Watchdog

Ещё днем я выразил мнение, что это не самая удачная идея. Я не хотел ехать, но знал, что они поедут со мной или без меня. Именно поэтому я должен был поехать. Поехать, чтобы вовремя остановить их, не позволив совершить ошибку. Ребекка подъехала к моему дому и просигналила три раза. Я, накинув куртку и прихватив с собой рюкзак, галопом промчался по лестнице на первый этаж, а затем выскользнул через приоткрытую дверь. - Кейси, недолго! - крикнула мне вдогонку мама. Я слышал её, но не ответил. Мысли были заняты совсем другим. - А вот и наш пай-мальчик, - рассмеялась Ребекка. - Заглохни, - проворчал я. Едва мы завернули за угол, я потянулся к бардачку и выудил из него пачку сигарет. - Эй! - Ребекка раздражённо стукнула меня по руке, но я проигнорировал её выпад. - Это отцовские! Свои купи! Сколько раз я говорила? Ещё когда я забрался в салон, ощутил стойкий запах курева. - Сама-то! - буркнул я, поджигая сигарету. С удовольствием затянувшись, я швырнул пачку на панель управления и откинулся на спинку сиденья. У меня дико дрожали руки, но я старался это скрыть. Ребекка и остальные могли подумать, что я трушу. Хотя это не было так. У меня были причины для сильного волнения, но страх не входил в этот перечень. Я приспустил стекло и высунул руку с сигаретой наружу. Вторую руку спрятал между коленей. Машина вибрировала при езде, и моя дрожь могла вообще остаться незамеченной, но если бы я не предпринял хоть что-то, то дурацкий тремор мог с лёгкостью превратиться в паническую атаку. А вот этого мне как раз-таки больше всего и не хватало. Мы приехали ещё два квартала и остановились у дома Мэг. Ребекка с наслаждением надавила на клаксон. Мэг не появлялась минут пять, и Ребекка с раздраженным выражением на лице просигналила ещё раз, более требовательно. - Ну и где эта курица? Мэг выбежала во двор, запихивая руку в рукав куртки. - Я и с первого раза услышала! - проорала она. Поймать второй рукав у неё все никак не получалось, и лицо Мэг становилось все более злым. Она села на заднее сиденье, тут же содрала с себя куртку и со всей ненавистью швырнула её назад. - Она все ещё думает, что мне двенадцать! - прошипела Мэг. - Вечером будет холодно, - напомнил ей я. - Заглохни. Ребекка хрипло рассмеялась и закашлялась. Я выдохнул дым в окно и сказал: - Сигареты когда-нибудь доконают тебя. Она возмущённо уставилась на меня. - Серьёзно? Я посмотрел на свою сигарету, сделал ещё несколько жадных затяжек и выбросил её в окно. - Довольна? Ребекка ударила ладонями по рулю. - Просто, блять, счастлива! Мы проехали ещё несколько кварталов и остановились у подъездной дорожки Мейсона. Ребекка так же, как и в прошлые разы, смачно вдавила клаксон. Но сделала это только один раз, зато долго. Мейсон выглянул в окно, махнул рукой и выбросил во двор рюкзак. Я вышел, чтобы забрать его. Спустился Мейсон сразу, но до машины добраться ему не позволил отец. Он держал сына за ворот куртки и осыпал того смачными тумаками. Мейсон согнулся в три погибели, все же медленно ретируясь к машине. Мег открыла заднюю дверь. Мейсон с трудом протиснулся внутрь. - Опять вы, засранцы? - кричал отец Мейсона. Мы, не сговариваясь, все махнули ему рукой в знак приветствия и со всем слащавым дружелюбием, на какое оказались способны, сказали почти хором: - Здравствуйте, мистер Дауни. Его взгляд пробежался по всем нам и зафиксировался на приборной панели. Его и без того густые тяжёлые брови опустились ещё ниже, и казалось, будто они застилали