Она любила театр теней

***

Все представление, девушка смотрела лишь на сцену, не отрывая глаз, таких по-детски любопытных. Вероятно, шатенка даже не дышала, стараясь не нарушить эту атмосферу, которая творилась на сцене, с помощью кукол, актеров и света. А Александр изредка посматривал на сцену, сейчас его взгляд похитила зеленоглазая девушка, которая сидела рядом с ним, крепко держа его за руку, точно бы он сейчас встанет и уйдёт. Но Нильсен любил её, делал всё, чтобы девушка была счастлива, а та в свою очередь и не просила чего-то невозможного, никогда. Ей не нужны были деньги, машинным дома. Она любила простоту жизни, ведь в ней так много деталей, которые кажется никто и не замечает, кроме их двоих. В ней так много прекрасного. И не только в жизни. И вот, подобно так может пройти вечность, но фигуры на белом фоне постепенно исчезают, а в зале раздаются хлопки и должен включиться свет, но пять-десять секунд, а все, кажется, стоит на месте. Агата поворачивается к Александру, слегка испуганным взглядом и шепчет. - Алекс, что-то не так? Так должно быть? - он слышит её волнение. Волнение, оттого, что обычный день может за одну долю секунды стать совсем необычным. Волнение, оттого, что что-то могло пойти не по прекрасному плану их жизни. Ведь все так было хорошо, но где они свернули не туда? - Агата, наверное свет заклинило, не беспокойся, - возможно это и не было так, но нужна ли лишняя тревога? Агате - точно нет. Девушка в ответ кивнула и притянулась в объятия парня. Люди уже толпились у выхода, который был закрыт, а свет все так же не включался. Так вот, этот момент, когда твой разум пытается оставаться спокойным и придумывать отговорки, по типу « наверное они забыли, сейчас все будет тип-топ, ведь кто-то из персонала обязательно войдёт в зал и попросит у всех прощения за лишние срывы нервных клеток у своих гостей. » А сердце кричит, что где-то там за дверью сейчас пожар, а может и ещё что-то хуже, а вас не смогли открыть и просто бросили здесь безнадежно подыхать, ведь до вас им и дела то нет. Девушка уже не скрывала свой страх и ощущение чего-то такого, что потом обернёт их жизнь с ног на голову, но она все ещё старалась надеется на лучшее. Надейся на лучшее, готовься к худшему. Александр пытался успокоить своего котёнка, обнимая и гладя её, укутывая в своих объятиях, стараясь отойти дальше от толпы. Он уже понимал, что про них далеко не забыли, а клубы дыма, давно должны были наполнить зрительный зал, но этого ничего не происходило, а значит выдавать своё напряженное состояние он не собирался. Он ведь был стеной, для его каттен, как он может разрушить это? Спустя ещё некоторое время, пока кто-то пытался выломать железные двери, что к сожалению было совершенно бесполезно, кто-то пытался дозвониться до близких (или дописаться), а кто-то сидел на стульях в истерике. Ничего из этого не приносило пользы, а Агата корила себя, ведь если бы они не поехали сегодня сюда, если бы остались, хотя бы в том чертовом ресторане, они бы не были сейчас заложниками театра теней. Эти чертовы тени уже стали бесить её, а прошло куда меньше получаса. Вспомнив, что есть другой выход, откуда выходили актёры на сцену, Нильсен потащил за собой девушку небольшой лестничке за огромными красными шторами. Актёров там уже не было, только оставшиеся игрушки, лежали кучей тряпок на стульях. Дверь и тут была заперта, но уже не железная. Прошептав про себя всевозможные ругательства на шведском, парень вышел оттуда и крикнул кому-то что-то, что девушка совсем не понимала, ведь фраза была на его родном языке. Агата ходила за ним, держа за руку, будто он маяк, а она корабль, потерявшийся в ночном океане. Она не слышала никого, не хотела слышать. Вокруг была истерика и паника. Девушка просто была в себе. Она просто пыталась уйти оттуда, мысленно. Как будто ей сейчас 15 лет и она сидит на уроке геометрии. Как будто там, физически, но не душевно. Как любят говорить учителя « летает в облаках ». Надежда, что это все страшный сон, который не станет только хуже, что она сейчас уже проснётся