Она любила театр теней

***

Уже прошёл год, целый год с той ужасной трагедии. Смерть её любимого человека. И кажется, время бежит безмерно быстро, но она все ещё не может забыть его. Его голоса,

***

Казалось, в этот момент, они смеялись громче всех, были счастливее всех. А вагончик, уже приехавший к началу, остановился и крепления, служащие для безопасности посетителей этого аттракциона, поднялись вверх, освобождая им выход. Первым вышел Нильсен, подав руку Агате, на что та, демонстративно подняв голову вверх, не приняла помощь её молодого человека. Он лишь усмехнулся, из-за чего накатила новая волна их смеха. И вот, их уже прогоняют с аттракциона, чтобы те не мешались другим посетителям, а она все ещё слушает его бархатистый, до безумия завораживающий смех. Его голос — вот её 100% гипноз.

***

Его ласк,

***

Его пальцы, которые, словно изучали её тело, проходились по самым сокровенным и самым интимным местам девушки, из-за чего та, в свою очередь, открывая рот в немом стоне, изгибалась под ласками его рук. И вот, на ней уже нет его рубашки, которую девушка носила вместо пижамы, а на нём остались лишь боксёры. — Алекс, стой, — совсем тихо проговорила девушка. — Почему, котёнок, тебе что-то не нравиться? — спросил Нильсен, останавливая свои мучительные ласки, от которых живот тянуло вниз в безумном возбуждении. Шатен отошёл немного от девушки, сдувая капельки пота на её лице и разгоняя её красный румянец на щечках, а она лишь разочарованно выдохнула, потому что безумно хотела снова ощутить его черствые пальцы на своей талии, на своей груди, на своём теле. Она была готова выполнить любое его желание, лишь бы он ласкал её вечность, но судьба такова, что если он не остановиться, то они точно уснут часов к 5 утра, а ведь завтра понедельник.

***

Его глаз, цвета холодного океана, или айсбергов, или холодного облачного неба.

***

Он взглядом пытался поймать её взгляд, который бегал по всей комнате, лишь бы он не увидел заплаканных, красных глаз. Она не хотела признаваться, что до безумия боится уколов и иголок в принципе, он бы посмеялся, он бы шутил над ней всю их жизнь, которую они проживут долго и счастливо, обязательно. — Агата, что случилось, котёнок? — обеспокоено спросил Нильсен. — Ничего, — получилось не очень правдоподобно, но она пыталась. А как говориться? Да никак не говориться, в прочем, это и не суть важно. — Я же вижу, — одной рукой он поймал её талию, а второй поднял её голову за подбородок, чтобы та все же посмотрела в его глаза, — ты не хочешь об этом говорить? — Ну, я. — шатенка начала говорить, но слёзы хлынули второй волной, не останавливаясь стекали по её и так уже красным щекам. — Фан, Агата, милая моя, успокойся, — притянув Агату к своей груди, шептал парень, слегка поглаживая её спину, — я рядом, ты слышишь? Ря-дом. Он снова отпрянул от неё и посмотрел в её красный опухшие глаза, своими, серо-голубыми айсбергами. От его глаз по спине бегут мурашки, а слёзы перестают течь. Она успокаивалась лишь от одного его взгляда, таких холодных взгляд, но при этом таких заботливых. Она была его всем, а он её, но видимо, судьба решила иначе, решила разорвать их судьбы. И вот, сегодня ровно год как его нет, и она идёт на кладбище, к его пустой могиле с пустыми надеждами. В тот день, они нашли его вещи, его кровь, его ДНК, но они не нашли его тела. Наверное, именно в тот момент в девушке поселилась надежда на лучшее, на то, что он просто подстроил всё, но с каждым днём англичанка убеждалась в обратном в все больше. Каждый раз, приходя на кладбище, она оборачивалась, и искала его глазами. Вроде, так это обычно происходит в фильмах? Главный герой подстраивает свою смерть, а потом приходит к своей могиле, встаёт где-то за тенью дерева и смотрит на тех, кто проходит мимо или останавливается. Так вот, это не их случай, не их.