обзор. Однако пачка сигарет не укрылась от этого жуткого ворчливого старика. Он хотел что-то сказать, но Ребекка уже поддала газа и отпустила сцепление. - До свидания, мистер Дауни, - мы помахали на прощание, натянув самые наглые улыбки, что имелись у нас в арсенале. Мейсон стукнул меня по плечу и кивнул на приборную панель. Я передал ему пачку. Ребекка проводила мои действия свирепым взглядом. - Думаете, он заметил? - Определенно, - сказали мы с Мэг одновременно. - Кейс, у тебя заначка есть? Я кивнул. - Возместишь. Я отвернулся и уставился в окно. У нас был уговор. Что бы это ни было - сигареты или выпивка - если мы брали что-то у родителей друг друга, то обязаны были возместить, чтобы не спалиться. - Что будешь делать, если он расскажет? - А что он расскажет? - непринужденно ответила Ребекка. - Что в машине пачка лежала? Так это отцовская машина. И его сигареты. Мейсон рассмеялся. Он даже не опускал стекло, курил в салоне. Ребекка недовольно косилась на него через зеркало заднего вида, но молчала. - Как думаете, это правда? - спросила Мэг. - Что правда? - поинтересовался я. - Что они превращаются в волков. У меня огромный твёрдый ком застрял в глотке. Ребекка мазнула по мне взглядом и снова уставилась на дорогу. - Чушь собачья, - прошипел я. - Говорят, они могут превращаться в разных животных и даже в птиц. Мейсон подавился дымом и закашлялся. - Ну, они-то, возможно, и верят в это, - хрипло голосом сказал он. - Накурятся всякой шняги, а потом "Я был птицей ", "Я был волком". От интонации Мейсона у меня заскрежетали зубы. Ребекка пихнула меня ногой. Я выстрелил в неё молниями из глаз и отвернулся. Мейсон был тем ещё торчком, и уж кому, как ни ему, знать обо всей этой фигне не понаслышке? Но на сей раз Мейсон не был прав. Меня бесила вся эта его несерьезность. Я уже даже не помнил, был ли он таким всегда. Возможно, это наркота сделал его мозги такими. Ближе к лесу Ребекка сбавила ход и съехала на побочную дорогу, потому что на основной процентов девяносто все ещё караулили полицейские машины. Так оно и оказалось. Издалека мы видели свет фар двух автомобилей, а по ветвям скакали синие и красные огоньки. - Сколько их там? - спросил Мейсон. У Мэг всегда было хорошее зрение. - Пятеро. - Прекрасно. Их пятеро, а нас четверо. Две машины против одной, - пробурчала Ребекка. - Отец грохнет меня, если я разобью его тачку. - Никто ничего не разобьёт, - заявил Мейсон. - Надеюсь. Хотя в это сложно было поверить, ведь на въезде Ребекка выключила фары, а дорога была неровной. У заграждения мы вышли из машины - дальше можно было продвигаться только пешком. Все молчали, будто боялись проронить лишнее слово. Я молчал, потому что не хотел говорить. Не хотел быть здесь сейчас с этими людьми, даже несмотря на то, что они были моим лучшими друзьями. Ребекка все время косилась на меня и один раз даже похлопала по плечу. Мы крались по знакомой мне дороге. Чем сильнее мы приближались к резервации, тем неспокойнее становилось на душе. Наконец, показались огни. Свет горел в домах и около них, но не так, как в городе. Никаких уличных фонарей. Только редкие системы электропередач. - Пожалуйста, давайте вернёмся, - попросил я. - Обосрался, Оуэлл? Это был Мейсон. Я проигнорировал его выпад. Я знал, что нас уже заметили. Я единственный знал об этом. Мы сидели в засаде около часа. - Думаете, они и правда убили того парня? Кажется, он был неместный, - сказала Мэг. Я сжал зубы. - Они же дикари, - пробормотал