в объятиях любимого Александра, не утихала, но его шёпот вывел её из раздумий. - Все в порядке, Агата? - видимо он уже минуту, пытался достучаться до неё. - Да, в.. - не успела договорить девушка, услышав несколько выстрелов. Тех роковых выстрелов, которые не говорили ни о чем хорошем. Они были на сцене, далеко от суматохи и толпы, но все люди, словно по звоночку, стали подбегать к двери и снова, безуспешно пытаться выбить её, крича что-то неразборчивое друг другу. - Твою ж.. - сказал Александр, понимая, что происходит. В ту же секунду, подходя к этому выходу, у которого они с Агатой стояли уже долгое время. Он всегда опирался на логику, и даже тут он понимал, что если те люди выбьют ту дверь, то скорее всего они пойдут прямо к источнику звуков выстрела. Они пойдут в лапы к врагу, не понимая этого, не осознавая. Агата очень часто задышала, пытаясь успокоить себя, ходила кругами, держась за живот. Александр же глазами искал что-нибудь, что могло открыть им эту чёртову дверь. Путь на свободу. А стрельба не то чтобы не остановилась, она продолжалась, но изредка, будто кто-то долго целился. Харрис было сложно прийти в себя, понять, что это не очередной кошмар, от которого она проснётся в холодном поту, а Нильсен успокоит её. Это все их жизнь, их реальная жизнь. Кажется, это произойдёт, но не с тобой, не в этот день, не сейчас. Но, это происходит, с тобой, в этот день, сейчас. Прийти в себя, рационально мыслить, тяжело, очень тяжело. Руки и тело трясёт мелкой дрожью, а говорить, кажется, вообще невозможно. Когда Агата все таки пришла в себя, понимая, что Александру нужна помощь, она достала из волос невидимку и пытаясь, будто они в фильме, открыть дверь, ковыряясь в скважине для ключей. Щелчок и дверь оказывается открытой. А парень и девушка опускают головы, расслабленно выдыхая. Далее, будто вся жизнь была в кадрах. Вот шатенка, благодарит Всевышнего, что дверь магическим образом открылась. Вот Александр называет её самыми ласковыми словами и берёт за руку, выводя из зала, где все ещё находятся оставшиеся люди. Вот они идут по темным коридорам, а вот и первый труп, работника этого здания, театра, если быть точнее. На глазах наворачиваются слёзы, руки трясутся. Видеть, как перед тобой лежит мёртвый человек, насквозь простреленный пулей, несколько раз, тяжело. Живот выворачивает наизнанку, а Агата прикрывает рукой рот и отворачивается. Обходя лужу крови, растекающуюся вокруг трупа, которыми вскоре, могут оказаться и они, если сейчас же не возьмут себя в руки. - Агата, сейчас я выведу тебя, доведу до самого безопасного места, которое тут только может быть, хорошо? - слегка тряся её, шепотом сказал парень. - В смысле? Куда? А ты? Не бросай меня, Александр, пожалуйста, нет, пожалуйста, - уже чуть громче говорила девушка. - Котенок, дорогая, я буду с тобой, я тебя не бросаю, я буду рядом. Слышишь? Но для меня важно в первую очередь вывести тебя, - успокаивал парень. - А если мы встретим их? - ей тяжело давались эти слова, но она не хотела, чтобы так произошло, она хотела, чтобы он дал ей обещание - выйти живыми. Вдруг до их ушей долетает взрыв. Совершенно отдалённый, ведь они уже далеко не в зале. Он идёт первым, аккуратно выглядывает и смотрит, есть ли там кто? А лишь потом, он выходит, ведя за собой Агату, пытается выбраться из здания. Крики, много криков и много выстрелов, а девушка уже не выдерживает и падает коленями на холодный пол. Шатен берёт её на руки, тихо материться и уже бежит к запасному выходу. Пару секунд и Агата слышит выстрел, но и тут же толчок. Она вдыхает свежий воздух, оборачивается и не видит Александра, лишь закрытую дверь, на которой большой надписью на белой наклейке написано - «только для персонала». Агата же только повертела головой, пытаясь осознать всю ситуацию. Где-то вдалеке слышала вой сирены, то ли от полицейской машины, то ли от скорой. Медленно доходит осознание, что он там, внутри здания, где, кажется пару минут назад она слышала выстрелы и не верила, что это происходит с ней. Он остался там, возможно уже

мёртвый.

