. Какие-то парни за шкирку заволокли Луиса и бросили его тушку на пол. Луис застонал, медленно вставая. Он был не совсем цел. -Ты почему не запер ворота?- прошипел ему Коршун, то ли помогая встать, то ли, наоборот, пытаясь опрокинуть назад. -Ключ у тебяя. Коршун замолчал, не зная, на кого скинуть вину. Их перепалка перешла на второй план, внимание сгустилось на нарушителях границ. Парень в твидовой кепке набекрень и мышиной хлопковой рубашке вышел вперед, обозначая себя за главного среди явившихся. Он борзо вскинул острый мускулистый подбородок. Его команда поддержки глядела на шайку Эйто не менее нагло. Так словно, это их границы только что были нарушены. -Мы пришли за вашим главарем. Выдавайте его и наш господин будет к вам не очень беспощаден! -Вы на нашей территории! Проваливайте, - крикнул из-за задних рядов мелкий мальчуган. На его щеках размазалась грязь, он был чуть младше меня, и ниже. Его голос звучал слишком пискляво для подобных разборок. С таким его вряд ли начнут воспринимать серьезно. -Ваш главарь перешел дорогу нашему. Он ответит за это, - грозно молвил нарушитель в кепке. Я уже окрестила его Мышь. Коршун бойко растолкал ребят на своем пути и встал перед представителем врага. -Вас сюда не приглашали. Придете, когда босс время вам назначит. А щас на выход! Со стороны парни равно выглядели угрожающими и впечатляющими силой. Ребята из нарушителей все напряглись, кулаки их сжались, на челюстях проступили силуэты зубов. Энергия вокруг пару раз трескнула, возмущаясь выбросу негатива в нее. Предсказание драки повисло полной тучей над всеми нами. И тут внезапно вышло солнце. Дверца позади трона распахнулась. Эйтор стоял, придерживая одной рукой раму двери, в другой держа белоснежный листок бумаги. -Прекратите это. Коршун, пропусти гостей, - он двинулся к стулу, сворачивая на ходу бумагу. -За чем пожаловали? Я была уверенна- Эйто на самом деле знает причину. Но на переговорах все любят играть, прибавляя ситуации остроты и ощущения перекрестной охоты. Когда кабан и охотник одинаково стремятся настигнуть друг друга. Приходиться то прятаться, то юлить, изредка выходя на прямой контакт, чтобы не потерять цель из виду. Нарушители прошли вперед. Подойдя к подмосткам они о чем-то зашушукались, и слово снова взял Мышь. -Ты нарушил границы нашей банды. Сегодня мы даем тебе шанс убрать оттуда своих людей. Немедленно. Иначе..., - он выдержал эффектную паузу,- плохо будет и тебе и твоим ребятам, -Мышь говорил словно выступал в театре; играя на публику, делая движения преувеличенными и явно выделяя каждую эмоцию. -На той территории предостаточно места для двоих. ПодЕлитесь,- броское спокойствие главаря действовало успокаивающе. -Не поделимся, - прижимисто прохрипел бугай рядом с Мышью. Последний приструнил его взглядом, а затем развернулся к Эйто, и почудилось, словно он намеревался сделать пируэт. -Эта территория - собственность нашего господина, а не какое-нибудь поверхностное владеньице. Убирайтесь или пожинайте плоды. Мышь имел ввиду, что все подростковые банды всегда занимают земли, которые уже кому-то принадлежат. Их не сгоняют, потому что взрослые банды не воспринимают всерьез, а мирные граждане просто притворяются слепыми. Единственный главарь, имевший настоящую собственную землю был покровитель всех шаек. Босс нарушителей. Я не понимала, какая из глупых частей мозга Эйто решила потягаться с Сорвиголовой. Эйтор выглядел уверенным и страх ни на грамм не пленил его. -Я предлагаю вашему боссу заключить сделку. На взаимовыгодных условиях. Назначим