Мейсон. - Захлопнись, - прошипела Ребекка. - Что я такого сказал? - возмутился Мейсон. - Разве это не правда? Ребекка покосилась на меня. Я отвернулся. - Давайте подберёмся ближе, - предложила Мэг. Мы спустились с холма и спрятались в кустах. - Если они этого не делали, то почему тело нашли на их территории? - продолжала рассуждать Мэг. - Кто сказал, что они этого не делали? - Мейсон. - Мой дядя сказал, что решить это дело будет сложно, потому что в резервации действуют свои правила. Полицейские не могут просто взять и обыскать их дома. - Разве мы живём не в одном штате? - Это резервация! Им плевать, где они живут! - Почему они такие особенные?! Не понимаю. - Потому что у коренных жителей своя атмосфера. - Просто власти боятся прессы и общественного осуждения. В прошлом году кто-то ворвался в одну из резерваций в Индиане. Органы местного самоуправления чуть с катушек не съехали, пытаясь прикрыть это дельце. - Одно дело - незаконное проникновение, совсем другое - убийство. Все замолчали. Мне не нравилось, куда зашел этот разговор. Но другого я и не ожидал. - Мы можем спуститься ещё ниже? - спросила Мэг. - Блять, давайте просто свалим отсюда! - зарычал я. - Вот именно, - раздался громкий голос у нас за спиной. Я вздрогнул и обернулся. И тут же узнал мистера Ахоута, Ачека и Кема. - Что вы тут делаете? Это частная территория, - продолжил мистер Ахоут. Мне было адски стыдно. Будто я совершил предательство. - Простите. Мой взгляд бегал где-то между тремя индейцами, но я не осмеливался посмотреть в лицо ни одному из них. Мы неосознанно сгруппировались, почти прижались друг к другу. - Убирайтесь отсюда! - скомандовал мистер Ахоут. Я стоял, как вкопанный. Ноги не желали двигаться. Остальные начали толкаться и потихоньку ретироваться. Я остался стоять и пялиться в землю. Мне хотелось оправдаться. Хотелось сказать, что я не виноват. Что я совсем не хотел вторгаться на территорию резервации без спроса. Но я уже был здесь. Ребекка вернулась и дёрнула меня за собой. Когда проходил мимо, я взглянул на мистера Ахоута. Наши взгляды встретились, и мне стало ещё более не по себе от его мрачного выражения лица. Ребекка волокла меня за собой. - Это пиздец! - воскликнул Мейсон. - Как они подкрались так незаметно? - Я чуть в штаны не наложила! - поддержала его Мэг. Я шёл за Ребеккой, спотыкаясь. Она тащила меня за рукав. - С тобой все в порядке? - спросила она. - Да, - быстро ответил я. - Это правда было плохой идеей, - заключила она. Легче, как предполагалось, мне не стало. Я обернулся и уставился в темноту, пытаясь рассмотреть в ней человеческие фигуры. Но позади уже никого не было. Уже в машине Мэг спросила: - Думаете, они пожалуются шерифу? Мы с Ребеккой переглянулись, и я отвернулся к ветровому стеклу, провожая невидящим взглядом деревья. Через полчаса мы вернулись в город. Ребекка позвонила мне около полуночи. Я не мог заснуть. С тех пор, как она развезла нас по домам, я выкурил полпачки. Меня не покидало гадкое чувство. - Как ты? - спросила Ребекка. - Будто меня переехал грузовик, - признался я. - Мне жаль. - Напомни, почему я согласился поехать с вами? - Потому что ты настоящий друг, а не поросячий хвостик. Я нервно рассмеялся. - В отличие от меня, - продолжила Ребекка. Смех резко прервался. Я хотел сказать, что это не так. Но вдруг понял, что не могу. Я действительно винил Ребекку. - Я не должна была соглашаться везти их. - Ты не должна была, - подтвердил я. - Что теперь будет? - Не знаю. Они все расскажут