***

— Дайте мне, пожалуйста, желтые нарциссы, — проглатывая комок в горле, проговорила шатенка. — Сколько вам? — 4 штуки, спасибо, — сказала Агата, отворачиваясь от продавца, и вытирая выступающие слёзы. — Оплата картой или наличными? — Картой.

***

Эти цветы, желтые нарциссы, ассоциировались у девушки с Александром Нильсеном, таким же веселым и светлым, как солнце, и таким же нарциссом, как сам цветок. Как история этого цветка. Агата уже положила цветы на могилу, сев на коленки перед ней, не брезгая испачкать брючной костюм, ведь для него ничего не жалко. — Зачем ты ушёл от меня? Почему бросил? — шептала девушка в никуда, легко проводя рукой по могильному камню, а слеза сама стекла по её щеке, — мы ведь могли бы быть сейчас счастливы, с двумя маленькими девочками, а может мальчиками, а может девочкой и мальчиком вместе, — усмехнулась шатенка, — но ты выбрал другой вариант, возможно, правильный. Она замолчала на пару секунд, будто ждёт его ответа, но его не последовало. Ожидаемо. — Я не хочу винить кого-либо, ты сделал все, что хотел, — голос уже давно дрожал, от нахлынувших воспоминаний, - значит, так было нужно? С паузами, но девушка продолжала говорить, рассказывая о своей жизни без него, будто он слышит её. - А ещё я напилась в клубе и малышу Сэмми пришлось меня забирать, было так стыдно, - наверное, это была уже истерика, но ей нужно было выговориться ему. - Агата? - девушка повернулась и увидела за спиной Рэйчел, стоящую с букетом цветов в руках. Она дрожала, ещё бы, потерять лучшего друга с детства, да ещё и при таких обстоятельствах, очень тяжело. - Я уже ухожу, - кинула Агата и направилась в сторону выхода, на ходу заказывая такси. Тот день, для малышки Рэйчел выдался особенно тяжким, что неоспоримо и понятно. Они были друг другу родными. Тяжело смириться со смертью, особенно если она подходит так близко, а после медленно уничтожает все твои планы на счастливую жизнь. Поэтому лучшим решением было выбросить из жизни все связанное с Александром. Но было ли это лучшим решением? Ни Сэмуэль, ни Агата не возражали и попытались не лезть в жизнь девушки, с тех пор. Малышка Рэй не винила Агату, ни за что, но она не могла с ней общаться, ей было просто тяжело. И все. Они не стали пытаться вернуть ту дружбу, что было между ними когда-то. Они не смогли бы, не в их силах. Они просто должны пережить это.

***

Спустя неделю. - Сколько?! - прошипела Агата, понимая, что снова везде опаздывает. Сегодня благотворительный вечер, который устраивала одна фирма, с которой Агата должна подписать контракт. Именно по этой причине, она должна произвести хорошее впечатление. Жизнь никогда не останавливается, ни при каких обстоятельствах. Нужно продолжать жить дальше, иначе она загубит себя, то, что Нильсен пытался спасти ценой своей жизни. Застегнув молнию на своём чёрном мини платье, от Ив Сен Лоран, а после надев каблуки от него же, она взяла сумку и выбежала из квартиры, попутно вызывая машину.

***

- Простите меня за опоздание, были некоторые проблемы, - она так и не научилась врать. - Ничего страшного, Агата, вы просто прекрасно выглядите. - Благодарю, вы выглядите ничуть не хуже, - подмигнув владельцу фирмы, девушка решила подойти к столу с напитками, ведь, ей определенно нужен был алкоголь.