встречу, - он вытянул вперед ноги и по-хозяйски облокотился на ручку стула. Та протяжно застонала. -Нам сделок не надо. Территория наша. И ты запамятовал о дани, - плевался Мышь словами, взяв новый тип роли. Это теперь были не угрожающие расшаркивания, а наступающая грубость. -Мне все равно на ваши угрозы. Отправляйтесь к Сорвиголове и сообщите о сделке,- Эйто тоже использовал переговорные манипуляции, отвечая на грубость злостью. Его тонкие брови метнулись в разлет как у совы. Он дернулся на стуле вперед. Намек на запугивание. -Пос-с-смотрим. Босс не обрадуется. Хочешь головы потерять? Он обеспечит. -Решили, -хлопнул Эйто по ручкам стула. - Можете проваливать и в точности описать наш с вами разговор Сорвиголове. -Опишем, опишем. Да только без дани не уйдем никуда. Думаешь, ты особенный? Ты забыл, кажется, что все еще под нашим боссом ходишь. Охрана Эйто напряглась враз. Еще бы. В следующий раз они с вожаком могут встретится уже по вражескую сторону. Дань-то из людей. В наше время никто не хочет иметь дело с бумажками, так как это стало не выгодно после появления энергии. Впервые за все переговоры главарь шайки напрягся. Он вдохнул полные легкие воздух, да так и зажал его меж зубов. -Выбирайте из тех, что здесь. Троих. Не больше. Все согласно договору. Мышь растянулся в улыбке. Вернулись его вальяжные манеры. Переговоры подходили к концу, и нарушители уйдут не с пустыми руками. Он и двое из его людей, включая того бугая, прошлись перед ребятами, оценивая их как мадам Доурап ткани для новых платьев. Один из троицы толкнул длинного, тощего, но жилистого мальчугана тринадцати лет. Он отмахнулся от крепких рук и сам прошел в стаю нарушителей. Эйто ничего не сказал тому на прощанье. Да и что говорить. Люди преступного мира не обладают благородством; разве что притворятся. Бугай ткнул пальцем в Роана. -Этот, -пробасил он. Милое личико Роана побледнело, и он медленно сошел с подмосток, присоединяясь к новым братьям по несчастью. Мальчик поднял на меня взгляд из подполья и губами нарисовал слово "пока". Я кивнула ему, чувствуя комок в горле. Среди всех ребят Эйто Роан нравился мне больше всех. Несмотря на окружающий его мир, он сохранил свою добрую натуру, и ожесточился не так сильно, как другие. Мы больше не увидимся. Мышь выбирал дольше всех, артистично хмыкая. Но у меня появилось ощущение, будто он уже выбрал, просто тянет лямку. Он уже закончил обходить новеньких, успев сделать два круга и снова занял место перед троном Эйто. Его короткий указательный палец совершил бросок в сторону. Мимо всех парней Эйто. Я не сразу поняла в чем дело, а потом одеревенела. Эйто бросил на меня хмурый взгляд. -Невозможно. Она не из наших. -Но она здесь, а значит я могу... -Другого. Выбирай. Она переносит мне письма, но не входит в мою шайку. Мышь посмотрел на меня, сканируя, прищурив глаза. -Ла-а-дно. Тебе же лучше, если это правда. Выясниться, что ты обманул, заплатишь еще и за это. Вон тот. Когда дань была отобрана, нарушители двинулись к выходу, и грозовая туча покинула здание вместе с ними. Я ощутила легкий воздух вокруг себя, и то как расслабилась энергия. Она не станет наказывать нас за перепалку. Предугадать ее настроение способны лишь эмпаты и обладатели. При том, что вторые могли делать с энергии практически все: от высекания из нее искр до землетрясения. А среди нас не имелось даже сожителей. Одни незнайки. -Милдрет, - окликнул меня главарь шайки, твердо ставя последний слог. - Письмо. Твоя госпожа ждет. - Ко мне протянулась белесая рука парня.