копам? Хотя я и сказал так, на самом деле я знал, что никто никому ничего говорить не станет. Но я хотел бы, чтобы они сказали. Я хотел бы получить хороший втык за наше проникновение. С самого начала я знал, что это плохо. С самого начала я нес ответственность. - Ты правда так считаешь? - Естественно. - Хватит прикалываться. Голос Ребекки стал грустнее. - Прости, Кейс. Я тяжело вздохнул. - Ничего, малышка. Это не конец света. - Уверен? - Процентов на восемьдесят. Мы оба рассмеялись. - Кстати, заначку я тебе не отдам. - Почему? - Её больше нет. - Застранец. - Ещё какой. - Стребую с Мейси. Этот придурок курит куда больше твоего. Сейчас я уже не был в этом уверен. Но определенно не имел ничего против того, что Мейсон стал жертвой вместо меня. - Все хорошо? - спросила Ребекка. - Все хорошо, - отозвался я. - Тогда до завтра. - Угу. Я откинулся на кровать, надел наушники и продолжал курить, глядя в потолок. Через открытое окно на потолок лился свет. Внезапно свет мигнул, будто кто-то быстро включил и выключил лампочку. Только с фонарным светом такого не бывает. Поэтому я подошёл к окну и высунулся наружу, все ещё сжимая зубами сигарету. На улице никого не было. Время перевалило за полночь. Я почти знал, что произошло. Но боялся подать голос. Потому что тогда пустота могла мне ответить, а я не был уверен, что готов сейчас к этому. Докурив, я потушил сигарету о внешнюю сторону стены и бросил окурок вниз. А затем плотно закрыл окно. Утром Ребекка приехала как раз тогда, когда я заканчивал завтракать. Мама впустила её и предложила стакан молока. Ребекка пялилась в телевизор и пила свое молоко, пока я убирал тарелки и собирал рюкзак. Мы забрали Мэг и Мейсона. Всю дорогу до школы в машине царила напряжённая атмосфера. Мэг и Мейсон на заднем сидении бурно обсуждали вчерашний вечер, и мне очень хотелось, чтобы они заткнулись. Ребекка молчала и сосредоточенно наблюдала за дорогой. Сосредоточенней, чем было необходимо. Как только мы припарковались, я тут же вылез из машины. Ребекка уже заглушить мотор и тоже покинула салон, а Два Эм все ещё продолжали спорить внутри. Ребекка похлопала по крыше и заглянула внутрь. - Вам особое приглашение нужно? Мэг закатила глаза и, вытолкав Мейсона ногами, вылезла следом. - Ты слишком агрессивная, Бекки, - заявила Мэг. – Поделиться с тобой транквилизаторами? Ее голос источал желчь. Ребекка ухмыльнулась. - Я подумаю над твоим предложением. Мег ядовито улыбнулась. Девчонки! Пока они разбирались, я побрел в сторону школы, надеясь, что вся эта сцена вскоре закончится. Я не ушел далеко, когда услышал быстрые шаги, приближаются ко мне. Едва я успел поднять голову, мне в лицо тут же прилетел жёсткий кулак. Резкая боль пронзила переносицу, я покачнулся и попятился. - Какого хрена? - Алек сжался в тугой ком и тяжело дышал, стоя прямо передо мной каменной глыбой. - Кейси! - крикнула Ребекка, подбегая ко мне и приобнимая меня за плечи. - Ты охренел, мудак!? - Мейсон слету толкнул Алека в плечо, перегораживая ему путь. - Все в порядке? - тихо спросила Ребекка. Я запрокинул голову. Из носа потекла кровь. Заткнув ноздрю костяшкой пальца, я посмотрел на Алека и одновременно попытался удержать Мейсона другой рукой. - Оставь его. Алек дышал, как разъяренный бык. Я вытянул руку и сказал: - Прости. Алек был очень зол. Он плохо контролировал эмоции, поэтому с ним всегда было сложно. Но когда он злился, у него вообще крышу сносило. Мейсон уставился на меня в недоумении. - Прости, - повторил