***

Выпив, кажется, 3-4 бокала вина, девушка стояла поодаль от всех, и оперевшись о колонну, рассматривала гостей. Взгляд шатенки устремился на второй этаж, где беззаботно стоял парень, голубыми глазами, шатен. Нильсен? Ну нет, это алкоголь так действует. Парень общался с рыжеволосой девушкой, смахивающей на какую-нибудь супер-модель, придерживая ту за талию. Твою мать, если это Нильсен, она его готова снова убить. А ведь не проверить - будет наиглупейшим решением её жизни, поэтому та, стремительно начала подниматься вверх. Как иронично, будто в каком-то сериале испанских мотивов. И вот, момент истинный, она легко дотрагивается до плеча мужчины, а тот поворачивается в её сторону. Это не он. Сердце бешено стучит, намереваясь выпрыгнуть из груди, а на глазах наворачиваются слёзы, от обиды. Он был жив, он подстроил все это, он сделал ей больно намеренно. Ему было все равно на неё. От всех мыслей, отнюдь не самых положительных, девушка начинает чаще дышать. - Мы можем отойти? - с трудом произносит она, все таки взяв себя в руки. Он кивнул что-то той девушке и взяв Агату под локоть, отвёл в более отдаленное место. Обида рвалась наружу вместе с алкоголем, горючая смесь. Ей хотелось разреветься, ведь он даже не пытался скрыть тот факт, что это он, говоря что-то на подобии « вы меня спутали с кем-то ». Даже не пытался. Обидно. - Ты бросил меня, - дрожащим тихим голосом, предупреждающий о том, что девушка стоит на гране между «держаться» и «заплакать», проговорила девушка. - Агата, я не хочу оправдываться перед тобой, пытаться скрыть очевидное. Если ты хочешь, я могу рассказать, но извиняться или объясняться перед тобой, я не собираюсь. Боль от его холода к ней, когда он успел стать таким? Прошёл год, мучительный и быстрый год, когда она в буквальном смысле погибала, а он? А ему было хорошо. Девушка уже успела заприметить кольцо на его пальце, такое же, что и было у той сучки дамы. - Ты хоть знаешь, какого мне было?! Зачем было устраивать все это?! - Мисс Харрис, мне все равно, какого вам было, - вот и все, сердце сломалось, он сломал его. Его появление. Лучше бы он был мёртв. - Я тебя слушаю, - подняв подбородок, сказала Агата. - Я перестал любить тебя, чувства утихали, это нормально. Я изменял тебе. - спокойствие этого парня убивало ещё хуже, он втаптывал её в грязь, как она не заметила этого? - я решил, что лучшим способом уйти от тебя, не так сильно ранив, это моя смерть. Все было подстроено. Помолчав с минуту, девушка уставила на него взгляд, полный ненависти. - Я возненавидела тени и театр теней, в который мечтала сходить с самого детства, возненавидела себя, пыталась покончить с собой. Каждый день, в течении 40 дней, ходила на кладбище. Ты думаешь, что ты сделал мне лучше? - усмехнулась Агата, - ты такой мудак. Внутри кричал голос: "Агата, ему все равно, зачем ты говоришь ему об этом?" Но какая уже к черту разница? Может у него осталась ещё капелька человечности? - Может быть, но если быть честным, мне все равно. Тем более, жизнь продолжается, Агата, я двигался дальше, а ты нет. Это лишь твои проблемы. У меня есть жена, двое детей, большой дом и счастливая жизнь, а ты осталась разбитой, ни с чем. В этом виновата только ты, но никак ни я. - А Рэйчел? Сэм? - получился странный вопрос, но боюсь, это все, на что она была способна сейчас. Оставив вопрос без ответа парень лишь развернулся и ушёл. Так просто. Будто ничего и не было. Он убил её окончательно. Как она могла жить с ним? Как она могла его любить? Сил осталось лишь на то, чтобы выйти из здания с гордо поднятой головой. Как только она перешагнула порог, из глаз потекли слёзы, а она шумно задышала, не в силах сдерживать свою боль. Хотелось кричать. Но правила этикета не позволяют.

***

Она лежала на его груди, в его комнате. Она была самой счастливой, ведь они признались друг другу в чувствах, теперь, она его девочка. Их первая официальная ночь вместе. Не было места страсти, лишь нежность и любовь, которую выражали они без слов, нежно обнимая друг друга. - Лилла каттен, мой маленький котёнок, - шептал парень, - с амбициями самого настоящего льва. Почему ты так не заботишься о себе? Шатенка промолчала, это риторический вопрос, он не хотел знать ответ. Никогда не хотел.