Пару внушительных всхлипов и девушка уже бьёт кулаком об асфальт, а потом встаёт и дёргает пару раз ручку двери, прислушиваясь. - Агата? - совершенно хриплый, но такой родной голос. - Алекс! Открой, пожалуйста, открой дверь! - голос девушки скакал и дрожал, в надежде, в надежде на лучшее. - Агата, уходи оттуда, сейчас же! - приказал Нильсен, все ещё слабым голосом. - Почему ты не откроешь, Алекс, пожалуйста, просто открой дверь! - уже срывалась на крик девушка, пытаясь ещё пару раз тянуть на себя ручку двери. В душе что-то сломалось в тот момент, когда девушка услышала выстрел. Совсем рядом. Без лишних раздумий, встав и побежав оттуда изо всех сил. Сердце безумно рвалось, на маленькие кусочки, соленые слёзы быстро стекали по её персиковым щечкам, пачкая их тушью. Это был выстрел, выстрел в её любимого человека, а значит и в её душу, оставляя не смертельную, но очень больную рану. Она не могла рисковать своим любимым человеком. Она уже им рискнула, не сомкнув их объятия крепче, чтобы тот не смог её вытолкнуть. По глазам стекали слёзы, она уже не стеснялась и шумно плакала, сидя на холодном летнем асфальте, на парковке между машин, держа в одной руке туфли и не понимая, почему он не открыл ей? - Почему? - тихо, но так сломано прошептала себе под нос девушка.

***

К зданию уже подъехали машины полиции и скорой помощи, которые уже никак не могли помочь, не ей. Вокруг бегали люди, полицейские и омоновцы, прикрывающие друг другу и говоря что-то на шведском в рацию, совершенно игнорировав присутствие англичанки. Лишь девушка, видимо медсестра, нежно взяла шатенку под локоть, ведя куда-то к белой большой машине, видимо, чтобы осмотреть на повреждения, которых совершенно не было внешне, зато внутри она уже пару раз застрелилась. Спустя несколько вопросов и плед, накинутый Харрис на плечи, она сидела и всматривалась в здание, где пару часов назад, она была самым счастливым человеком, который просто смотрел представление, который молился всем богам, когда они услышали выстрелы, чтобы они остались живы, целы и невредимы, чтобы оба вышли из этого здания. Но не в этот раз.

***

Спустя два часа, вывели всего двух людей, двух живых людей. Ни один из них не был Александром. Нет. Это были две маленькие девочки, видимо укрывшиеся где-то. Возможно они остались сиротами, как когда-то осталась Агата. - Они всех убили, - крикнул один омоновец другому, - мы их задержали, - сказал он, уже обращаясь к другому. Эта фраза вертелась у меня в голове, «убили, всех.» Не может быть. Слёзы снова, просто катились по моим щекам, обжигая их, и сколько бы я не вытирала их, они продолжали литься. Дрожь по всему телу, истеричный смех, всякий раз, когда меня пытались успокоить медики. Но как? Только что, только что, я дала уйти своему самому любимому и родному человеку, я дала ему закрыть эту чёртову дверь, дала добро на верную смерть. А он сдержал обещание вывести меня из этого проклятого здания . В день нашей годовщины. Праздник стал днём, который Агата точно обведёт красным маркёром в календаре. Могла ли она заставить его открыть дверь, могла ли спасти его от пули и неожиданной смерти, могла ли разрушить все их планы, оставшись в их доме ? Могла ли? Но он мёртв, уже физически.