я, внимательно глядя на Алека. Его грудь вздымалась и опускалась. Даже сквозь футболку можно было почувствовать его жар. - Придурок! - рявкнул Алек и убежал. - Что это, блять, было? - возмутился Мейсон. Я покачал головой. Ребекка снова приобняла меня и потащила в медкабинет. Нос не был сломан, поэтому внутрь насовали какой-то вонючей мази, а сверху до кучи заткнули ноздрю ватным тампоном. - Псих! - разорялся Мейсон. - Он, блять, просто подбежал и ударил тебя! - Мейсон! - рявкнула Ребекка. - Мне жаль, - пробормотала она мне на ухо. Я покачал головой. Этого следовало ожидать. - Что будешь делать? - Поговорю с ним после уроков. - Почему бы тебе не поговорить с ним сейчас? Ребекка кивнула в сторону. Алек стоял у противоположного конца спортивной площадки, под баскетбольным кольцом, и волком смотрел на нас. Но он ждал, что я подойду. Я знал это. Я подбежал к нему. Он все так же исподлобья рассматривал моё лицо. - Пахнет кровью, - заговорил он. - Ты разбил мне нос. Он не отводил пронзительный взгляд. Сплошной комок нервов. Намного хуже, чем я. - Мистер Ахоут очень зол? - спросил я. Алек отвернулся. - Не приходи пока. У меня вырвался шумный вздох. Я чувствовал себя связанным. - Мне пора. Я рефлекторно схватил его за руку. Алек застыл, словно пойманный в капкан, и все ещё не смотрел на меня. Я испугался, что теперь долго не увижу его. Это походило на то, будто я вообще больше не увижу его. Хотя я знал, что это не так. - Ты придёшь? Сегодня? Алек поджал губы. - Ты думаешь, я хочу? - Я хочу. Он ничего не ответил, выдернул руку и убежал. Бегал он действительно быстро. У меня все дрожало внутри. Когда я вернулся, Ребекка попыталась обнять меня, но я увернулся и прошёл мимо. - Эй, Кейс! - Мейсон с разбегу ударил меня ладонью по спине. - Ты его знаешь? Он же индеец? - Заткнись, Мейсон! - крикнула Ребекка. - Слушай, Бекки, я тебя очень уважаю и все такое, но какого хрена ты все время затыкаешь мне рот? - Правда, Мейс, заткнись, - пробормотала Мэг. Я прождал до половины второго ночи. Ворочался в постели и прислушивался к каждому звуку. Но даже если Алек приходил, он не желал, чтобы я знал об этом. Выкурив сигарету, я лег спать. Ребекка заехала пораньше. Я только встал и еще сидел за столом на кухне. Из холла раздавался шум телевизора - папа смотрел утреннее шоу. Мама вытирала посуду. Ребекка попивала молоко и косилась на меня. Уже в машине она спросила: - Он правда так нравится тебе? Я покачал головой. Я, вроде как, не хотел говорить об этом, но чувства разрывали меня изнутри. Я никогда еще не чувствовал себя так. Будто все мои нервы оголены. - Давай отъедем, - попросил я. Мы завернули за угол, и Ребекка заглушила мотор. Только тогда я достал сигарету. Я знал, что Ребекка считает, что я стал курить слишком много. Даже больше, чем Мейсон. Даже больше, чем ее отец. Я и сам считал, что я стал курить слишком много. Но больше меня ничего не успокаивало. - Знаешь, Мэг может поделиться с тобой транквилизаторами, - напомнила Ребекка. Я выпустил струйку дыма в окно. - И я стану совсем, как зомби. - Ты и так, как зомби. Я глубоко затянулся. - Это всегда так? - спросил я. - Что именно? - Когда влюбляешься. У Ребекки задрожали руки. - Порой я думаю о том, что если бы это было в моих силах, то я заставил бы себя ничего не чувствовать. - И кем бы ты тогда стал? - пробормотала Ребекка. Я пристально посмотрел на нее. - Самим собой. - А сейчас тогда кто ты? Я потер лицо и откинулся на сидении. - Я не знаю, кто я.